У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Страна подсолнухов - форум начинающих писателей и не только...

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



"Экстрим не предлагать"

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

"Экстрим не предлагать"
так же можно почитать здесь


Авторы: Мечтания и Фантазёрка.

Лёгкая романтическая комедия, или скорей драмеди.
Обожаю этот рассказ, он рождался так весело и позитивно, так легко и на взлёте. Это был наш первый опыт совместного творчества, и вопреки народной мудрости оказался удачным. Мы получали огромное удовольствие при написании.
И вам желаем получить море наслаждения, позитива, улыбок и смеха.
С удовольствием сегодня и сами перечитали, надеемся найдутся еще желающие.


Итак, история старая, герои любимые, осторов необитаемый... Кто соскучился - милости просим!

Приятного прочтения! http://mybb.forum4.ru/files/0012/b1/e4/58677.gif

Спасибо Melise за коллаж:

http://s5.uploads.ru/t/xqPlm.jpg

+7

2

Глава 1

События этого рассказа начинаются практически сразу же  после свадьбы Марго и Гоши.
Молодожёны ещё не успели уехать в свадебное путешествие, и пока рассматривали разные варианты и решали, куда же им отправиться.
С памятных нами событий прошло от силы несколько месяцев, и они в предвкушении заслуженного отдыха дорабатывали последние деньки.

Следующий номер «Мачо», главным редактором которого стал  Зимовский,  оказался провальным и того уволили в тот же день. Вслед за ним ушла и Эльвира. И не удивительно, что сердобольный Наумыч взял их обратно.
Размеренная жизнь «МЖ» шла своим чередом, ничто не предвещало перемен….

***
Накануне, где-то в Испании:

- Почему вы ей не предложите?
- Нет, она - первая, кто вызовет подозрения. Человек должен быть из издательства, – Гальяно вальяжно развалился в кресле.
- Ваша правда, но кто? – собеседник разложил перед ним веером фотографии.
- Ну, к примеру – Кривошеин, – прочитал тот с фото.
- Не пойдёт, слишком глуп, быстро раскусят.
- Тогда – Зимовский, – Гальяно прочитал и сощурился,  как бы вспоминая. – А это тот, суслик, который главным пытается стать?
- Да, это он. Но, боюсь, тоже не подойдёт.
- Почему? Умный мужик,  и деньги любит, – Серхио швырнул на стол фотографию.
- Умный то он умный, но слишком амбициозный, ощутив в своих руках хоть долю власти, будет ходить индюком надутым, его тоже быстро разоблачат. На эту роль более всего подходит Марго – смелая, энергичная, умная… Единственно, вряд ли согласиться.
- Нет, Марго сразу отметай. Мне именно она интересна, все остальные так, шушера…
- Тогда её муж, Игорь Ребров?
- Нет,  где муж, там и жена, нет. А вот эта?  – Гальяно замахал руками, пытаясь объяснить. – Из отдела моды, с такими формами.
- Умная женщина, но она тоже не подойдёт, беременна.
- Да?! Как не вовремя. А это ничего что…
- Нет, срок небольшой.
- Хорошо. Что, стало быть, все - олухи, не на кого и положиться?
- Вот этот, - собеседник подсунул Гальяно фото.– Был бы идеальный вариант. Дельный  фотограф.
- Дельный, говоришь?! - Гальяно долго рассматривал фото. – Подожди, подожди, где то я его видел…
- Он долгое время работал в «МЖ», но на данный момент не работает.
- Как это не работает? Уволили?
- Сам ушёл.
- Да?  А почему? От меня просто так не уходят.
- Там очень запутанная и романтичная история…
- Ну - ка, ну - ка, что за история?  - Инвестор удобнее разместился в кресле.
- Связанная с Марго… - Эту фразу собеседник сказал полушёпотом, наклонившись к Гальяно.
- С Марго?! Всё ещё интереснее…
Вы думаете, мужчины не любят сплетничать? Как бы ни так - обожают. Они придвинулись друг к другу поближе и с удовольствием стали смаковать все подробности, которые удалось раздобыть. В конце рассказа Серхио расплылся в самой широкой улыбке, на которую был способен.
- А ты молодец!!! Молодец! Я в тебе не ошибся. Всё становится гораздо интереснее…– Гальяно ещё раз внимательно взглянул на фото. -  Дельный фотограф, говоришь, значит, должен работать на меня.
- Кстати, он, сейчас, в поисках работы.
- Так, что ж ты из меня жилы тянешь, давай его сюда.
- Всё не так просто, он слишком правильный, не захочет
- Ха, у меня дар убеждения…
- Нет, вы не поняли, он слишком правильный, – И протянул слово «слишком».
- У меня и не такие правильные кривыми становились…

***
Было уже обеденное время, вся общественность «МЖ» собралась около Люси. С нетерпением ждали приезда Марго.
- Не, ну нормально, я бы так ходил на работу….- возмущению Зимовского не было предела. – Хочу - хожу, хочу - не хожу. А мы тут все её жди, тоже мне, пуп земли. Не…Борис Наумыч, сколько можно…
- Хватит, Антон. И без тебя нервы на пределе,- Наумыч почесал в затылке. -  Переговоры давно закончились. Вот где она? – этот вопрос он уже задал Люсе.
- Я ей звонила, ещё два часа назад, она сказала, что уже выезжает, – с готовностью, как пионер, ответила та.
- Ага, она зависает где-то в кафе, а мы тут жди её, – не унимался Антон.
- Она знает, что должен приехать Гальяно? – этот вопрос Наумыч  задал уже Гоше.
- Знает, мы с ней обсуждали… - Смущённо пожал плечами тот.
- Гальяно явится с минуты на минуту, что мы ему скажем, где она? Или, вы думаете, ему мы с вами нужны? – Наумыч переводил вопросительный взгляд с одного сотрудника на другого.
Все отводили глаза и пожимали плечами.
Народ столпился вокруг Егорова, возмущению которого не было предела.
В этот момент раздался звонок, и Люся подняла трубку:
- Издательство «МЖ» слушает, – сказала она ласковым голосом, дежурную фразу. – Кто? Простите? – и шепотом Наумычу. – Из милиции.
Народ притих и с любопытством уставился на Людмилу, а та продолжала:
- Да, Реброва Маргарита Александровна у нас работает. Да.
По мере того как ей передавали в трубке информацию, её лицо менялось, улыбка сошла, она побледнела.
- Люся,  что? – Наумыч не выдержал.
- А…э…- её глаза стали огромными, лицо выражало ужас, трубка выскользнула из рук.
Наумыч подхватил её:
- Алло, Алло! – но в трубке уже были только короткие гудки.- Люся, да отвечай же ты!
Люся собралась с духом:
- Ма…Ма…Маргарита А...А…
- Мы поняли, что Маргарита Александровна, дальше что?- Наумыч уже орал.
- Па…па….
- Люся, если ты не заговоришь, я тебя убью.
- Марго попала в аварию… - выпалила, наконец, Люся.
Любопытство на лицах сменилось тревогой.
- Где она? Что с ней? – спросил Гоша.
Люся в отчаянии посмотрела на него.
- Они сказали, что она умерла на месте, не приходя в сознание… - и закрыла себе рот ладошкой, из глаз брызнули слёзы.
Гоша бледный пошатнулся: «Нет, этого не может быть.…Не может быть…Марго.…Ещё утром он обнимал любимую женщину, и вот её нет…Что, мне делать? Как теперь жить?»
Наумыч, видя в каком тот состоянии, подхватил его и вновь заорал на Людмилу:
- Люся, ты, что такое несёшь?
- Борис Наумыч, они сказали, нужно ехать в морг на опознание тела. – сквозь слёзы обижено, проговорила Люся.
«Вот это номер» - подумал Зимовский.-  «Сколько раз я об этом мечтал, строил планы, а тут, раз – и подарочек судьбы!  Есть в мире справедливость! И приезд Гальяно, как нельзя, кстати: грядут кадровые перестановки. То, что называется Гошей, мне не конкурент…».
Он расплылся в улыбке, но поймав на себе недоуменный взгляд Наумыча, сделал скорбное лицо.
Общественность была в шоке, все остолбенели, не зная, что делать. Дамы начали судорожно всхлипывать. Галя с Люсей совсем разрыдались. Эльвира бегала за водичкой помогая откачивать обеих. Гоша так и стоял, бледный, не двигаясь. Наумыч суетился, не зная, что делать: то ли успокаивать дам, то ли поддерживать, готового упасть в обморок, Реброва.
« А у них  ведь только начался медовый месяц, бедные дети…» - на глазах Егорова выступили слёзы.
– Игорь, не надо отчаиваться, – всхлипнув, проговорил он. Дальше не знал, что сказать. У него вертелось на языке: «Жизнь продолжается, ты ещё молодой».  Он даже открыл рот, чтобы сказать, но в последний момент передумал.
– Приношу свои соболезнования, – еле проговорил, и разрыдался на плече у Реброва.

В этот момент двери лифта открылись.
- Аааа! – Люся заорала нечеловеческим голосом, глядя безумными глазами за спины собравшимся.
Все обернулись и глянули в сторону открывшихся дверей. И замерли. Из лифта лёгкой походкой вышла…Марго…
- Доброе утро, – но в ответ молчание. - А в чём дело? – она окинула взглядом, странно уставившихся на неё людей. – Вы как привидение увидели…

+2

3

Глава 2

- Ага, привидение… - Странно подмигивая, проговорил Зимовский…
Остальные молча, с выражением ужаса на лицах, её разглядывали.
- Зимовский у тебя плохо со зрением? Да, что, в конце, концов, происходит? Мне кто - ни будь, объяснит?
Череда вопросов  вывела  народ из оцепенения. Все засуетились, заговорили одновременно, что-либо понять было не возможно. Гоша подпрыгивал от радости, тиская её со всех сторон. Марго ошарашенно смотрела на весь этот бедлам, наконец, не выдержав прокричала:
- Стоп машина! - Все остановились и замерли, глядя на неё, и она медленно проговорила. -  Что произошло?
- Маргарита Александровна, - сбивчиво начала Люся. - Дело в том, что нам, только что, позвонили и сообщили, что вы попали в аварию и погибли на месте.
- Я?!!!
- Да.
- Капец…, моя машина… - Марго в замешательстве смотрела на секретаршу. - Люся! - начала она, неожиданно зло. -  Почему у тебя телефон всё время занят, я тебе битых два часа пытаюсь дозвониться, пытаюсь сказать, что у меня угнали машину, прямо со стоянки у ресторана!
Общественность вздохнула, наконец, всё выяснилось. Хором стали задавать кучу вопросов. Выдвигать версии:
- Это значит, угонщики разбились на твоей машине, - довольный своей догадливостью, проговорил Валик.
- Это и так понятно, Валентин. Мне, наверное, сейчас нужно съездить в морг, прояснить ситуацию.
- В морг ехать не нужно!
Все обернулись на знакомый голос.
- Что замерли, ваша смерть уже здесь, - весело сказал Гальяно…

- Ладно, ладно, по закрывайте рты. На этот раз помилую. Я к вам не один,  - и он указал на человека, пришедшего с ним. Хотя, этого можно было не делать. Вся общественность "МЖ" и так на него уставилась, и открытые рты были скорее адресованы ему.
- Ну, что? Радуйтесь, разрешаю, - Гальяно хохотнул.
Наумыч первым пришёл в себя и бросился обнимать пришедшего:
- Андрей!!! Калугин!!! Откуда ты здесь? Ты же….
- Да вот вернулся.
Пока его тискали со всех сторон, он смотрел на одного только человека. А она не смела поднять  глаз. "Даже не смотрит, нет, это не Марго, любимая женщина всегда открыто смотрела в глаза, а эта отводит взгляд, зажатая, нет, это не она. Зато Гоша даже не моргнёт, смотрит прямо, зло и дерзко. Значит, в затмение они поменялись. Ну, конечно, иначе и быть не может".
Он приехал в день  затмения, хотел побежать к ней, но заставил себя не делать этого. Оставил выбор ей. Всю ночь бродил у неё под окнами, надеясь на чудо. Но чуда не случилось. Утром он увидел их выходящих из подъезда, счастливых, обнимающихся. И последним ударом были часы…,  он заметил на руке у Гоши его часы. "Они поменялись" Дальше ему было не интересно: почему Гоша оставил Машу возле себя, почему она не ушла.
И всё же, каждый день,  с маниакальным постоянством он приходил под её подъезд. Что хотел увидеть, сам не знал. В последний день своего бдения у подъезда он увидел Машу, выходящую в свадебном платье, такую красивую, счастливую и последняя надежда рухнула.

- Когда? как? - галдел народ.
- Я его нашёл, - гордо ответил за Калугина Гальяно. - Представляете, захожу на днях в гости к своему другу в Питере. И в его шикарной гостиной  на стене вижу чудесные фото работы. Спрашиваю, кто автор, и с удивлением узнаю, что это тот самый, Андрей Калугин, который на меня работал. 
Он похлопал Андрея по спине.
- Сразу же понимаю, что это полное безобразие, что он уже на меня не работает. Еду сюда и каково моё удивление, когда я узнаю, что он в Москве.
- Когда же ты вернулся? - не унимался Егоров.
- 14  -го - ответил Андрей  Наумычу, но глядя на Марго. Он ещё раз убедился, что нельзя было возвращаться в "МЖ". Но Гальяно подловил его в тот момент, когда он отчаянно нуждался в деньгах. В Питере у него ничего не получилось, какое-то время ещё плыл по течению. Но потом окончательно решил вернуться. Он надеялся, что в Москве проще будет найти работу.  И тут, Гальяно…

Между ними произошёл странный разговор:
- Извините, господин Гальяно. - возмущённо ответил Андрей, на предложение инвестора. - Меня это не интересует.
Он встал, дав понять, что разговор закончен.
- Зря, ваше финансовое положение значительно бы возросло, -  Гальяно и глазом не моргнул.
- Я без вас позабочусь о своём финансовом положении, - Андрей направился к двери.
- Ну, что ж, вы не оставили мне выбора, придётся обратиться к Марго.
Андрей обернулся.
- Не тратьте время зря, она на это не пойдёт.
- У меня есть рычаги воздействия на неё: что если в прессу просочится информация, о том, что Маргарита Александровна на самом деле Маша Васильева…, и интересный вопрос: почему она живёт под чужим именем? - он сделал многозначительную паузу и продолжил:
- Правоохранительным органам будет очень интересно узнать. И будьте уверены, я позабочусь о том, чтобы она не ушла от правосудия… - Гальяно выделял каждое слово.
Андрей остановился, взявшись за ручку двери: "Это известно Гальяно?!". Он побледнел.
- По вашей реакции, я так понимаю, вы тоже об этом знаете, -  инвестор был доволен, он нажал на нужные рычаги.
Андрей не мог оставить её в беде, Маша там или… не важно, он не отдаст её на растерзание…

" Он вернулся в день затмения" Марго стало дурно. "Зачем он вернулся… да, что со мной? Не смотреть на него, только не смотреть". Но она не выдержала, подняла глаза и, тут же, встретилась с его взглядом. Сердце бешено забилось, и запульсировало где-то в висках, в голове зашумело, как от выпитого, ноги стали ватными. "Что это?. Нет. У меня всё "отпало и отсохло". "Отпало  и отсохло" - Повторяла она как заклинание, а сердце готово было выскочить из груди.

Он поймал на себе её взгляд и замер. Как она смотрела!!! В этом взгляде была  нерешительность, тоска, потом отчаяние и что-то ещё, почти не уловимое. "Она!" Андрей казалось, перестал дышать. Но волшебство исчезло в следующее же мгновение, Гоша обнял её за плечи и привлёк к себе. Она опустила глаза.

- Мы что, так и будем стоять на пороге? - вернул всех к действительности Гальяно.
- Да, конечно, пройдёмте в зал заседаний,  - Наумыч указал рукой направление.
И они дружной толпой двинулись по коридору.
- Люся, сделай нам кофе, - на ходу распорядился Егоров.
Когда все расселись за большим столом, Гальяно начал свою речь.
- У меня к вам, приятнейшее известие.
- К нам едет ревизор? - пошутил Валик
- Ревизор уже здесь, - Гальяно так зыркнул, что Валентин впредь решил помалкивать.

Марго шла за всеми как во сне, если бы её не поддерживал Гоша, она бы, наверное, рухнула, как подкошенная. Ей хотелось убежать, скрыться от этих глаз. "Зачем он на неё так смотрит?! Это не выносимо" Она каждой клеточкой чувствовала его, чувствовала его взгляд, его запах. Он был так близко, стоит протянуть руку. " Как болит в груди, где-то в солнечном сплетении…, хочется свернуться клубочком ничего не видеть, не слышать, не знать, не существовать…"
Откуда-то из далека до неё донёсся шум всеобщего восторга. Она попыталась сосредоточиться.
- Совместим полезное с приятным, - говорил Гальяно. - На Мальдивах с вами будет работать психолог.
"Какие Мальдивы? О чём это он? Я, кажется, пропустила всё самое интересное".
Народ шумел, сыпались вопросы, до Марго постепенно, как сквозь туман,  дошёл смысл всего происходящего. Она, собрав мысли в кучу,  сосредоточилась на словах инвестора: "О чём он говорит, чушь, какая-то".
- Господин Гальяно, - у неё, наконец, прорезался голос, - Вы хотите всю верхушку "МЖ" отправить на неделю на Мальдивы?
- На пять дней, - уточнил Гальяно.
- Но это не разумно, оставлять всё издательство без руководства.
- Маргарита Александровна,- он подошёл и наклонился к ней,  - Ваше дело выполнять приказы начальства, а не обсуждать их.
- Господин Гальяно, - продолжила она таким же, не терпящим возражения, тоном. - Психолог с нами может поработать и здесь.
- Здесь уже было, - парировал тот. - Марго, ты хочешь спросить: К чему этот аттракцион неслыханной щедрости?
Она утвердительно улыбнулась.
- А не зачем, я так хочу! Ещё вопросы есть?
- Есть, - не унималась Марго. - Кто будет руководить "МЖ" в наше отсутствие?
Во время их перепалки народ сидел, как завороженный. Всех удивляло её поведение и интересовал один вопрос: что такое с Марго, это ж халява?! Какой дурак откажется от халявы?!
- А поедут не все, есть только 10 путёвок, решайте сами, или бросайте жребий. Как вам угодно.
- Жребий не нужен, я остаюсь. 
Работнички издательства уже поглядывали на Марго с недоумением. Ей было наплевать, она сейчас готова была, вопреки здравому смыслу, даже с Гальяно спорить. Лишь бы оказаться подальше от Андрея.
- Не получиться, Маргарита Александровна, это мой подарок вам на свадьбу. Свадебное путешествие, так сказать.
- В свадебном путешествии я предпочитаю быть наедине с любимым мужчиной.
- У вас будет отдельный номер.
- Но…
- Достаточно, - Оборвал её Гальяно. - Марго, я услышал, что ты хотела сказать. Не забивай свою умную голову глупостями, - он говорил таким тоном, что лучше было бы промолчать в ответ.
- А если у кого нет загранпаспорта? - неожиданно брякнул Кривошеин.
- Тот остаётся дома, - хохотнул в ответ Гальяно
- Валик у тебя что нет загранпаспорта? - сдвинул брови Наумыч.
- Есть, я так, просто…
- На этом представление окончено, - инвестор развернулся к выходу -  Я буду ждать вас в аэропорту завтра утром, я арендовал частный самолёт…
Марго только приподняла одну бровь, саркастическое выражение так и осталось на её лице. Она расслабилась, споря с Гальяно и была совершенно ошеломлена поймав на себе взгляд зелёных глаз. Её бросило в жар, этот взгляд притягивал, как магнит. Она не могла отвести глаз. Марго вдруг почувствовала, что она живая, что рядом с ним ей не всё равно, что будет дальше, мир начинал возвращаться. Она вновь обрела способность мыслить, чувствовать, дышать. Она возвращалась к жизни…
Всё время её перепалки с инвестором Андрей не отводил от неё взгляд, Волосы на голове зашевелились: "Неужели это она?! Или Гоша так выдрессировал? Нет, не может быть. Это она!!! Его захлестнула волна счастья. И в ту же минуту в голове всплыла её фраза, сказанная Гальяно: "…наедине с любимым мужчиной…". Андрея осенила жуткая догадка. Мир, в одно мгновение ставший прекрасным, рухнул и потерял краски…

Из издательства Марго с Гошей отправились в морг, и затем в ГАИ, решать вопросы по поводу разбитой машины. Марго была молчалива, ужас от того, что кто-то разбился на её машине приводил в её состояние шока. Это был автомобиль, который они купили с Андреем. "Ну, вот, и его больше нет" 
Кое-как все, уладив, поехали домой. Всю дорогу  Марго не могла успокоиться и, чтобы отвлечься всё время старалась думать о предложении Гальяно, даже, зайдя в квартиру,  задавала Гоше одни и те же вопросы, пока они готовили ужин, потом пока ели, чем достала мужа окончательно.
- Не может быть всё просто так: Гальяно не свойственно швырять деньги на ветер, - Ей не нужен был ответ,  она рассуждала вслух. - Это не в его характере.
- Ты идёшь спать? - Гоша сладко зевнул.
- Нет, я хочу пройтись подумать.
- Расслабься, Марго, что там думать. Ну, прихоть зажравшегося миллионера.
- Да, пойми ты, Гальяно потому и миллионер, что каждую копейку считает. А тут аттракцион невиданной щедрости, здесь что-то не так.
- Не забивай себе голову, я спать… - и он пошлёпал в спальню.
- А я пройдусь, подышу свежим воздухом.
Марго вышла из подъезда и вздохнула полной грудью.
" Что-то было не так в этой поездке", но её мысли, с невероятным постоянством, возвращались к одному: "Андрей, зачем он вернулся,…что со мной происходит?". Она вынула телефон из кармана и набрала номер того, кто мог ей помочь советом:
- Анют, приветик.
- Приветик! - ответила подруга сонным голосом.
- Анют, я пропала.
- В смысле?
- В прямом -  Калугин вернулся!
- И что?
- Да, проснись же ты! Калугин вернулся! Ты меня слышишь?
- Слышу, слышу. Не надо так орать. Ну, вернулся и вернулся, что с того. Ты же говорила, что с ним всё кончено.
- Говорила. Ань, я его  увидела, и меня  как током шибануло. В голове шум, ничего не соображаю, ноги ватные, вот-вот шлёпнусь в обморок. Думала: сдохну на месте, сердце, как сумасшедшее, чуть не выпрыгнуло!
- Не хилая реакция, - сон у Ани как рукой сняло.
- Я ни о чём думать не могу, меня рядом с ним колотит, как в первый раз!
- Слушай, подруга, я что-то ничего не понимаю, ты ж с Гошей…
- Ты думаешь, я что-то понимаю?! Я тут с ума схожу!
- Да, не вопи ты так. Ты ж говорила, что Гошу любишь?!
- Я говорила?! Это вы мне со всех сторон твердили про любовь!
- Мы?! У тебя своей головы на плечах нету?!
- Нету!!!
- Подожди, но вы же не поменялись в затмение. И это значит…
- Ничего это не значит! Какая я дура!!!
- Но Милана сказала…
- Милана?!  - Марго перебила, не дав закончить мысль,  - Я в первое затмение была с Андреем, во второе с Гошей. Если я себе хомячка заведу и буду нежно его любить, тоже останусь в этом теле?! - она выкрикивала каждое слово с сарказмом и с горечью, а из глаз катились слёзы.
- Марго, погоди, мы завтра сходим к ведьме и всё выясним, - Аня говорила совсем не убедительно, она вдруг поняла, какую совершила ошибку. Желание не потерять подругу, толкнуло её на то, чтобы выдать желаемое за действительное.
- Поздно… - Маргарита со злостью вытерла слёзы.
- Никогда не поздно, - Аня пыталась её успокоить. - Всё ещё поправимо…
- Мы завтра летим на Мальдивы, всем издательством. Странная такая поездка.
- Ничего себе, это как же?
- Да, там ничего не понятно, Гальяно ведёт себя как… Первое - оставляет издательство без руководства. Бред какой-то. Если бы он хотел от нас избавиться, ему достаточно всех уволить. Второе -  если хочет прибрать к рукам "МЖ", но оно и так в его руках… И третье - что скорее всего, чего я не могу понять, даже теряюсь в догадках. В общем, я потом тебе всё расскажу.  Ань мне сейчас не до этого. Я не представляю, как я смогу быть рядом с ним...
Она  не могла больше говорить. Положила трубку, и мысли вновь вернулись к Андрею.
Сегодняшняя встреча ее словно разбудила, вырвала из лап того нелепого сна, в котором она оказалась после  его ухода. Именно сейчас она так отчетливо осознала, какую ошибку совершила, выйдя замуж.  Как она смогла себя заставить поверить, что любит кого-то, кроме Андрея? Почему так легко поддалась влиянию родителей, Ани, Луны?!! Что произошло с ней? Где она потеряла себя? Она плыла по течению, даже не пытаясь сопротивляться, нет она была лежачим камнем, всё вокруг неё текло, вертелось, ей было всё равно, что с ней будет, она заставила себя забыть обо всём… Своим необдуманным поступком она сделала несчастными сразу троих людей. Нет, даже больше… Алиса…, ее принцесса, воспоминания вызвали новый поток слез, а от внутренней боли, буквально захлестнувшей ее, стало тяжело дышать. Она попыталась себя успокоить: "А, может, у них все хорошо и они счастливы?" Она этого желала больше всего на свете! Ведь дети не должны расплачиваться за ошибки и глупость взрослых. Но, если бы у Андрея все было бы хорошо, зачем он тогда вернулся, да еще в день затмения? От всех этих раздумий, у нее голова буквально раскалывалась на части...   
Марго вернулась в дом, тихонько вошла в спальню, чтобы не разбудить Гошу, легла рядом и долго смотрела на родное лицо. Провела по нему ладонью, он был ей дорог, близок, с ним было просто и легко, но это не любовь. Теперь она с болью и отчаянием поняла - это не любовь!...

Калугин вышел из издательства в состоянии шока, он не мог прийти в себя: "Она жива, она не исчезла… Она вышла замуж за Гошу…" - от этой мысли он цепенел.
Андрей брёл по городу, не видя ничего вокруг, не замечая прохожих, как в  жидком тумане, еле переставлял ноги, мысли тяжёлым роем проносились в голове: "Что с ней случилось? Как произошло, что она сейчас с "этим человеком?"
Если это Марго, его Марго (хотя, теперь-то  уже не его), тогда превращения не было. А это значит, что условие - быть с любимым человеком - было выполнено! Но разве такое возможно?! Неужели надо так мало времени, чтобы разлюбить одного и полюбить другого? А, может, и не любовь это была? Тогда, что? Что это было: "…я каждую минуту, каждую секунду я дышу тобой, я думаю о тебе постоянно…"? Он помнил ее глаза в тот момент - они не лгали. А еще тогда, у подъезда… Ее душераздирающее "Андрей!"… Сколько раз он вздрагивал от этого крика днем и просыпался в холодном поту ночью? Нет, в искренности ее чувств он не может сомневаться. Просто он так и не смог все это, и многое другое, забыть, хотя и старался. Очень старался … ради спокойствия своей семьи. Но это оказалось выше его сил. А вот она, видимо, смогла. Нашла в себе силы и забыть его, и начать новую жизнь с другим человеком. Она же всегда была сильной женщиной!  Хотя почему была? Она таковой и остается. Просто в его жизни она была, и он об этом будет помнить до конца своих дней. А теперь она  с другим, и счастлива, и он рад за нее... Только почему так больно от этой радости? Все, решено: как только это все закончится, он уедет и сделает все возможное, чтобы их пути больше никогда не пересеклись. Так будет правильно. У них теперь у каждого своя жизнь.  Он всё шёл и шёл, не замечая времени.  Вдруг остановился, поднял голову, взглянул на жёлтый диск луны, и на секунду ему показалось, что она смеётся над ним…

+3

4

Глава 3

В аэропорту их лично встретил и проводил на самолёт сам господин Гальяно . Этим он вызвал ещё большие подозрения у Марго. Но подозрения так и остались не высказанными, когда в поле её зрения попал Андрей. Он опять занял все  мысли.
В самолёте их  ждала стюардесса, как и положено стюардессам: длинные ноги, шикарная фигура, и не сходящая с лица улыбка. Хотя, в отличие от оных она была не форменной одежде, а в джинсах и маечке. Мужики заходя, расплывались в улыбке и проводили её долгим взглядом. Она рассаживала вошедших, кресла были одно напротив другого. Так оказалось, что все друг друга видят. Марго естественно села с Гошей и напротив них посадили Андрея, чему Марго совсем не обрадовалась, проведя бессонную ночь, она мечтала поспать во время полёта. Но под его взглядом это было сложнее. Стюардесса, на удивление села рядом с ним. Она обвела присутствующих оценивающим взглядом, как будто примерялась, кто чего стоит.
Марго отвернулась к окну, удобнее устроилась в кресле и закрыла глаза. «Нужно поспать»-  это невозможно, что она всё время оказывается рядом с Андреем,  - «Что же он так смотрит». Она старалась не думать о нём, но перед глазами вновь и вновь всплывал его взгляд… «эти до боли родные глаза…». Самолёт взлетел, и она окунулась в полудрёму, но его образ  и во сне не оставил.
Гоша заботливо подложил ей подушечку и укрыл пледом. Она сонно открыла глаза, слегка улыбнулась:
- Спасибо!
- Не за что, ночью спать надо, -  шёпотом проговорил муж, но сидящий напротив  Андрей услышал, слишком мало было расстояние.
- Я спала, – совершенно равнодушно протянула Марго.
- Я просыпался ночью, тебя не было.
- А, с Анькой болтала…
- Так долго?
- Это, что сцена ревности? Не смеши.
- Обхохочешься прям, – Гоша скривился.
Закончив ухаживать за женой, уселся на место и погрузился в раздумья. «Зачем в их жизни снова появился Калугин? Неужели он не понимает, что его поезд уже ушел? У него ведь был шанс, и Калуга его упустил! Он сделал тогда свой выбор! Все по-честному. Теперь эта женщина – моя! Я был с ней в самые трудные минуты ее жизни. Нас объединяет нечто большее, чем просто чувства»
От этих размышлений его отвлекла соблазнительная картинка напротив, и он  во все глаза уставился на стюардессу, чуть ли  не пуская слюни. Калугин заметил его взгляд. «Мда…, это тело неизменно, рядом с ним красавица жена, а он уставился…».
И Андрей  отвернулся к окну,  лишь украдкой поглядывая на Марго.

Валик с Галей заметно нервничали. Во-первых, они впервые летели самолетом, а во-вторых, волновались за здоровье своего будущего потомства. Они до последнего сомневались, стоит ли лететь Галине, даже консультировались с врачом, который хотя и не пришел в восторг от их планов, но подтвердил, что на данный момент нет противопоказаний ни к перелетам, ни к посещениям экзотических стран.  Причем  Валик нервничал больше, чем будущая мама: он каждые десять минут спрашивал у нее о самочувствии, чем скоро начал раздражать не только супругу, но и окружающих.
Наумыч с удовольствием наслаждался своим любимым напитком, бутылочку которого он предусмотрительно захватил с собой.
Зимовский с Эльвирой о чем-то шептались, последняя периодически довольно громко хохотала при этом поглядывая на образовавшийся треугольник: Марго-Гоша-Андрей.
Люся с Колей, как маленькие дети, буквально прилипли к иллюминаторам, пытаясь разглядеть землю. Потом Коля, не выходя из роли любопытного ребенка, начал с интересом нажимать всякие кнопочки, не обращая внимания на просьбы стюардессы ничего без надобности не трогать. И только, когда у всех откуда-то выпали кислородные маски, Наумыч нехотя оторвался от  любимого дела, строго взглянув на курьера, предупредил:
- Следующую кнопку нажму я, и она будет от катапульты твоего кресла! Желаешь отправиться в свободный полет без парашюта? 
Коля сразу присмирел и твердо пообещал больше ничего не нажимать.
Гоша буквально раздевал глазами стюардессу, причем особо этого не скрывая. Марго тихо посапывала, чему-то или кому-то улыбаясь во сне. Андрей  закрыл глаза, делая вид, что тоже уснул и наблюдал сквозь опущенные ресницы за спящей женщиной. Невольно нахлынули воспоминания и он, сам не заметив того, тоже оказался в объятиях Морфея.
Большую часть пути все дремали, или маялись от скуки глядя в элюминатор.
Спустя несколько часов Коля, мужественно выполняя данное Наумычу обещание, спросил:
- А никто не захватил с собой шахматы или шашки? От скуки можно умереть!
- Студент, в твоем возрасте пора уже книжки умные читать, а ты все об игрушках мечтаешь! Здесь же серьезные люди собрались. Правильно, Борис Наумыч?
Егоров оживился и с грустью посмотрел на порядочно опустевшую бутылку:
- Правильно, Антон Владимирович! Поэтому предлагаю с пользой провести остаток времени в воздухе и начать обсуждение нашего следующего номера. Какая у нас тема, Маргарита Александровна?
- Так у нас еще нет темы, Борис Наумыч, - включился в разговор Гоша, не давая будить Марго. - Мы же только сдали предыдущий номер.
- Тем более! Давайте начнем. А что это Марго молчит?
- А она уже на Мальдивах, наверное. Вон как улыбается во сне, - заметила Галина.
- Почему она спит в рабочее время? – не унимался Егоров. – Гоша?
- Борис Наумыч, она вчера допоздна работала, даже дома от ноутбука до полуночи нельзя было оторвать, - начал оправдываться Гоша. – А еще дневной стресс…
- Не бережете вы своего зама, господин главный редактор, - съязвил Зимовский. – Смотри: сгорит на работе!  А для нашего журнала это будет непоправимая потеря. Ты то у нас главный, а решает все Марго! Как же мы без нее? Да и с Гальяно у нее так ловко получается … подписывать контракты.
Гоша побагровел от злости, но положение попыталась спасти Галя:
- Да оставьте вы их в покое! Вы же сами должны понимать – медовый месяц у них все-таки!
- Ага, только странно, что Игорь Семенович свеж, как огурчик, а вот Калугин … - с ухмылкой произнесла Эльвира, при этом подмигнув Антону.
Все перевели взгляд на спящих – Марго и Андрей со счастливыми улыбками на лицах мирно спали в креслах друг напротив друга, ничего не подозревая о накаляющейся обстановке. Наумыч невольно залюбовался этой идиллией, но увидев лицо Гоши, понял: надо срочно вмешаться, а то в пределах самолета сложившаяся ситуация может стать небезопасной. И только он открыл рот, как в салон с радостным воплем буквально влетел Коля, держащий в руках  какую-то прямоугольную картонную коробку (никто и не заметил его отсутствия, даже Люся):
- Смотрите, что я нашел!
- Николай, я тебя предупреждал! Ты где был? – грозно начал Егоров.
- Борис Наумыч, я больше ничего не нажимал, чес слово!
- А это откуда? Где ты это откопал?
- Я просто вышел … э … а там это лежит … вот я и подумал …
- Что ты там мычишь? Давай сюда свой клад! – тон Наумыча заметно потеплел, так как внимание всех моментально переключилось на находку курьера, и, казалось, щекотливая тема закрылась сама собой.
- Так это же «Монополия»! У нас дома была такая же! Мы в нее часто играли втроем целыми вечерами, когда Наташенька еще в школу ходила, -  воспоминания о тихих семейных  вечерах  окончательно развеяли рабочее настроение директора издательства, и он неожиданно предложил:
- А давайте сыграем! Все равно лететь еще долго, а большого желания поработать я так и не заметил.
-  Я – пас! – категорично заявил Зимовский. - С такими предложениями -  к Николаю! Это он у нас застрял в детстве! Да, еще Люсю не забудьте!
- Сам ты застрял! – надула губки секретарша.
- Антон, ты забываешься! Напомнить условия твоего возвращения в издательство? – разозлился Егоров. – Не заставляй меня сожалеть о своем решении, а то я могу ведь и передумать!
- А что я? Все, понял: молчу, молчу …- Зимовский демонстративно прикрыл рот рукой.
- А мы с Галей с удовольствием! Правда, любимая? Как ты себя чувствуешь?
- Так же как и десять минут назад – все хорошо! А сыграть я согласна хотя бы для того, чтобы не слышать твоих вопросов о моем самочувствии. Мне, конечно, приятна твоя забота, но это уже явный перебор.
- О, еще двое туда же. Ясельная группа пополнилась! – шепнул Антон Эльвире на ушко, правда, не очень тихо.
- Антон Владимирович, вы что-то сказали? Может, вашу светлую голову посетила гениальная идея по поводу следующего номера? Не стесняйтесь,  озвучьте! – тон Наумыча не предвещал Зимовскому ничего хорошего. – Значит так, марксисты-ленинисты, слушать мой приказ: кто не принимает участие в игре, по прибытию сдает мне подробный отчет о проделанной работе. Напоминаю: у нас деловая командировка, а не отдых! Антон?!
- Раз партия сказала: «надо!», то мы ответим: «есть!». А спящая сладкая парочка?
- А для них сделаем исключение – пусть спят.
- Не, нормально?! Мало того, что они неизвестно чем там занимаются, вон посмотрите, какие довольные, так еще и привилегии им! – Зимовский специально сделал ударение на слове «занимаются» и теперь ждал реакции Гоши.
Но ее не последовало. Гоша сделал вид, что не расслышал, тем более мысли его были заняты хорошенькой стюардессой.
Тем временем раскрыли коробку с игрой и все, за исключением Антона и Эльвиры, которые изображали полное равнодушие к происходящему, начали рассматривать ее содержимое с большим интересом. Вдруг Николай разочарованно произнес, взяв в руки карточки:
- Так здесь же все на английском!
- Студент, то, что там написано, сможет понять любой школьник! – опять включился в разговор Зимовский. –  Ты вообще как в институт поступил? Также как и к нам в издательство: кто-то из родни бросился под колеса авто ректора?
- Так у меня же иностранный – немецкий. И в школе, и теперь в институте. А про родню, это вы зря, Антон Владимирович. В институт я поступил сам, и с первого раза.
- Ну, тогда бери Люсю в переводчики. Думаю, она не откажется помочь своему «немецкоговорящему»  жениху.
- Без проблем! С превеликой радостью! – ответила Люся с вызовом в голосе, взглянув на приунывшего Николая.
- Ну, поскольку с языковым вопросом проблема решена, давайте начинать! – Наумыч в предвкушении потирал руки.
- Борис Наумыч, у нас еще одна проблема: здесь фишек всего пять, а нас…, - Валик начал пересчитывать присутствующих.
- А давайте играть парами?! – неожиданно предложил Гоша, глядя на стюардессу.- Вы же присоединитесь к нам?
Стюардесса не успела ответить на поступившее предложение, так как Валик, уже посчитавший «игроков», произнес:
- В таком случае,  у кого-то не будет пары!
- А давайте еще и пилота пригласим с нами поиграть! Ему-то там одному, небось, скучновато! – съязвил Зимовский.
- Не надо никого приглашать. Я буду банкиром. А то мне так ни разу и не довелось попробовать себя в этой роли. Дома всегда заведовала деньгами Каролина, даже в этой игре, - с грустью в голосе произнес Наумыч, и, спохватившись, что сказал лишнее (хотя и не открыл ни для кого тайны), добавил: - Решено: я – банкир, а все остальные – играют. Если, конечно, наша милая стюардесса принимает предложение?
- А почему бы и не поиграть? – ответила девушка, которая все это время с большим интересом наблюдала за всем происходящим в самолете, но по ее лицу нельзя было догадаться, о чем она думает.
- А как мы пары будем определять? Может, жребий бросим? – не унимался Валик.
- Валентин, по-моему, твой жребий уже брошен, и твоя пара определена давно! – ответил Гоша, заволновавшись, что его планы могут быть разрушены.
- Поддерживаю, - неожиданно для всех произнес Зимовский. – Жребий не нужен, все и так ясно: Валик в паре с Галей, Коля, естественно - с Люсей, я, с большим удовольствием, с нашим финансовым директором и просто очаровательной женщиной – Эльвирой, а Игорь Семенович с …, - Антон замолчал, пытаясь вспомнить имя стюардессы.
- Меня зовут Майя, - пришла ему на помощь стюардесса.
- Прямо как пчелка из мультика, - заметил Валентин, но, получив приличный толчок в бок от жены, добавил: - Извините, не хотел обидеть, вырвалось.
- Ничего страшного, я на такое не обижаюсь.
- Думаю, мужчины предоставят дамам определить последовательность ходов, - Егорову не терпелось начать игру.
Женщины по очереди бросали кубики, а их партнеры внимательно подсчитывали набранные очки. Игроки начали входить в раж,  стоял такой шум, который поднял бы и мертвого, а не то, что спящего. Андрей проснулся первым  и, радуясь, что все чем-то увлечены,   не сводил глаз со спящей Марго. Как же она была прекрасна! И он вдруг почувствовал себя таким счастливым! Оказывается, ему совсем немного для счастья надо – просто видеть любимого человека рядом. Как бы там ни было, а хорошо, что он здесь.
Он не допустит, чтобы кто-то причинил ей вред.
Сейчас он желал больше всего на свете, чтобы эти мгновения длились бесконечно. Но, то ли от стоявшего гама, то ли от его пристального взгляда, женщина, сладко потянувшись, медленно открыла глаза. Поскольку картинка не изменилась – перед ней был все тот же любимый образ – Марго, не осознавая, что уже проснулась, взглянула на Андрея с такой нежностью и любовью, что у последнего перехватило дыхание. Они сидели и смотрели друг на друга, улыбаясь. Казалось, окружающий мир перестал для них существовать. Во всей Вселенной были только он и она.
Первой их пробуждение заметила стюардесса, которая не была увлечена игрой, как все остальные, а просто наблюдала за происходящим. Задержав взгляд на любопытной картине всего на пару секунд, она, стараясь не привлечь больше ничьего внимания, переключилась вновь на игру. Но было поздно. Эльвира, сразу почувствовавшая в ней возможную соперницу (а она в каждой красивой женщине видела соперницу, зная слабости  Зимовского), и теперь пристально за ней наблюдавшая, проследила за ее взглядом и расплылась в улыбке. Именно голос Эльвиры и вернул к действительности проснувшуюся Марго.
-  С пробуждением Маргарита Александровна, Андрей Николаевич! – сказала язвительно Эля
Андрей с сожалением наблюдал как менялось выражение лица Марго. Улыбка сошла с него, её взгляд  ещё секунду назад такой тёплый и родной, стал  тускнеть, она растеряно опустила глаза, обхватила плечи руками, как бы защищаясь, и взглянула на Андрея уже по другому, зло, будто он её застукал за преступлением. На него повеяло холодом, как от Ледовитого океана.
-  Как спалось? И как у вас так получается – вместе засыпать, вместе просыпаться? Такая феноменальная синхронность не может не удивлять! – Эля была в ударе. - Не каждая семейная пара может этим похвастаться.
К Эльвире незамедлительно присоединился Антон:
- Шутка ли, столько времени вместе, буквально бок о бок …, - и, заметив недобрый взгляд Наумыча,  продолжил: - проработали! Вот с кого нам надо брать пример! Какая сплоченность, взаимопонимание, взаимодействие …
Внимание всех переключилось на проснувшихся. Но тот, для кого, большей частью, предназначались эти слова, остался непоколебим. Гоша, давно разгадав замысел Зимовского и Эльвиры, решил, что впредь не поддастся на их провокации. Он повернулся к Марго и с  улыбкой спросил:
- Ты, выспалась, дорогая?
- Да, спасибо. – всё ещё растеряно проговорила та.
- Маргарита Александровна, Андрей, раз вы уже проснулись, может, присоединитесь к нам? – предложила Галя. – Мы только начали.
- Вот и фишечка у нас еще одна осталась, прямо для вас – красненькая! – поддержал супругу Валентин, и тут же получил от нее толчок в бок. – А что я сказал такого? Она, действительно, красного цвета.
- Нет, спасибо, Галя! – в унисон ответили Марго и Андрей и сразу же замолчали, смутившись.
Эльвира захихикала, переглянувшись с Зимовским, который сразу же включился в разговор:
- Галина Степановна, что же вы дезинформируете наших самых ценных сотрудников? Формулировочка неправильная у вас. Участие в такой крайне увлекательной и не менее познавательной игре – не личное дело каждого, а подчинение приказу начальства. Я прав, Борис Наумыч?
- А и, правда, Марго, Андрей, присоединяйтесь, - поддержал Егоров, но его тон не был приказным, скорее даже дружелюбно-просящим.
Марго только открыла рот, чтобы ответить, но Зимовский не унимался:
- А, кроме того, Маргарита Александровна, я всегда видел в вас достойного конкурента, не делая скидку на ваш пол, - многозначительно замолчал, а потом продолжил: - Хоть я и отношусь с большим уважением ко всем присутствующим, но равных себе конкурентов в этой игре среди них не вижу. Ну, разве только Борис Наумыч, но он у нас неиграющий игрок – банкир!
Обводя всех взглядом, он вещал дальше:
- Вот ведь парадокс - народа собралось немало, а сразиться не с кем: пионеры, то есть студенты, беременные, пенс…, - увидев лицо Егорова, запнулся и сделал вид, что закашлялся, а потом продолжил: - стюардессы, официантки…
Окончанию его речи никто из непосвященных не придал значения, поскольку Наумыч буквально взорвался от негодования, заявив, что это было последней каплей, и его терпению настал конец, к нему присоединились другие возмущенные. Зимовский начал оправдываться, уверяя, что ни в коем случае никого не хотел обидеть. Он это делал с таким выражением искреннего раскаяния на лице, что даже Эльвира в это почти поверила. Но когда он перевел свой взгляд на Марго, то там не было даже тени раскаяния или сожаления о случившемся, а только неприкрытый вызов.  «Ну, что курица, успокоилась и расслабилась? Еще посмотрим: кто кого!» - Зимовский не смог сдержать улыбки при таких мыслях.
Марго откинулась на спинку кресла.
- Спасибо, Антон Владимирович, но у меня нет никакого желания играть в ваши игры. – Она выделила слово «ваши». Конечно же, Марго понимала, для кого и чего было устроено это представление, и о какой игре, где она противник, говорил Антон. Выиграв сражение, она еще не выиграла войну. И о начале военных действий ей только что объявили. 
В этот момент она поймала на себе взгляд Андрея. В нем была неподдельная тревога и столько нежности, что война с Зимовским моментально отошла на второй план. Марго закрыла глаза.
После спектакля Зимовского Андрей для себя с грустью отметил: «А в ее жизни почти ничего не изменилось. Все та же борьба за выживание. Как она это все выдерживает?»
В этот момент в салоне появилась стюардесса (никто и не заметил, когда она вышла) и объявила:
- Подлетаем к аэропорту Дубаи, он очень красив.Этот  аэропорт, по праву, считается одним  из самых красивых в мире, вам можно будет его осмотреть но надолго не расходитесь. Через два часа вылетаем на Мальдивы.
Марго открыла глаза, когда уже сели,  Андрея на своём месте не было, и она могла свободно вздохнуть, без его пристального взгляда. Гоша суетился как дитё малое в предвкушении чуда. «Какой он забавный», - подумала Марго. – «Как будто только мир увидел, всё ему интересно. Хотя, возможно, так и есть. Ну что Маша видела в своей жизни?!»…

+2

5

Глава 4

Марго с Гошей присоединились к собравшимся у трапа самолета коллегам, и под предводительством их неизменного вождя Наумыча отправились на регистрацию. После успешного прохождения этой процедуры с позволения все того же предводителя все разошлись, договорившись встретиться здесь же через два часа.
У всех сразу же нарисовался собственный маршрут. Зимовский демонстративно громко пригласил Эльвиру «скоротать время» в довольно дорогом ресторане, куда они незамедлительно направились, довольные собой. Наумыч, поставивший себе единственную, но практически жизненно необходимую для него  цель – восполнить запасы собственного «горючего», сразу же поспешил ее осуществлять. Чета Кривошеиных отправились на поиски чего-нибудь памятного. Ведь неизвестно, посчастливится ли им еще когда-нибудь побывать в подобном месте. А так будет чем похвастаться потомству. Люся с Колей решили вопрос с памятным сувениром по-своему, по-студенчески: фото – лучший сувенир на долгую память, а главное – дешево и сердито, поэтому, вооружившись фотоаппаратом, направились искать самые  живописные виды. Марго и Гоша отправились на поиски презентиков родителям и Анюте. Гоша, заметив магазинчик с бижутерией, потянул туда жену и стал с воодушевлением выбирать  ей подарок, никак не реагируя на ее протесты.  Андрей, решив, что своим родным сувениры будет искать уже на Мальдивах, направился в кафе – ему сейчас было необходимо побыть наедине и подумать о дальнейших своих действиях, а подумать было над чем.
Два часа спустя все собрались в условленном месте. Точнее, собрались почти все – не было Люси и Николая. Но буквально через несколько минут Люся появилась, крайне расстроенная и сообщила, что потеряла Колю.
- Он тебе что - кошелек или зонтик? – раздраженно спросил Зимовский. -  Как это потеряла?  Что случилось?
Но дальнейшие ее расспросы не дали уже никаких результатов, так как при виде знакомых лиц у нее началась самая настоящая истерика. Масла в огонь подлил Валентин своим предположением:
- А может его похитили?
- Зачем? – Антона совсем не радовала перспектива искать их нерадивого курьера в этом огромном строении, а тут еще и Кривошеин со своими гипотезами.
- Ну, например, с целью выкупа…
После этих слов поток жидкости из Люсиных глаз заметно увеличился. Эльвира с Галей старались ее успокоить.
- Валентин, ты в своем уме? Какого выкупа? У него же на лбу – бегущая строка «бедный студент»! Что с него взять?
- Ну, не скажи, Антон. А, может, его того… на органы…
Присутствующие рисковали буквально утонуть в океане Люсиных слез, а у Валентина появилась реальная перспектива быть коллективно избитым.
Ситуацию попыталась взять в свои руки Марго:
- Так, стоп машина! Прекращаем истерику и пустые разговоры и начинаем действовать! Зимовский возвращайся к самолету – вдруг Коля уже там, а мы здесь зря паникуем. Галя с Эльвирой попытайтесь привести Люсю в чувства и узнать подробности случившегося…
- Вот молодец, Марго! Не перестаю тобой восхищаться! Умеешь организовать людей  в любой ситуации! – с гордостью и благодарностью в голосе произнес Егоров.
-  Что-что, а руководить она у нас мастер! Там же много ума не надо – достаточно и куриных мозгов, - выдал Зимовский.
- Антон, прекрати немедленно, – не сдержался Наумыч.
- Да, подумаешь, - Антон обижено развернулся и медленно пошёл в заданном направлении.
Марго, не обращая на него внимания, продолжала:
- Гоша дай, пожалуйста, объявление в информационную службу аэропорта…
- Точно – объявление! Как же мы не догадались сами? Гениально! – обернувшись, съязвил Зимовский, он всё никак не мог успокоиться. - А на каком языке? На английском?!
- Антон, не поняла твоей иронии, – спросила Марго его вслед. -  Конечно же, на английском, не на китайском же!
- А нашему студенту все равно: что на китайском, что на английском! – всё так же по метру отходя, прыскал ядом зам. – Он всё равно ничего не поймёт.
Марго только с досадой посмотрела ему спину. Как часто ей не хватало пулемёта…
- Ладно, я пошёл? – полувопросительно произнёс Гоша.
- Да, иди, и объявление, наверное, нужно дать на русском.
- Хорошо, я что-то придумаю, – с этими словами Гоша убежал.
Марго взглянула на рядом стоящего Андрея, ему она почему-то не дала задания.
- Я тоже похожу,  - это она сказала Наумычу. – видела здесь не далеко зал игровых автоматов. Чует моё сердце, что он там.
Наумыч кивнул и она решительно зашагала в нужном направлении.
- И я, пожалуй, пройдусь, – как только она отошла, добавил Андрей то ли Наумычу, то ли себе. «Другого шанса застать её одну у меня, наверное, не будет», - и побежал  догонять.
- Марго!
Она обернулась.
- Разреши тебя сопровождать?
- Не стоит, я взрослая девочка, не потеряюсь,- ответила Марго, не останавливаясь, она совершенно не знала как себя с ним вести, потому держалась холодно.
- Марго! – Андрей остановил её, взяв за руку. От неожиданности она вздрогнула.– Извини, – тут же отпустил он. – Можно тебе вопрос задать?
- Ну, задавай, свой вопрос, – она не решалась поднять на него глаза и только смотрела на пульсирующую вену на его шее. Как же ей захотелось обвить эту шею руками, прикоснуться губами. – «Взять себя в руки!», - и она до боли сжала кулаки, впившись острым маникюром себе в ладони.
- Почему?
Его голос донёсся до её сознания как сквозь туман.
- Что, почему?
- Твоя манера отвечать вопросом на вопрос, – он грустно улыбнулся. – Почему ты вышла за него замуж?
Этот вопрос отрезвил её и вывел из оцепенения:
- Ха! Ты считаешь, что имеешь право спрашивать об этом?
- Считаю.
- Ты растерял все свои права по дороге на Питер, – она резко развернулась и пошла, вся кипя от негодования. «Эх, попадись ей в этот момент Коля…» Но злилась она больше на себя, потому как, сама не знала ответа на его вопрос.
Андрей только печально посмотрел ей вслед и не стал догонять, он пошёл в другую сторону искать пропавшего курьера.
Они ещё раз обошли весь аэропорт, вернулись на место встречи. Ничего не изменилось, на месте были все, кроме курьера.
- Ну, что ж придётся подключать службу охраны аэропорта! – зло сказал Наумыч.
- Не надо никого подключать! Смотрите!
Все направили свои взгляды в указанном Валентином направлении и увидели Николая в сопровождении сотрудника аэропорта. Коля, тоже узрев своих, даже подпрыгнул от радости и весело замахал руками, затем, смешно жестикулируя, потянул к ним своего сопровождающего. Пока большая часть коллег бурно радовались возвращению блудного сына, Наумыч отчитывал его по полной программе.
Курьер, как и предполагалось, завис за компьютером, но на тот момент, когда Марго с Андреем проходили компьютерный зал, он уже бегал по аэропорту, крича, и пугая прохожих своим ужасным немецким. В таком состоянии Колю и нашёл сотрудник аэропорта. Кое- как поняв, что случилось, он довёл нерадивого курьера до места встречи.
Уже около самолета Егоров начал допрос с пристрастием:
- Николай, а потрудитесь объяснить, что вы делали в компьютерном зале?
- Я проходил мимо и заметил компьютер, возле которого ни кого не было, – начал не очень внятно Коля. -  Вот я и решил быстренько заглянуть в интернет и узнать счет – сегодня же футбол.
- Узнал?
- Ну, я …э…
- Студент, ты что, совсем больной?! Это же не интернет-клуб, а международный а-э-ро-порт! -  возмутился Зимовский.
- Я не хотел… Я не думал…
- А думать – это вообще не твоя сильная сторона, как выяснилось!
Наумыч подытожил:
- О твоей дальнейшей судьбе я подумаю после возвращения в Москву, а именно о возможности продолжения работы в нашем журнале. У тебя есть шанс еще все исправить. А пока этот вопрос остается открытым.
«Милую беседу» прервала стюардесса, предложившая незамедлительно подняться на борт самолета:
- Если мы сейчас не взлетим, то можем здесь задержаться еще на сутки.
- А почему бы и нет! Вот Николай сможет тогда не только счет узнать, а и всю игру посмотреть! Короткую дорогу к компьютерам он знает, – довольный своим остроумием Зимовский поднялся по трапу.
Как только самолет набрал высоту, все начали делиться полученными впечатлениями. Эльвира с упоением рассказывала Гале о визите в ресторан с мельчайшими подробностями, причем делала это она довольно громко, чтобы слышали все. В конце своего повествования она подчеркнула, какую кругленькую сумму они, то есть Антон, там оставили. Зимовский не без удовольствия слушал ее, наблюдая за реакцией окружающих, но должное впечатление рассказ произвел лишь на семейство Кривошеиных. Те, в свою очередь, похвастались своими покупками. Наумыч пожаловался, что так и не нашел ничего достойного для восполнения своих запасов крепких напитков.
- Вот вам и один из лучших международных аэропортов! А приличного виски нет! Ну, надеюсь, на Мальдивах с этим вопросом дела обстоят лучше.
Молодежь не принимала участия в этих обсуждениях: Люся без особого интереса смотрела  в иллюминатор, а Коля  сидел практически, не двигаясь, и, казалось, даже не замечал окружающих.
Через некоторое время после начала полёта, когда все уже успокоились и пришли в себя  Зимовский, ударив себя по лбу, сделал вид, что только что вспомнил:
- Борис Наумыч, а как же наша увлекательная игра? Мы прервались на самом интересном месте. Правда, Маргарита Александровна? Вы же не можете игнорировать приказ начальства да еще на глазах подчиненных? Я думаю, вы с большой радостью присоединитесь к нам вместе с вашим партнером по сну?! А то у нас пары уже определились. И Игорь Семенович за время вашего, так сказать, временного отсутствия нашел вам замену, тоже временную, наверное… в лице нашей очаровательной стюардессы …
- Майи, - с готовностью подсказал Валентин.
- Спасибо, Антон Владимирович, - так же язвительно ответила Марго – Я не играю в ваши игры.
- Марго, здесь я солидарен с Антоном, присоединяйся, не хорошо отрываться от коллектива, – не дал ей шанса увильнуть Наумыч.
- Может, сыграем? – спросил её неуверенно Андрей.
- С тобой в паре? Ты же сбежишь в самый ответственный момент.
- Если ты будешь играть честно, пожалуй останусь, – его терпению пришёл конец.
- Слишком много чести, обойдусь.
Они оба были на взводе, и это грозило перейти в катастрофу, на удивление всем на выручку пришёл Гоша.
- Я понял, - он попытался шуткой разрядить обстановку. - Я играю в паре с женой.  Майя, простите, но жена - это святое.
При этих словах Марго окатила его таким взглядом, что другой залез бы под кресло, от страха, но Гоша лишь смущённо улыбнулся, и ей ничего не осталось, как подхватить его шутливый тон.
- Ты только памятник мне при жизни не поставь.
- Не буду, я только мемориальную доску в парадном повешу.
Шутка  немного разрядила обстановку.
- А мне, надеюсь, не откажется составить компанию моя милая соседка … - начал Андрей
- Майя, - снова продемонстрировал свою память Валентин.
- Конечно же, я не против, - сразу же согласилась стюардесса.
Наконец все вопросы были улажены и они начали игру.
Первой из игры выбыла студенческая пара. Люся еще не оправилась от испытанных переживаний,  а Коля все это время был неестественно для себя молчалив и даже угрюм. Видимо, что-то таки заставило его задуматься: то ли необходимость меняться, взрослеть, то ли безрадостная перспектива лишиться, в общем, то,  не пыльной и неплохо оплачиваемой работы. Вследствие всего этого они довольно быстро обанкротились и вынуждены были сменить статус игроков на статус наблюдателей.     
Пара семейства Кривошеиных, напротив, была всецело сконцентрирована на игре. Валентин даже перестал интересоваться самочувствием жены. Но им просто патологически не везло: их расходы значительно превышали доходы. Поэтому и они, став банкротами, завершили участие в игре. Валентин это воспринял, как личное поражение, и Гале еще какое-то время пришлось вселять в муже уверенность в собственных силах.
Таким образом, в игре остались три пары и страсти накалились. Наумыч, в предвкушении скорой развязки, смешно покрякивал от удовольствия, азартно потирая руки. У оставшихся игроков азарта  было не занимать, да и у наблюдавших тоже. Марго к этому времени смогла взять себя в руки и включилась в игру серьезно. Сразу же отметила для себя, что у их пары очень слабенькие  позиции, и они следующие кандидаты «на вылет», тогда как у их соперников все было очень неплохо. Но довольно скоро Марго заметила, что Зимовский с Эльвирой  откровенно мухлюют.  «Горбатого только могила исправит, - подумала Марго. – Ладно, для начала поставлю их на место в этой игре, а дальше разберемся». Поскольку дальнейшая игра пошла по-честному, то вскоре финансовое положение этой не совсем честной пары  заметно пошатнулось, и они стали на путь неминуемого банкротства и вскоре выбыли из игры, хотя Антон так и не признал своего поражения. Зимовского, казалось,  разорвет на части от негодования и злости. Он  продолжал яростно протестовать, но никто на него уже не обращал внимания, а все с интересом наблюдали за происходящим дальше на игровом поле. Несмотря на то, что игроков было четверо, но играли только двое – Марго и Андрей. Гоша, как только заметил, что жена взяла игру в свои руки, расслабился и переключил свое внимание вновь на стюардессу, а та практически с самого начала не проявляла особого интереса к самой игре, но с большим любопытством наблюдала за окружающими.
  Игра достигла своего апогея. Соперники были равны и никто не собирался проигрывать. Для каждого из них было принципиальным доказать свое превосходство
   Неожиданно самолёт тряхнуло и он мелко задрожал, народ почувствовал себя как под воздействием гигантского вибромассажёра. Все тряслись, будто их било током.
- Чттто происходдддит? – ни у кого спросил Наумыч, потряхивая смешно головой.
- Ммаммочкки,  - пропищала Люся.
Все в ужасе переглядывались.
Неожиданно послышался голос из динамиков:
- Уважаемые пассажиры, все сядьте на свои места и пристегните ремни, у нас небольшая поломка. Самолёт сделает вынужденную посадку на одном из островов, просьба - сохранять спокойствие.
Слово «спокойствие» подействовало на всех как взрыв бомбы, тут же поднялась паника.
Пассажиры ринулись кто куда. Одни пристёгиваться ремнями безопасности, другие к выходу.
Наумыч схватил самое ценное – портфель с недопитой бутылкой:
- Давайте сохранять спокойствие, – проговорил он, вскочил и начал метаться по проходу, ещё более нагнетая панику.
Коля со словами: «Караул, спасите, помогите!» – рванул к иллюминатору. Зимоский еле успел его поймать за ноги:
- Ты чё, придурок, мы же в небе, – посадил  обезумевшего студента рядом, привязал к креслу и начал нервно хохотать на всё это глядя.
Люся тихонько плакала в уголке. Эльвира сидела прямо, изображая собой скульптуру, и глядя в одну точку.
Валентин  метушился возле Гали, при этом требуя парашюты и надевая на себя и супругу все что, по его мнению, способствует безопасности - спасательный жилет, кислородную маску, достал из сумки спасательный круг и начал его надувать.
Марго с Андреем смотрели друг на друга огромными глазами, ещё секунда и они с криком: «Прости!», бросятся друг другу на шею, чтобы умереть вместе.
Гоша сделал вид, что шлёпнулся в обморок, прямо в объятия стюардессе: «Помирать так с музыкой!» и стюардесса, которая единственная сохраняла спокойствие, принялась его откачивать. «Приведя его в чувство», взялась успокаивать остальных.
Поймала на полпути Наумыча и попыталась вырвать из его рук драгоценный портфель,  но тот со словами: «Не забирайте у погибающего его, возможно, последнюю радость в этой жизни»,– держался за портфель как за спасительный жилет. Они бы ещё долго его перетягивали, но самолёт неожиданно выровнялся и медленно, но верно пошёл на посадку. Все мгновенно успокоились и сели на свои места.
Самолёт плавно приземлился и в салоне послышался невероятный вздох облегчения, через секунду к ним вошёл пилот:
- Уважаемые пассажиры, не волнуйтесь, поломка не значительная, за час мы управимся, а вы пока можете выйти подышать свежим воздухом.
Последние слова были как команда «на старт». Все дружно ринулись к выходу.
- Только просьба не разбредаться, чтобы мы никого потом не искали, – послышалось им вслед.
Выйдя на воздух, вздохнули с облегчением. Все были так счастливы, улыбались друг другу, как никогда.
- А где это мы?
- Это один из Мальдийских островов, он необитаем, вообще этих островов более тысячи, и совсем малый процент тех, которые являются курортом, – ввел их в курс дела, высунувшийся из кабины пилот.
- А давайте пройдёмся к океану, здесь не далеко, – предложил кто-то.
- Только все вместе, не теряйтесь, – добавила стюардесса.
И дружной толпой пошли они к берегу. Красота кругом была невероятная. Все радовались как дети, адреналин от пережитого ужаса в крови зашкаливал, и всё теперь казалось дивным, и каждый был способен на подвиги…
Наконец они вышли к океану.
- Красотища-то,  какая!!! – сказал кто-то
- Да!!! – подтвердили все в один голос.
Они шли вдоль берега, любуясь красотами природы, и жизнь казалась сказкою.
Неожиданно сзади послышался шум двигателя самолёта, и он довольно низко пролетел над ними, помахав им хвостом.
- Ой, самолётик, – нежно сказала Люся.
И все, улыбаясь, смотрели ему вслед.
- Это же наш самолёт! – первым опомнился Зимовский. – Эй, ты куда?
Счастливые выражения на лицах сменились ужасом.
Все дружно заорали:
- Стой!
- Ты куда?
- А мы?
- Нас забыли…
Они ринулись бежать за самолётом, размахивая руками и крича всё громче.
Но самолёт, это даже не поезд, догнать его по земле было не реально. МЖовцы ещё какое-то время бежали с дикими воплями, и только когда от самолёта в небе осталась маленькая точка, остановились. И тяжело дыша, смотрели на эту точку, пока и она исчезла.
- Это чё такое происходит? – переводя взгляд с одного лица на другое, спросил Зимовский.
На него в ответ уставились такие же ничего не понимающие физиономии. И тут он заметил стюардессу:
- Они даже свою стюардессу оставили, – ткнул он в неё пальцем. Народ тут же окружил девушку с вопросительно угрожающими выражениями на лицах:
– Ну-ка, ответьте, почему это ваш экипаж свалил?
Девушка обвела всех удивлённым взглядом:
- А я не стюардесса…

+2

6

Глава 5

Девушка это произнесла машинально, не думая, и сразу же пожалела о сказанном. Выражение лиц окруживших людей не предвещало ничего доброго. Её мысли завертелись с бешеной скоростью, пытаясь уразуметь суть происходящего: «Обидно, я же сразу поняла: что-то недоговаривает этот господин Гальяно. Скользкий такой тип. И столько всего настораживало: явно завышенная сумма гонорара, причем в несколько раз,  за несложную работу, да еще совмещенную с отдыхом, отказ от составления контракта, мотивируемый абсолютным доверием к ее персоне, расчет еще до начала работы, к тому же наличными…» Круг постепенно сужался, и не поддаться панике ей стоило больших усилий.  «Надо все им объяснить! И как можно скорее! Вот только, как? Но сохранять молчание дальше небезопасно… »
- Ка- ка- к это не стюардесса? – Зимовский даже начал заикаться. – Вы же всё время…
- Гальяно попросил меня вас сопровождать. Я - психолог.
Народ смотрел на неё с недоумением, так и не закрыв рты.
- Давайте ещё раз знакомиться. Меня зовут – Майя Никаноровна.
- Родители явно прикололись, – буркнула Марго, услышав отчество.
- Что?
- Ничего, говорю, очень приятно.
- А почему наш самолёт улетел? – выдавил из себя Валик, обращаясь к Майе.
- Вы у меня спрашиваете? – удивилась та.
В ответ ей кивнули несколько голов.
- Я не знаю, – растеряно ответила она.
- Как это не знаете? Вы должны знать! – потихоньку приходил в себя Зимовский.
- Я, в таком же положении, как и вы,- Майя пыталась оправдаться, но видела по выражениям лиц, что ей не верят. – Гальяно нанял меня, – начала она свой рассказ, испуганно оглядываясь, – чтобы я с вами поработала, как психолог. Он сказал, что мы прилетим на курорт и так, между делом, я буду с вами работать, над улучшением климата в коллективе…
- Да?! А почему же вы тогда, Майя Никаноровна, – Марго по буквам выговорила её отчество, – изображали из себя стюардессу? – Майя ей совсем не нравилась, ещё с того момента, как только они ступили на трап самолёта, слишком уж сладкая, как пироженое.
- Понимаете, Маргарита Александровна… - начала та.
- Нет, пока, - перебила её Марго. - И, кажется, я не представлялась, – вид у неё был угрожающий.
- Я сама предложила это Гальяно, – пыталась продолжить Майя, на удивление глядя прямо  в глаза. - Есть такой приём, когда психолог внедряется в среду… - она искала нужное слово.
- Подопытных, – подсказала Марго.
- Нет, клиентов. Причем так, чтобы никто об этом не знал, и наблюдает людей в привычной для них обстановке. Ведь перед психологом часто не хотят раскрываться.
- Ну и как? – Марго вцепилась в неё, как бультерьер. Даже Зимовский примолк.
- Что как? – Майя оказалась не так проста, это выводило Марго из себя.
- Как ваши наблюдения? – она сверлила психолога глазами.
- Нормально, – Майя отвечала таким же «приветливым» взглядом.
Их дуэль неожиданно прервал Наумыч:
- Хватит, Марго! Этот вопрос сейчас не главный.
Все, немного было забывшиеся спором, вернулись к действительности.
- Да, - подхватил Валик. – Может, вернёмся на место высадки? А вдруг это и не наш самолёт улетел, а просто мимо какой-то пролетал?
- Действительно, – поддержала его Люся.
- Хорошая идея, - подытожил Наумыч и они дружной толпой ринулись на поляну, где совсем недавно так радовались удачной посадке.
Шли сначала медленно, с каждым шагом всё быстрее, в конце почти бежали и, только выйдя на поляну, остановились. Самолёта не было. Рухнула последняя надежда.
Но посредине, на месте, где он раньше стоял, высилась какая-то куча вещей. МЖовцы молча пошли к ней. Подойдя поближе, поняли, что это их вещи, аккуратно выгруженные на землю пилотами. Чемоданы были в целости и сохранности, но кроме них высились два чёрных ящика: один огромный, другой поменьше. Народ с осторожностью приблизился к ним. Переглядывались, не решаясь открыть.
Марго прикоснулась к ящику, решив это сделать за мужчин, но Андрей отодвинул её и открыл сам. Ящик был набит какими-то коробками и сверху лежал конверт. Андрей взял его и передал Марго. Она открыла, вынула лист бумаги и развернула.
- Это письмо от Гальяно.
- Читай! – прозвучало со всех сторон.
И Марго начала:
- «Привет всем, друзья мои!
- Смотри-ка, вежливый какой! К тому же еще и другом зовется! – не сдержался Зимовский.
- Ага, это он нас по-дружески сюда закинул! Вот так удружил! – поддержал его Валентин.
- Прекратите, не время сейчас! Давайте все же выслушаем, - вмешался Наумыч. – Марго, продолжай!
- «Представляю ваши рожи сейчас…»
- Вот, гад!  Извините, вырвалось, - теперь не сдержалась Марго и сразу же продолжила:
«Хотел бы я на вас взглянуть.»
- Точно, гад! -  не выдержал Валик.
- Валик! -  сказали ему сразу несколько человек с упрёком.
Когда все утихли, и Валик демонстративно прикрыл рот рукой, Марго вновь принялась читать: «Раз вы читаете мое письмо - значит, уже добрались до  пункта своего временного проживания. Вы сейчас испытываете некоторые неудобства»…
- И это все называется некоторыми неудобствами?! –  вновь перебил Марго, Зимовский, он подобно гиду, проводящему экскурсию, обвел рукой окрестности.
- Так, народ, давайте пока отложим свои комментарии на потом и дослушаем письмо, - предложил Андрей.
- Я продолжаю, а кому неинтересно – можете пока осмотреть достопримечательности нашего курорта! – Марго тоже начала терять терпение.
«Всё это временно, и именно от вас зависит насколько. Теперь перейдем к сути. Я, как деловой человек, считаю, что вложенные средства должны приносить постоянный доход. Не буду скрывать, что мое финансирование вашего журнала длительный период было довольно прибыльным делом, особенно после прихода в издательство Маргариты Александровны. Но в последнее время ситуация несколько изменилась, причем не в лучшую сторону. Я проконсультировался со знающими людьми, которые характеризовали вас, как высококвалифицированных специалистов в своей области, но они же подтвердили и мои догадки. Причина моих финансовых потерь – нездоровая атмосфера в вашем коллективе и личная неприязнь некоторых сотрудников. Логичным решением подобных проблем является обращение за помощью к психологам.  Но, помня предыдущий опыт, я пошел дальше – решил поместить вас в условия, не позволяющие избежать целительного вмешательства в ваши креативные головы.  Думаю, вы уже познакомились с одним из лучших психологов Москвы. Очень надеюсь, что ее нелегкий труд даст свои результаты. А кроме этого к вам будет применен еще один метод «лечения» - трудотерапия. Как известно, труд облагораживает человека, а совместный труд – сближает. Во-первых, вам надо будет обустроить свой быт, чтобы элементарно выжить. А во-вторых…», - Марго замолчала, не веря своим глазам.
- Ну, и что же во-вторых? – Гоша первым проявил любопытство.
«А во-вторых, вы должны будете подготовить макет следующего номера, который пойдет в печать сразу же после вашего возвращения…»
- Евпатий – Коловратий! У Гальяно крышу снесло полностью! Как это он себе представляет?
«Предвидя, что вам это может казаться невыполнимым, я позаботился о некоторых технических приспособлениях. Их вы найдете в ящиках и, думаю, сами разберетесь, что кому предназначено.  Там же будет и необходимое для жизни на первое время в таких необычных условиях. Я же помню, что среди вас есть и люди почтенного возраста, и женщины в интересном положении. 
P.S. Для стимуляции творческого процесса: макет номера – обязательное условие вашего возвращения, так сказать обратный билет. И в ваших же интересах подготовить его быстро и качественно. Докажите, что вы, действительно, профессионалы, для которых ничего невозможного нет.   
С уважением, Гальяно.»
Марго замолчала, молчали и все остальные. Только сейчас каждый осознал всю серьезность их незавидного положения. И если до этого у кого и были сомнения по поводу реальности происходящего с ними, то сейчас они были развеяны окончательно. Все очень реально и это не психологический трюк – улетевший самолет не вернется, по крайней мере, не в ближайшее время.
Первой обрела дар речи Марго:
- Ну, что ж, письмо прочитали, теперь осмотрим посылочки от нашего изобретательного тур-оператора?
- Конечно! Не стоит заранее отчаиваться! Все может быть не так уж плохо! – Наумыч попытался ободрить приунывших подчиненных, но по интонации было понятно, что и сам не очень-то в это верит.
-  Ага, сейчас глянем что в ящике, а там самолетик в разобранном виде, отверточка и записочка «Собери меня и будет тебе счастье». Вот соберем его и улетим отсюда прямо в Испанию, - Зимовский снова был в своем репертуаре.
- А почему в Испанию? – удивился Коля.
- Вот ждал именно от тебя этот вопрос, - улыбнулся Антон. – Чтобы наказать веселого дядечку Гальяно.
- Может, всё-таки посмотрим, что там? – Марго обвела взглядом присутствующих.
Зимовский подойдя, демонстративно отодвинул ее. Достал  коробку и открыл. В первой была профессиональная фотокамера.
- Держите, Андрей Николаевич, ваше орудие труда! Кажется, вы работой обеспечены.
Калугин с осторожностью взял её, как будто это была не камера, а змея в его руках и  с интересом стал рассматривать врученный  аппарат.
- Очень дорогая? – спросила Марго, заметив его реакцию.
- А? Да! – ответил он странно неловко.
Марго нахмурилась, но ничего не успела сказать потому, как Зимовский продолжил. В следующей коробке находилась печатная машинка.
- Маргарита Александровна, боюсь, что сей агрегат предназначен именно для вас. А что, в пределах нашего нового места жительства, очень современная модель. Хит сезона, так сказать. Только у нас же есть еще один писатель! Как же я мог забыть?! Игорь Семенович!
- Не волнуйся, Антон, мы поделимся, -  заверил его Гоша и забрал машинку.
Когда Зимовский открыл следующую коробку, не смог удержаться от смеха и какое-то время заразительно хохотал, поглядывая внутрь. Обретя способность говорить, обратился к финансовому директору:
- Эльвира Сергеевна, с этим чудом техники у нас не будет никаких проблем с бюджетом следующего номера!
Выдержав театральную паузу, он достал из коробки … счеты. Народ тут же развеселился. Одна Эльвира сохраняла серьезность:
- Антон, ты что издеваешься?
- А при чем тут я? Все претензии к Гальяно! И вообще, скажи спасибо, что не счетные палочки сюда положил! Так что, держи, осваивай, извини, инструкция по эксплуатации не прилагается.
- Я уже вхожу во вкус. Чем дальше, тем занятнее, - с этими словами была вскрыта следующая коробка. – Вот и снова уверен абсолютно в адресате. Прямо скипетр и держава для нашего монарха. Держите, Борис Наумыч, ваши символы власти.
Зимовский демонстративно опустился  на одно колено и вручил Егорову бутылочку его любимого спиртного напитка и фигурку слоника.  Наумыч не обратил внимания на этот маскарад, поскольку был искренне рад своей «посылочке» и тронут до слез.
- А жизнь, действительно, налаживается, - произнес он, нежно глядя на бутылку и поглаживая слоника.
В следующей коробке находились принадлежности для рисования – краски, кисточки, карандаши, ластики, линейки и несколько больших листов ватмана. Все это, не раздумывая, Антон передал чете Кривошеиных:
- Теперь и отдел моды и выпускающий редактор во всеоружии!
Это была последняя коробка, но ящик не был пуст. На его дне еще находилось несколько предметов.  Зимовский с улыбкой достал небольшую лопату, котелок и набор железных мисок с ложками и чашками:
- Теперь одарим наших деток, чтобы не плакали. Николай, вам лопатка для игры в песочнице, она у нас вот какая большая, - он показал рукой в сторону  пляжа. – А для девочки Людочки – посудка. Извините, ребята, ваши профессии здесь не востребованы,  так что придется осваивать новые.
Антон заглянул снова в ящик и достал удочку:
- О, это опять вам, Борис Наумыч!
Наумыч довольный схватил удочку, перебирая в руках подарки, он был самым счастливым человеком.
Саркастически хмыкнув, глядя на Наумыча, Зимовский вновь залез в ящик и вынул от туда внушительного вида топор:
- О, это явно мне, - он потряс им над головой.
- Не стоит так вертеть им, - Андрей остановил его.
- Подумаешь, - Зимовский не особо расстроился, положил топор и вновь полез в ящик.
- О, аптечка! – он поглядел кому бы вручить и отдал Майе: - Врачу! Лечите наши души и тела! – сказал довольно пафосно.
Майя открыла, и стала перебирать содержимое, к ней присоединились Галя и Марго.
Марго вынула странную коробочку и прочитала: «Прегнавит».
- А что это?
- Это витамины для беременных, -  сказала тихонько Галя.
Марго резко вручила ей коробку. Гоша, заметив этот жест, подошёл и обнял её:
- А почему это Гале?
- А кому же ещё? – не подозревая подвоха, спросила Марго.
- Всё может быть, - и он демонстративно прикоснулся рукой к её животу.
Марго вспыхнула от догадки, убрала его руку:
- Глупости, - и быстро отошла в сторону, во избежание развития этой темы.
Гоша дерзко глянул на Андрея, он сразу заметил, что тот наблюдает за ними, и весь этот спектакль был предназначен ему.
Эти двое некоторое время смотрели друг на друга, в бессловесной дуэли. И со счётом 1:1 отвели глаза.
Зимовский наблюдал эту сцену, подмигнул Эле и, довольный собой, открыл второй ящик, и сразу пришел в неописуемый восторг:
- А Гальяно, действительно, создал нам все условия для плодотворной работы и полноценного отдыха! Здесь же наш «Дедлайн» на выезде!
Он достал приличных размеров ящик со всевозможными напитками. Бегло осмотрев весь арсенал, удивленно произнес:
- А наш Серхио все же не лишен гуманности: здесь и соки,  явно для Гали, и напитки менее крепкие для женщин и юных ленинцев. Даже бутылочка элитного шампусика для нашего главного редактора. Он же у нас после возвращения с Австралии больше по этой части выступает. Ну и мы с тобой, Валентин, явно не будем обделены. Назначаю себя директором нашего мини – бара. Буду, так сказать, осваивать смежную специальность! Так что «Добро пожаловать!» или правильнее здесь «Welcome!» .
- А я твоим замом буду! – обрадовался Валик, но тут же пожалел о сказанном, увидев недоброе выражение лица супруги.
- Даже не мечтайте об этом!  Думаю, в целях общественной безопасности и для поддержания трудовой дисциплины, раз мы здесь на работе, на эту должность мы определим Галину, как самую непьющую. Правда, Борис Наумыч? – Марго хотя и обращалась к Егорову, но смотрела с вызовом на Зимовского.
- Ты, как всегда права, Марго. Галя, бесспорно, лучшая кандидатура, - поддержал Наумыч.
- Можете не волноваться. Я оправдаю ваше доверие, никто не подойдёт к этому ящику! – с видом победителя ответила та и строго взглянула на мужа и его собутыльника.
- А что больше в ящике ничего нет? – поинтересовался Коля и заглянул внутрь. – Здесь же еще продукты! А это что за коробочка?
- А это – спички, а они, как известно, детям не игрушка! – Зимовский был явно не в восторге от последних кадровых назначений и, отобрав у курьера коробок, бросил его обратно в ящик. – На этом представление окончено! Благодарю всех за внимание!
- Да уж, у нашего спонсора несколько извращенное представление об издательском деле! – с иронией произнесла Марго, осматривая те «технические приспособления», которые, по его мнению, должны были обеспечить подготовку  нового номера в условиях необитаемого острова да еще на должном уровне.
- В самом выгодном положении у нас Андрюха! – с завистью произнес Кривошеин. – Ему же кроме фотоаппарата больше ничего не надо!
- А декорации, свет, модели? – возразила Галина.
- Спасибо, Галя. Но я, действительно, почти в идеальных условиях, по сравнению со всеми остальными!
- Он же у нас мастер своего дела! Профессионал с большой буквы! Декорации? Так здесь же сплошные декорации! Свет тоже, самый что ни есть естественный! А модели? Их тоже у нас достаточно, притом в ассортименте! Даже с опытом работы есть! Правда, Маргарита Александровна? Вы же на все готовы, ради успеха нашего журнала? – не сдержался Зимовский.
Марго окатила его ледяным взглядом и собралась уже ответить, но её перебила Майя:
- Я всё поняла, - воскликнула она.
- И что же вы поняли? – Марго перевела свой гнев на неё.
- Я поняла, почему Гальяно так упрашивал меня лететь с вами.
- Очень интересно! И почему же?
- Понимаете, я познакомилась с Гальяно на курсах выживания в экстремальных условиях. Вот поэтому он меня сюда и пригласил, чтобы я могла помочь вам не только как психолог.
- Прям, специалист широкого профиля! 
Зимовский, теперь ещё эта Майя! Как же они раздражали Марго! Мало того, что Майя -  красивая и умная, ещё и  Андрей на неё так смотрит. Это не давало покоя, мешало трезво мыслить. « Я ревную, но не мужа… Капец!»
- Это очень хорошо, - прервав размышления Марго, сказал Наумыч. - Тогда командуйте: что нам делать?
- Ещё один главнокомандующий… – проворчал Зимовский.
- Антон, помолчи! Майя, мы слушаем.
- Ну, первым делом нужно соорудить хижину, где мы сможем укрываться на ночь и от дождя. Нам нужно разделиться и поискать строительный материал.
- В смысле? Кирпичи? – глупо переспросил Коля.
- Нет, дерево, топор у нас есть…
- Так деревьев полно вокруг.
- Не будем же мы рубить всё подряд, нужны ровные не большие в обхвате стволы. Антон Владимирович, вы с Валентином идите в этом направлениии, - Мая указала рукой. -  Мы с Андреем Николаевичем пойдём вдоль берега… - она не договорила, при этих словах Марго резко развернулась и пошла.
- Маргарита Александровна, вы куда? - опешила Майя.
- Пить хочется, водичку поищу, – она остановилась и обернулась
- А, - Майя поняла свою оплошность. - Конечно, первым делом нужно найти пресную воду, - быстро исправилась она.
Марго развернулась и с победным видом пошла дальше.
- Погодите, Марго, - беспокоилась Майя, - нельзя ходить по-одному, мы не знаем этого острова, кто на нём обитает, - она пыталась вразумить строптивую дамочку.
Гоша, одним глазом увидев движение Андрея в сторону Марго, перекрыл ему дорогу, подошёл вплотную.
- Не приближайся к моей женщине, - сказал ему угрожающим шёпотом, и добавил громко: - А почему одна? Марго есть кому сопровождать, – и побежал за ней.
«Это большой вопрос - чья она женщина…» - глядя в спину удаляющегося от него Гоши, подумал Андрей, но вслух естественно, ничего не сказал.
Марго обернулась, взглянула на Андрея, подождала Гошу и скрылась с ним из виду.

Они шли вдоль зелёных зарослей.
- Марго?
- Что?
- Ты изменилась.
- В смысле? – она напряглась, предвидя вопрос.
- В прямом, с появлением Калугина ты стала другой.
- Ерунда, тебе показалось.
- Нет, не показалось. Ты - то светишься вся, то чернее тучи, то без причины на меня злишься.
- Гош, я всегда такая.
- Нет, – он остановился и грустно посмотрел ей вслед.
Она обернулась.
- Это я значит не такая?! Ты думаешь, я не заметила, как ты пялился на лже-стюардессу?
- А что заметила? Ты же спала.
- Заметила. Я не всё время спала.
- Ты меня ревнуешь? – Гоша подпрыгнул и выбежал наперёд, чтобы видеть её лицо.
- Нет.
- Ревнуешь, ревнуешь! – он стал прыгать вокруг неё, дразня, как маленький ребёнок.
- Нет, прекрати. Я не ревную. А вообще могу и в глаз, – она хитро улыбнулась.
- Ревнуешь, а она хороша, правда?!
- Капец, не хватало, чтобы ты со мной обсуждал… - она закатила глаза к небу и не договорила. – Смотри – бананы!
Гоша поднял голову, действительно, над самой головой на небольшой по высоте пальме,  висела  гроздь бананов.
- Класс, я бы сейчас слопал бананчик.
- Ну, так лезь.
- Кто? Я? Я не умею лазить по деревьям.
- Зато я в детстве здорово лазила, лазил. Давай, давай. Мышечная память должна остаться.
- Ага, мышечная память. А я в детстве на бальные танцы ходила. А, ну-ка спляши: «Ча-ча-ча».
- Понятно, – протянула Марго. – На пальму мне лезть.
- Ты чё, собираешься туда карабкаться?
- Ну да!
- Ну, ты даёшь! Это же пальма - ни сучка, ни веточки
- Тем легче лезть. Подсади меня! – он ещё что-то ворчал, но Марго уже не слушала. Она заставила его присесть, уселась ему на плечо.
- Вставай, - скомандовала.
Гоша с трудом выпрямился:
- Ого, ну и тяжесть, откормил я тебя.
- Не ворчи, - она упёрлась в него ногами и с трудом начала карабкаться на дерево.
- Память, памятью, – кряхтя, и с трудом переводя дыхание, проговорила она, – а мои родные мышцы посильнее.
Гоша стоял, задрав голову, и наблюдал за процессом.
- Ты чё, там бурчишь? Хочешь, анекдот по этому поводу?
- Не-е-ет, – ответила шёпотом, она с трудом лезла, а он со своими анекдотами.
- Что? – Гоша не расслышал. – Так вот, - начал он погромче: «Черепашонок пытается влезть на пальму, но у него ничего не получается».
Марго остановилась, пытаясь сдержать смех, а Гоша продолжал: «Он упорно карабкается, срывается, царапает панцирь, опять лезет, падает, прищемляет хвостик, снова карабкается наверх, ломает ноготь на правой лапке, из последных сил цепляется зубами за кору…»   Смех забирал последние силы, она старалась хотя бы не свалиться, а Гоша как будто не замечал: «Пытается подтянуться, скребет лапками по стволу…За этим наблюдает пара обезьян:
- Я думаю, - говорит одна, - нам пора сказать ему, что мы его усыновили».
- Убью, когда слезу, – тяжело дыша, сквозь смех, прошептала она.
-  Слышь, Марго? Говорил: не стоит лезть. Теперь ещё мне придётся бежать за помощью, чтобы тебя оттуда сняли.
Но Марго его уже не слышала, через минуту она была  наверху и отламывала ветку с бананами.
- Лови! – крикнула она и бросила бананы вниз.
На удивление Гоша ловко поймал.
- О, работает, мышечная память, –  закричала  сверху, и скинула ещё несколько. Гоше поймать все не удалось. - Ничё, ты же нападающий, а не вратарь! – и, посмотрев вокруг, добавила: – Красотища-то, какая!!!
- Слезай! – крикнул Гоша и буркнул себе под нос: – Красотам она любуется!
Он снял с себя рубаху и сложил в неё бананы. 
- Бананы какие-то маленькие, – и связав узелок, закинул за плечи.
Марго так же ловко слезла. Потёрла руки.
- Надо тренироваться, а то скоро совсем одряхлею.
- Зачем тебе тренироваться, у тебя муж есть! – не очень внятно, уже жуя банан, проговорил муж.
- Так, муж, оставь бананы! Это для всех.
- Я только один, – обиженно протянул Гоша.
- Ну, что пошли дальше?!
- Как дальше, мы же бананы нашли, – он показал ей узелок.
- А ищем воду. Пошли, – и она показала рукой в ту сторону, куда нужно идти
- Куда? Там же заросли сплошные.
- Правильно, заросли увеличиваются к воде. Значит, там где-то должна быть вода.
И она решительно полезла в кустарник. Гоша тяжело вздохнул:
- Что за женщина?! Заведёт она меня. Ой, заведёт и бросит, – и полез за ней…

0

7

Глава 6

Пока Марго с Гошей добывали бананы, другая пара следопытов шла вдоль берега, не зная с чего начать разговор.
- Да! Вот так командировочка у вас получилась?! – нарушил, наконец, молчание Андрей.
- Не то слово! Никак не ожидала от Гальяно подобного.
- Майя Никаноровна…
- Можно, просто Майя.
- Хорошо, Майя, как же вы смогли довериться такому человеку, как Гальяно? Неужели, как опытный психолог, не заметили подвоха? А что у вас в контракте прописано?
- В контракте? Да нет никакого контракта.
- В смысле?
- В прямом. У меня не было основания ему не доверять, к тому же он мне сразу выплатил весь обещанный гонорар. Я думала, что ничем не рискую в таком случае и не стала настаивать на составлении контракта.
- Понятно, и вы ничего не заподозрили?
- Андрей Николаевич...
- Можно просто Андрей
- Андрей, я всё время шестым чувством ощущала, что что-то не так, но, к сожалению, не прислушалась к себе. И, каюсь, повелась и на деньги, и на бесплатный отдых. Я, последнее время, работала в таком режиме, что даже слово "отдых" отсутствовало в моем лексиконе. А здесь все в одном флаконе! Ну, как же не соблазниться было?
- Согласен, веские причины.
- Вы смеётесь?
- Нет, даже не думал.
- Да, ладно, я не обижаюсь. Действительно глупо попалась. И сразу же к вам аналогичный вопрос: почему вы согласились сотрудничать с Гальяно?
Андрей заметно занервничал, а Майя продолжила:
- Я же предварительно ознакомилась с вашими личными делами и потому в курсе, что некоторое время назад вы уволились, и даже переехали в другой город, если не ошибаюсь. А буквально перед этой поездкой вновь вернулись. Можно узнать причину?
Андрей вздохнул с некоторым облегчением.
- Причина та же, что и у вас - деньги. В последнее время я сидел без работы, и порядочно залез в долги, ещё этот переезд в Питер оказался ошибкой, а тут Гальяно…  Но мое возвращение временно, после окончания нашей "командировки", я начну поиски новой работы.
- Почему? Вам не нравится эта работа?
- Это личное. Я не хотел бы это обсуждать, даже с психологом.
- Хорошо, но не забывайте, я прочла ваше личное дело, и многое мне понятно. Тем более психологу можно довериться.
- Извините, но я пока к этому не готов.
- Но я сейчас с вами говорю не как психолог.
- А как кто?
- Очень надеюсь, что как друг... и просто красивая женщина, – она озорно на него посмотрела.
- О, красивым женщинам тем более нельзя доверять, –  Андрей подхватил  её шутливый тон.
Они улыбались друг другу.
- Ну, так что? Будем друзьями? – она протянула ему руку.
- Хорошее предложение. Будем, – он осторожно её пожал.
- Тогда переходим  на "ты"?
- Давайте, перейдём.
- Давай.
- Да, извини, давай.
Они ещё немного прошли, как вдруг Майя почти закричала:
- Андрей, глянь, какой вид отсюда открывается, - она с восторгом смотрела на океан.
Действительно, вид был чудесный, они стояли на уступе скалы, под ними был крутой песочный спуск. Вокруг них банановые пальмы, склоняли свои головы к океану, как бы в немом почтении. Бананы можно было рвать, просто протянув руку.
- Да, чудесное место для фотосъемки.
- Какой фотосъемки?! Это чудесное место для лагеря! – и Майя начала с энтузиазмом рассказывать: - Смотри, между деревьями совершенно ровная поляна, нам останется только сделать стены. Эти деревья рубить не надо, мы между ними увяжем срубленные стволы и всё. Работы будет намного меньше. А выход из хижины будет на обрыв, таким образом, мы будем защищены и от моря, и от суши.
- Да вы… ты стратег! – Андрей улыбался, глядя, как она бегает по периметру небольшой поляны и показывает, что и где будет находиться.
- Ты опять шутишь.
- Нет, я совершенно серьёзен.
Она подошла к нему, нежно глядя в глаза. Андрей смутился такому напору, и быстро сменил тему.
- А всё-таки фотосессию мы здесь проведём.
И он начал рассказывать, что и как он будет снимать.
Они так увлеклись своими видами на этот участок острова, что совершенно потеряли счёт времени. И очнулись, когда уже начало смеркаться…

В противоположную от них сторону двигался другой поисковый отряд во главе с Зимовским.
Антон с Валентином направились на поиски чего-то, чего и не поняли сами. Отойдя прилично вглубь зарослей,  Зимовский  резко остановился. При этом Кривошеин, идущий за ним практически след в след, налетел на него, чуть не сбив его с ног.
- Антон, ты чего? Предупреждать же надо!
- Ага, в следующий раз обязательно включу задние фары! – но увидев несколько обиженного Валентина, добавил более дружелюбно: - Извини, не подумал. Мне с тобой надо серьезно поговорить!
- О чем?
- О сложившейся обстановке.
- А что у нас за обстановка?
- Валентин, не тупи! Ты что не заметил, у нас теперь еще одна курица с претензией на власть появилась. Мало нам было одной! Психолог, видите ли. Раскудахталась тут:  "идите туда, не знаю куда, принесите то, не знаю что". А твоя Галина, тоже хороша!
- А причем тут моя Галя?!
- Ладно, разговор сейчас не о ней. Я предлагаю нам организовать свой лагерь, так сказать, оппозиционный.
- А нам – это кому?
- Я с Эльвирой и вы с Галиной. Можно еще с курьером переговорить.
- Ну, не знаю… Я то не против, а вот Галя…
- Не понял? У вас кто глава семейства? Сказал, стукнул кулаком и точка!
- Антон, Галю нельзя сейчас волновать. Я и так не знаю, как это все может на ней отразиться. Гальяно, вот ведь порядочная сволочь! Придумал же такое!
- Ладно, не парься! Галю на себя возьмет Эльвира. Ты-то со мной?
-  Антон, а как же улучшение климата в коллективе? Психолог? Да еще и номер готовить?
- Ладно, с тобой все ясно! Струсил! – вновь резко развернулся и пошел дальше.
Кривошеин побежал за ним:
- Антоха, ну что ты так сразу?! Я же не сказал «нет». Мне только с Галей посоветоваться, - и тут же перевёл разговор на другую тему:
- Ой, смотри, какие деревья! Ровные! Думаю, они подойдут для строительства дома или хижины. Как правильнее? Да это же бамбук, если я не ошибаюсь.
- Сам ты, бамбук, - огрызнулся Антон, и добавил: - А может это и бамбук. Вот и хорошо, значит, свою миссию мы выполнили - стройматериал нашли. Теперь можно заняться и разработкой стратегии.
- Какой стратегии? – не понял Валик.
- Не, ты, точно, бамбук, - он обнял Валика за плечи. - Значит так… - и Антон начал разработку плана по захвату власти на отдельно взятом необитаемом острове…

В то время, когда Зимовский разрабатывал свой план, в другой стороне, пройдя совсем немного по густому кустарнику, Марго с Гошей услышали шум, как от сильного ветра или водопада. Через несколько метров им открылся сказочный вид. Это был, действительно, водопад -  небольшой, метров пять в высоту, с прозрачной, искрящейся на солнце  водой. Но было ещё одно чудо: из–за брызг воды вокруг него всё время сияла радуга.
- Да!!! – сказал Гоша, не найдя слов от восторга.
Марго улыбнулась и пошла к воде. Присела и стала пить, жмурясь от удовольствия.
- Марго, подожди, а вдруг здесь водятся крокодилы?!
- На Мальдивах нет крокодилов, - и она брызнула на него водой.
Гоша присел, зачерпнул ладошкой воду и, когда Марго отвернулась, вылил ей за шиворот.
- А!!! – у неё перехватило дыхание и она, не рассчитав силы, толкнула его в воду.
Гоша так неуклюже шлёпнулся, что целый фонтан брызг разлетелся в разные стороны, окатив  и Марго водой с головы до ног.
Вынырнул:
- Ты чё творишь, она же холодная, и я плавать не умею!!!
- Извини, я не хотела, здесь мелко, - она расхохоталась.
- Вижу, как ты не хотела, - и он схватил её за руку, чтобы потянуть за собой.
Но Марго ловко выскользнула.
- Пошли, пора возвращаться. Нам придётся сюда ещё раз сегодня прийти, воды набрать. Не подумали, надо было сразу котелок с собой захватить.
- Ладно, - Гоша вылез, она протянула ему узелок с бананами, он сделал вид, что собирается идти и  весь холодный и мокрый обнял её.
- Всё, всё, пусти, - настроение дурачится у неё сразу пропало. - Пошли, а то до темноты не успеем,- и она тронулась в путь, не давая ему возможности возразить.
- Пошли,  - Гоша печально посмотрел ей вслед, взял узелок и направился за ней…

Назад они вернулись намного быстрее. Почти одновременно с ними появились и Кривошеин с Зимовским. Не было только Майи с Андреем. У Марго сразу же испортилось настроение, и она наотрез отказалась возвращаться по воду. И во второй раз к реке Гоше пришлось идти в сопровождении Наумыча, который всю дорогу разглагольствовал о невероятной красоте природы и превратностях судьбы, чем утомил его безмерно.
Когда они, наконец, вернулась на поляну, Гоша с облегчением оставил Наумыча в обществе Зимовского и Кривошеина, а сам  принялся помогать дамам, готовить еду. Мужчины  были изрядно голодными и уже подгоняли их. Едой это можно было назвать с натяжкой, потому как Гальяно снабдил их только различными крупами.
- Каша - очень полезная еда! - глядя на всё это, сказал Наумыч. 
Всем ничего не оставалось другого, как согласится. Марго не принимала участия в процессе приготовления. Она взяла Гошин узелок с бананами и передала его Гале. Когда та развязала его,  всплеснула руками радостно:
- Какая прелесть, бананы!
Сразу же к ней подтянулись все, кто был рядом.
- Ух, ты! – Зимовский первым схватил банан.
Марго стукнула его по руке и банан выпал.
- Ты чего дерёшься? – возмутился Антон.
- Сначала детям и женщинам, – Марго и так колбасило изрядно из-за отсутствия Андрея, ещё и Антон раздражал.
- Это где ты детей увидела?
-  Антон, Марго права, - вступился Наумыч. - Сначала Галине, ей надо хорошо питаться.
- Мне тоже надо хорошо питаться, - обиженно протянул Зимовский.
- Антон Владимирович, когда вы забеременеете, усыплю бананами, – Марго нашла на ком сорвать свою злость.
Все рассмеялись.
- Не ссорьтесь, здесь на всех хватит. Только они какие-то мелкие, не наешься.
- Потому что дикие,  а в Москву привозят культурные, потому они и большие, – блеснул познаниями Валик.
- А, давайте, мы их в кашу добавим, - вдруг предложил Гоша. – Будет у неё вкус банана.
Дамы с удивлением посмотрели на него.
- Хорошая идея, - подхватила Галя.
- Игорь Семёнович и в кулинарии разбирается, - ехидно начала Эльвира. - Сколько у вас ещё скрытых способностей?
Гоша глянул на Марго, поняв, что сглупил:
- Много, Эльвира Сергеевна, много, – ответил он Эльвире и  посмотрел на Марго, она одобрительно улыбнулась.
- Так поведайте нам о них, - не унималась Эля.
- Как-нибудь другим разом, - отрезала Марго и увела Гошу, якобы собирать ветки для костра.
Эля с  досадой посмотрела им вслед.
Наумыч, одобрив инициативу Марго, снарядил и Колю за сухими ветками, а сам принялся разжигать костёр. Гоша вскоре вернулся и присоединился к нему, стараясь держаться от Мокрицкой подальше. Марго изрядно нервничала, ожидая Андрея с Майей, потому ушла подальше от всех.
Николай, оставшись без особого присмотра, направился исследовать прилегающую территорию. Как не старался он, но его природное любопытство взяло верх над благоразумием. «Я недалеко, только немного осмотрюсь, и сразу назад. Никто и не заметит. Тем более, все так заняты. А еще вон Марго тоже куда-то свалила! Если ей можно, то я чем хуже!».
И он, действительно, отошел не слишком далеко, когда заметил кустик с красивыми, приятно пахнущими цветами.
- Ух-ты! Вот это красота! Надо сорвать для Люси! Пусть гордится своим мужчиной! Пока все остальные просто языками чешут, а я для своей любимой букетик нарву! Пусть завидуют все – и мне, и ей!
Как только он сорвал первый цветок и потянулся за вторым, в тот же момент  почувствовал жгучую боль в ноге. Засунув цветок за пазуху, он наклонился посмотреть, в чем дело. Увиденное привело его в ужас: на ноге было две маленьких дырочки, а в траве он заметил небольшую змею, спешно уползающую. Страх сковал его тело и забрал голос. Он стоял какое-то время  неподвижно и безмолвно, с полными ужаса  глазами,   и широко раскрытым ртом, жадно глотая воздух, как рыба, выброшенная на берег. Когда звук вернулся к нему, он издал такой  рев, что испугался даже сам. А что уже говорить о находящихся в лагере? Женщины присели от страха, а мужчины замерли.
Первым пришел в себя Зимовский:
- Что это было? Похоже на человеческий крик, хотя, конечно, и странный немного.
- Нам же сказали, что остров необитаем! – включился в разговор Валентин.
- А где Николай? – оглядываясь по сторонам, спросил подошедший Гоша. – Марго вон идет к нам. Наверное, тоже испугалась.
- Точно, Коля! А я сразу не понял, что так насторожило в этом крике. Это же его голос! – Зимовский встал и направился в ту, сторону, откуда был звук. Потом обернувшись, удивленно спросил у сидевших мужчин:
- Чего сидим? Кого ждем?
- А вдруг, это не Коля, а какие-то пещерные люди так нас заманивают? – Валентин не горел желанием идти с Антоном.
- На этом острове один пещерный человек – наш курьер. Валик, Гоша, пойдемте со мной, спасать  юного натуралиста. А вы, Борис Наумыч, оставайтесь с женщинами, успокойте их, только пока ничего не говорите о наших догадках, - Зимовский так уверенно давал распоряжения, что все его сразу же послушались.
Колю нашли без труда. Он так и стоял у цветущего кустарника, боясь пошевелиться.
- Студент, что случилось? Чего орешь, как потерпевший?
- Мужики, меня того… змея укусила, кажется…
- Так укусила или, кажется?
- Укусила, точно! Такая огромная!
- Покажи, где? Ты что стоишь, как статуя?
- А я не могу пошевелиться! Меня руки-ноги не слушаются! – ответил Коля срывающимся голосом. – Ой, наверное, и голос пропадает. Простите меня за все! Передайте Люсе, что я любил только ее…
- А я где-то читал, что так и происходит при укусах змей. Сначала отнимает конечности, а потом все! – проявил свою эрудицию Кривошеин.
- Что все? – не на шутку испугавшись, спросил Гоша.
- Остановка дыхания и все, конец! – пояснил Валик.
У Коли глаза открылись еще шире, он покрылся холодным потом, дыхание стало учащаться.
- А что надо делать в таких случаях? Какая помощь? Не помнишь? – Гоша искренне переживал.
- Точно не помню, но вроде бы надо яд удалить…
- Как?
- Сказал же – не помню! Я давно читал, не думал, что может пригодиться…
- Значит так, несем его в лагерь. У нас там аптечка, а еще типа доктор или кто она там такая, - снова распорядился Зимовский. – Взяли!
- Так ее же нет. Они же с Калугиным где-то бродят, - напомнил Валик.
- Будем надеяться, что они уже вернулись.
- Мне бы с Люсей успеть попрощаться, - умирающим голосом прошептал Коля.

Тем временем в лагере обстановка становилась все более напряженной. Наумыч, делегированный для поддержания спокойствия, произвел прямо противоположное действие, так как не смог сдержать напор женской половины издательства, и практически сразу же выложил все, что знал, еще немного добавив от себя. Марго, подойдя, наблюдала уже знакомую картину: Люся рыдала, Эльвира с Галей ее успокаивали, хотя, на сей раз, и сами волновались за своих мужчин, Егоров просто метался между ними. С большим трудом получив от Наумыча пояснения по поводу царившего большого переполоха, Марго с неподдельной тревогой спросила:
- А где Андрей с нашей психологшей?
- А они еще не возвращались, - ответила Галя. – Уже довольно поздно. Хотя бы с ними было все в порядке. И так для одного дня достаточно переживаний. Еще с Колей неизвестно что…
- Да что там волноваться по поводу Калуги и этой дамочки. И так все понятно. Он свободный мужчина и у нее я обручального кольца не заметила, - Эльвира посмотрела на Марго, ожидая ее реакцию. 
Но Марго не слушала, ее тревога росла с каждой минутой, ей было не до колкостей Эли. Её раздирало на части, она боялась, как бы с ним ничего не случилось, и в то же время мучилась от ревности.
Тем временем спасательный отряд под предводительством Зимовского  быстренько доставили в лагерь пострадавшего.
Люся, увидев в каком состоянии ее жених, неожиданно успокоилась и присела рядом с импровизированной кроватью, которую соорудили наспех специально для него. Она взяла его за руку и начала поглаживать по волосам, Коля открыл глаза:
- Люся, я так тебя люблю, я хотел сделать тебе приятное, а получилось, как всегда…, - он говорил с большим трудом.
- Молчи, я все знаю. Побереги силы. Сейчас вернется Майя и все будет хорошо. Ну, где же она?
- Не думаю, что она сможет мне помочь, слишком поздно. А, может, так и правильнее. Ты – самая замечательная девушка на свете и заслуживаешь лучшего, самого лучшего, а не такого, как я. Прости меня, если сможешь за все. И еще – возьми цветок, он такой же красивый, как и ты.
- Не говори так. Ты для меня и есть самый лучший и другой мне не надо, а цветок, действительно, очень красивый. Спасибо, - она вдохнула сладковатый аромат цветка и, наклонившись, нежно поцеловала своего возлюбленного.
Коля закрыл глаза. Несмотря на мрачность ситуации, они были счастливы в этот момент, как никогда. К ним подошел Наумыч. Было заметно, что он волновался – весь покрылся испариной, хотя жара уже спала, руки дрожали, и хрипловатым голосом произнес:
- Николай, ты прости старика, если, что не так. Знай, я же не со зла. Вы же все для меня, как дети, - на глазах появились слезы.
- Не волнуйтесь, Борис Наумыч, я на вас не в обиде. Все правильно. И еще… - он облизал пересохшие губы и продолжил: - спасибо вам за все.
Народ столпился вокруг Коли, не зная, что делать. Потому, не сразу увидели приближающуюся пару. Вернулись Майя с Андреем. Они улыбались друг другу и так весело щебетали, что не сразу заметили необычную обстановку в лагере. Зато Марго очень хорошо их рассмотрела, её захлестнула такая волна ревности, что она чуть не задохнулась. Ей так захотелось заехать Майе по этой её идеальной улыбке, но она лишь стиснула зубы, чтобы себя не выдать. Невероятным усилием воли взяла себя в руки и сосредоточила всё своё внимание на умирающем студенте.
Наконец Мая заметила что, что-то не так, она подошла ближе и, быстро сориентировавшись в ситуации, расспросила Колю, какую он змею видел. Курьер дрожащим голосом описал её, при этом увеличив её размеры чуть ли не вчетверо.
- Эта змея не ядовита, вообще-то на этих островах на суше нет ядовитых змей. Ядовитые водятся только в океане, – ответила Майя и тут же потеряла всякий интерес к студенту.
«Умирающий» резко сел и с интересом стал рассматривать свои руки, которые к его большому удивлению двигались, затем встал, что тоже не вызвало особых проблем.
- Значит, я  не умру?! – с этими словами Коля кинулся было обнимать своих сослуживцев, но те особо не разделяли его восторга, хотя  чудесное исцеление Николая  и  внесло некоторую разрядку и все с облегчением вздохнули.
- Тьху ты! Студент, ещё одна подобная выходка,  и я сам тебя укушу, чтобы не создавал больше проблем, – со злостью выдал Зимовский.
- Коля, берегись, от яда Зимовского еще не найдено противоядия, - улыбнулась Марго, испытавшая облегчение, увидев, что с Андреем всё в порядке.
Народ разошёлся от вечно создающего проблемы курьера, и принялся за забытые было дела. Только Наумыч ещё долго отчитывал его.
Быстро доварилась банановая каша  и все успокоенные сели её есть.  Каша с голодухи показалась такой вкусной, какой в жизни они не ели. Все нахваливали Гошу за чудесную идею.
Марго не нравился этот разговор и она, так кстати вспомнив одно странное обстоятельство, быстро перевела разговор на другую тему.
- Майя Никаноровна,  - обратилась она  к психологу, - вы так и не ответили на мой вопрос.
- Какой вопрос? – не поняла Майя.
- Откуда вы знаете все наши имена и отчества?  Мы же  вам не представлялись!
- Да! – подхватил, вдруг, Валик.
- Все очень просто.  И я уже рассказывала об этом Андрею…
«Андрею», - перекривила про себя Марго. - «Для тебя - Андрею Николаевичу!».
Андрей на неё глянул и улыбнулся, как же она была прекрасна, особенно сейчас, в отблесках костра, с боевым выражением лица.
А Майя продолжала:
- Я детально изучила ваши личные дела, потому что профессионал и без подготовки не работаю.
- Похвально, - выдала Марго саркастическим тоном. - Значит, вы всё обо всех знаете?
- Не всё, и не обо всех, но общее представление имею.
Дамы с вызовом смотрели друг на друга.
Зимовский даже облизнулся, в его представлении они уже дрались, причём в грязи. Он расплылся в улыбке как мартовский кот.
Но к его сожалению больше ничего не произошло. Ужин был закончен и дамы пошли мыть посуду, мужчины остались у костра.
Поздним вечером все уставшие и разбитые от пережитых потрясений вновь собрались вместе. Какое-то время сидели молча, глядя на  пламя.
- А, Гальяно  - юморной мужик, - нарушила тишину Марго, что-то рисуя палочкой на песке.
- Что ты имеешь в виду? – переспросил Андрей.
- Красиво он нас сделал, с юмором.
Десяток усталых грустных лиц, закивали в ответ.
- Да уж, обхохочешься, - саркастически подхватил Зимовский.
- Небось, сейчас смеётся над нами, – добавил  Валик.
Это был исторический момент, момент, когда МЖовцы были едины, и не было расхождений во мнениях.
- Одного не могу понять… – начала вновь Марго.
- Что ты не можешь понять? – с иронией спросил теперь Зимовский.
- Зачем такие затраты? – она взглянула на него
- Какие затраты?! До места назначения мы, как ты заметила, так и не долетели.
- Антон, пошевели серым веществом, если оно у тебя есть. Зачем такие расходы? Нанять самолёт,  - она начала загибать пальцы, - перелёт, ящики эти, психолог…
- Марго, что ты хочешь сказать? – перебил её Наумыч с нетерпением.
- Ну, зачем отправлять нас на этот остров? – было ощущение, что Марго пытается всех заставить думать.
- Чтобы мы выпустили номер, сплотился коллектив, – как пионер ответил Валик.
- Молодец, Валик! - с сарказмом ответила Марго. - Только это всё чушь! Ерунда!
Все с ожиданием уставились на неё, а она продолжала:
- Во-первых, мы и в офисе можем насочинять, какой хочешь номер, во-вторых – тираж это сильно не поднимет, в-третьих, психологами нас не возьмёшь. Правда, Зима?! - и она ему подмигнула.
- Ну, чтобы номер получился  на высшем уровне, – гнул своё  Валик.
- И что? – Марго не унималась – Хорошо, Валик. Выйдет номер лучше обычного и что? Стоит ради этого тратить бешеные деньги и вести всю комманду «МЖ» на Мальдивы, пусть даже мы и не долетели? Гальяно с этого какой зыск? – она обвела собравшихся вопросительным взглядом.
Народ смолк в задумчивости.
- А может это как в «реалити-шоу»? – осенило вновь догадкой Валентина.
- Кривошеин, телика насмотрелся. – Зимовский хмыкнул.
- А что? Смотрят нас, как «Дом – 2».
- Чтобы нас смотреть, нужны хотя бы камеры, – Зимовский постучал указательным пальцем себе по лбу, как бы показывая Валику  его тупизну.
- А почему бы и нет, - вдруг сказала Марго. - Любая версия имеет право на жизнь.
- Что? И ты туда же… - Зимовский был явно разочарован.
- Наличие камер можно проверить завтра утром.
- Глупость, – добавил Антон.
- А у тебя есть версия получше?
Зимовский обиженно отвернулся.
- То-то же.
Остальные только наблюдали за их перепалкой, но были согласны с Марго: «что – то здесь не так…»

0

8

Глава 7

Что не так, и в чем был подвох со стороны Гальяно понять  пока не получалось, но в том, что он есть  никто не сомневался. Однако разбираться с этим сейчас уже не было сил, потому потихоньку все утихомирились  и начали укладываться спать, кто на чём придумал.
Марго не спешила уходить от костра, она сидела и задумчиво смотрела на отблески пламени и, Андрею казалось, что нет её прекраснее. Он  выбрал себе место немного в стороне от всех и свет от костра не доставал до него, а остальных, напротив,  было хорошо видно, и он мог незамеченным любоваться ею. Как же она хороша в отблесках костра! И он замечтался: «все вокруг исчезли, остались только они вдвоём на необитаемом острове…»
Неожиданно его мечты прервал Зимовский:
- Ну и денёк сегодня! – выдал он. - Стресс на стрессе.
- Да! – ответила за всех Марго.
- Надо это исправлять.
- Ты на что намекаешь? – спросила она, не отрывая взгляда от костра.
- Может, снимем стресс? Есть чем, - улыбнулся Антон.
Марго подняла глаза, улыбнулась ему в ответ и, перевела вопросительный  взгляд на Наумыча.
- А что, хорошая идея, - оживился тот. - Нам сегодня положено. По чуть-чуть, а? Марго?
- Я - «за».
- Гоша? – Егоров переводил взгляд с одного на другого, сколачивая компанию.
- Не, я спать, – ответил Гоша, выпивка всё ещё плохо на нём сказывалась, а в таком тесном «сотрудничестве» он ещё больше боялся опростоволоситься.
- Не узнаю главного редактора!  Игорь Семёнович, вы же всегда поддерживали компанию! – Зимовский злорадствовал. - Вы как будто с Марго поменялись ролями, – он  расплылся в ехидной улыбке.
- Поменялись, Зима, поменялись! Утихомирься уже, - неожиданно зло и смело ответил Гоша и быстро ушёл спать, чтобы не нарываться.
Зимовский ошарашено уставился на него, не ожидая такого. Марго тоже удивлённо посмотрела ему вслед, обернулась к Антону и показала ему комбинацию из среднего пальца. Никто не заметил, лишь Андрей, издали наблюдавший эту сцену, улыбнулся в темноте.
- Андрей, составишь компанию? – продолжал Наумыч.
- Да, пожалуй, – он внимательно взглянул на Марго и подсел к костру.
К «снятию стрессов» присоединился ещё Валик, дамы дружно отказались, а студент после пережитого уже мирно храпел и его решили не будить.
- Вот и замечательно, - подытожил Наумыч, и обратился к Гале: – Галочка, выдай-ка нам бутылочку виски.
Галя молча вынула и подала бутылку Егорову, при этом грозно взглянув на мужа.
- Ну-ну, Галя, сегодня можно, мы по чуть-чуть, - заметив её взгляд, поддержал Кривошеина директор.
Гале не осталось ничего иного как отправиться спать. У костра остались  Марго, Андрей, Зимовский и Валик.  Возглавлял эту честную компанию Наумыч.
Виски разлили в железные кружки, громко чокнулись.
- За нас! – провозгласил Наумыч.
Дружно выпили, в желудках от виски потеплело, по телам разлилось блаженное чувство радости, были забыты все ссоры и споры,  МЖовцы расслабились, заговорили о пережитых треволнениях. За первой последовала вторая, потом третья, незаметно бутылка опустела и Наумыч сходил за другой. Опьянели быстро, сказался трудный день. Зимовский что-то усердно втирал Кривошеину. Егоров обнял Марго и Андрея, и уже раз в десятый повторял, как он счастлив, что у них такой дружный сплоченный коллектив и такие ценные кадры.
- Маргарита Александровна, выпьем за тебя!
- Борис Наумыч, давайте за нас.
- Нееет, за тебя, - изрядно подобревший Наумыч не отступал. - Что бы мы без тебя делали?! Правда, Андрей?
Андрей молча кивнул в ответ.
- Журнал бы делали, – ответила Марго.
- Журнал…, это был бы не тот журнал, - и Егоров ударился в рассуждения, в конце которых подытожил: - Ты не представляешь, что ты для нас сделала!
- Да, ладно вам, – печально улыбнувшись, сказала та.
- Согласен с Борисом Наумычем. Ты изменила журнал, ты изменила нас всех, – Андрей нежно взглянул на неё, говоря взглядом больше, чем словами.
Марго подняла на него глаза и непозволительно долго они молча смотрели друг на друга. Даже Егоров почувствовал неоднозначность ситуации. Он нарочито громко кашлянул, возвращая их к действительности.
- Да! Ты даже Гошу изменила до неузнаваемости, - Наумыч удивлённо крякнул. - Никогда бы не поверил, скажи мне кто-то ещё год назад, что он женится и станет примерным семьянином?!
Марго с Андреем многозначительно переглянулись, а Егоров продолжал:
- Ты - удивительная женщина!!! – он серьёзно посмотрел на неё, потом неожиданно ухмыльнулся. - Что ты с ним сделала?
- Это не я, Борис Наумыч, это другая женщина, - пошутила Марго, вкладывая в шутку долю правды.
- Какая другая? – икнув, не понял Егоров.
- А, вы её не знаете, - кивнула рукой, уже изрядно опьяневшая  Марго. - Лучше бы и я её не знал…ла, – она грустно смотрела на виски в своей кружке.
- Да, печальное зрелище, - глядя на её кружку, сказал Андрей.
- Ты это о чём? -  тут же ощетинившись, бросилась в атаку Марго.
- О виски в железных кружках, – удивился её реакции Андрей.
- А!!! –  сказали Марго и Наумыч одновременно и улыбнулись.
- Да, неплохое виски, оно заслуживает стакана, - добавила Марго.
Все многозначительно улыбались, глядя в свои кружки.
Неожиданно Наумыч поднялся:
- Ну, я спать.
- Спокойной ночи, - не стройно, но вместе сказали Марго и Андрей.
- Спокойной, - ответил Наумыч и, пошатываясь, пошёл спать.
Марго подняла голову, посмотрела ему вслед, и увидела, что кроме неё и Андрея уже никого нет у костра. Никто и не заметил, как исчезли Кривошеин и Зимовский.
Она посмотрела на Андрея и испугалась собственных чувств и желаний: « Надо уходить, пока не поздно».
- Я тоже, пожалуй, пойду спать.
- Марго, - он легонько прикоснулся к её руке, - нам надо поговорить.
- Не о чем, - она встала.
Андрей поднялся за ней. Решительно взял её за плечи.
Марго сразу запаниковала, она пыталась придумать повод побыстрее уйти, но ничего путного на ум не приходило. Голова кружилась, в ушах шумело, то ли от выпитого, то ли…
А он не собирался её отпускать:
- Ты не ответила на мой вопрос.
- Какой вопрос? – Марго сделала вид, что не поняла.
- Почему ты вышла за него?
Она подняла голову, взглянула ему дерзко в глаза, собираясь сказать колкость, но вдруг, утонула в них, забыв обо всём на свете. Несмело положила руки ему на грудь и осторожно прикоснулась губами к его губам. Андрей от неожиданности  растерялся и стоял, не шевелясь, боясь спугнуть  чудесное мгновенье. Он так часто об этом мечтал, особенно последние дни, что сейчас не мог поверить в реальность происходящего. А, может, это сон? Мираж? Галлюцинации? Злая шутка его подсознания - выдать желаемое за действительность? Марго вывела его из оцепенения - она вновь встала на цыпочки,  порывисто обняла его и  поцеловала. Андрей ответил на поцелуй. Обнял её сначала осторожно, потом  крепко прижал к себе. Мир вокруг них исчез, растворился. Остались только эти жаркие губы. Они целовались жадно, не в силах оторваться друг от друга. Время и пространство перестало существовать. Только стук сердец отдавался в висках, заглушая мысли. Они остановились лишь на мгновение перевести дыхание, тяжело дыша, посмотрели друг другу в глаза, и растворились в них.
Сознание вернулось к Марго так же неожиданно, как и покинуло. Её глаза округлились от ужаса, вернулось понимание того, что она творит. Марго отпрянула от него и стала вырываться. Андрей не сразу уловил  резкую перемену в ней, потому отпустил её только после того, как она почти прошипела: «Отпусти».
- Марго?! – всё ещё протягивая к ней руки, воскликнул он.
- И не прикасайся ко мне больше, ни-ког-да! –  она погрозила пальцем у него перед носом и развернувшись на 180 градусов отправилась в нужном направлении.
- Да я и не…, - вслед ей сказал Андрей, но Марго его уже не слышала.
Она подошла к спящему Гоше и рухнула рядом с ним как подкошенная…

***

Рассветало. Все в лагере спали. Все, кроме Коли. Он проснулся то ли от звуков, издаваемых Люсей во сне, то ли от звуков, издаваемых собственным желудком. В его молодом, скорее всего, еще растущем организме каша, пусть и более калорийная за счет бананов, переварилась почти мгновенно. Не удивительно, что под утро его желудок уже не просил, а настоятельно требовал подкинуть ему чего-нибудь питательного. Коля отчаянно пытался уснуть снова, но очередная раскатистая трель Люси окончательно прогнала остатки сна. Он сел и с завистью посмотрел на спящих товарищей. «Да, нелегко мне здесь придется! Особенно с такими харчами… И с какой радости я сюда поперся. Сейчас бы дома открыл свой холодильничек, а там…»  От представленного ассортимента продуктов Коля чуть не подавился собственной слюной. «Надо что-то придумать.  Я до утра помру с голодухи. Вот смешно: от укуса змеи не умер, а умру от голода. Может, судьба у меня такая – не вернуться живым с этого острова?» В этот момент в его поле зрения попал черный ящик, а в голову пришла почти гениальная мысль. Он незамедлительно начал движение к заветной цели по-пластунски, чтобы при необходимости (если кого-то разбудит) сразу прикинуться спящим. Когда маршрут его следования  проходил мимо Наумыча, тот перевернулся со словами: «Николай, ты опять за свое?» и положил свою ручищу прямо на спину ползущему. Испытанный в этот момент ужас не помешал, однако, студенту действовать согласно с разработанным им же самим планом – он мгновенно «уснул». Когда сердце немного успокоилось и с галопа перешло на более спокойный темп, к Николаю вернулась способность думать. «Не хватало еще, чтобы все увидели меня в обнимку с Наумычем. Засмеют же – засыпал около невесты, а проснулся в объятьях Егорова. Доказывай потом, что ты не…» Коля не успел закончить свою мысль, так как Наумыч, опять упоминая имя курьера, перевернулся на другой бок. Придя в себя, Николай продолжил движение и уже беспрепятственно  добрался к цели. Открыв ящик, он начал осматривать, вернее, ощупывать его содержимое. Но попадались только пакеты с крупами. «Ну и жмот Гальяно! Мог же положить хоть кусочек колбаски или хотя бы корочку хлебушка! А лучше бы и то, и другое!» Один из пакетов был разорван. Коля взял несколько зерен крупы и начал жевать, но тут же скривился и выплюнул: «Не съедобно!» Продолжив «досмотр» и запустив руку поглубже, он  нащупал что-то холодное и длинное. Достав, понял, что это было небольшое ружье. «Еще один подарочек от Гальяно! Как же его не заметили? Интересно, а оно заряжено?» Любопытство заглушило чувство голода. Коля стал осматривать ружье и даже заглянул внутрь ствола. Именно такую картинку и увидела Люся, проснувшись оттого, что немного продрогла (жених, уползая в спешке, забыл ее укрыть). Представив, что Коля от пережитых за последнее время потрясений, решил свести счеты с жизнью, она в ужасе закричала:
- Нет!!! Не делай этого!
Николай от неожиданности выронил из рук ружье, причем сделал он это очень неудачно для себя – оно упало на спящего рядом Зимовского, больно ударив его. Мгновенное пробуждение Антона ознаменовалось его диким воплем. Коля, не дожидаясь завершения сего процесса, принял мудрое решение – спасаться бегством, пока не поздно. Зимовский, открыв глаза и увидев убегающего студента, безошибочно определил виновника своего экстремального пробуждения и с криком «Убью!» бросился за ним.
Тем временем, Люся тихонько подошла к злополучному ружью и спрятала его глубоко в ящик, во избежание «вооружённого столкновения» и подальше от глаз взбешённого Зимовского.
Эти события, естественно, разбудили всех остальных и они с неподдельным интересом стали наблюдать необычный кросс: впереди - убегающий Коля, не на шутку испуганный, а за ним  - догоняющий разъяренный Зимовский, немного прихрамывающий.
Эта картина подняла настроение всем, но особенно Марго. Она не смогла отказать себе в удовольствии «порадоваться» за своего зама. «Вот, мелочь, а приятно!» - подумала она, широко улыбаясь, а вслух произнесла:
- Всем самого доброго утра! Кстати, это же первое наше утро на этом острове!  - она обвела взглядом проснувшихся и остановилась на Андрее. И тут события прошлой ночи ворвались в её сознание молнией, и она быстро отвела взгляд. «Капец, я с ним целовалась!!! А может мне это приснилось, ну бывает же, - она вновь украдкой на него посмотрела, и поймала не себе его взгляд. - Нет, не приснилось…, дура, это ж надо было так расслабиться!!! И зачем я пила это виски! - от досады она даже зарычала. - А может он не помнит?! – промелькнула в мозгу слабая надежда, и она вновь посмотрела на него внимательно. - Помнит! Как смотрит!!! Нет, это не выносимо! Полный капец!!! – в этот момент её осенила «гениальная» идея: - Надо прикинуться, что я ничего не помню. Точно! Ничего не помню», - таким образом она себя успокоила.
Пока Марго мучили угрызения совести, вокруг продолжала кипеть жизнь.
- Да уж, доброе утро! После такой ночи! Заснуть здесь невозможно – спать жестко, какие-то странные звуки, а тут еще Люся… Только под утро уснул, и снова…- пожаловался Валик.
- А что я? -  искренне удивилась Люся.
- Не обращай внимания, это Валентин завидует твоему крепкому здоровому сну! – успокоила Марго.
- А я вот поддерживаю Валентина! Ночь прошла ужасно! – включилась в разговор Эльвира.
- И поэтому я предлагаю сегодня в первую очередь заняться строительством нашего дома, а то еще одну ночь придется провести под открытым небом, - сказала Майя, уверенная в собственной правоте и рассчитывая на всеобщую поддержку.   
На фразу Майи Марго среагировала мгновенно:
- А я предлагаю искупаться, наконец, в океане! А то почти сутки уже здесь, а воды толком и не видели! Вобщем, кто - куда, а я купаться! Присоединяйтесь! Гоша, ты со мной? – не дожидаясь ответа, Марго направилась к пляжу,  подальше от глаз Андрея.
- Конечно, любимая! – Гоша вприпрыжку пустился ее догонять,  успев, однако, бросить победоносный взгляд на Калугина.
Оставшиеся стали перед выбором – купаться или строить. Но так как МЖовцы всегда предпочитал отдых работе, тем более предстоял физический труд, то выбор был очевиден.
Коллективное решение озвучил Наумыч:
- Предлагаю поддержать Маргариту Александровну! И пусть утреннее купание в океане станет нашей первой доброй традицией здесь. А что? Так сказать для поднятия настроения и жизненного тонуса! – но увидев явное неодобрение на лице Майи, добавил: - А потом бодренько и примемся за стройку.
- А завтрак в наши ближайшие планы не входит? – заволновался Кривошеин.
- Будет тебе завтрак! – толкнула мужа Галя. – Пошли купаться сначала!
Все двинулись к воде. Майя тоже присоединилась к толпе, взяв Андрея под руку. Вот только Люся и Эля постоянно оглядывались, в надежде увидеть своих бегунов на длинные дистанции.

Тем временем «марафонцы» продолжали свой забег, хотя заметно уже подустали. Причем, как ни странно, студент, не смотря на возраст, явно уступал по физической подготовке Зимовскому. Расстояние между ними заметно сокращалось, а выражение лица Антона показывало всю серьезность его намерений. И вдруг Коля увидел впереди свое спасение – раскидистое дерево, издали чем-то походившее на дуб. «Придется вспомнить детство!»  Николай довольно быстро взобрался на дерево и, когда прибежал Зимовский, чувствовал себя в абсолютной безопасности.
- Студент, слезай!
- Не-а! – Коля замотал головой и поднялся еще немного выше.
- Слезай, говорю, а то хуже будет! – с этими словами Зимовский тоже начал карабкаться на дерево.
Коля, понимая, что его безопасности есть явная угроза, начал в панике вертеть головой и, к своему счастью, заметил на дереве странный плод - внешне он напоминал дыню, но имел не очень приятный запах. Не долго думая, он сорвал его и метнул  в Зимовского со словами:
- Получай, фашист, гранату!
Антон успел вовремя отклониться и «граната» не задела его, пролетев в нескольких сантиметрах от его головы.
- Студент, ты че, совсем больной? Такой штуковиной и убить же можно!
Николай уже и сам осознал возможные последствия такой «бомбардировки», но слезать все равно не собирался.
- Антон Владимирович, я в качестве самообороны! Я не хотел…
- А, фиг с тобой! Понабирают на работу всяких придурков, а нормальные люди страдают! Не зря тебя в армию не взяли! Лечиться надо, если с головой не дружишь! – с этими словами Антон направился в сторону лагеря. Перспектива к ушибу ноги прибавить сотрясение мозга его, явно, не прельщала.
Когда Зимовский отошел на приличное расстояние Коля решился спуститься с дерева, прихватив с собой парочку диковинных плодов, и тоже направился в лагерь.

На берегу океана Зимовский появился не в лучшем настроении. К нему сразу же подошли Эльвира и Люся.
- А Коля где?
- Иди, снимай  своего «снайпера» с дерева, а то еще заснет и свалится. Возись потом с ним, а больнички здесь нету!  А вообще-то ему надо к доктору! – Антон, быстро раздевшись, направился к воде, но будто вспомнив, обратился уже к другому человеку: -  Майя, у нас есть один очень тяжелый больной и как раз по вашему профилю!
Все дальнейшие расспросы Люси пресекла Эльвира, поспешившая присоединиться к Антону:
- Люся, разбирайся со своим женихом сама, а от моего - отстань. Он уже и так пострадал. 
- А кто у нас больной? – поинтересовалась Майя, но ей никто не ответил – Антон с Элей уже плескались в океанских водах, а Люся, надув губки, побрела на поиски своего незадачливого суженого.
Наумыч, умилялся, глядя на дам, затем подошёл к Андрею:
- А хороша эта Майя! А? – он многозначительно подмигнул
- Да, красивая, - ответил Андрей и, заметив, что Марго их слышит, добавил, краем глаза следя за ней: - Аппетитная такая!!!
Марго зло зыркнула на Майю. «Аппетитная» - перекривила Андрея. - Тоже мне «Завтрак туриста»! - пробурчала себе под нос и с разбегу нырнула в океан.

Закончив водные процедуры, команда «МЖ» & психолог во главе с Наумычем в прекрасном настроении возвращались в лагерь. Даже на Зимовского купание оказало благотворное воздействие – он поддерживал всеобщий шутливый тон и уже даже не прихрамывал. Так они и появились в лагере – мокрые, бодрые, веселые. Их взорам открылась любопытная картина – Коля сидел, держа в руках непонятный предмет явно растительного происхождения, рядом стояла задумавшаяся Люся, второй такой предмет лежал у их ног. Курьер, увидев Зимовского, поднял руки вверх, не выпуская странную штуковину. Антон, решив, что это продолжение «атаки», кинулся бежать. Делали они это практически синхронно и закричали тоже в один голос:
- Сдаюсь!
- Не кидай, придурок!
Через несколько секунд к привычным для острова звукам прибавился дружный хохот. Сначала смеялись только «зрители», но, поняв, что случилось, присоединились и «артисты» - Коля и Антон. Оказывается, Николай, хвастаясь, перед невестой своей «добычей», долго держал странный плод в руках и … приклеился к нему, или наоборот, хотя это не меняло положение вещей для курьера-горемыки. Увидев Зимовского, он поднял руки, показывая, что сдается на милость противника, а тот, расценил этот жест по-своему. И снова коллектив «МЖ» был един в своем порыве. У некоторых уже выступили слезы на глазах, но никто не останавливался. Все смеялись, но делали они это по-новому для себя – искренне, открыто, от души, дружно, словно освобождаясь от  груза негатива последних дней.
Когда веселье потихоньку утихло, Валентин вернул всех к проблемам насущным:
- Смех – это хорошо, но ним сыт не будешь! А что у нас сегодня на завтрак?
- Гальяно не позаботился о разнообразии нашего рациона. Поэтому снова каша, - ответила ему Галя. – Сейчас сварим, но придется немного подождать.
- А я, думаю, мы и сами сможем внести изменения в свой пищевой рацион, - загадочно начала Майя, рассматривая находки Коли. – Дело в том, что это плоды хлебного дерева. Нам о них рассказывали на курсах очень подробно. Для местного населения островов хлебное дерево — важный источник питания. Мякоть созревших плодов  пекут, варят, сушат, засахаривают, едят сырой и даже, разминая и растирая, делают из неё тесто для своеобразных «блинчиков». Недозрелые плоды используются как овощи, а зрелые, более сладкие — как фрукты. О зрелости плодов свидетельствуют капельки латекса, проступающие на его кожуре, благодаря которым Николай и «приклеился». По вкусу они нечто среднее между хлебом (отсюда и название) и картошкой.
Закончив свою мини-лекцию по ботанике, Майя вновь обратилась к курьеру:
- А вы много там таких деревьев видели?
- Я был на одном, - начал Коля, и с опаской взглянул на Зимовского, но тот только ухмыльнулся. – Но вроде бы их там около десятка растет.
- Тогда я могу поздравить всех нас – голод нам не страшен! Это дерево плодоносит здесь практически весь  год, а несколько таких деревьев способно «прокормить» целую семью.
От услышанных новостей и открывающихся перспектив народ оживился еще больше.
- От лица руководства объявляю Николаю благодарность с занесением в личное дело. Люся, готовь приказ, я подпишу! – Наумыч повернулся к награждаемому, и хотел было пожать ему руку, но, вспомнив, что все еще есть риск «приклеиться» (чудо-фрукт-овощ от Коли оторвали, но руки еще были липкими), передумал.
- Борис Наумыч, а как я приказ подготовлю здесь?
- Людмила, проявите смекалку, тем более ради жениха, - не удержался Зимовский.
- А давайте тогда и приготовим этот универсальный продукт на завтрак! Я так соскучился по хлебу и картошке!– предложил Валик. Все его поддержали.
- Тогда эти плоды, так как они созревшие оставим на десерт, а принесем несколько менее зрелых и запечем их в золе, как картошку, - предложила Майя.
На этот раз предложение психолога получило всеобщее народное одобрение, поэтому, распределив обязанности, все приступили к их исполнению.  Коля, неимоверно гордый признанием его заслуг, повел Валика и Наумыча в «хлебную рощу». Оставшиеся мужчины были назначены ответственными за костер.
Гоша с Калугиным отправились собирать ветки.
Оказавшись вдали от коллектива, Гоша решил воспользоваться возможностью и в который раз напомнить сопернику кто есть кто.
- Даже не думай, - начал он.
- Ты о чём? – не понял Андрей.
- Всё о том же: не надо бросать на Марго страстные взгляды, она - моя! – он триумфально улыбнулся.
- Ты так уверен в этом? – с сарказмом спросил Калугин.
- На все сто!
- И ни процента сомнениния?
- Ни одного! Я быстро учусь, и на чужих ошибках тоже. Марго не любит сомневающихся.
- Ты так хорошо изучил Марго?
- Мы с ней едины не только душой, но и телом, -  довольный своим каламбуром, Гоша отошёл.
- Я бы на твоем месте не был так самоуверен, - вслед ему сказал Андрей.
Несмотря на разногласия, они быстро насобирали сухих веток и, взяв в компанию Зимовского, занялись разведением огня. Женщины, ожидая доставку продуктов, слушали продолжение лекции Майи о пользе хлебного дерева. Спустя некоторое время Марго, демонстративно зевая, шепнула Эльвире, сидевшей рядом:
- Капец! Не женщина, а ходячая энциклопедия по ботанике!
Эльвира захихикала и утвердительно закивала:
- Ага, а еще и по зоологии...
  К ним повернулась Галя:
- Не мешайте слушать! Так интересно!
- Галя, а ты возьми тетрадку и конспектируй, - посоветовала Эльвира и подмигнула Марго. Обе снова захихикали.
- Майя Никаноровна, разрешите вопрос не по теме урока, - Марго подняла руку, как школьница.
- Постараюсь ответить, если позволит моя компетенция, - ответила Майя, делая вид, что не заметила издевки.
- Мой вопрос как раз об этом!
- О чем этом?
- О вашей компетенции! У вас, действительно, есть диплом психолога?
- А вы сомневаетесь?
- Не буду скрывать – очень сильно сомневаюсь!
- Боюсь вас разочаровать, но у меня есть и диплом психолога и даже ученая степень – кандидат психологических наук, а еще немалый опыт работы, в том числе и с такими скептиками, как вы.
- Аааа, – протянула, скрывая улыбку Марго. - А мы думали, что вы зооботаник.
Эля опять захихикала, а Майя продолжила, делая вид, что не замечает иронии:
- Это мое хобби. У меня много разных интересов: я люблю дайвинг, сёрфинг, люблю всё красивое…  - и с вызовом в голосе, дерзко глядя на Марго, добавила: - коллекционирую мужчин.
- О! Последнее особенно интересно, - та уже откровенно потешалась над ней. - И много экземпляров в вашей коллекции?
- Не очень, но в ближайшее время собираюсь пополнить её, - и Майя мельком глянула на Андрея, давая понять, кем она собирается пополнять свою коллекцию.
Марго это совершенно вывело из себя, от переполнившего её гнева она даже забыла, что собиралась ещё сказать. «Дырку  от бублика ты получишь, а не Калугина!». Она подошла к Майе, широко улыбнулась и тихо, чтобы только та её слышала, сказала:
- Ты со своим коллекционированием не лезь в мою песочницу. А то получишь лопаткой промеж ушей, – и всё так же улыбаясь, стремительно удалилась, не оставляя Майе шанса ответить.
Со стороны их беседа выглядела довольно мило - обе широко улыбались и только в глазах сверкали молнии. Потому окружающие так и не заметили, что чуть не случилось первое на острове кровопролитие.
Только отойдя на некоторое расстояние, Марго осенила мысль: «Ведь Майя указала на Андрея, а не на Гошу! Откуда она могла знать? А! Она же читала досье. Хотя,  причём здесь досье? Или она, действительно, хороший психолог, или…  не спала прошлой ночью.  Надо быть с ней осторожней».
Майя, удивлённая  наглостью Марго, только угрюмо смотрела ей вслед: «Да, экземпляр».
Но её мысли прервали, так как в этот момент в лагере появились «охотники за хлебом» и все с энтузиазмом занялись приготовлением долгожданного завтрака. Завтрак удался на славу и прошел в теплой дружественной атмосфере. Все нахваливали Колю, который сиял, как новый самовар.
После окончания трапезы Майя  опять напомнила о необходимости строительства жилья.
- Мы с Андреем уже нашли подходящее для этого место. И работы там будет немного. Дело за малым – раздобыть стройматериал и вперед на стройку.
- Там такая красотища! Я влюбился в то место с первого взгляда! – поддержал ее Андрей.
- А мы с Антоном вчера как раз обнаружили заросли бамбука или чего-то подобного. Одним словом, стройматериал есть и в достаточном количестве! – гордо заявил Валик.
Фраза «мы с Андреем» снова вызвала у Марго приступ ревности. «Как же она меня раздражает! И он тоже хорош! Влюбился, видите ли…»
- Значит можно приступать к строительству! – подвела итог Майя.
- А я бы не стала так спешить, - Марго старалась говорить спокойно. – Я думаю, сначала надо как следует осмотреть весь остров и тогда уже определяться с местом для строительства. А, кроме того, мы же хотели проверить наш курорт на наличие скрытых камер.
- Марго, на это все уйдет время, а нам нужно закончить «дом» до темноты. Не думаю, что есть желающие провести еще одну ночь под открытым небом. А вдруг дождь? – Андрей старался быть убедительным.
-  Если правильно организовать процесс, то на это уйдет не так уж много времени, - не унималась Марго. Переход Андрея на сторону Майи ещё больше разозлил её, теперь она не собиралась сдаваться.
- А я согласен с Марго,  - неожиданно поддержал её Кривошеин. - Мне не хочется быть подопытным кроликом, за которым наблюдают.
- Да, это неприятно, – подхватила Эльвира.
Остальные тоже поддержали Марго, и  она победоносно взглянула на Майю, а та только пожала плечами:
- Как хотите.
МЖовцы оперативно разошлись в разные стороны в поисках камер. Облазили близлежащие деревья и кустарники, обошли даже берег, но камер так и не обнаружили…

0

9

Глава 8

Немного расстроенные результатами поисков МЖовцы вернулись в свой временный лагерь и занялись переездом на новое место, найденное Майей и Калугиным...  Пока мужчины переносили  вещи, женщины понемногу осваивались. Красота места потрясла всех и даже скептически настроенную Марго. Народ с энтузиазмом принялся осматривать  свое будущее место жительства.
Банановые пальмы здесь были небольшого размера и склонены в сторону океана, так, что их можно было достать рукой.
- Ух, ты! – Гоша сорвал банан, и обернулся к Марго. - Ты лазила так высоко, а тут их можно собирать, просто протянув руку.
- Марго лазила на пальму? – удивился Егоров, и посмотрел на неё с восхищением. - Сколько в тебе ещё скрытых талантов?!
- Борис Наумыч, лазить по деревьям совсем не талант, все ма... - она хотела сказать «мальчишки», но вовремя остановилась, якобы закашлявшись. - Все дети лазят.
- Наша, Маргарита Санна вообще талантище, - съязвил Зимовский. - Она в детстве ещё и в войнушку играла, и в «казаки-разбойники».
- Да? – удивился Наумыч, не заметив в словах зама иронии.
- Да! – с вызовом глядя в глаза Зимовскому, ответила Марго. - Ещё я играла с мальчишками в футбол и была лучшим нападающим.
- Как же, как же… Мы это знаем, - протянул уважительно Егоров.
Антон в ответ только хмыкнул. И лишь Андрей нахмурил брови, ему совсем не нравилось, что она так откровенно обо всём рассказывает, от Зимы можно ожидать любой подлости.

Марго, налюбовавшись пейзажем, предложила проверить и эту территорию на наличие скрытых камер.
- Боюсь, у вас уже паранойя! Может, займемся все-таки строительством? Мы и так потеряли много времени из-за вашей прихоти! – возразила Майя.
- Не спешите ставить диагноз, а то вдруг ошибетесь. А такому высококвалифицированному специалисту это не к лицу.
- Марго, а ведь Майя права... - начал, было, Андрей.
- Интересно в чем? Что у меня мания преследования и мне пора лечиться? Имей в виду: я - здорова и в ее услугах точно не нуждаюсь, но не успокоюсь, пока не буду уверена, что здесь все чисто! И это не менее важно, чем крыша над головой, если даже не больше.
- Марго, мы уже всё проверили, если бы что-то было, мы бы нашли.
- Не всё, здесь не смотрели.
- Хорошо, тогда предлагаю компромисс, - Андрей не сдавался. – Разделимся: часть пойдет за стройматериалом, а остальные останутся здесь и продолжат поиски.
- Лично я не собираюсь в этом участвовать, а займусь подготовкой к строительству, - заявила психолог и по совместительству архитектор, и, не дожидаясь ничьего ответа, сразу же приступила к проектированию  «дома», а потом, будто вспомнив, повернулась и обратилась к Калугину:
- Андрей, а тебя, как самого здравомыслящего в этой компании, попрошу заняться доставкой стройматериала сюда.
- Майя Никаноровна, а что это вы так не хотите, чтобы мы искали камеры? Может, вы что-то знаете больше нас? – Марго не унималась.
- Вы правы, Маргарита Александровна, я, действительно знаю больше вас,- Майя сделала ударение на последнем слове.
- Как интересно, с этого места поподробнее, – сверкая глазами, встала в позу Марго.
Выдержав паузу, Майя продолжила:
- Я знаю то, что здесь небезопасно ночевать под открытым небом. Поэтому и настаиваю так на немедленном начале строительства, а проверку ваших навязчивых идей предлагаю отложить хотя бы на время.
- То есть, у меня навязчивые идеи, а вы действуете во благо человечества?! – Марго была уже на грани взрыва.
- Я веду себя как разумный, адекватный человек, и всех призываю к тому же.
- Дамы, не стоит… - попытался успокоить их Калугин.
-  И всё-таки, странно, что вы нас всё время отговариваете, - подхватил спор Зимовский.
Его  безумно веселило противостояние дам, и Антон чуть ли не прыгал от радости вокруг них. Андрей же, наоборот, был обеспокоен. Он старался встать между Майей и Марго, зная  взрывной характер последней, во избежание кровопролития, очень даже возможного, судя по накалу.
- Ничего не вижу странного. В данный момент важнее крыша над головой,  а не призрачные догадки, – ответила Майя Антону.
Накалившуюся ситуацию разрулил Егоров: Андрея, Гошу и  Зимовского снарядил за стройматериалом, а Колю с Валиком отдал в распоряжение Марго, сам же присоединился к Майе и с умным видом слушал ее монолог о будущем строении. Остальные женщины занялись приготовлением обеда.
Майя с увлечением рассказывала, как будет устроена их хижина. Небольшая поляна была в форме овала. Срубленный бамбук она планировала увязывать между собой  с растущими вокруг поляны пальмами, для прочности вкапывая его на полметра в землю. Крышу соорудить из также увязанных пальмовых ветвей. Укрепить постройку нужно будет крепкими брёвнами.

Марго координировала действия Коли и Валика по поиску камер. Они облазили все пальмы, благо те были небольшими. Осмотрели все кустарники и близлежащие деревья. Спустились по склону к океану. Но, как они не старались, поиски снова оказались безрезультатными. Марго была крайне разочарована. Скрытых камер на острове не было. А ведь их наличие многое бы объясняло. Теперь их пребывание на острове стало ещё более непонятным. Марго сидела в задумчивости, чертя что-то на песке.
Майя, с трудом скрывая свое торжество, обратилась к ней:
- Теперь спокойно  можем заняться строительством?
- Можем спокойно, а можем и беспокойно, – ответила Марго в задумчивости. "Да, Гальяно совсем не прост, но и меня Бог не обделил интеллектом. Я обязательно докопаюсь до истины".
В этот момент со стройматериалом вернулись мужчины, прервав ход её мыслей.
Строительство началось. Майя, как истинный прораб четко отдавала распоряжения.
Марго, как истинный революционер, упорно их не выполняла, однако трудилась на уровне с мужчинами, а то и больше некоторых.
Марго сновала туда-сюда  в коротенькой майечке и шортах. И Андрей каждый раз оборачивался, глядя ей вслед. Теперь, когда она находилась так близко, да еще и круглосуточно, его мысли целиком и полностью были заняты ею. Видеть, слышать, ощущать ее неповторимый аромат и не иметь возможности дотронуться, обнять…  Это было для него самой настоящей и самой изощренной пыткой! В памяти без конца всплывали те счастливые моменты, когда они буквально растворялись друг в друге, забывая обо всем и обо всех. А после вчерашней сцены у костра у него совсем снесло крышу. Он теперь твердо знал – она тоже все помнит, ее чувства к нему живы, как бы она не пыталась убедить его в обратном. И теперь он был готов свернуть горы.

Зимовский так и норовил все время увильнуть от возложенных на него обязанностей. Валентин с Колей при случае с удовольствием к нему присоединялись – стоило «прорабу» отвернуться, эта троица моментально бросала свои орудия труда, облегченно вздыхая. Да, физический труд был явно не для этих офисных работничков.
Андрей решил тоже воспользовался очередным самовольным «перекуром» - взялся за фотокамеру и стал снимать происходящее вкруг.
- Ты в последнее время с ней практически не расстаешься, - сказала Марго, кивнув на камеру. – И спать с ней  ложишься?
-  Так, а если больше не с кем, - моментально подключился Зимовский. – А камера – она же женского рода! Все ж приятнее, чем одному. Хотя, думаю, это с легкостью сможет исправить наш психолог.
Марго многообещающе (причем обещающе не очень приятное) взглянула на Зимовского,  но это его, только раззадорило, и он продолжил:
- Я имел в виду, поможет избавиться от этой пагубной привычки – таскать везде фотоаппарат. А вы о чем подумали Маргарита Александровна?
-  А можно я сам разберусь со своей камерой и с кем мне спать?! – раздраженно ответил Андрей.
«Разберёшься ты сам, как же! Вон Майя уже кругами ходит, того и глядишь прыгнет на шею вместо камеры», - подумала Марго, а вслух произнесла:
- Я, в отличие от некоторых, думаю исключительно о работе. И в данный момент она заключается в строительстве дома. А ваши несанкционированные перерывы ставят под сомнение завершение этой «стройки века» в ближайшем будущем. Давайте, не будем отвлекаться на пустяки и упражняться в остроумии. В этом, Антон Владимирович, вам трудно найти равных.
- Это законный перерыв у нас пустяком зовется?! Я буду жаловаться на несоблюдение трудового законодательства! – не унимался Зимовский.
- Ладно, Антон, Маргарита права. Давай займемся работой, - Андрей поставил камеру, демонстрируя свою готовность снова быть строителем. Зимовский нехотя к нему присоединился.
Когда Андрей оказался, якобы случайно, возле Марго, она спросила:
- А все-таки, что ты все время снимаешь?
Он хотел ответить «Тебя и только тебя!», но передумал:
- Я  снимаю для себя – давно мечтаю о личной фотовыставке, а здесь такая возможность, не могу упустить. Вот вернусь домой и займусь осуществлением своей мечты, а то вечно времени на это не хватало. Все работа,  работа…
- А  разве Гальяно не уговорил тебя вернулся в редакцию?
- Не совсем. Я должен дать окончательный ответ после этой командировки.
- И какой он будет, твой ответ?
- Это зависит только от тебя.
Марго неожидала такое услышать и немного растерялась, но ее спасла от необходимости отвечать подошедшая к ним Майя и тут же, словно гриб из-под земли, нарисовавшийся Зимовский:
- Майя Никаноровна, у меня к вам возник вопросик по существу. А как мы будем все вместе здесь обитать? Я бы хотел уединиться со своей дамой.
- Чтобы построить несколько «домов» уйдет много времени, да и энтузиазма у вас маловато. У вас же «перекуры» отнимают больше времени, чем сама работа, - начала свои объяснения Майя. - Если вы заметили, наш дом состоит из двух частей. Это будут женская и мужская половины…
- То есть девочки налево, а мальчики направо? – перебил ее  Валик.
- Приблизительно. Но если вам ближе, можем наоборот: мальчики - налево, а девочки - направо.
- Это, каким там мальчикам захотелось налево? -  удивленно спросила Галя и как-то недобро посмотрела на «мальчиков». К ней присоединились Эльвира и Люся.
- Мы же пошутили. Все понятно: мы - только направо и никто нас не собьет с этого курса! – пошел на попятную Кривошеин и добавил совсем тихо: - Тем более что остров необитаем и ассортимент девочек здесь ограничен.
- Валик, у меня очень хороший слух, - угрожающе произнесла Галя.
- Ага, а нюх, как у собаки, а глаз, как у орла, - шепотом пошутил Зимовский. -  Держись, Валентин!
- А я и говорю всем, что ты у меня лучшая! – поспешил ответить Кривошеин.
- Ну, а проблему с уединением на необитаемом острове, думаю, такие романтичные мужчины смогут с легкостью решить самостоятельно, - подытожила Майя.
При этом многозначительно посмотрела на Андрея, что не осталось незамеченным для Марго и вызвало у той очередной приступ ревности.
«Никак не уймется! Придется объяснить еще раз! Вот мог же Гальяно найти психолога-мужика?! И где он только откопал эту…» -  у неё появилось непреодолимое желание съездить Майе в глаз. Но она подавила в себе это желание, хотя и с большим трудом, и постаралась направить всю свою энергию в благое русло – строительство общего дома. Но сконцентрироваться полностью на общественном деле снова не получилось…
Было невыносимо жарко. Мужчины разделись во время работы и смущали своими голыми торсами дам. Но что было Марго до мужчин. Она не могла оторвать взгляда от Андрея. Она всё время старалась не смотреть, отводила глаза, но они, казалось, её не слушались. Каждый раз ловила себя на том, что смотрит на него. И когда по его шее спустилась капелька пота на грудь, Марго проследив за ней, нервно сглотнула и замерла, затаив дыхание. Так она стояла, забыв о работе, глядя на него затуманенным взором. К соблазнительной картинке присоединились воспоминания о вчерашнем поцелуе… И пусть умом она понимала, что это была ошибка, но ее сердце кричало ей об обратном и молило о повторении. И хотя она боялась даже предположить, какие последствия может иметь та ее минутная слабость, но чувствовала, что не сожалеет о содеянном, скорее даже наоборот.   
Очнувшись через несколько минут, подняла глаза и поняла, что он заметил её взгляд. «Капец, этого ещё не хватало! Теперь он будет думать, что я ещё и озабоченная». Марго отвернулась и зло затянула узел. «Как можно быть такой дурой!».
Все еще продолжая злиться на себя и стараясь отвлечься от небезопасных мыслей, Марго схватила бревно внушительных размеров, но не рассчитала собственные силы и упустила его. Андрей моментально оказался рядом с ней:
- Не надо поднимать такие тяжести. Это совсем неженское дело. Тем более, когда рядом есть мужчины.
- Напомню, если ты забыл: я – не совсем обычная женщина и сама разберусь, что мне стоит поднимать, а что нет, - ответила она так, чтобы слышал ее только он.
- Я ничего не забыл! И точно  знаю, что ты – необыкновенная женщина! Другой такой нет!  И вчера у костра еще раз убедился в этом!
- А что было у костра?  – спросила она как можно спокойнее и отвела глаза, которые ее могли выдать. – Я вчера немного переусердствовала со спиртным и почти ничего не помню.
- А теперь посмотри мне в глаза и повтори, что ты ничего не помнишь!
- Я не собираюсь тебе ничего подтверждать! Думай, как хочешь! Мне все равно! – она попыталась уйти, но он удержал ее.
- Вчера мне так не показалось!
- Знаешь, что надо делать, когда кажется?!
- Знаю! Проверить еще раз! - он наклонился, чтобы поцеловать ее.
- Ты с ума сошёл! - она чуть не задохнулась от возмущения. - Не смей! - прошептала и оглянулась, вроде, никто ничего не видел.
- Да, сошел и давно, как только увидел тебя впервые там, в редакции, помнишь? И свела меня с ума ты.
- Тогда обратись за помощью к специалисту! Она тебе с радостью поможет!
- Ну и обращусь!
- Обратись, обратись!
- Не будем откладывать это в долгий ящик. Майя Никаноровна, а можно вас на минуточку?
Марго аж подскочила от его возгласа и своего негодования. Тем временем психолог, сияя самой доброжелательной улыбкой, подошла к ним.
- Зачем же так официально, Андрей? Мы же друзья и перешли на «ты», забыл?!
- Вряд ли, мы недавно выяснили, что с памятью у него нет проблем, - вставила Марго.
- В отличие от некоторых, - ответил ей и сразу же переключился на Майю: - Я не забыл, просто обращаюсь сейчас не как к другу, а как к специалисту.
- Совсем недавно ты говорил, что не готов довериться мне, как профессионалу. Ну, что же, приятно! Только этот разговор должен происходить тет-а-тет.
- Ничего, здесь все свои, и у меня только один вопрос.
-  На счет своих тебе, то есть вам, виднее. И какой же вопрос?
- На ваш взгляд, я похож на сумасшедшего?
-  Нет, конечно! Вы - самый психически здоровый из всех на этом острове.
- Во-первых, мы ещё не обошли весь остров, может где-то есть здоровее. А во-вторых, вы сами, что себя к таковым не причисляете? – тут же сьязвила Марго.
- Маргарита Александровна, не понимаю вашего отрицательного отношения ко мне. Я вам не нравлюсь как человек или вы принципиально не любите психологов?                                                                                    - Точно, принципиально не люблю, у меня был грустный опыт общения с ними, - она с вызовом взглянула на Андрея. - А Андрей Николаевич так и норовил меня к ним отправить.
- Я его понимаю.
- Кто б сомневался, я смотрю у вас полное взаимопонимание.
Марго отвернулась, показывая, что разговор окончен и  вновь принялась за работу. Андрей демонстративно взял Майю под руку, чтобы побыстрее увести. Но отойдя несколько шагов, обернулся проверить реакцию Марго и, увидел, что та опять тащит злополучное бревно. Оставив свою спутницу, отобрал у сопротивляющейся Марго ее нелегкую ношу, поставил куда следует,  и снова присоединился к  Майе.

Когда большая часть запланированного была выполнена, прервались на обед, после которого продолжили с новыми силами. К вечеру все работы по строительству их нового жилья были завершены. Все стояли и любовались своим творением.
- Да!!! Хорошо! - протянул Наумыч.
- Красиво! Прям, как в «Голубой лагуне», - пропищала Люся.
- В «Голубой лагуне» у них крыша протекала, а у нас прочная, устоит! – довольная собой, Майя рассматривала своё «детище».
- Вот, что значит профессионалы! - Егорова распирало от гордости. - Правду говорят, талантливые люди талантливы во всем! Надо номер шедевральный - пожалуйста, надо жилье на необитаемом острове - тоже без проблем! Вот у меня команда! Любой может позавидовать! Ну, что съел, Гальяно? - Наумыч показал фигу воображаемому оппоненту. - Где там твои камеры?
- Нет камер, - печально сказала Марго. - Мы везде обыскали.
- Так это ж чудесно! Чего ты грустишь?! - Егоров был счастлив.
Все его проблемы остались на большой земле, и здесь, на острове, он был как в раю.
Но увидев в этот момент несколько разочарованное лицо психолога, поспешно добавил:
- И, конечно же, нельзя не отметить героический труд нашего организатора – Майи … Как вас по отчеству?
- Никаноровна, - удивилась Майя забывчивости Наумыча.
- Простите старика. Конечно же, Ника…но,  ну ничё, ничё, - Наумыч крякнул. - Ну-с, пройдёмся к морю.
Усталые, измученные, но счастливые, МЖовцы дружно отправились  искупаться в океане. Смыть, так сказать, трудовой пот.
Пока народ плескался, шумя и брызгаясь, Наумыч ушёл подальше, чтобы насладиться окружающей красотой, совмещая это с любимым хобби. К нему присоединился незадачливый студент.
Егоров только закинул удочки в предвкушении удовольствия от рыбалки. Рядом сел Коля и внимательно глядел на поплавок, пытаясь не издавать ни звука. Подошла к ним Люся:
- Коля, Коль, а что вы ловите?
- Тихо! - хором ответили Коля с Наумычем.
- Коль! - громким шёпотом начала вновь Люся. - А какая рыба здесь ловится?
- Отстань, не знаю.
- Борис Наумыч?
- Людмила! Ты нам всю рыбу распугаешь.
- А какую рыбу-то?
- Не знаем, - хором сказали Коля с Наумычем.
- А как это? Ловите и не знаете?!
В её сторону обратились грозные взоры и Люся, опустив глазки, решила, что правильнее промолчать. Но решение её было поспешным. Сидеть просто так было скучно, и  вновь любопытство взяло верх:
- А на что вы ловите?
- На ужин, - уже злясь, буркнул Наумыч.
- Не, я имею в виду, на что – ну, на червячка или…
- Или! – опять ей хором ответили.
- А?… - начала было вновь Люся.
- Люся, ещё один вопрос и наживкой будешь ты!
- О, точно – наживка, - обрадовалась та. - Я просто забыла это слово.
- Люся, а ты не смотрела мультик ...
- Какой мультик?
- Про «Машу и медведя».  Машу, как с тебя писали.
- Нет, а про что он?
-  О том, что любознательность до добра не доводит. Советую посмотреть! – даже не глядя в её сторону, сказал Коля.
- Ага, это первое что сделаю после возвращения домой! - показала язык обидчику и гордо направилась в лагерь, после чего рыбалка продолжилась в полной тишине и скоро принесла свои успехи…

0

10

Глава 9

Ужин из свежевыловленной рыбы удался на славу. Когда все дела были сделаны, МЖовцы обосновались у костра. Утомлённые дневной работой, задумчиво смотрели на искры пламени, и каждый думал о своём.
Тишину нарушила Майя:
- Ну, что ж, - начала она. - Жильё у нас есть, пора задуматься и о работе.
- В смысле? - устало спросила Марго.
- В том смысле, что я к вам приставлена не просто так и буду выполнять свою работу. А вы по мере сил и возможностей мне в этом поможете.
Работнички насторожено посмотрели на психолога.
- Не волнуйтесь, - уловив их взгляды, поспешила успокоить Майя. - От вас требуется только быть самими собой, ну, и хоть немного откровенности.
Народ изобразил на лицах скуку.
- Никаких возражений, - поддержал её Наумыч. - Будете работать с психологом в приказном порядке.
- А приказ можно увидеть? – не мог смолчать Зимовский.
-  Вы у меня, Антон Владимирович, всё увидите, и лишение премии за невыполнение приказов, в том числе,- грозно ответил директор и обратился к Майе: - Майя Никаноровна, приступайте. Мы готовы к сотрудничеству, - и он обвёл всех испепеляющим взглядом.
- Ну, что ж, приступим, - у Майи загорелись глаза, видно было, что она любит свою работу. – Давайте, чтобы расслабиться и стать ближе  друг к другу… - она не договорила.
-  Как интересно, - ухмыльнулся Антон, но Наумыч не дал ему развить мысли, шикнув на него, и Майя продолжила:
- Каждый из вас вспомнит и расскажет небольшой эпизод из детства.
Все удивлённо переглянулись.
- Любой эпизод, хороший, плохой, какой первый вспомнится, - она обвела всех просящим взглядом.
Но МЖовцы притихли, опустив глаза, как школьники, не выучившие урок.
- Борис Наумыч, - обратилась Майя к самому готовому к сотрудничеству клиенту. - Начните вы, покажите пример своим подчинённым.
- Я? Ну что ж, могу и я. Э…, - он немного замялся, как бы вспоминая. - Как то мы, уже будучи подростками, прыгали с моста в реку. Ну, рисовались, кто как умел: кто солдатиком сигал, кто как. Я прыгнул и вдруг в воде ощутил что-то странное  ниже спины. А когда вылез из воды, у меня в трусах, извините за такую интимную подробность, была вот такая, - он показал размер улова, - рыбёшка.
Егоров заулыбался:
- Пацаны потом ещё долго подшучивали, что я могу без удочки рыбу ловить.
Мжовцы тоже заулыбались.
- А сейчас, Борис Наумыч, без удочки можете?
- Нет, сейчас так уже не ловится, видать годы не те.
Настроение у костра стало благодушным, народ расслабился, нужный эффект был достигнут, Майя была довольна:
- Спасибо, Борис Наумыч. Кто следующий?
Опять все скромно потупились в костёр.
- Может вы, Игорь Семёнович? По должности, раз уж мы начали с начальства.
- Я?
- Да. Будет очень интересно, - подхватил ухмыляющийся Зимовский.
Гоша посмотрел на Марго, но она не могла сейчас помочь и он рискнул:
- Хорошо, я расскажу, - и он начал свой рассказ. - В том районе, где мы с мальчишками тусовались находился хлебокомбинат, и каждый раз проходя  мимо него…
По мере того как он рассказывал, лицо Марго менялось, она медленно подняла на него глаза и с её губ чуть не сорвалось: «Это мои воспоминания!». Но она быстро взяла себя в руки: «Всё правильно. Он молодец! Что же ему ещё рассказывать? О том, как в куклы играл-ла?!». Но на душе стало нехорошо: воспоминаний и тех лишили.
Когда он закончил свой рассказ, встрял вновь Зимовский:
- А…, ты мне рассказывал, у тебя ещё дружок был, у которого мать на этом комбинате работала.  Как же его звали? -  и он растянулся в самой добродушной улыбке, глядя на Гошу, как удав на свою жертву.
Тот сразу запаниковал и взглянул на Марго. Она сделала круглые глаза, но подсказать не могла, это вызвало бы недоумение. И он  ляпнул первое, что пришло в голову:
-  Не было у меня такого дружка с матерью на комбинате! Ты что-то путаешь, Антон.
- Да, нет же, не путаю, - у Зимовского загорелись глаза: вот он, тот случай, что выведет мутантов на чистую воду. Он уже открыл рот для очередного разоблачения, но его прервала Майя, разрушив все его, почти наполеоновские, планы:
- Это сейчас не столь важно, давайте продолжим.
Егоров ей в помощь жестом остановил поползновения Зимовского, тот раздосадованный тем, что очередная возможность свергнуть семейство Ребровых с трона не прошла, вынужден был отступить.
- Маргарита Александровна, - обратилась психолог к Марго, - теперь вы.
- А вы конспектировать не будете? -  Марго не очень хотелось откровенничать, и она пыталась увильнуть от ответа.
- Нет, это сейчас ни к чему.
- Марго, не отделяйся от коллектива, - уловив её настроение, предупредил Наумыч.
- Хорошо, - она тяжело вздохнула и начала: - Я любила в детстве помимо футбола, гонять на велосипедах. Не далеко от нас находился гаражный кооператив. В нём гаражи располагались рядами на нескольких ярусах. Их соединяли узкие, очень извилистые дорожки. Вот по ним мы и любили ездить. Бешеная скорость, резкие повороты. Красовались друг перед другом. И был один спуск, настолько крутой, что никто не решался по нему съехать. И я поспорила с одним пацаном на настоящий футбольный мяч, что съеду.
- И что? – спросила нетерпеливо Люся.
- Съехала. Правда в последнюю секунду маленько не вписалась и протаранила гараж. Не, гараж в порядке. Велик в дребезги, оба колеса восьмёркой и у меня перелом. Мать мне потом давала, перелом спас, а то бы и отцовского ремня отведала.
- А как же вы? – у Люси глаза округлились.
- Да нормально, даже домой сама дошла.
- Как дошли, а перелом? – тут уж включилась в разговор Галя.
- Это сгоряча, - пояснил Наумыч.
- Да, выброс адреналина, организм не ощущает боли. Она приходит потом, - и Марго выразительно глянула на Андрея, как будто последние слова адресованы были ему.
И он понял, не мог не понять. Он чувствовал её на расстоянии.
- Получается, вы всё детство провели с мальчишками? – прервала её мысли Майя.
- Не только с мальчишками, но и мальчишкой, - не мог не вставить Антон.
- Да, я дружила с пацанами, - сделав вид, что не заметила выпада Зимовского, ответила Марго.
- Теперь многое становится понятным, - тихонько сказала Майя, и её услышал только Андрей, который сидел ближе всех.
- Андрей, - она тут же обратилась к нему. - Теперь ваша история.
- Может, продолжим завтра? – заметив, как зевнула Люся, спросил Андрей. - Многие уже хотят спать, день выдался тяжёлым.
- А и правда, извините, - тут же подхватила Майя. - Давайте спать.
И со словами: «Спокойной ночи», все разошлись спать.

Окрыленные успехом вечерней рыбалки, а еще находясь под впечатлением от неописуемого вкуса получившейся ухи, Наумыч, Коля и Валик договорились, что продолжат выполнять чисто мужскую работу – добывать пищу. Пораньше с утра, чтобы порадовать всех таким же великолепным завтраком, каким был ужин, они собрались на рыбалку. Остальные мужчины отказались от участия в этом мероприятии, мотивируя тем, что удочка все равно одна.
Чуть забрезжил рассвет, Наумыч разбудил своих соратников по увлечению. Он был бодр и свеж, не смотря на столь ранний час, и смешно покрякивая, потирал руки от удовольствия.
- Так, молодежь, у вас пять минут на сборы! Жду снаружи!
Коля собрался быстро и, действительно, через пять минут присоединился к нему. Ждали Кривошеина.
- Ну, где же он? Поторопи его! – попросил Наумыч, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
Коля вернулся в мужскую спальню и увидел Валика что-то лихорадочно ищущего.
- Ты скоро? Наумыч нервничает уже…
- А ты не видел мои шорты?
- Какие шорты?
- Мои шорты, в которых я вчера был!
- Не, не видел, - а потом, подумав, предположил: - Может, их кто-то одел?
- Кто одел? Все же спят еще! – ответил Валентин, но при этом  внимательно посмотрел на Колину одежду.
- Так я имею в виду вместо пижамы, на ночь… Ты бы проверил! Начни с Зимовского…- Коля не закончил фразу, давясь от смеха.
Валентин только сейчас понял, что тот над ним издевается и запустил в него чьей-то обувью. Студент ловко увернулся и быстро покинул мужские апартаменты, опасаясь, что второй раз Кривошеин будет более метким. Сквозь смех Николай изложил Егорову, в чем причина их задержки. Наумыч не разделил с ним веселье:
- Детский сад какой-то, ясельная группа! Пусть без них идет!
Коля, немного успокоившийся, захохотал по-новому, вспомнив милую расцветочку  семейных трусов Валика  - на нежно розовом фоне спереди и сзади большие красные сердца и надпись «sexy».
- Лучше не надо! Боюсь, увидев Валика в таком виде, рыба сама начнет выбрасываться на  берег и удочка нам тогда не пригодится.
Тем временем Валентина осенило: «Надо спросить у Гали!» и он отправился налево, то есть в дамскую спальню. Зайдя туда, понял, что это тоже задача не из легких. Но отступать было нельзя.
- Галя! – позвал он шепотом, но никто не откликнулся.
«Что же так темно здесь? Попробую на ощупь!» Только он наклонился, чтобы исследовать первый «объект», как тут же услышал мощный рев. «Люся! И за что так наказал Бог студента? Хотя, так ему и надо! Ладно, продолжим… По-моему, это тоже не моя… Худосочная какая-то… Эльвира!»
- Антон, ну что ты… - захихикала Эля во сне.
Валентин поспешно отошел от нее и продолжил поиски своей жены дальше. «Это тоже не Галочка, но с формами тут все в порядке. Это же Марго!» Его догадка была правильной, а главное своевременной, и он успел отскочить на безопасное расстояние и тем самым избежать удара в пах ногой и кулаком в челюсть. «Да, вот это реакция! Тоже не позавидуешь…» - и пока он решал, кому же не позавидуешь Гоше или Калугину, Марго окончательно проснулась.
- Кто здесь?
- Марго, это я, Валентин. Извини, что разбудил.
- Ты что здесь делаешь?
- Мне Галочка нужна.
- Зачем среди ночи? – но вспомнив бурное начало их романа, возмутилась своей догадке: - И не стыдно тебе…
- Это совсем не то, о чем ты подумала, - заверил ее Кривошеин. – Мне надо у нее только спросить кое-что.
- А это что, до утра не подождет? Ты помнишь, что она беременная и ей нужен полноценный отдых.
- Я помню, но мне очень надо.
- Молодой человек, ваша жена спит самая крайняя. Задавайте ей свой жизненно важный  вопрос и не мешайте спать остальным! – возмутилась проснувшаяся Майя.
- Спасибо, и тоже извините за беспокойство.
Он подошел к супруге и легонько потормошил ее за плечо:
- Галочка, а где мои шорты?
- В шкафу, на третьей полке снизу, - не просыпаясь, ответила та.
Марго с Майей прыснули со смеха. Валентин, не обращая внимания, стал будить жену интенсивнее:
- Дорогая, проснись! Мы же на острове! Какой шкаф с полочками?
Галя открыла глаза:
- Что случилось?
- Где мои шорты? – повторил свой вопрос Валик.
- Ты издеваешься? Какие шорты в три часа ночи?
- Не три, а пол пятого, а шорты - мои, в которых вчера был.
- А я откуда знаю? Там, где ты их положил.
- Я не помню, их нигде нет. А ты не убирала?
- Нет! Я, в отличие от тебя, не хожу по чужим спальням. Возьми новые и не мешай спать! Галя упала на постель и засопела.
- А где взять? Только не говори, что в шкафу, - Валик вновь начал ее тормошить, чем вызвал новый приступ смеха проснувшихся.
Галя открыла глаза, тяжело вздохнула:
- Пошли, горе ты мое! Сейчас найду. И как ты жил без меня раньше?
Получив от жены нужную деталь гардероба, Валик счастливый выбежал из хижины, но никто его уже не ждал. Рыбаки ушли. Разочарованный он пошел досыпать дальше…

Спустя некоторое время в мужскую половину дома ворвался радостный Николай. Его буквально распирало от переполнявших эмоций:
- Мужики, подъем! Смотрите, какой у нас сегодня улов!
В этот момент в спальню гордо вошел Наумыч и поставил на пол посудину с уловом. Не принимавшие участие в этом мероприятии мужчины, с неподдельным интересом стали рассматривать добычу рыбаков, а затем бурно обсуждать. Все эти звуки, естественно, долетели и в дамскую часть и поэтому совсем скоро женская часть коллектива присоединилась к мужской, разделив их радостный настрой.
- Ой, сколько много!  Какие же вы… - у Люси не хватало слов от восторга, и она с благодарностью и восхищением посмотрела на героев этого утра. Остановив свой взгляд на Коле, спросила:
- Коль, а сколько ты поймал сам?
Николай, немного смутившись, признался:
- Вообще-то я поймал всего одну. Вот эту! – он показал на небольшую, но очень красивую рыбешку.
- Какая же красивая! Прямо золотая рыбка! – Люся радовалась, как ребенок.
- Боюсь, студент, ты совершил большую ошибку, принеся свой улов сюда! – ухмыльнулся Зимовский.
- Почему? – искренне удивился Коля.
- А тебе разве в детстве не читали сказку про рыбку? Ее ж надо было отпустить со словами: «ступай себе в синее море, гуляй там себе на просторе», а она бы три желания исполнила. Помнишь: "Чего тебе надобно, старче?" Эх, студент, дурачина ты, простофиля!
- А че, это вы обзываетесь?
- Это не я, Николай! Это Александр Сергеевич Пушкин! Слыхал о таком? Классика русской литературы! – Антон поднял вверх указательный палец.
Народ захохотал так заразительно, что к большинству присоединился и сам Николай, и только Люся о чем-то серьезно задумалась. Все наперебой стали придумывать желания.
Общее веселье нарушил возмущенный Зимовский:
- Я не понял, а что это делает у меня под подушкой?! – он двумя пальцами держал мужские шорты.
Посвященные в предрассветные поиски Валентина,  взорвались от смеха. А Коля, довольный, что внимание общественности переключилось, добавил сквозь хохот:
- Заметь, я ведь тебя предупреждал, Валик! Ищи среди своих!
- Точно! – Валик ударил себя по лбу. – Я же положил их под подушку, чтобы рано утром не искать.
- Не вижу логики! Почему под мою подушку? – недоумевал Антон.
- Перепутал! Что же здесь непонятного? – с этими словами Валик забрал свои шорты у возмущенного Зимовского под дружный хохот коллег.

После завтрака Марго, перекинувшись парой словечек с Наумычем, громко объявила:
- Через пятнадцать минут состоится летучка. Место проведения – здесь, на поляне. Явка всех обязательна. Попрошу без опозданий. Думаю, понятно, что все вышесказанное относится исключительно к сотрудникам издательства.
Произнося последние слова, Марго посмотрела на Майю, давая понять, что они адресованы именно ей. Майя лишь улыбнулась в ответ своей самой очаровательной улыбкой. Народ начал бурно обсуждать услышанное. Антон по привычке хотел было возмутиться и уже даже открыл рот, но, поймав на себе недобрый взгляд Егорова, решил не нарываться на неприятности.
В указанное время вся общественность, включая психолога, собралась на поляне перед домом. Марго, заметив непрошенную гостью, сразу же к ней обратилась:
- Майя Никаноровна, если я недоступно объяснила в первый раз, то повторюсь. Сбор объявлялся только для работников журнала. Или вас уже включили в штат?
- Нет, я не являюсь сотрудником вашего издательства, но я бы хотела поприсутствовать, если, конечно, это возможно, - Майя посмотрела на Егорова, рассчитывая на его поддержку, и не ошиблась.
- Конечно же, возможно! – моментально отреагировал Наумыч.
- А я бы не стала принимать такие поспешные решения. Лично я – против присутствия посторонних при обсуждении рабочих моментов. И очень надеюсь, что директор издательства прислушается к мнению заместителя главного редактора журнала!
- Марго, Майя – это не совсем посторонний человек, точнее, совсем не посторонний человек.  И к тому же ее присутствие поможет ей в работе, а, соответственно, будет полезно и для нас всех, - вступился Андрей.
- Андрей Николаевич, я не ограничиваю вас в общении с непосторонним для вас человеком, но в свободное от работы время! А вот возможная польза от ее работы для нашего журнала это вообще очень спорный факт.
Марго сверлила его глазами, а он думал: «Как же она прекрасна в гневе».
- А я поддерживаю Маргариту Александровну в этом вопросе, - решил подлить масла в огонь Зимовский. – А вдруг Майя Никаноровна сольет услышанную информацию конкурентам?! И еще очень хотелось бы узнать мнение нашего главного редактора. Почему это он молчит?
-  Антон, какие конкуренты? Мы же на острове посреди океана! – попытался возразить второму заму Андрей.
- Марго, Антон, не понимаю вас, - искренне удивлялся Наумыч. – Игорь, а что ты думаешь?
Майя не дала возможности ответить Гоше:
- Спасибо всем поддерживающим меня, - она с благодарностью посмотрела на Андрея и мимолетно на Егорова. – Но поскольку мое присутствие вызывает такие споры, я все же удалюсь. Пока вы будете работать, я отдохну - прогуляюсь по пляжу.
- Майя, а это не опасно гулять одной? – встревожился Андрей.
- Не волнуйся, я могу обеспечить свою безопасность. Но твоя забота приятна, - Майя перевела свой взгляд с Андрея на Марго и, продолжая обворожительно улыбаться, добавила: - Но напоминаю для тех, кто еще не понял – я здесь тоже в рабочей командировке и намерена добросовестно выполнять свои обязанности.
После этих слов Майя резко развернулась и пошла в сторону океана. Марго, смотря ей вслед, пыталась унять бушевавшую внутри бурю эмоций. Как же ее раздражала эта вечно улыбающаяся Майя и такой заботливый Андрей! Ее и раньше раздражала любая женщина, находящаяся рядом с ним. Наташа, Катерина, даже Аню когда-то к нему приревновала…  Она мысленно улыбнулась, вспомнив этот эпизод и свою верную подружку. Но сейчас все было немного по-другому, сильнее что ли. Почему? Она боялась ответить себе на этот вопрос. Возможно потому, что они с Майей, как ни странно, очень похожи – обе умные, сильные, уверенные в себе, красивые женщины. Да, при всей ее неприязни к психологу, Марго не могла не признавать очевидных фактов. И вероятность того, что Андрей может нею серьезно увлечься, и даже влюбиться, очень велика. Вот, что ее тревожило и пугало, и в чем боялась себе признаться! Но к чему все эти страхи и тревоги, если ей с Андреем не суждено быть вместе? «Надо его отпустить, - от этой мысли ей стало плохо. -  Как больно, капец! Возьми себя в руки, размазня. Ты сделала уже свой выбор!  Выбор…  смешно, а был ли это выбор? Тогда было всё равно, что со мной будет…А сейчас… Но, что сделано, то сделано. Теперь очередь Андрея выбирать. Он, как никто другой, заслуживает счастья любить и быть любимым! Так почему не Майя? - эти мысли выворачивали наружу её нутро. -  В конце концов, у меня есть муж. Вот, молодец, вспомнила наконец-то! А теперь еще о работе было бы неплохо подумать!»
Догадываясь, что голова Марго занята совсем не работой, Гоша попытался скрыть затянувшуюся паузу, и взял инициативу в свои руки:
- Предлагаю начать нашу летучку!
- И что же у нас сегодня на повестке? – поинтересовался Зимовский.
- Очень странно слышать этот вопрос от вас, Антон Владимирович! – Марго включилась в работу. – Конечно же, наш следующий номер!
- Теперь мне не менее странно слышать от вас, Маргарита Александровна, подобное!
- Антон, а с каких это пор обсуждение нового номера стало для тебя странным явлением?  - возмутился Наумыч.
- А с тех самых пор, как мы стали заниматься этим на необитаемом острове! Неужели вы все серьезно собираетесь сделать макет следующего номера здесь? Как? Нарисовать карандашом? Вы в своем уме? Эх, зря мы отказались от участия нашего психолога! Мне кажется, у нее уже есть над  кем  поработать.
- А вот такое слышать от вас, Антон Владимирович, совсем не странно, не удивили ничем, я даже ожидала нечто подобное. Вы же в любом уголке мира остаетесь верны себе.
- То есть все тут собрались такие белые и пушистые, и только я один – вселенское зло? -  обиделся Зимовский.
- Антон, не разыгрывай  тут из себя униженного и оскорбленного! Это не твоя роль, - заметила Марго. – Есть, что предложить – слушаем, в противном случае – не мешай другим. У нас здесь не конкурс остроумия и красноречия.
- Конечно же, у меня есть, что сказать и предложить. Так вот я предлагаю здесь, на острове, попытаться наслаждаться отдыхом, насколько это будет возможно при сложившихся обстоятельствах. А журнал будем делать в Москве, там, где для этого есть возможности и в первую очередь технические, а не заниматься тут самодеятельностью. Ладно, у Гальяно крыша уехала, но вы все не будете же поддерживать его шизофренические идеи?
- То есть ты предлагаешь полностью игнорировать указания Гальяно? – удивилась Марго.
- А как же возвращение домой? Он же ясно нам написал: нет журнала – домой не едим?! – забеспокоился Валик.
- Да блефует он! Неужели не понятно?! – убеждал Зимовский. – Вот ответьте мне, как он узнает о том, что макет номера готов? Гениальная версия Марго о скрытых камерах не подтвердилась! Не знаете? А я знаю – никак! Просто через время за нами прилетят и мы вернемся домой в любом случае: с макетом или без.
- Но зачем тогда эта поездка была затеяна? – недоумевала Марго. Этот вопрос не давал ей покоя все время пребывания здесь и она задавала себе его снова и снова, но ответа пока не нашла.
- Так для работы с психологом! Что непонятного? А про макет придумал, чтобы она смогла наблюдать за нами, так сказать, в привычной обстановке, в рабочем процессе. А, возможно, это даже идея нашего изобретательного психолога. Вспомните про ее трюк со стюардессой? – Зимовский был горд собой и с вызовом посмотрел на Марго.  «Ну, что, курица, нечем крыть? Все просто, а, главное, логично! Но, чтобы до этого додуматься, нужны мозги, а не то, что у тебя в голове!»
- Гальяно не так прост и не станет без личной выгоды швыряться деньгами, - произнесла Марго и задумалась. «Единственное в чем прав Зимовский, так это в том, что наш психолог может быть посвящена в планы Гальяно намного больше, чем говорит. Надо последить за ней. И зачем я настояла на ее уходе?! Где она сейчас? Чем занимается? Впредь надо не давать воли эмоциям. Ну как же можно оставаться спокойной, когда она все время крутится возле Андрея? Так, стоп машина! Это не должно меня волновать!  Надо сконцентрироваться на другом. Хотя все может быть взаимосвязано…  Если выясниться, что эта Майя засланный казачок Гальяно, то Андрей сразу же утратит к ней интерес. Он же еще тот правдолюб и не прощает обмана и предательства! Мне же не смог тогда простить! Решено – надо вывести нашу улыбчивую психологшу на чистую воду, и тем самым убить двух зайцев сразу! »
Из задумчивости ее вывел голос Наумыча:
- Марго, а что ты предлагаешь в сложившейся ситуации?
- Я предлагаю все же заняться журналом. Даже если допустить, что Гальяно блефует, но выпуск номера никто не отменял. Так почему нам не подготовить все, что возможно, здесь?! А если предположить, что угрозы нашего спонсора не голословны, то тогда тем более… Относительно твоих, Антон, опасений по техническому оснащению. Естественно, в этих условиях мы не сможем сделать полноценный макет номера, но очень многое возможно и здесь. Давайте, попробуем!
- Я поддерживаю Марго! Давайте перейдем к обсуждению темы номера! У кого какие будут предложения? – вспомнил о своей должности Гоша.
Народ оживился и все начали наперебой предлагать:
- Отдых!
- Мировые курорты!
- Экзотические страны!
- А что предложит наш главный редактор? – поинтересовался Зимовский.
- А мне нравится тема «экстремальный отдых». И интересно, думаю, может получиться и близко нам сейчас, - ответил Гоша.
- Как всегда гениальная идея! А, главное, никто больше не догадался, – съязвил Зимовский.
- Антон, ты опять? – не выдержал Егоров. – Не расслышал твоего варианта!
Но вместо Зимовского свой вариант озвучила Марго:
- Все предложенные темы интересны, но не новы. Об этом писалось много, в том числе и в нашем журнале. А что если нам взять тему крайне актуальную для нас сейчас. Я бы сформулировала ее так: джунгли каменные и джунгли настоящие - что общего? Может ли человек, освоивший первые, без труда выжить во вторых?
- А что, мне нравится! – поддержал Егоров.
Народ одобрительно загудел, а Зимовский снова не удержался от комментариев:
- Еще один не признанный гений! Точнее, признанный, но в очень узких кругах!
К его счастью, никто не обратил внимания на эти остроты. Видно было, что МЖовцы соскучились по любимой работе, и сейчас все с энтузиазмом включились в рабочий процесс.
- Если с темой определились, то давайте теперь поконкретней очертим круг задач для каждого, исходя из наших возможностей здесь, - продолжала руководить Марго. – Центральная статья, как всегда, это наша с Гошей забота. Галочка, вы с Андреем обсудите предстоящую фотосессию – костюмы, декорации, моделей. Чтобы по приезде в Москву провести ее в кратчайшие сроки.
- Зачем ждать возвращения? Марго, съемки я могу провести прямо здесь! – возразил Андрей. - Ты посмотри какая вокруг красота! Да мне можно только позавидовать! Только успевай щелкать камерой!
- Как раз твоя часть работы требует больше всех технического оснащения. А здесь это невозможно, - отстаивала свою позицию Марго.
- Все возможно! Главное техническое приспособление у меня есть! – Андрей показал камеру. – Буду снимать по максимуму, а обработаю фото уже в Москве.
- Ладно, с декорациями все понятно. Пейзажи здесь, действительно, замечательные. А модели, а костюмы?
- А в этом вопросе я согласен с высказанным ранее предложением Антона. Моделями станут все. А костюмы, думаю, Галочка сможет подобрать из личных вещей.
- Я категорически против! У нас солидное издание и на фото должны быть профессиональные модели! – не сдавалась Марго.
- Маргарита Александровна, а напомнить вам наш номер о ведьмах?! Кто у нас там был на обложке?! – вступил в дебаты Антон.
- Тогда была безвыходная ситуация!
- А сейчас? У нас нет альтернативы! Тем более вас теперь можно смело причислить к профессионалам! – злорадствовал Зимовский.
- Тогда напомню и вам, Антон Владимирович, о вашем дебюте в этом деле. Припоминаю, что ваши фото имели просто грандиозный успех среди наших сотрудников, и только несоответствие их нашему формату помешало стать вам звездой обложки! – заметила Марго, улыбаясь.
- Марго, послушай, - Андрей не обращая внимания на выпады Зимовского, всё ещё пытался её уговорить. - Я буду снимать вас. Ты взгляни на всех профессиональным взглядом: ты, Люся, Галя, Эльвира, Майя – чем не модели?!
- Ага, особенно Майя! – процедила Марго сквозь зубы.
Обмен «любезностями» прервал Наумыч:
- Я полностью поддерживаю Андрея. Идея замечательная! Я бы и сам с удовольствием попробовал себя в этой роли, но годы, да и формы… А все остальные, без всяких возражений, поступают в полное распоряжение Андрея. Я лично буду контролировать!
-  Бред, - прошептала Марго исключительно для Андрея.
- Я так не думаю, - также шёпотом ответил тот.
- Я в этом не собираюсь принимать участие.
Они продолжали под шумок свой тихий диалог.
- Я проконтролирую, чтобы ты в точности исполнила приказ начальства, - сказал ей тихонько.
Марго уничтожающе на него глянула, он выдержал её взгляд и вслух произнёс:
- Давай так: проводим фотоссесию здесь, если тебе не понравится – в Москве переснимем.
Она промолчала, якобы соглашаясь.
- А давайте вместо костюмов пальмовые листья! А что? Сексуально и красиво, – выдал гениальную идею Валик.
Марго улыбнулась:
- Галя, делай что-то с Валентином, у него от воздержания крыша едет.
Галя смущённо улыбнулась.
- А чего? – Валик обиделся. - Я ж как лучше хотел.
- Я согласен с Кривошеиным, хорошая идея, - неожиданно поддержал Зимовский. – Маргарита Александровна, вы будете шикарно смотреться в пальмовых листьях, - и довольно ухмыльнулся.
- Антон, моделями будут все. Не забывай – ты тоже не избежишь сей участи. Я позабочусь, чтобы тебя сняли под лопухом.
- Как грубо, Марго, не по-женски.
- Прости, Антоша, я и забыла, что ты у нас из института благородных девиц.
Народ захихикал, а Марго продолжила, переключившись на Валика:
- Кстати, Валентин. Для тебя следующее задание – напиши статью-руководство по выживанию на необитаемом острове, основываясь на нашем личном опыте. Назовем это «Опыт современного Робинзона». Читал Дефо? В качестве консультанта можешь пригласить себе Майю Никаноровну. Она же у нас спец по выживанию! Эльвира займется финансами. Ну, а Антон Владимирович – своим привычным ничегонеделанием, но при желании может нам помогать.
Она повернулась к оставшимся без работы:
- Люся, Коля, вы на подхвате. Все понятно? Вопросы есть? Нет? Тогда за работу!

0

11

Глава 10

После летучки народ разошёлся выполнять каждый своё задание. Для Андрея с Галиной МЖовцы вывернули содержимое своих чемоданов и принялись подбирать костюмы. В ход пошло всё: от шляп до купальников. Когда выбор импровизированных костюмов был закончен, выяснили, что арсенал не богат. И идея с пальмовыми листьями показалась не такой уж плохой. С единственным изменением - листья решили крепить к купальникам и другой одежде, а не на голое тело, как без конца твердил Кривошеин. Он расстроился, но Галя на него так глянула, что Валик решил держать при себе свои предпочтения.
Николая решили отправить нарвать пальмовых листьев и цветов. При слове «цветы» его лицо перекосилось от страха:
-  А давайте пошлём за цветами кого-то другого! Того, кого не очень жалко будет, например, Зимовского, - умоляюще проговорил он шепотом, с опаской оглядываясь по сторонам.
- А кто ему об этом скажет? – поинтересовался Валентин.
- Пусть Галочка попросит, ей же нельзя отказывать! – присоединилась к мольбам жениха Люся.
- А он об этом знает? – забеспокоился Коля.
- А мы ему подскажем, - пообещала Люся.
- Я, конечно, могу попросить, но чтобы Зимовский рвал цветы - это нонсенс. Он скорее кому-нибудь заплатит, чтобы нарвали, или, что наиболее вероятно, пошлет тебя же, Коля, но в приказном порядке, - заметила Галя.
- Вопрос только кому он здесь сможет заплатить, не обезьянам же. Хотя я и их тут пока не видел.  Короче, студент, не морочь голову ни себе, ни людям – иди и рви цветы, тем более дорогу ты уже знаешь. В крайнем случае, тебе их на могилку возложим, - пошутил Валик. - И некролог в журнале лично напишу, очень хороший, душевный.
- Не смешно!  - обиделся Коля, а потом с надеждой спросил: - Валик, а может, ты меня выручишь?
- Ладно, пошли рвать цветы, но вместе, - снисходительно сказал Валик и, как старший товарищ, повёл сопротивляющегося студента в заросли. - Хотя Зимовского отправить была неплохая идея. Даже если его змея и укусит, то сама же и помрет. Его яд куда сильнее!
Вскоре они вернулись, невероятно гордые собой, с большим букетом красочных цветов и целой охапкой листьев. Женщины принялись за изготовление костюмов.
Марго под шумок всеобщего маскарада тихонько исчезла, сказав только Гоше, что идёт писать статью.
Все настолько были увлечены, что её отсутствие заметили только, когда начали съёмку.
Андрей сразу догадался, почему она исчезла, но без неё не хотел снимать, мотивируя тем, что аккумулятор скоро может сесть и снимать лучше сейчас и всех сразу. Он, конечно же, лукавил, у него в рюкзаке был ещё комплект запасных аккумуляторов. Гальяно позаботился, чтобы он был в полной боеготовности.
Принялись за поиски Марго, к первому кому обратились, был, естественно, муж. Заметив Гошу, грустно сидящего возле печатной машинки, всей толпой двинулись к нему. На заданный вопрос Гоша совершенно спокойно ответил, что она уединилась писать статью.
- И вы её вот так просто отпустили? – удивилась Майя, принимавшая самое активное участие в поисках. Марго ей вовсе не нужна была, даже наоборот, но Андрей упрямо настаивал на её участии. А Майе так хотелось побыть моделью, попасть на страницы «МЖ»…
- Да, а что такого?
- Гоша, вы как муж, должны запретить ей бродить, где вздумается. На этом острове не безопасно, - возмутилась Майя.
- Майя, вы шутите?! Запретить?!  - сделал огромные глаза муж. - Марго – это кошка, которая гуляет сама по себе.
- И вас устраиваю такие отношения?
- Вполне! Мне она нравится такая, какая есть.
- Впервые вижу мужчину, который не пытается переделать свою жену, – Майя с уважением, по-новому, взглянула на Гошу.
- Переделать?! Нет! Это она меня может строить, лепить, переделывать как ей угодно.
- Точно, - вмешался в разговор Наумыч. - Гоша с Марго стал совсем другим человеком, лучше, что ли. Ещё год назад я ни за что бы ни поверил, что он женится.
- Почему? – удивилась Майя, ей он казался обычным человеком.
- Ну, знаете, любил свободу превыше всего.
- И женщин, - добавил Кривошеин, но, поняв, что сморозил глупость, тихонько улизнул.
- Да, и женщин, - не растерялся Гоша. - А сейчас люблю одну.
- А нельзя начать съёмку без Марго? – Майе было досадно, что её карьера модели может сорваться из-за этой…(она не стала заканчивать мысль).
- Придётся, - тяжело вздохнул Андрей. - Мы можем потерять много времени на поиски.
Выбора не было, и они решили начать фотосессию без Маргариты Саны. С моделями женского пола проблем не возникло. Все дамы, включая психолога, отнеслись к предстоящему мероприятию с большим энтузиазмом. Как же они были все хороши! Прически, макияж, костюмы… Галочка бегала от одной к другой, нанося последние штрихи, не забывая и о себе, так как тоже решила попробовать себя в этой роли.
А вот с моделями мужского пола была напряженка. С большим трудом нашли двоих «добровольцев». Для Николая стимулом стал многообещающий поцелуй невесты, а для Валентина – кулак жены, тоже многообещающий. Андрей расстроился, по его задумке мужчин и женщин должно быть приблизительно поровну. Галочка, понимая, что ее «стимулы» действенны только для мужа, подключила тяжелую артиллерию – Наумыча, поведав ему о возникших проблемах. Именно он  и стал тем, кому не смогли, а точнее, не рискнули отказать ни Гоша, ни Зимовский и они, хоть и нехотя, но все же отправились к месту проведения съемок. Но там их ждало еще одно испытание – костюмы. Когда они увидели Колю и Валика в пальмовых листьях поверх плавок, то хохотали несколько минут, чем заставили сомневаться последних в правильности принятого ими решения – пойти на поводу у своих женщин.
- Нет, я такое точно не одену! Борис Наумыч, можете меня увольнять! – решительно заявил Антон, перестав смеяться.
- И уволю, можешь не сомневаться! – пообещал Егоров.
- Антон, ты не прав! – начал Калугин. – На фото все будет выглядеть гармонично, романтично и сексуально. Ты посмотри на наших женщин! А кроме того по моему представлению на обложке этого номера должен быть кто-то из вас. И я больше склоняюсь, что это должен быть мужчина. Поэтому будем проводить, кроме групповых, еще и индивидуальные фотосессии.     
После этих слов Зимовский задумался. «А почему бы и не я на обложке? Вон эта курица Марго уже дважды там отметилась! Раз сама, а потом еще и своего муженька-мутанта прихватила, хотя тогда еще женишка. А чем я хуже? Нет, не так! Я же лучший! Да! А костюмы не так уж и нелепы. Очень даже ничего. В этой обстановке, действительно, смотрятся естественно …» От этих мыслей Зимовского отвлек Калугин:
- Антон, ты будешь принимать участие в съемке? Ждем только тебя!
- Да, я решил, что надо не отрываться от коллектива. И я, как человек, занимающий руководящий пост в этой компании, должен показывать пример своим подчиненным, а не разлагать дисциплину. Я правильно говорю, Борис Наумыч?
- Правильно, Антон, правильно.
В этот момент Зимовский, к великой своей радости, заметил отсутствие Марго:
- А где это наш еще один зам? Где наша самая профессиональная модель? Борис Наумыч, а что там вы обещали за неподчинение приказу об этих съемках? Увольнение? Правильно я вас понял? Надеюсь, это на всех распространяется?
- Антон, у нее уважительная причина – она статью пишет, - заступился за жену Гоша.
- Ну, это еще проверить надо. А ты что же не помогаешь? Что талант весь иссяк? Растерял ты его, видать, в Австралии. Или что-то другое, а?
- Антон, а может, все же начнем съемку? – вмешался Андрей.
- Конечно же, начнем. Я готов. Но вопрос о Маргарите Александровне меня все равно очень волнует.
- А ты за нее не волнуйся, - устало ответил Егоров. – Результат ее работы я вижу в каждом номере, и он меня всегда радует, а вот твои успехи не всегда соответствуют размеру твоей зарплаты и это наводит на мысли о твоем соответствии занимаемой должности. И это, действительно, повод для волнения!
Дискуссия на этом была завершена. Съемки начались. Постепенно все вошли во вкус. Позировали с большим удовольствием, и когда прошло некоторое стеснение и неловкость, то почти профессионально. Андрей был в восторге. Если честно, он не рассчитывал, что все будет на таком достаточно высоком уровне. Больше всех старался … Зимовский!
И вот в один из таких ответственных моментов над увлеченно позирующим Антоном пролетела небольшая, но очень красивая и, наверно, очень гордая птичка. Птичка, пролетая мимо, испачкала будущую звезду обложки. Промежду делом. Потом, видно, хорошо подумала, сделала еще один круг над всей честной компанией  и снова оставила на нем свой  «след». Зимовский от такой наглости потерял на какое-то время дар речи, а потом, обретя его, буквально взорвался от негодования и отпустил в адрес виновницы немало нелестных эпитетов. Общественность пришла в дикий восторг от этого птичьего беспредела и от души хохотала.
-  Антон, это она не смогла сдержаться от восторга! – веселился Кривошеин.
- А я читала в интернете, что птицы обладают чувством прекрасного. Вот и памятники не все пачкают. Даже проводили исследование, - сквозь смех поведала Галочка. – Так, что, Антон, это своего рода признание твоих достоинств.
- Ага, это птичка утвердила вас на обложку, - подключился Коля.
Тем временем «ценительница прекрасного» обосновалась на ближайшем дереве и внимательно наблюдала за тем, как Зимовский пытается избавиться от ее меток. Это первой  заметила Люся:
- Ой, а как же она на вас, Антон Владимирович, смотрит … влюбленно!
Зимовский, увидев свою обидчицу, бросился на нее с кулаками, но та моментально взлетела и начала кружить над поляной, где проходили съемки. Народ продолжал веселиться, наблюдая за бегающим за птичкой Зимовским, но больше всех Коля и Валик. У них даже слезы выступили на глазах от смеха. Умная птичка, видимо, оценив их чувство юмора, «пометила» и весельчаков. Жертвы птичьей бомбардировки незамедлительно объединились, и уже через несколько минут за пернатой шутницей гонялось трио в пальмовых листьях. Сей «бег с препятствиями» с удовольствием снимал Андрей. Во время  забега Николай запутался в своем «гармоничном и сексуальном» наряде и, падая, сорвал аналогичный наряд с Валика, оставив его в одних плавках … но каких! На белом, как чистый лист бумаги, фоне красовалась спереди надпись ярко красного цвета.
- Территория охраняется женой! – громко прочитал Зимовский.
Новая волна веселья охватила всех, а про птичку забыли и та, обидевшись, улетела.
- Валентин, а мы и не подозревали, что ты у нас такой законодатель мод в области мужского белья! У тебя же, что не модель, то сплошной эксклюзив! Может, озвучишь имя своего стилиста?! – поинтересовался Антон.
Кривошеин сначала засмущался, и хотел было обидеться, но, посмотрев на веселящихся товарищей и улыбающуюся жену, которая, по совместительству, и была тем самым стилистом, шутливо ответил:
- И не просите, и не умоляйте. Ни за большие деньги, ни под пытками я его не открою. Это мой личный стилист! Самый любимый!
Эта веселая пауза еще больше разрядила обстановку и раскрепостила участников фотосессии. И вторая ее часть прошла просто на «ура». МЖовцев так увлёк процесс съёмки, что даже Наумыч пару раз сфотографировался. Когда же она была закончена, вспомнили, что пора обедать и так же дружненько принялись за его приготовление.

Марго брела, куда её глаза глядели, не замечая дороги:
«Что со мною стало, - размышляла она. - Как случилось, что я больше не хозяйка своей жизни? Почему я  живу с тем, кого не люблю? Как моя жизнь превратилась в череду случайностей, над которыми я не властна? Куда делась сильная, волевая женщина? Я живу чужой жизнью, плывя медленно по течению, и даже не пытаюсь сопротивляться. Как будто искусный кукловод дёргает за верёвочки…»

Майя, незанятая готовкой обеда, воспользовалась возможностью и подошла к Андрею:
- Андрей, мы забыли про водопад, там могут получиться такие чудесные снимки!
- Да,  - ответил он задумчиво.  «Красивая женщина, эта Майя, и я, наверное, мог бы в неё влюбиться, мог бы, если б не встретил ЕЕ, свою Маргариту. Как бы я хотел, чтобы сейчас именно она была рядом…».
- Так пойдём?! – Майя подарила ему одну из самых своих обворожительных улыбок.
- Пойдём, – неожиданно для себя согласился Андрей. Марго долго не было, он тревожился и не мог сидеть на месте.
Андрей не забыл про водопад, просто он оставил его для другой женщины. Он всё ещё надеялся призвать Марго к ответу и провести там фотосессию с ней.

Майя с Андреем вышли по узкой тропинке к водопаду, и в который раз прониклись его красотой.
- Андрей, и всё же мы здесь как в раю, - Майя нежно взглянула ему в глаза.
- Да, - не очень уверенно ответил Андрей.
Майя откровенно с ним флиртовала.
- Сама природа располагает к романтике, красоте, любви, - она обвела восхищённым водопад взглядом. И неожиданно ойкнула:
- Смотри! Кто это?
Андрей поднял голову и посмотрел в указанном направлении. На вершине водопада стоял человек. В лучах солнца был виден только силуэт. Но этот силуэт он не перепутает, ни с каким другим.
- Марго?!
В этот момент Марго подошла к самому краю водопада.
- Она что, собирается прыгнуть? – испуганно спросила Майя.
- Похоже, - встревожено ответил Андрей.
- Она же разобьётся! Сумасшедшая! – и Майя отчаянно замахала руками.
- Марго не прыгайте!!! – со всей силы закричала она. - Вы разобьётесь!!!
Но та, из-за шума водопада, Майю не слышала.
Андрей,  не сводя с Марго глаз, бросился бежать к ней в надежде предотвратить прыжок.
Но не успел он сделать и нескольких шагов,  Марго резко подпрыгнула и, как заправский прыгун с вышки, красиво полетела вниз.
Майя от ужаса охнула и закрыла рот рукой. У Андрея всё похолодело внутри от страха за неё. Они могли только наблюдать её полёт и исчезновение в воде. Долгие секунды пока она была под водой, ему показались вечностью. Наконец, её голова показалась над поверхностью воды, и она подплыла к берегу.
Тревога в душе сменилась радостью.
Марго с улыбкой грациозно выходила из воды, и он залюбовался ею, ему казалось, что нет её прекраснее. Её футболочка прилипла к телу, обнажая для глаз всё, что было скрыто. Андрей нервно сглотнул
Испуг Майи сменился злостью:
- Вы что вытворяете, Марго? Вы же могли разбиться!
- Не могла, - отряхивая мокрые волосы, ответила та. - Я всё рассчитала: высота небольшая, глубина достаточная.
- И адреналин зашкаливает?- с сарказмом спросила Майя.
- Я уже адреналинозависимая! Не хватает, знаете ли, в жизни острых ощущений.
- И давно это у вас?
- Чуть больше года, до этого была совершенно нормальным человеком, – её слова предназначались Андрею. И он понимал это.
- Мы чуть не умерли от страха.
- Вы намекаете, что я была бы виновата в вашей смерти? Если бы я знала, что у меня будут зрители – заказала бы тушь и фанфары, а слабонервных попросила бы удалиться или выпить валерьянки!
Андрей ловил каждое слово, каждый жест. Эта женщина не просто будоражила кровь, она сводила с ума
Марго выразительно посмотрела ему в глаза и скрылась в зарослях.
- Сумасшедшая, - ей вслед проговорила Майя. - У меня ощущение, что она не хочет жить… - она задумчиво взглянула на Андрея. – Андрей, ты не знаешь, что с ней случилось примерно год назад?
Андрей растерялся:
- А…, нет, то есть, извини…, боюсь, не смогу тебе  объяснить…
Он погрузился в воспоминания годичной давности…  Спустя несколько минут очнулся и предложил Майе:
- Давай, отложим нашу фотосессию. Думаю, нам лучше вернуться. Я  за Марго  волнуюсь…
Майя уже и сама поняла, что съемки сегодня не состоятся. «Как же не вовремя мы встретили эту Марго! И что за нее волноваться? Вон, как рванула… ». Вслух же произнесла другое:
- Я тоже волнуюсь за нее. И нам, действительно, лучше вернуться.
Всю обратную дорогу Андрей был задумчиво молчалив и встревожен. Но, придя в лагерь, он с удивлением обнаружил, что Марго, как ни в чем не бывало, вовсю руководила процессом создания номера. Увидев их, она спросила:
- Вы не встречали Зимовского? И почему его всегда нет, когда нужен? Вот уж в чем он профессионал, так это в увиливании от работы!
- Зимовского не видели. А ты как? Все в порядке? – с тревогой в голосе спросил Андрей.
- У меня все просто отлично! – не задумываясь, ответила Марго и хотела еще что-то добавить, но тут заметила «пропажу», нарисовавшуюся на горизонте и поспешила к нему.
-  Антон Владимирович, а можно узнать, где это вы пропадали?
- Нельзя! И я беру пример с вас, Маргарита Александровна.
- Тебе напомнить твои обязанности?
- Так я их и выполнял! Искал рекламодателей нам для нового номера. Пока не нашел. Пойду еще поищу,- ответил Зимовский и, довольный своей остротой, развернулся и ушел.
Марго махнула рукой в его сторону и занялась делом. Работа закипела. Прервались только на обед и снова продолжили.

Вечером, после вкусного ужина Майя вновь взялась за выполнение своих обязанностей.
- Ну что, день сегодня выдался не такой напряжённый, мы можем продолжить воспоминания детства. На ком мы остановились? Андрей?!
- Хорошо, - довольно бодренько ответил тот.
- Сколько услужливости, энтузиазма!!!  - съязвила Марго.
- Маргарита Александровна, я только выполняю приказ начальства, - парировал Андрей.
- Смотри, не перестарайся.
Между этими двумя не только искрило, кажется, они вступили в фазу гражданской войны.
- Я всегда добросовестно выполняю приказы начальства.
- Чего о вас, Маргарита Александровна, не скажешь, - прервал их дуэль Зимовский. - К примеру: где вы были, когда по приказу Бориса Наумыча мы все, - он обвёл взглядом собравшихся, как бы, приглашая присоединится, - трудились, проводя фотосессию?
- Ты, я смотрю, больше всех перетрудился, – с трудом оторвав взгляд от Андрея, сказала Марго  Зимовскому.
- Вы не дали ответ, - не отставал Антон.
- Я писала статью, - быстро соврала Марго. - Это входит в мои профессиональные обязанности.
- А почитать можно?
- Нет! Я не законченную вещь не люблю светить.
- Жаль, жаль, а хотя бы взглянуть?
- Хватит, - вновь прервал дебаты Егоров. – Давайте вернёмся к заданию Майи. Антон, слушаем тебя, раз уж ты не даёшь никому сказать, но только по заданной теме.
Зимовскому пришлось оставить на время свои претензии к Марго, было чревато получить втык от Наумыча, и он начал рассказывать свою историю.
- В детстве я любил играть в песочнице, но часто оставался там один, потому  что дети  разбегались, - начал он  рассказ.
- Так ты и в детстве гадил по песочницам, - не удержалась Марго, вызвав при этом всеобщие смешки.
- Дело в том, что у меня с малых лет начали проявляться организаторские способности, - не обращая внимания, продолжил Антон. – И я пытался втолковать своим неразумным сверстникам, как надо правильно играть. А они все делали неправильно и, завидуя моему уму и способностям, уходили.
- Спешу тебя расстроить, причем дважды, - перебила Марго.-  Во-первых, те, кто «открыл» в детстве у тебя эти способности, просто пошутил, а во-вторых, ничего не изменилось – даже будучи взрослым, как только ты начинаешь руководить, народ разбегается.  И ты - яркое подтверждение того, что все проблемы из детства.
- Вот кому стоит расстраиваться, так это тебе. С кем пошутили, так пошутили! Тебя-то перекроили конкретно, и не в детстве. Кому рассказать…
Выражение глаз Марго стало ледяным, ещё мгновение и она прибьёт зама.
- А, можно, дальше я поделюсь своими воспоминаниями? – не дал договорить Зимовскому Калугин, тем самым предотвратив кровопролитие.
- Конечно, Андрей, мы слушаем тебя, - Майя послала ему одну из своих очаровательных улыбок.
И он поведал очень трогательную историю о том, как они с отцом гуляли в парке, кормили уток, и тот ему рассказывал о своей работе, а еще о том, что именно отец привил ему любовь к фотографиям, подарив свой старенький фотоаппарат и научив на нем снимать. И первый самостоятельно сделанный снимок – фото отца в парке  на лавочке. Оно до сих пор хранится в их семейном альбоме…  Такая простая история, но от неё всем стало тепло и уютно.
У костра воцарилось умиротворение.
Рассказы Люси и Коли о запомнившихся эпизодах из детства были очень похожи. Для каждого из них поход в магазин игрушек был в то время настоящим праздником …
У Валика счастливые детские воспоминания были связаны с его самым преданным другом – домашним любимцем котом Матроскиным. Тот, как и его тезка из мультика, был очень добрым и умным. И однажды даже помог Валику заслужить авторитет среди сверстников. Как-то, выполняя домашние задание по рисованию, он оставил свой практически готовый рисунок на несколько минут без присмотра, чем незамедлительно воспользовался Матроскин, решив сделать несколько последних «мазков», пройдясь по картине хозяина испачканными в краске лапками. Времени переделывать не было. А на следующий день после урока рисования Валик стал звездой класса, так как учитель признал его рисунок самым лучшим, назвав его никому непонятным словом «абстракция». Рисунок повесили на школьной художественной выставке. Одноклассники смотрели с завистью и уважением одновременно, а одноклассницы - с восхищением. Ему даже предложили поступить в художественную школу, но он отказался, узнав, что с котами туда не пускают, даже если они друзья и имеют художественный талант.
Настала очередь Гали.
- Моим воспитанием большей частью занималась бабушка. Она меня провожала в школу и встречала из нее, была моей самой лучшей подружкой. Я с ней делилась самым сокровенным. Она первая узнавала о моих радостях и печалях. По дороге домой у нас была одна замечательная кондитерская. И если мне было грустно, мы заходили туда и заказывали самое вкусное пироженое, ели его и говорили, говорили, говорили. И  выяснялось, что проблемы не такие  уж серьезные и очень даже решаемые. Бабушки не стало, и я уже сама туда заходила, когда было плохо, покупала пироженое и мысленно с ней говорила, и становилось легче на душе. Вот так и осталась у меня привычка снимать стрессы едой…
- Глядя на тебя, заметно, что стрессов у тебя было немало, - заметил Зимовский.
- Попрошу без намеков! – тут же среагировал Валик. – Моя Галочка – очень красивая женщина, а для меня – самая красивая!
- У меня такая же привычка, - подмигнула  Гале Марго.
- То вы скоро догоните размерами Галину? – язвил Антон.
- Зимовский, следи за своими размерами…
- Мы ещё не слушали Эльвиру, - перебила всех Майя, и подумала: « С ними, как на пороховой бочке…, каждую секунду надо гасить фитиль».
- Ну, я очень любила математику, - начала Эля.
Все дружно зааплодировали. Дальше она рассказывала в скольких олимпиадах участвовала, и сколько заняла призовых мест. Народ с уважением внимал.
- Да, Эльвира Сергеевна у нас на своём месте, - подытожил Наумыч.
- Ну, раз все уже поделились воспоминаниями, то предлагаю на сегодня закончить. Спасибо всем за откровенность, - Майя встала, собираясь уходить.
- Как это все поделились? - удивилась Марго. – А ваша история, Майя Никаноровна? Или сближение будет односторонним: мы к вам ближе, а вы к нам – нет?
Все в знак согласия дружно закивали головами.
- Не думала, что в этом есть необходимость, но раз у вас другое мнение, то расскажу и я.
Майя начала свою историю:
- Я с самого детства была склонна к авантюрам…
- Кто б сомневался, - буркнула Марго.
-  Однажды на уроке нам рассказали о северном сиянии, - продолжала Майя. -  Мне с подружкой, такой же любительницей острых ощущений, как и я, стало настолько любопытно, что мы после уроков сразу отправились на вокзал. Неизвестно, чем бы закончилась эта история, если бы не мамина подружка, встретившая нас у касс…
- Жаль, что не уехали, может, к нашему счастью потерялись бы где… - опять не удержалась от комментария Марго. Её слышали только те, кто сидел ближе всех, после каждого комментария они тихонько хихикали.
-  И эта любовь к приключениям у меня осталась до сих пор, и, наверное, именно она и привела меня на этот остров, - закончила Майя.
- Лучше бы она завела тебя на Северный полюс… - брякнула Марго чуть громче.
- Что? – переспросила Майя.
- Я говорю, как романтично! – ответила Марго, чем вызвала новый приступ смеха у слышавших.
После всеобщей психотерапии народ сидел в задумчивости: кто -  размышляя о своём, кто -  вспоминая безоблачную пору детства. Выражение лиц было мечтательно задумчивое.
Из задумчивости их вывел Наумыч, начав неожиданно говорить вслух:
- У нас такие красивые женщины, - все взоры обратились к нему, а он продолжал, - после сегодняшней фотосессии, они смыли макияж и я не могу налюбоваться!!! – он крякнул. – Какие же красавицы!!! Вот скажите мне: зачем женщины красятся? Смотрите, как вы все красивы без боевой раскраски. А?! Марго?
- Вы у меня спрашиваете? – удивилась она.
- Ну, да. Вот ответь мне.
- Вопрос как раз по назначению, - буркнула она.
- Что? – не расслышал Наумыч. - Ты ж у нас мозг всего предприятия, вот и объясни.
- Нашли, кого спросить, - произнесла вполголоса и громче добавила: - Ну, я не знаю… Мне кажется, женщине свойственно всегда быть красивой. Конечно же, для мужчин, но, в большей степени, для себя. Каждый день, смотрясь в зеркало, мы видим все недостатки, которые с помощью косметики стараемся скрыть.
- Марго, откуда у вас недостатки? Я их не вижу,– улыбался Егоров.
- Вы мне льстите, Борис Наумыч. Понимаете, не накрасившись, мы женщины, - она произносила это с какой-то только не многим понятной иронией, - чувствуем себя иначе, что ли. Не столь красивой и привлекательной. Потому, каждое утро – нарисовала бровь, подвела ресницы, одела каблучки  - хороша!!! И пошла красиво! – она сидя изобразила.
Народ рассмеялся.
На этой весёлой ноте стали  расходится от костра и укладываться спать.
Андрей заметил, что Марго спустилась к океану, и пошёл за ней, после «перестрелки» у костра, он хотел выяснить кое-что. Догнал её у самой воды:
- Маргарита Александровна, у вас ко мне какие-то претензии?
- Ну, что вы! Андрей Николаевич, разве я могу предъявлять к Вам претензии, - она смотрела на водную гладь, не поворачивая в его сторону головы.
- А мне показалось, вы хотите мне что-то сказать?!
- Я?! Нет, не хочу.
- Не хочешь?
- Совершенно!
- Совершенно?
- Не стоит повторять мои фразы, - она обернулась и дерзко взглянула ему в глаза.  - С психологом переобщался?
- Ну что ты?! Наоборот – недообщался?
- Какая потеря!!! Ну, иди, продолжи!
Они оба метали молнии.
- Пойду, продолжу!
- Иди, иди. Она, наверное, ждёт уже с распростёртыми объятьями, – Марго отвернулась.
- Хоть кто-то меня ждёт с распростёртыми объятьями.
Последняя фраза больно уколола, она обернулась, подняла на него глаза. В них было столько боли, что он тут же пожалел о своих словах.
- Иди, - сказала она, вдруг, тихо, - Может, она не обманет.
- Может и не обманет, но мне нужна другая…
- У «другой» нет на тебя больше прав, - она отвернулась, чтобы он не видел её слёз.
- Марго, - он тихонько взял её за плечи.
- Руки убери, - сказала вдруг резко, разозлившись на себя за свою слабость. И решительно зашагала прочь. А он ещё долго смотрел ей вслед.

На следующий день  первым проснулся Коля. И ему в голову пришла очередная гениальная мысль – пойти на рыбалку в одиночку, чтобы всех удивить, и в первую очередь Люсю. Он помнил, как она восторгалась и гордилась им в прошлый раз, несмотря на то, что он поймал всего одну маленькую рыбешку. А что будет, если он… Он улыбнулся своим мечтам. Тихонько, чтобы никого не разбудить, Коля вышел из дома, и хотел было уже отправиться за удочкой, но в этот момент его внимание привлек  лист бумаги, сложенный пополам, лежащий прямо около входа в дом, придавленный сверху камешком, чтобы не унес ветер. Ни секунды не раздумывая, Коля  взял его в руки, развернул. Это было письмо. Прочитав первые пару строк, лицо Николая вытянулось от удивления. Он со всех ног бросился обратно к товарищам:
- Просыпайтесь, скорее! Смотрите, что я нашел!
Народ просыпался, недовольно ворча.
- Студент, что на сей раз? Неужели колбасное дерево?! – зевнул Зимовский.
- Было бы неплохо, - согласился Валик. – А то я из-за тебя такой сон недосмотрел… Я иду по берегу океана, а навстречу мне она… - Кривошеин описал в воздухе руками аппетитные формы приснившейся. – И говорит мне…
- Человеческим голосом, - продолжила увлекательный рассказ мужа вошедшая Галя. – «Чего тебе надобно, старче?»   
Вопли Коли хорошо были слышны и на женской половине и, естественно, разбудили всех дам. Поэтому через несколько минут они в полном составе были в мужской спальне.
- Ой, Галочка, доброе утро! Как спалось? – засуетился Валик.
-  Спасибо, бодра и полна сил!
- Валентин, а что же там со сном? Ты прервался на самом интересном месте, - напомнил Зимовский.
- Сон… Да, что там интересного…- растерялся Кривошеин, но увидев воинственную позу жены, продолжил более уверенно: - Значит, отпустил я ее … рыбку… золотую и сказал: «Ничего мне не надо! Главное у меня уже есть! Это моя любимая жена!»
Народ захихикал, а Коля, тоже увлекшийся рассказом о сне, вдруг вспомнил причину своего возвращения сюда:
- Лучше посмотрите, что у меня! Это еще одно письмо от Гальяно!
- Коля, что за чушь! Какое письмо? – удивленно произнесла Марго и взяла протянутый ей лист бумаги.
Она начала читать: «И снова здрасте, друзья мои! Не ожидали от меня второго послания? Привет вам из далекой и холодной Москвы! Не жарко вам там? Извините, но кондиционеры в вашем отеле не предусмотрены. А с кормежкой как? Не голодаете?
Очень надеюсь, что за это время вы не сильно одичали и сохраняете еще способность мыслить, причем мыслить креативно, в лучших ваших традициях, профессионалы вы мои. В связи с этим напоминаю обязательное условие вашего возвращения – макет нового номера журнала. А то самолетик может и не прилететь!
Ну что? Напугал? Удивил? Озадачил? Я такой! Не расслабляться! Вперед, марксисты-ленинисты, на баррикады! Посмотрим, Егоров, на что способны твои креативщики. Даешь шедевральный номер? Жду результатов с нетерпением. Ваш Гальяно».
- Ты где его взял? –  глухо спросила Марго, закончив чтение.
- Так он же курьер! Это же его прямые обязанности – доставка писем! – сострил Зимовский.
Марго грозно посмотрела на Колю и повторила свой вопрос. Коля сразу же без утайки рассказал историю своей находки.
- Не поняла?! Откуда это письмо? Мы не одни на острове? Или… - и она задумчиво обвела взглядом собравшихся…

0

12

Глава 11

-  Прилететь ниоткуда это письмо не могло. Мы бы услышали, - продолжала Марго.
- А может с самолёта скинули? – брякнул Коля.
- Ага. Оно тихонечко подлетело, легло у входа и прикрылось камешком. Нет, Коля. Либо на этом острове мы не одни, либо среди нас засланец.
- Как ты ласково назвала, - удивился Зимовский. – Как будто что-то знаешь.
- В смысле?
- А что тут непонятного?  - он подошёл к ней в плотную и издевательским тоном продолжил: - Из всех нас, ты – единственная, чье знакомство с Гальяно было настолько близким. И он высоко оценил твой талант профессионала…
В одно мгновение, никто даже не успел среагировать, как Зимовский получил «хук» слева от Марго, так и не закончив свою речь. От неожиданности он не удержался на ногах и свалился на землю. А она лишь потёрла ушибленную руку. «Как же давно она об этом мечтала! И как же давно этого не делала! Слишком много в последнее время ему сходило с рук».
Антон быстро встал и двинулся на неё.
- Ты чего, коза!
Тут же его схватили сразу несколько рук. С двух сторон его держали Гоша с Андреем.  Народ вокруг засуетился.
- Маргарита Александровна! – заорал, пришедший в себя Наумыч. – Что вы себе позволяете?!!!
И Егоров продолжил её отчитывать по полной программе. Марго стояла, потупив глазки, но была явно довольна собой. Зимовский перестал вырываться, и его отпустили.
- Ничего себе! – ошарашено сказала Майя.
- Это у Ребровых такая семейная игра-забава «Дай в челюсть Зимовскому», - сострил Валик.
Стоявшие рядом, захихикали. Майя тоже улыбнулась. Кажется, все были рады выходке Маргариты.
- Они эту игру повторяют с периодичностью, так, в пару месяцев, - продолжал развлекать народ Кривошеин.
- Весело у вас, - сказала Майя. – А за что это они так друг друга ненавидят?
- Это давняя история. Зимовский всегда стремился на место главного, а Марго с первого дня в редакции села на это место… - Валик хотел продолжить свои откровения, но Галя на него шикнула и он притих.
- Ясно, - задумчиво ответила Майя.
Тем временем Эльвира уже оказывала медицинскую помощь пострадавшему. Егоров успокаивался, высказав Марго всё, что думал. Зимовский только злобно на неё поглядывал. А сама виновница еле сдерживала улыбку и  усиленно делала вид, что была  не права. Получалось у неё это не очень, ещё и  общественность одобрительно на неё поглядывала.
- Борис Наумыч, - когда все немного успокоились, начала она. – Рабочий день ведь ещё не начался.
- Не начался, - недоумённо ответил Наумыч.
- Значит, я ударила не своего зама на глазах у подчинённых?! – полуутверждая, спросила она.
- Значит, - ответил Егоров, уже начиная понимать, куда она клонит.
- И значит, я не дискредитировала начальство на глазах у сотрудников, а просто врезала в челюсть козлу, - подытожила Марго.
Егоров улыбнулся, как ловко она его провела.
- И значит у него не производственная травма, - добавил он.
- Борис Наумыч, вы - настоящий руководитель, - польстила она.
Он погрозил ей пальцем.
- Ты мне прекрати это рукоприкладство, - но журил больше для порядка, ведь сам тоже одобрял её поступок.
- Так, откуда же взялось письмо? – вернул всех к тому, с чего всё началось Коля.
- У нас два варианта, - быстро ответил Наумыч, предотвращая споры. – Либо среди нас есть шпион, либо на этом острове люди Гальяно.
- Шпиона мы можем вычислить, - начал важно, пытаясь восстановить свой статус, успокоившийся Зимовский. - Надо просто проверить все чемоданы.
- Как проверить? – удивилась Майя. – Я не хочу, чтобы в моих личных вещах рылись.
- Из каких соображений вы не хотите? – нашёл себе новую жертву Антон.
- Из таких – что мне не приятно, если кто-то будет шмонать мои вещи.
- Какое интересное выражение, вы, видимо, много общаетесь с разными слоями общества.
- Это моя работа, - начиная закипать, парировала Майя.
- И всё же вам придётся предоставить свои вещи для проверки.
- Даже не подумаю.
- Почему? Не потому ли, что именно вас к нам приставил Гальяно.
- Нет, не поэтому. Я не шпион Гальяно, я просто на него работаю.
- Ну, это всего лишь ваши слова. Почему мы должны вам верить? У Гальяно своеобразный способ определять профессионализм женщин.
Зимовский нарывался получить ещё один удар в челюсть. Народ смотрел уже испуганно, кажется, назревала ещё одна драка.
- Антон Владимирович, если у вас есть какие-то конкретные претензии ко мне  – говорите! Или это ваше хобби – обвинять беспочвенно?
- Его хобби – получать в челюсть за это! – неожиданно для всех поддержала ее Марго.
Их спор прервал Егоров, дабы предупредить кровопролитие.
- Прекратите все! Антон, ты переходишь все границы! Я ведь тоже могу забыть о деловой этике,  – он грозно глянул на Зимовского, а затем, уже более миролюбиво добавил: – Надо сначала позавтракать, иначе мы друг друга поубиваем.
Все дружно поддержали предложение начальства и принялись за приготовление завтрака. Злополучное письмо на время отложили.
После завтрака обсуждения письма продолжили, но уже в более спокойной обстановке. Всё-таки, сытый желудок способствует доброму расположению духа.
По заранее намеченному плану, Гоша увёл Майю, якобы исследовать остров на предмет жителей. Остальные принялись за неприятнейшее дело – выявление шпиона путем досмотра личного багажа.
- Осматривать будем все вещи, – сказала Марго. - Любой может оказаться человеком  Гальяно.
- Почему это любой?  - начал вновь возникать Зимовский. – Маргарита Александровна, вы, что же не доверяете своим коллегам?
- Как говорится: доверяй, но проверяй! И некоторым коллегам я, действительно, не доверяю. И вам в первую очередь!
- Это почему же?
- Потому что, Антон Владимирович, - ответила она предельно вежливо. – Вы не отягощены моральными принципами и Гальяно мог вас, элементарно, купить.
Антон ещё какое-то время повозмущался, но, поймав на себе недружелюбный взгляд Наумыча, предоставил свои чемоданы к осмотру. За ним потянулись и остальные. Женские вещи осматривали особенно тщательно, потому как этим процессом руководил Антон. Досмотр багажа Марго и Майи он проводил лично, с особым пристрастием, причем дважды. Марго совершенно равнодушно наблюдала за его действиями и только иронично хмыкала.
- Вы бы ещё в трусы залезли, - не выдержала Люся.
- Надо будет -  залезем – ответил Антон, как заправский следователь.
У Люси от обиды навернулись на глаза слёзы.
- Людочка, не расстраивайся, мы тебя в обиду не дадим, – лёжа на спине и грызя соломинку, сказала Марго, как будто происходящее её совсем не касалось.
Люся успокоилась и тоже прилегла рядом с Марго. Та ей подмигнула, и Люда даже заулыбалась.
Процесс «шмонания» подходил к концу, а шпион так и не был найден, в личных вещах ничего подозрительного не обнаружили… 
Все вздохнули с облегчением, неприятная процедура окончена, «засланца» среди них не было. Даже дышать стало легче.
- Ну что ж, теперь придётся осматривать остров, – сказал Егоров. – Найдя людей Гальяно, мы сможем передать ему всё, что мы о нём думаем, - и Наумыч погрозил куда-то в небо кулаком. – Разделимся на пары и разойдёмся в разные стороны. Раз уже Майя с Гошей пошли налево…
- Очень символично, - прошептал на ушко Марго Зимовский. Андрей его услышал и встал между ними.
- Антон с Эльвирой идут в эту сторону, - продолжал отдавать распоряжения Наумыч. – Валик с Люсей и Колей туда, - он показал рукой.
- А почему мы втроём? – возразил Коля, у него были свои планы относительно этого похода.
- Чтобы вы не потерялись, уважаемый курьер. И других глупостей не натворили. Валик будет за вами присматривать, - отмёл все возражения Егоров. - Андрей пойдёт с…
Он не успел договорить, Марго поняв, что именно с ней должен пойти Андрей, перебила:
- Кто-то должен остаться в лагере с Галиной.
Егоров пристально посмотрел на неё:
- С Галиной останусь я, Маргарита Александровна, или вы против?
- Нет, не против. Я, пожалуй, пойду вдоль берега.
- Одной я не разрешаю тебе бродить, Марго. В этом я солидарен с психологом. Остров может быть опасен.
- Я смогу за себя постоять, - всё ещё сопротивлялась она. -  «Лучше я встречусь с дикими зверями, чем идти с Андреем»,  – и она быстро пошла в нужном направлении.
- Я присмотрю за  ней, - бросил Андрей Наумычу, и побежал догонять.

В это же время в противоположном направлении двигалась другая пара - Гоша и Майя.
Какое-то время шли беспечно болтая обо всем подряд: погода, мода, кино… Вдруг Майя неожиданно спросила:
- Игорь Семенович?
- Можно просто Игорь или, как называют меня друзья, Гоша.
- То есть вы предлагаете мне дружбу?
- А что здесь удивительного? Да, предлагаю.
- Хорошо, Гоша, ответьте мне тогда, как друг…
- И можно на «ты», - вновь перебил  Гоша.
- На «ты» тоже принимается. Но я все-таки, с твоего позволения, задам интересующий меня вопрос. Скажи, Гоша, а ты ведь увел меня из лагеря  совсем не с целью искать здесь пособников Гальяно?
Гоша смутился, но спохватившись, возмутился:
- На что вы намекаете?
- Помнится, мы на «ты» перешли. И я не намекаю, а точно знаю, что сделал ты это по просьбе своей жены. Я заметила, как она давала тебе ценные указания. И я почти уверена, что сейчас твои коллеги во главе с твоей неугомонной женушкой обыскивают мои вещи.
- Если ты обо всем догадалась, почему пошла со мной? – удивился Гоша, решив не отпираться от выдвинутых обвинений.
- Во-первых, мне нечего скрывать и соответственно нечего бояться, а, во-вторых, хотела с тобой пообщаться наедине.
- Заинтриговала. И чем обязан такой чести?
- А можно еще один вопрос?
- Давай. Как же общаться без игры в вопросы и ответы.
- Ты всегда беспрекословно выполняешь приказы жены?
- Начнем с того, что не приказы, а просьбы. Это разные вещи. И не всегда. Тебя волнует матриархат в отдельно взятой нашей семье?
- Как раз нет. Матриархатом у вас и не пахнет. Это у Галины с Валиком матриархат. А ваши отношения носят иной оттенок.
- Становится всё интереснее. И какой же?
- Не могу пока точно определить. Но складывается ощущение, что этот брак по расчету. Если бы я не знала вашего финансового положения, так бы и подумала.
- Интересно и кто из нас произвёл «расчёт»?
- Думаю, оба.
- Ты ошибаешься. У нас любовь. А еще полное взаимопонимание и абсолютное доверие.
- Трудно не заметить…
- И я уже склоняюсь к точке зрения моей жены – может, ты и не психолог?!
Майю эта фраза вывела из себя.
- Знаешь что?!
- Что?
- Я угадала, поэтому ты и бесишься.
- А, так ты гадалка, а я думал – психолог.
- Хам. Такой же, как и она. Два сапога – пара.
- Ты сама сейчас опровергла свою же теорию. Так всё-таки: «два сапога – пара» или «брак по расчёту»?
- Одно совсем не исключает другое.
- Тебе видней, ты ж психолог… - протянул он с иронией.
- Терпеть не могу хамов, – ответила Майя и резко пошла вперёд.
- Я тоже хамов не люблю. Видишь, как много у нас общего… - сказал он и поспешил вслед за спутницей.

- Маргарита Александровна, разрешите всё же вас сопровождать?– спросил Андрей, догнав Марго.
- Не стоит!  Вам лучше держаться от меня подальше.
- Мне тоже грозит хук слева?
- Какой догадливый! Могу и справа.
- Ты боишься со мной оставаться наедине?
- Я? Нисколько! Просто  подумала, что тебе будет интереснее побродить с мадам психолог.
- Отмазка не проходит. С мадам психолог ушёл Гоша, и ты сама его об этом попросила.
- Надо же было увести Майю, от её драгоценных чемоданов.
- Ты так ловко умеешь уходить от ответа.
- Ты тоже умеешь уходить, - зло ответила она.
Он остановился и с болью посмотрел на неё.
- Ну, ты недолго печалилась моему уходу.
Она резко обернулась и в гневе сверкнула на него глазками, но встретившись с ним взглядом, смягчилась и произнесла как-то обреченно:
- Каждый из нас сделал свой выбор: ты – уехав в Питер, я – выйдя замуж за Гошу. Андрюш, я не обвиняю и не оправдываюсь. Просто констатирую факты. Давай, закроем эту тему, чтобы дальше спокойно сосуществовать здесь и работать. Это будет правильно.
- Да неправильно все это! Я не хочу с тобой всего лишь сосуществовать! Это невозможно! Я люблю тебя!
Марго  даже зажмурилась от этих слов, сердце больно сжалось. И она ответила обречённо:
- Убедилась на собственном опыте, что даже самое невозможное – возможно! Жаль, что ты упорно не хочешь слышать меня. Если любишь, выполни мою просьбу – не иди сейчас за мной, - не дожидаясь ответа, Марго развернулась и медленно побрела вдоль берега.
Андрей какое-то время стоял, не двигаясь, просто наблюдая за удаляющейся женщиной. Потом произнес вслух:
- Ты можешь уйти, убежать от меня, а вот от себя, своих чувств – не получится… Тоже убедился на собственном опыте…

Марго шла, не замечая ничего вокруг. В памяти поочередно всплывали эпизоды из прошлого: она с Андреем… она с Гошей… она счастлива… ей невыносимо больно… ей все равно… она ничего не чувствует… пустота и спокойствие…  От воспоминаний ее отвлекли голоса. Она остановилась, не очень далеко увидела целующихся мужчину и женщину. Без труда их узнала – Зимовский и Эльвира. Встречаться сейчас с ними у нее не было ни желания, ни сил. К ее счастью, парочка так была увлечена друг другом, что не заметила ее. Она поспешно свернула и скрылась в зарослях диковинных деревьев.

Андрей  неторопливо двинулся вдоль побережья вслед за любимой,  издали оберегая её. Какое-то время он наблюдал за её фигуркой впереди, но в скорости, утонув в воспоминаниях, потерял её из виду…Он ускорил шаг, чтобы догнать, но её не было видно, тогда Андрей побежал и чуть не наскочил на Зимовского с Эльвирой. Быстро свернул в сторону, пока его не заметили…

Оказавшись вновь наедине со своими мыслями, Марго продолжила экскурсию в прошлое. Картинки в голове менялись одна за другой. Она то счастливо улыбалась, то не могла сдержать слез… И все шла, и шла… Не замечая голода и усталости, не разбирая дороги, забыв о времени… Из забытья ее вывел крик  птицы, которую она спугнула. Марго остановилась и огляделась по сторонам. Был уже полдень и вокруг, куда только доставал ее взгляд, были лишь одни деревья. «Капец, кажется, я заблудилась. Поздравляю, сентиментальная дура! Только не паниковать! Надо сориентироваться!»

Тем временем в лагере полным ходом шли приготовления обеда. На импровизированной кухне умело орудовала Галя, взяв на себя обязанности шеф-повара. Наумыч тоже на «отлично» справлялся с ролью поваренка, четко и беспрекословно выполняя ее распоряжения. Скоро по всей округе распространился неописуемо аппетитный аромат. Наумыч, гордый тем, что причастен к этому действию, с удовольствием вдохнул его:
- Думаю, совсем скоро все наши следопыты сбегутся на этот запах!
И он оказался прав: вскоре почти все поисковые отряды вернулись в лагерь. Не было только Марго и Андрея. Гоша заметно нервничал. Зимовский  не без удовольствия наблюдал за этим.
- А обедать скоро будем? – поинтересовался вечно голодный Коля у шеф-повара.
- Кушать так хочется, - поддержал его Валик.
- Да, как только вернутся Марго и Андрей, - строго ответила Галя.
- Что-то они не очень торопятся. Видимо так увлеклись, что потеряли счет времени, - злорадствовал Антон, поглядывая на Гошу.
- А, может, они совмещают приятное с полезным, - предположила Эльвира и, заметив выражение лица Гоши, продолжила: - Я имею в виду, что в процессе поисков отыскали живописное место и занялись …. фотосъемкой. Андрей же обещал индивидуальные фотосессии. А что?  Кругом красота, никто не мешает, вот и не устояли перед соблазном…
Все эти намеки вывели Гошу из себя – лицо покраснело, кулаки сжались, и он двинулся в сторону ухмыляющейся парочки с явным намерением продолжить семейную традицию относительно Зимовского. Но осуществлению этих планов помешал Андрей, появившийся в этот момент в лагере.
- Марго вернулась? – встревожено спросил он.
- Нет, мы думали она с тобой. Вы же вместе ушли… вроде бы, - ответил Валик с набитым ртом, снимая с позволения жены пробу приготовленной еды и уже явно не первый раз.
Коля, стоящий рядом и с завистью наблюдая за повторяющимся процессом дегустации обеда, сглотнув слюнки, закивал в знак согласия.
Гоша переключил свое внимание на Калугина и уже в его сторону направился с угрозой на лице:
- Где моя жена?
- Я не знаю…, - растерялся Андрей, слово «жена» его больно укололо.
- Ты что ее отпустил одну?
- Нет, просто она… - он запнулся, придумывая правдоподобную версию случившегося. – Марго предложила разделиться, чтобы обыскать большую территорию.
- И ты согласился на это?
- Нет, конечно же! Я шел за ней, но потерял ее из виду. Долго искал и решил, что она уже вернулась сюда .
- Как можно потерять человека, идя рядом?! 
Андрей подошёл к нему:
-  Я сам не могу простить себя, что потерял ее! – сказал он с угрозой и одновременно болью в голосе.
Гоша уловил двойной смысл.
- Твой поезд давно ушёл, – отрезал он.
Двое мужчин стояли друг против друга – бледные, нервно сжимая кулаки, с неподдельной тревогой в глазах .
- Гоша, Андрей, только без паники и рукоприкладства! – вмешался Наумыч. – Давайте все успокоимся и подумаем.
- У меня есть план, - начала Майя. - Сначала составим карту нашего острова. Я тут уже набросала примерно: наш лагерь, побережье, водопад, роща хлебных деревьев, - она показывала на своей карте названные объекты. -  Каждый дополнит ее с учетом сегодняшних  экспедиций. Потом попытаемся определить предполагаемую зону поисков.
- А, может, сначала пообедаем? – напомнил о наболевшем курьер.
- Да, а то такая вкуснотища остывает! – поддержал его Кривошеин, но умолк, встретившись с осуждающим взглядом жены.
- И я двумя руками «за». Почему должны страдать наши желудки из-за отсутствия мозгов в голове этой курицы? – подключился Зимовский.
- Как вы можете сейчас думать о еде? – возмутилась Галя. – Здесь человеческая жизнь под угрозой!
- Галя, не стоит нагнетать обстановку. Будем надеяться, что жизни Марго ничего не угрожает. А желающие могут пообедать, -  рассудил всех Егоров.
Троица отправилась к котелку, остальные отказались и занялись картой. Коля с Валиком вскоре присоединились к большинству, а у Зимовского процесс поглощения пищи затянулся – он ел с большим аппетитом, демонстрируя всем своим видом, что поисковые мероприятия его мало интересуют.
Карта была составлена, Майя осталась довольна проделанной работой. Определили предполагаемое местонахождение Марго.
- Предлагаю в поисках участвовать всем. Нам надо успеть до темноты, - Майя взяла на себя функции руководителя этой операции.
- А я вот не согласен, - выступил Зимовский. – Кому-то надо остаться здесь и охранять наши ценности, - он огляделся по сторонам в поисках этих самых ценностей и, заметив котелок с остатками обеда, продолжил: - А самое ценное у нас сейчас еда! Я останусь ее охранять!
- Самым ценным всегда был, есть и будет человек, его жизнь и здоровье! –  с возмущением произнес Наумыч. – Сказано: все, значит, все.
Зимовский нехотя присоединился к коллегам. Все двинулись к месту, где Калугин потерял из виду Марго. По дороге психолог давала последние наставления. Дойдя до указанного места, Майя определила каждому его зону поиска. Сверили часы, условились встретиться здесь же через два часа. Разошлись.

Спустя два часа все собрались снова. Поиски оказались безрезультатными. Марго никто не нашел, хотя каждый добросовестно обследовал свой квадрат. Тревога усилилась. Андрей переживал, но делал это молча, Гоша, напротив, был на грани истерики. Наумыч, как мог, успокаивал его. Начало темнеть. Приняли коллективное решение – продолжить поиски завтра утром. А так как Андрей и Гоша яростно отказывались его выполнять, пришлось их уводить практически силой.
В лагерь все возвращались уставшие и расстроенные. То, что они увидели там, вызвало у них трудно передаваемое чувство. Сказать, что это было удивление, значит, ничего не сказать. Открывшаяся их взорам картина ввела народ в состояние ступора. Все застыли на месте с широко открытыми глазами, а некоторые еще и ртами.
У котелка с остывшими остатками  обеда сидела Марго, целая и невредимая, и уплетала эти остатки за обе щеки прямо из котелка. Увидев такую, на ее взгляд, неадекватную реакцию коллег, Марго перестала жевать и обратилась к ним:
- Всем привет! А где вы бродите? Я вернулась, а здесь никого, обед, кстати, очень вкусный, почти нетронутый, - облизнулась она. -  Уже стала переживать, не случилось ли чего? Собиралась идти искать вас всех. Нельзя же так пугать!
- Нормально! – возмутился Зимовский, все еще не веря своим глазам.
- Это мы её напугали! – улыбаясь, произнес Валик, обретя вновь способность говорить.- Мы её чуть ли не похоронили, а она тут сидит и с завидным аппетитом кашу трескает!
- Не дождётесь, - хмыкнула Марго, отправляя в рот очередную ложку с кашей.
Первым в себя пришел Гоша и кинулся к жене обниматься. Она еле вырвалась из его объятий и потребовала объяснений происходящего. Все наперебой стали пересказывать последние события. Сказалось напряжение  нескольких часов, они были счастливы и смеялись беспрестанно. Андрей стоял немного в стороне, наблюдая за происходящим, тоже  улыбался. « Какое счастье, что с ней все в порядке! Никогда бы не простил себе, если бы с ней что-то случилось. Я не могу  потерять ее еще раз».   Когда Марго удалось выбраться уже из коллективных объятий, их взгляды встретились и время остановилось:
- «Я люблю тебя», - говорили его глаза.
- «И я тебя, но.. .», - отвечали ее.
- «Я без тебя не жил».
- «И я без тебя тоже, но…».
Этот разговор без слов заметил Гоша, он чуть не задохнулся от ревности и поспешил напомнить всем о том, о чем, казалось, уже никто и не помнил:
- Раз все у нас все так замечательно разрешилось, может, поделимся, кто чего сегодня видел? Хотя шпиона, как я понимаю, никто так и не нашел…
- Вот ты и начни! Очень интересно, чем вы занимались сегодня с нашим глубокоуважаемым психологом. Думаю, Маргарита Александровна, уже сгорает от нетерпения услышать этот рассказ? Не правда ли? – Зимовский обернулся к Марго, заметил их красноречивые взгляды с Андреем и, улыбнувшись увиденному, шепнул Эльвире: - А наша Марго, действительно, уже сгорает от нетерпения... Ню-ню…
Эля захихикала в ответ.
- Антон Владимирович, а меня больше интересует, чем вы сегодня занимались? Напомните, разве в вашу зону поиска входил пляж? – Марго решила проучить хама.
Эльвира покраснела, понимая, что Марго могла стать свидетелем довольно откровенных сцен, а Зимовский, напротив, ответил сразу, ничуть не смутившись:
- Мы так устали с Эльвирой Сергеевной во время поисков, что решили немного отдохнуть, позагорать.
- Я думала, это называется несколько иначе, - многозначительно улыбнулась Марго.
Все тихонько захихикали.
- Ой, народ, я же совсем забыл, - Кривошеин с этими словами умчался в дом, но совсем скоро вернулся и с гордостью продемонстрировал свою находку – пару птичьих яиц.
- Валентин, неужели ты отыскал нашу старую знакомую и жестоко отомстил ей за нашу запятнанную репутацию, отобрав самое ценное? Горжусь тобою! –  произнес сквозь смех Зимовский.
Общественность поддержала его дружным хохотом.
- Дурак ты, Антон! – обиделся Валик.  – Я ж для всех старался!
- Извини, как же я не оценил! Мы же теперь неделю можем не думать о провианте! А, возможно, и дольше? Галя, как ты думаешь? – Зимовский не мог успокоиться.
- Ладно, хорош, прикалываться! – все еще с обидой в голосе начал оправдываться Валентин. – Я ж это только на пробу взял. Там их много. Просто некуда было собрать, а руки у меня две.
- Хочу открыть тебе секрет – у тебя еще и голова есть, правда одна, но ты же ее используешь только для поглощения пищи, а некоторые нею, прикинь, думать умеют! – Зимовский был явно в ударе. – Вот, если бы и тебе так повезло, то догадался бы снять футболку, и тогда бы на ужин у нас могла бы быть настоящая, полноценная  яичница, а не ее микрокопия!
- Подождите, - насторожился Егоров. – Я что-то не понял: как это только две руки?
- Борис Наумыч, мы что-то не знаем о Валентине? Неужели у него больше конечностей, чем у обычных людей? А, может, он того… пришелец? Это же многое тогда объясняет! Как же я раньше не догадался! Ну, что за редакция? Одни мутанты! – Зимовский вошел в раж.
- Антон, хватит паясничать! Меня интересует, где находились наши юные ленинцы, когда Валентин обнаружил свой клад, а? Николай? Люся? – Наумыч уставился на молодежь, потупившую почему-то взоры.
- Мы это… как бы рядом были…, - начал невнятно Коля.
- Да что там непонятного? Они тоже устали в ходе поисковых работ. Такое утомительное это занятие, скажу вам честно. И, видимо, также решили отдохнуть, позагорать… А Валентин не сильно устал и решил навестить птичек, а вдруг шпион среди них? – выручил студента Зимовский и в который раз за вечер повеселил общественность.
- Яйца – это хорошо, но еще бы мяса! – размечтался Коля.
- Вот, если бы было оружие! Здесь так много птиц! – заметил Валик.
- А, может, вспомнить детство и попробовать из рогатки? – неожиданно предложила Марго.
- Вы не перестаете нас удивлять, Маргарита Александровна! Какое же у вас интересное детство было! Неужели вы и этим грешили? Я имею в виду – рогаточкой по воробьям? Очень странное занятие для девочки, - злорадствовал Зимовский.
- Не более странное, чем для мужика собирать сплетни и копаться в чужом грязном белье! – дала отпор Марго.
- Так у нас же есть ружье! – радостно сообщил Коля и помчался в сторону ящиков.
Все шумной толпой двинулись за ним.
Коля нырнул в ящик с провизией и через минуту вынырнул, гордо подняв над головой ружьё.
- Я же говорил! – крикнул он с торжеством в голосе.
- Ух, ты! – подошла Марго и осторожно забрала оружие из рук студента. – Так это же самозарядный карабин. А патроны к нему есть? – она вслед за Колей нырнула в ящик и вылезла довольная, достав коробочку с патронами. Быстро и ловко зарядила. Марго была так увлечена, что не заметила, как все удивлённо наблюдали за ней. - Классная штукенция, мы с отцом почти с таким же на охоту ходили.
- Помнится мне, что это Игорь Семеныч у нас знаток оружия! Он мне много рассказывал о том,  как ОН с отцом ходил на охоту. Или я ошибаюсь? – Зимовский поняв, что она прокололась, торжествовал.
- А у нас одинаковое семейное хобби, оказалось! – нашлась Марго.
- У вас столько сходства! – продолжал язвительно Антон.
Марго передёрнула затвор и зло глянула на него.
- Антош, ружьё у меня в руках! Я бы не рекомендовала тебе так сильно свою память напрягать! - произнесла она с угрозой достаточно тихо, чтобы слышал только он, но предельно четко.
Зимовский сразу как-то сжался и что-то неразборчиво буркнув, отошёл в сторону.
- А можно мне посмотреть, - и Коля уже протянул руку.
Марго взглянула на него с подозрением.
- Я, наверное, зря его зарядила, – она проделала туже операцию в обратном порядке и только тогда протянула ружьё Коле. – Держи, студент. Хотя тебе и незаряженное давать небезопасно.
Ружьём заинтересовались все, и оно переходило из рук в руки некоторое время. Понимая, что с их преимущественно вегетарианским меню, скорее всего, покончено, эту находку долго и радостно обсуждали. Когда ажиотаж вокруг оружия немного утих, сели ужинать добытыми с ближайших деревьев фруктами.
- А мы так и не выяснили, откуда же взялось письмо, – сказал, как бы, между прочим, Коля.
- Да, и шпиона мы не нашли, и на острове кроме нас никого, версий больше нет, - задумчиво произнёс Наумыч.
- Есть ещё одна, - неожиданно выдала Марго.
Все взгляды обратились в её сторону.
- Я, кажется, знаю, откуда письмо…

0

13

Глава 12

Марго  выдержала почти театральную паузу, и произнесла:
- Мы изначально не учли еще одну возможную версию развития интересующих нас событий – Гальяно не писал это письмо.
- Естественно, он его не писал собственноручно. У него для этого есть специально обученные люди, - ухмыльнулся Зимовский.
- Это всем понятно. Но я, Антон Владимирович, совсем другое имела в виду – Гальяно вообще не имеет ни малейшего отношения к нашей находке.
- Марго, ты можешь перестать говорить загадками?! – не выдержал Наумыч.
- Конечно, Борис Наумыч. Думаю, я уже знаю автора нашей загадки! – с торжествующим видом произнесла Марго, обводя взглядом всех присутствующих, но, увидев лицо Егорова, поспешила объяснить все более детально:
- Письмо было написано уже здесь, на острове, и Гальяно о нем ничего не знает по той простой причине, что сделал это один из нас и по собственной инициативе.
- Но зачем, а, главное, кто?! – Наумыч был крайне удивлен.
- Может тот, кто подложил письмо, сам признается? – Марго пристально посмотрела на Зимовского. – Не хочешь, Антон Владимирович, нам ответить?
- Нет, не хочу! А вот от вас было бы крайне любопытно услышать – откуда такие выводы?  - Выводы сделаны путём несложных умозаключений,- торжествовала  Марго.
- Браво!!! Мисс Марпл и Эркюль Пуаро в одном флаконе!!! – язвительно зааплодировал Антон. – И откуда такие «умозаключения»?
- Ты еще Шерлока Холмса забыл! Все же элементарно, Ватсон! Я села печатать на машинке и заметила сходство шрифта со вторым письмом Гальяно, потом сравнила бумагу – еще одно совпадение! Но это были всего лишь предположения до тех пор, пока я не обнаружила, что наша находка не имеет одного уголка и, представьте, нашла этот уголок застрявшим в машинке. Видимо, печаталось в большой спешке. Так появилась моя версия и я, отбросив все другие,  попыталась ответить на несколько вопросов. «У кого была возможность сделать это?» Ответ – у любого из нас. Грамоте обучены все, а машинка находилась в общедоступном месте. Теперь второй вопрос: «А кто на это способен?». А вот здесь с кандидатурами случилась напряженка. У меня была лишь одна, вернее, один, – она победно глянула на Зимовского.
И тут неожиданно для всех заговорила Майя:
- Я поддерживаю Маргариту Александровну и тоже считаю, что это Антон Владимирович подбросил письмо.
- Что? – удивился Зимовский. - Ещё один детектив в юбке!
Теперь все взоры обратились к Майе.
- Да. И у меня есть доказательства! Я видела, как вы печатали что-то  на машинке вдали от нашего лагеря. Но я тогда не придала значения.
- Видели и нам ничего не сказали? – возмутилась Марго.
- Во-первых, у меня никто не спрашивал. А во-вторых, откуда я могла знать, что он не работает в этот момент над журналом?
- Антон Владимирович у нас не писатель, хотя, как показала практика, мы все ошибались… - язвительно произнесла Марго.
- Но откуда я могла это знать? Вы ведь не допускаете меня до своих производственных процессов, – с вызовом ответила психолог.
- Убедили, с этого времени будете участвовать, – с таким же вызовом ответила Марго.
Зимовский подошёл к Марго и сказал тихо, чтобы только она слышала:
- Умным ты мужиком был.
- Не могу тебе ответить тем же. Ты, как был, так и остался порядочной сволочью!
У Зимовского физиономию перекосило от злости, но он не успел ничего ответить.   
- Таааак! – повышая голос, начал Егоров. – Ответь нам, Антон, своим коллегам, зачем ты подбросил это письмо?!
Поворачиваясь к Егорову, Зимовский изобразил на своем лице искреннее раскаяние:
- Борис Наумыч, так это же шутка была, розыгрыш. А то скучно мы здесь живем, слишком спокойно. А для таких творческих людей, как наш коллектив, это смерти подобно. Вот и решил простимулировать таким образом творческий процесс. Все для пользы нашего общего дела!
- Какой ещё пользы дела? – заорал Егоров. – Мы целый день потеряли, бегая по этому острову.
- Зато мы теперь знаем весь остров, и можем без опаски ходить, где вздумается.
- Остров мы бы обследовали и без этого,  – начал немного успокоившийся Наумыч. – В последнее время ты слишком плохо шутишь.
- Да за такие шутки можно и по шее схлопотать! – недавно пережитый стресс Гоше прибавил смелости, и он с вызовом взглянул в глаза Зимовскому.
- Это точно! – поддержал Андрей, переволновавшийся ничуть не меньше.
- Оригинальные у вас, однако, шуточки, Антон Владимирович! – возмутилась Майя. – А вы не задумывались о возможных последствиях?
- Если вы намекаете на псевдопропажу Маргариты Александровны, так все же обошлось!
- И это тоже. А еще среди нас есть беременная женщина, которой волнения вообще противопоказаны! Да и всем остальным эта ситуация здоровья не прибавила и совсем не повеселила!
- Каюсь: не подумал об этом!
- Так, Антон, впредь все свои шутки согласовывать со мной! – приказал Егоров, закрыв таким образом эту тему.
Через некоторое время, когда страсти немного поутихли, Марго подошла к Антону.
- Поговорим, Антош.
- Давай поговорим, - нагло хмыкнув, ответил тот.
Марго кивнула и они отошли на достаточное расстояние от остальных, чтобы поговорить наедине.
- Ответь мне на один вопрос: «Зачем ты это сделал?» -  спросила Марго, когда их уже никто не мог слышать.
- Такая умная и не догадалась? – ухмыльнулся он в ответ. – Бракованный из тебя Шерлок Холмс! Все же элементарно, мисс Ватсон! Пардон, миссис! Ты ж у нас замужняя дама!
Антон получил бы для симметрии еще один удар в челюсть, если бы не был готов к такому повороту событий и ловко увернулся.  Он  схватил Марго за руки и прижал к стволу близстоящего дерева и с видом триумфатора поведал о своих истинных мотивах.
- Я знал, что это письмо вновь активизирует твою бурную фантазию,  - сказал он ей в  лицо. - И ты начнешь опять толкать в массы свои шизофренические идеи. Появятся недоверие, подозрения, обвинения…
Она попыталась вырваться, но силы были не равны.
- А я бы с радостью за всем этим наблюдал, периодически подливая масла в огонь, подкидывая новые «улики», наводя подозрения…,- продолжал он. -  Жаль, конечно, что ты так скоро обломала мне весь кайф, но я получил колоссальное удовольствие, наблюдая за вашей метушней.
Марго оттолкнула его.
- Ты еще большая сволочь, чем я предполагала! Это не сойдет тебе с рук!
- Ты мне угрожаешь?
- Предупреждаю!
- Побежал за памперсами! Так испугался!
- Они тебе не помогут!
Зимоский хмыкнул, развернулся и с видом победителя  вразвалочку пошёл к костру.
Через несколько минут к ней подошла Галя.
- Маргарита Александровна, извините, я была рядом и слышала ваш разговор с Зимовским. Ну, он и гад!
- Это ещё мягко сказано, - всё ещё кипя, ответила Марго.
- Обидно, что ему всё сходит с рук.
- Так надо исправлять положение.
- Что вы имеете ввиду?
- Галочка, как на счёт -  отомстить? – произнесла заговорщически.
-  Марго, я с вами! – так же шёпотом ответила Галина.
- Умница, - Марго пожала ей руку. – И давай на «ты».
- Давай, - Галя расцвела.
- Как думаешь, Галя, мы одни с тобой хотим ему отомстить?
Галя обернулась и посмотрела на людей в лагере.
- Думаю – не одни.
- Я тоже так думаю, - подмигнула ей Марго.
И партизанский отряд под названием: «Страшная месть» начал свою деятельность.
За то небольшое время, когда все укладывались спать, в результате целенаправленных  действий, которые провела Галя, к отряду присоединился Валик, у него просто не было выбора, и Коля. Люсю решили не трогать, так, как она при первом же допросе могла расколоться. Эльвиру не взяли по причинам симпатии к «врагу народа». Гоша о чём- то весь вечер спорил с Майей, потому пропустил последние события. Андрей, наблюдая за странными перешёптываниями в лагере, подошёл к Марго:
- Маргарит, что происходит?
- Ничего. А что?
- У вас такие загадочные лица, становится ясно, что вы что-то затеваете.
- Раз тебе всё ясно - иди, ложись спать.
Эта нагло брошенная фраза вывела его из себя. Он схватил её за плечи и развернул к себе:
- Марго!
- Руки убери, я не твоя жена.
Какое-то время они стояли, глядя друг другу в глаза.
- Ты не представляешь, как я об этом жалею, - почти выдохнул он.
- На нас смотрят, - предупредила она, пытаясь отвести взгляд от его губ.
- Мне уже наплевать.
- А мне нет. Из нас двоих – я замужем.
- С каких пор ты стала такой правильной?
Она, наконец, высвободилась.
- Я всегда такой была, - ответила она, пытаясь привести в порядок дыхание. - И Гоша, кстати, никогда с замужними не спал.
Сердце почему-то билось как сумасшедшее.
Он вдруг улыбнулся.
- Мне нравится ход твоих мыслей. Я только мечтал об этом, а ты уже сказала.
- Калугин! – возмущению её не было предела. – Ты все разговоры сводишь к одному.
- Ты могла просто ответить на мой вопрос и не провоцировать.
- Я тебя провоцирую?
- Всем своим видом.
- Это, каким же образом?
- Ты слишком красива.
- Согласен, - сказал подошедший Наумыч.
Спорщики были так увлечены, что даже не заметили его приближения.
- Маргарита Александровна – красивая женщина, - продолжал Егоров грозно. – Но ещё и замужняя. Разойдитесь в разные стороны. И прекратите мне эти ваши шашни. Отношения выяснять в Москве будете. Не хватало мне на отдельно взятом острове семейных разборок и дуэльных поединков…
Андрей сразу же ушёл и лёг спать. Но сон к нему не шёл, он просто лежал и  через дверной проем смотрел на звёздное небо, размышляя о своей жизни, так круто изменившейся с появлением в ней Марго, его Марго…
Чего не скажешь о Зимовском, тот захрапел сразу же, как только его голова коснулась подушки. Чего и нужно было нашим «заговорщикам».   Они ещё подождали, пока уснёт Эля и Наумыч. У костра оставались Коля, Валик и Марго. Галю отпустили, она свою миссию на сегодняшний вечер выполнила.
Посидели ещё немного,  дабы в точности убедиться, что все спят.
- В пионерском лагере были? – спросила шёпотом Марго.
- Ага, - ответили дружно заговорщики.
- Мазать пастой девчонок ходили?
- Ага, - опять повторили, глядя в восторге на предводителя.
- Тогда пошли, - сказала Марго торжественно.
И они тихонько, крадучись, проследовали в мужскую половину «дома». Колю ещё на входе начал разбирать смех. Марго с Валиком на него поочерёдно шикали. Они подошли к постели Зимовского:
- Может, придушим его подушкой? – опять пробило на «ха-ха» студента, его воспоминания о студенческих похождениях были ещё свежи в памяти.
- Тихо, Коля, родина нам не простит такой лёгкой смерти врага, - пытаясь сдержать смех, ответила Марго.
- Хватит прикалываться, - хотел быть серьёзным Валик, но прыснул от смеха.
- Приступаем, - дала команду предводитель.
И каждый принялся выполнять своё задание, по заранее разработанному плану. Они и не догадывались, что за их действиями в темноте с улыбкой наблюдает ещё один человек. И когда Зимовский перевернулся во сне на другой бок, а заговорщики присели, дабы сдержать смех, в темноте послышалось:
- Вам помочь?
Слова прозвучали совсем рядом, с соседней койки. «Мстители» замерли в испуге. И только Марго была спокойна - она была ближе всех к говорившему и узнала голос. Она поднесла палец к губам и сказала: «Чииии», призывая его к тишине.
- Поцелуешь, буду молчать, – ответил тихонько голос.
- Андрей, ты издеваешься?
- Нет, я совершенно серьёзно.
Коля с Валиком захихикали.
- Марго, мы закончили, - сказал, Валик, подталкивая Колю к выходу.
- Хорошо, - ответила тихо Марго.
«Мальчишки» пошли к выходу, оборачиваясь в её сторону и загадочно улыбаясь.
Необычность обстановки, какой-то детско-студенческий задор, адреналин от приключений или  долго сдерживаемое желание. Неизвестно, что ей ударило в голову, но она присела и поцеловала Андрея. Хотела легонько чмокнуть и убежать, а не удержалась. И поцелуй получился долгим и нежным. Когда дыхание готово было сорваться и сердце зашлось в бешеном ритме, поняла, вдруг, что она творит. Вырвалась и убежала…

Утром царило приподнятое настроение. Мстители встали рано и ждали пробуждения Зимовского. И вот, наконец, послышался страшный грохот. Заговорщики расцвели. А как услышали жуткую брань из уст «врага» - пожали друг другу руки.
Антон выскочил на свет, сопровождаемый дружным хохотом  МЖовцев.  Видок у него был ещё тот: в одном шлёпанце, второй болтался на привязи вместе с парой кружек, которые создавали грохот при каждом шаге, на футболке сзади был прикреплен листок бумаги с надписью: «Сделай мне смешно». Зимовский, сначала не мог понять и вертелся, пытаясь сорвать, грохоча кружками. Но что больше всего веселило – это усы нарисованные черным маркером. При каждом слове они так забавно двигались, придавая  лицу Антона такое комическое выражение, что смеялся даже Егоров и Эльвира, которая вначале пыталась сдерживаться, но потом и она расхохоталась во всю силу. Смеялись долго, до слёз. Наумыч трижды подходил и жал руку Марго, благодаря за такое прекрасное начало дня. Ни для кого не было секретом, чьих рук это дело. Наконец, Зимовский оторвал от себя всё лишнее. Нормально надел шлёпанцы и сел у костра завтракать вместе со всеми. И хотя он и умылся – усы остались, маркер не смывался водой и мылом. Но Антон этого не знал, он вообще не знал о наличии у него усов. И важно на всех поглядывал, не понимая, почему смех возникал снова и снова. После завтрака Эльвира смилостивилась над ним и вытерла ему усы с помощью своих духов.
- Детский сад! – констатировал Антон, подойдя к Марго. - Мы так шутили в школе, недалеко же ты ушла в развитии.
- А, по-моему, весело! - пребывая в хорошем настроении, ответила Марго.
- И это всё на что ты способна? – он наклонился к ней.
- Фуууу, Антош, не подходи близко, от тебя воняет как из парфюмерной лавки. Ты что на женские запахи перешел?
Элины духи были слишком едкими, и Марго быстро отошла от него в сторону вдохнуть свежего воздуха.
- Маргарита Александровна, - к ней подошла Галочка.
Произведённый их местью эффект превысил все ожидания.
- Галя, мы же договорились на «ты»
- Извини, когда будем приводить в действие второй пункт плана? – прошептала она в предвкушении.
- Нет, в этом деле спешить нельзя. Пусть Зимовский поверит, что мы уже ему отомстили. И успокоится, потеряет бдительность. Тут-то мы и нанесём решающий удар, - Марго коварно блеснула глазами.
Галя была в восторге от предводителя.
- Марго – ты гений!

Когда «страсти по Зимовскому» улеглись, Марго вспомнила о вчерашней находке – ружье и решила испытать его. Она достала оружие, осмотрела его со знанием дела, и вдруг на нее нахлынули воспоминания из прошлой жизни, жизни Игоря Реброва… … Отец… Их ранние сборы…Долгие ожидания в зарослях камыша… Радость от первого удачного выстрела… Счастливые возвращения домой, когда  отец рассказывал байки об охотниках -  их смех разносило по лесу эхо…
В настоящее ее вернул голос … Игоря Реброва:
- Марго, ты зачем взяла ружье?
- Вот решила тряхнуть стариной – пострелять! Кстати, это было любимым занятием Гоши, - немного помолчав, добавила: - После работы и красивых женщин, конечно. Присоединишься?
- Нет, спасибо. Это не для меня. Я не одобряю такое хобби.
- Что, птичку стало жалко? А, может, ты в Гринпис вступил?
- Очень смешно!
- Ладно, не обижайся! Не хочешь – не иди! Только правдивую отмазку, почему изменил своему хобби, придумывай сам, - Марго замолчала, а потом, улыбаясь, продолжила: - А про Гринпис подумай все же!
- Ты опять?
- Все, все, молчу и удаляюсь…
- Подожди, ты что, сама пойдешь? 
- Нет, с ним! – Марго показала ружье.
- Я серьезно! Это может быть опасно!
- А, давай, я Зимовского с собой возьму … в качестве мишени! А то он расстроился, что мщу я ему по-детски. Вот и будет ему все по-взрослому, по-мужски…
- Марго, ты все шутишь, а я волнуюсь!
- Гош, я оценила твою заботу, но, поверь, поводов для беспокойства нет! – с этими словами Марго скрылась в зарослях.

Через пару минут к Гоше подошли Наумыч и Зимовский.
- А куда это наша Маргарита Александровна направилась? – поинтересовался Егоров.
- Да! Очень интересно, куда? Причем вооруженная! – присоединился к расспросам Антон.
- В тир! Вот только с мишенями проблема там. Поможешь? – сразу же нашелся Гоша.
- Какой тир? Какие мишени? – недоумевал Наумыч.
- На охоту она пошла. Так что к обеду, думаю, дичь будет! – поспешил объяснить Гоша.
- Вот это женщина! Ай, да Марго! – восхитился Егоров.
- Игорек, а что же ты не пошел с ней? Да и вообще, не женское это дело – охота! – ухмыльнулся Антон.
- Я, думаю, ты уже успел заметить, что Марго – уникальная женщина и с легкостью справляется с тем, что не каждому мужику по силам!  Например, она без труда заняла место главного редактора, заметь, мужского журнала, и очень успешно справлялась со своими обязанностями, - Гоша бил Зимовского в самое больное место.
- Это точно! – Егоров продолжал восхищаться Марго.
- А, кроме того, - продолжал Гоша, - надо же кому-то было остаться здесь и следить за не очень добросовестными сотрудниками, отлынивающими от работы. Это тоже не женское занятие! Кстати, Борис Наумыч, у меня есть к вам очень интересное предложение!
- И какое же? – оживился замечтавшийся Егоров.
- В свете последних событий и учитывая так неожиданно открывшийся писательский талант  Антона Владимировича, предлагаю дать ему возможность реализовать его на страницах нашего журнала!   
- Поддерживаю! – одобрил Наумыч.
- Борис Наумыч, я же не по этой части! И это не входит в мои обязанности! – возмутился Зимовский.
- С этой минуты уже входит! Это приказ! – отрезал Наумыч.
- Антон Владимирович, ваш звездный час настал! Ждем с нетерпением! – Гоша не скрывал своей радости.
- Не спеши радоваться, мутант! Смеется тот, кто смеется последним! – прошипел, подойдя вплотную к Гоше, побагровевший от злости Зимовский.
- Поддерживаю вашу инициативу, Антон Владимирович! – сказал Гоша специально громко, чтобы слышал Наумыч. – Если вам так близка тема юмора, то на этом и сойдемся: страничка юмора - ваша!
Зимовский от такой наглости потерял дар речи, а Гоша  ушел с Наумычем, продолжая делиться своими новыми идеями относительно открытого «дарования» их сотрудника.

Марго прошла несколько метров и услышала, что ее кто-то преследует. Причем не скрываясь! Этот кто-то несся за ней, пыхтя, ломая ветки, ругаясь… Голос был очень знакомый! «Это же Коля!» - догадалась Марго и остановилась подождать.
- Маргарита Александровна, наконец-то я вас догнал! – обрадовался запыхавшийся курьер.
- А зачем ты меня догонял? – удивилась Марго.
- А, можно, и мне с вами, на охоту? – с мольбой в голосе спросил Коля.
- Коля, какая охота? Ты же вчера ружье первый раз держал в руках!
- А вот и не первый, а второй! – и Николай поведал  занимательную историю своего первого применения оружия на спящем Зимовском.
- Да уж, у тебя богатый опыт обращения с оружием! – сквозь смех произнесла Марго. – И какой оригинальный способ! Но мишень выбрал правильную! Молодец!
Марго торжественно пожала Коле руку и добавила:
- Ладно, пошли. Но только тихо! Хотя это вряд ли у тебя получится…
Но тишину, то и дело, нарушала сама же Марго: каждый раз, взглянув на Колю, она вспоминала его рассказ (теперь, зная предысторию, события казались еще более комичными) и ее разбирал смех, да такой заразительный, что Коля тут же присоединялся. Так весело они добрались до места обитания птиц. Сразу же стали серьезными. Охота началась… Марго ловко обращалась с оружием и метко стреляла. Коля был в восторге, радовался каждому удачному выстрелу, как ребенок.
- Все, на обед нам достаточно! Пора возвращаться! – Марго закинула ружье на плечо.
- Марго, Марго, ну, дай, хоть разочек стрельнуть! -  взмолился Коля.
Марго, следуя здравому смыслу, хотела сразу же отказать, но увидев просяще-умоляюще-жалостливое выражение лица курьера, улыбнулась.                             
  - Ладно,  -  все еще сомневаясь, протянула ему ружье.   
Коля взял его осторожно, словно оно было из хрупкого материала. Подержав несколько секунд, попытался прицелиться…
- Только на меня не направляй, - произнесла Марго, отворачивая от себя дуло. – Дичь в другой стороне. Коль, а, может, все-таки, не стоит…
Последние ее слова совпали с выстрелом. От неожиданности Коля даже немного присел. Через секунду в нескольких сантиметрах от его головы пролетел кокос и раскололся от удара о землю. Опять же от неожиданности Коля выронил из рук ружье.
Марго от хохота не могла даже членораздельно что-то сказать.
- Коля, классный выстрел…, ты первый охотник…, убивший кокос наповал, - наконец проговорила она.
А Коле было на этот раз не до веселья, он так расстроился своей неудаче, что чуть не плакал, глядя на свою «дичь».
- Коль, не расстраивайся. Ты не виноват, - утешала его Марго, пытаясь сдержать смех, - Если бы ты его не застрелил,  - она показала рукой на кокос, - он все равно умер бы, разбившись от падения.
И она опять захохотала. После этих слов Коля заулыбался, и они двинулись в обратный путь, каждый неся свою добычу: Марго – дичь, а Коля – кокос.
Первой охотников увидела Галя, поджидавшая их, в надежде на поступление мясных продуктов.
- Как охота? – поинтересовалась она.
- Очень удачно: Коля остался жив.
Галя, увидев охотничьи трофеи, больше обрадовалась кокосу и брезгливо поморщилась, глядя на птичек.
- Галь, ты, что не умеешь их разделывать? - спросила Марго, заметив её реакцию.
- Я думала – вы умеете, - виновато ответила Галя.
- Нет, я только охотиться, а дальше – не моё.
- Так, а кто же нам их ощиплет? Ай-я-яй! Неужели, зря птичек убили?  – с сарказмом спросил Зимовский.
Народ собрался, глядя на дичь в отчаянии, и не зная, что теперь делать.
- Эх, вы, молодежь!!! Жертвы нанотехнологий и супермаркетов! – подошедший Егоров стал осматривать дичь, одобрительно кивая. - Что бы вы  делали без нас, старой гвардии, закаленной временем и жизненными обстоятельствами?!  Ставьте кипятиться воду,  - скомандовал он. - Я разделаю птичек.
Атмосфера сразу же поменялась, все засуетились, забегали. Настроение заметно улучшилось в предвкушении мясного обеда. Вспомнив о героях дня, охотников окружили и стали расспрашивать. Коля с большим удовольствием пустился в рассказы. Марго снова оказалась в центре всеобщего внимания и восхищения (за небольшим исключением).
Наумыч с Галей трудились, воплощая мечты об обеде в жизнь. Вскоре по всей округе распространился аппетитный аромат. Общественность моментально сгруппировалась около Гали, поторапливая ее. Обед превзошел все ожидания. Хвалили Марго, Галю, Колю, отдельно Наумыча и даже … Гальяно, всё предусмотревшего и вооружившего их.

Так как после обеда все находились в прекрасном расположении духа, то этим решила воспользоваться Майя, не забывающая о своих обязанностях помочь этой кучке воюющих индивидуумов стать одной командой.
- Извиняюсь, но я здесь тоже на работе. И раз уж вы, соглашаясь или нет с требованиями Гальяно, но выполняете свою работу, то я бы тоже хотела заняться своей. Но для этого мне нужна ваша помощь и готовность сотрудничать.
- Думаю, это не проблема! – откликнулся сразу же Андрей.
Марго заскрежетала зубами, от его такой «преданности делу».
- Как  же не помочь такой женщине! – поддержал его Гоша и так посмотрел на Майю.
- И такому профессионалу! – поспешил вмешаться Егоров, сделав ударение на последнем слове. «Ну, что за нравы у современной молодежи! Сначала Марго, теперь Гоша … ».- Майя Никифоровна…
- Никаноровна, - шепотом подсказал Валик.
- Ага, Никандимовна, - «исправился» Наумыч.
Народ захихикал, а Майя, тоже улыбаясь, предложила:
- Борис Наумыч, а давайте без отчества – просто Майя.
- А давайте! – подхватил всеобщее шутливое настроение Наумыч. – Тем более вы еще так молоды!
- И красивы! – добавил Гоша и расплылся в улыбке.
Марго на него искоса  глянула и тоже улыбнулась понимающе. Андрей, наблюдавший её реакцию, удивился - не было и тени ревности.
- Ну что же, просто Майя,  давайте уже начнем наше занятие. Все уже горят желанием! Правда? – предложил Егоров и обвел присутствующих пристальным взглядом, выискивая "негорящих".
- Понимаете, Борис Наумыч, - начала психолог. - Чтобы получить  результат от нашей совместной работы необходимо, чтобы каждый был в этом лично заинтересован. Тренинги "из-под палки" ничего не дадут.
- А мы разве - «из-под палки»?! - деланно возмутился Зимовский. - Мы всеми руками "за".
- Давайте этим будем заниматься не потому, что так хочет Гальяно, - продолжила Майя. - А потому, что это просто необходимо для дальнейшего развития и процветания вашего общего дела. Вы ведь все, - она сделала ударение на последнем слове. - Все, без исключения, болеете за него, и даже те, кто пытается демонстрировать обратное.
- Я согласен с вами "этим" заниматься в любое время, - хитро улыбнулся Антон.
Эля ткнула ему в бок, он вскрикнул и замолчал.
- Ну, вот, мужская поддержка мне обеспечена! - Майя заулыбалась и проигнорировала намеки Зимовского. - А как же наши дамы?
Она посмотрела пристально на Марго.
- Вы меня спрашиваете? - деланно удивилась та. - Партия прикажет: "Надо!" Комсомол ответит: "Есть!"
- Маргарита Александровна, не утрируйте, - ответил вместо Майи Наумыч. - Никаких приказов, только ваше искреннее желание.
Марго нехотя кивнула, как бы соглашаясь.
- Ладно, давайте начнем, - сказала Майя и раздала всем небольшие листы бумаги. -  Я буду надеяться, что меня все услышали и поняли! Сейчас вам придется немного потрудиться. Проведем один тест. Я буду читать  вопросы и варианты ответов, а вам надо выбрать наиболее подходящий.
- А если подходящих не будет? – срывая работу психолога, начала  опять Марго.
- Выбирайте тот, который наиболее подходит, - начиная злиться, ответила Майя.
И дабы её больше никто не перебил, сразу же начала:
- Итак, первый. Отметьте, с каким из приведенных ниже утверждений, вы больше всего согласны?
1. Большинство членов нашего коллектива - хорошие, симпатичные люди.
2. В нашем коллективе есть всякие люди.
3. Большинство членов нашего коллектива - люди малоприятные.
- Какие интересные вопросы. И зачем это вам? – полюбопытствовал Зимовский. 
- Давайте оставим пока это в секрете.
- Ну, так не честно… Вам же пообещали  посвятить вас в нашу работу…
- А если у нас есть и очень хорошие и симпатичные люди, и просто крайне неприятные и совершенно никчемные? Какой вариант выбирать? – перебила Антона Марго.
-  Второй, но давайте не обсуждать ответы вслух.
- А почему же, у меня нет секретов от коллектива, в отличие от некоторых,- подколола психолога Марго.
- И все же давайте проведем коллективное обсуждение позже, когда я обработаю результаты.
-  Ну, что же, давайте попозже поговорим о секретах, - снисходительно согласилась Маргарита.
Дальше продолжали более-менее тихо. Как ни странно, но к тесту многие отнеслись серьезно, некоторые даже слишком. Валик каждый свой ответ сверял с Галиным. Коля по студенческой привычке, заглядывал в чужие листки, пытаясь списать. Это все, конечно,  заметила Майя:
- В этом тесте нет правильных и неправильных ответов. Вернее, правильный тот ответ, который вы выберете самостоятельно.
Коля, как истинный пионер, сразу сел ровненько, а вот Валентин после каждого вопроса долго думал и все равно подглядывал к жене. Заметив осудительный взгляд психолога, начал оправдываться:
- А  я думаю так же, как Галочка!
- Это похвально, но думайте так же, как супруга, глядя в свой листочек!
Галя пересела на другое место, подальше от муженька. Рядом с ним оказался Зимовский. Когда Валик по привычке попытался заглянуть к соседу в ответы, то увидел кулак у себя под носом. Это подействовало.
А вот Марго тщетно пыталась сосредоточиться на тесте. Андрей оказался напротив и занял все ее мысли… 
- И последний вопрос, – тем временем продолжала психолог. -  Как вы думаете, если бы вы заболели или долго не появлялись по какой-либо причине, кто из членов коллектива пришёл бы вас проведать?
Варианты ответов Марго уже не слышала. В памяти то и дело всплывали эпизоды ее болезней, мнимых и настоящих, и ОН, его участье и забота. Как же захотелось вернуться туда, назад, в прошлое… Вот ОН заботливо поправил подушку…укрыл пледом… приготовил обед… кормит…взгляд, полный нежности… прикосновения…
- Марго, вы закончили? – Майя протянула руку за листочком.
- Извините, а можно повторить ответы на последний вопрос?
- Конечно, – Майя повторила.
Марго быстренько дописала и сдала свой листочек.

Вечер прошёл в спокойной дружественной обстановке. Марго пыталась сосредоточиться на своей статье, но так и просидела над печатной машинкой, задумчиво глядя куда-то вдаль. Эля с Антоном исчезли в зарослях и вернулись, когда уже начало смеркаться, довольные и растрёпанные. На них  поглядывали  понимающе, а некоторые даже  с завистью. Любители острот, удовлетворенные тем, что эго Зимовского за день прилично пострадало, решили, что лимит шуток в его адрес на сегодня исчерпан и потому  снисходительно промолчали. Андрей ходил с фотоаппаратом, высматривая интересные ракурсы, это уже никого не удивляло – ведь он с ним почти не расставался. Гоша с Наумычем увлеклись обсуждениями нового номера. Валик принёс Галине огромный букет цветов, вызвавший у нее неописуемый восторг,  и она  весь вечер буквально светилась от счастья. Люся с Колей приготовили незамысловатый ужин из фруктов. Майя весь вечер сидела за своими листочками. Поужинав, недолго посидели у костра, практически молча, задумавшись каждый о своем,  и так же тихо разошлись спать.

Андрей проснулся неожиданно, от непонятной внутренней тревоги. Ему в лицо повеяло холодом. Откуда такой  холод на этом жарком острове? Он вышел из темноты дома, ещё чуть только забрезжил рассвет. Дул сильный ветер с океана. Небо за секунду затянуло тучами. Через мгновение всё изменилось. Ветер приобрёл невероятную силу, так, что ему пришлось ухватиться за ближайшее дерево. Дом заходил ходуном. Народ  стал выбегать в ужасе. Вокруг происходило что-то неимоверное. Все бегали, суетились, кричали, но было совсем не слышно. Андрей понимал, что кричат, только по мимике лица. Творилось невероятное. Страшный ветер сорвал крышу и разрушил стены их дома. Народ метался, пытаясь удержать остатки вещей, но это плохо получалось. В воздухе носилось всё, что раньше было их домом и постелями. Андрей кинулся вместе со всеми спасать их жилье, но это было бесполезно. И только когда ветер достиг такого предела, что сбивал с ног, он понял, что им нужно спасаться самим. Тревога в душе ещё больше усилилась. Что-то было не так... Вот Галя с Валиком, вот Люся, Коля, остальные….Нет только… Марго. Где же она? Сердце отозвалось неясной болью. Он остановил пробегавшего мимо Гошу:
- Где Марго? – крикнул ему почти в самое ухо.
Тот ему что-то ответил, но Андрей не расслышал. Он ещё крепче схватил Гошу и повторил свой вопрос.
- Она пошла к океану, - наконец прокричал тот.
- Как к океану? Она сумасшедшая? И ты отпустил её?
- А когда я мог её удержать? – Гоша зло вырвался из его рук.
Тревога переросла в панику. Андрей кинулся к бушевавшему уже океану. Волны били о берег с такой силой, что страшно было подойти, чтобы не оказаться смытым в океан. От их пляжа осталась только узкая полоска под самым обрывом. И Андрей, рискуя быть смытым в океан или попасть под обвал, пошёл по ней. Пройдя совсем немного, он увидел её. Марго стояла, улыбаясь, подставив лицо бушующей стихии. Ветер пытался сбить её с ног. Огромные волны подкатывали одна за другой, почти касаясь её. А она раскинула руки в стороны и, казалось, упивалась стихией.
- Марго!!! – закричал Андрей со всей силы.
Но перекричать шум океана он не мог, его крик утонул в рёве волн. И в это же самое мгновение Марго побежала навстречу огромной волне. Андрей замер в ужасе, он даже не успел крикнуть: « Не делай этого», как Марго с разгону нырнула и скрылась под водой. Недолго раздумывая, он кинулся за ней. Андрей нырнул, проплыл некоторое расстояние в мутной воде, разглядеть что-либо в ней было не возможно. Он вынырнул на поверхность и огляделся в поисках Маргариты. Вот и её голова показалась над поверхностью воды.
- Марго! – опять позвал он. 
Но она его не слышала. Он изо всех сил поплыл к ней,  уже почти достиг её, почти дотронулся, когда очередная волна накрыла их. Андрей не успел сориентироваться и наглотался воды. Прилагая огромное усилие, он вынырнул и вновь огляделся. Её нигде не было видно. «Марго отлично плавает», - успокаивал он себя. – «С ней ничего не может случиться». Но это не помогало, паника усиливалась и он, уже плохо соображая, всё нырял и нырял, плыл куда-то, возвращался назад и вновь нырял. Её нигде не было.
- Марго! – закричал он в отчаянии. Но ответом был лишь шум океана…

0

14

Глава 13

- Марго!!! – он уже охрип и его крик был больше похож на стон. Андрей собрал последние силы и вновь попытался её найти. Он поплыл на то место, где в последний раз появилась её голова над поверхностью. Нырнул насколько мог глубоко, и когда уже воздуха перестало хватать, и он почувствовал пульсацию в висках, начал всплывать. Ещё теплилась надежда, что он сейчас выплывет и увидит её. Андрей вынырнул, и увидел только тёмное небо, мрачно нависавшее над чёрным океаном. Он с трудом доплыл до берега и рухнул на прибрежный песок. Мозг отказывался верить в случившееся. Андрей сел на песке, еле переводя дыхание, и всё смотрел и смотрел на океан, надеясь на чудо. Но чуда не произошло. «Её больше нет» - эта мысль сводила с ума и разрывала на мелкие частички его израненное сердце. Буквально за считанные минуты в его голове калейдоскопом пронеслась вся их история, начиная от первой встречи и ее «Калуга, что-то не так?» и до вчерашнего поцелуя «главаря народных мстителей»…  Ее больше нет!
Так же неожиданно, как началась, буря утихла. Океан на глазах становился спокойным, облака начали рассеиваться. Тоже происходило и с Андреем. Он смотрел на водную гладь и … ничего не чувствовал больше. Совсем ничего. Внутри – абсолютная пустота. «Ее больше нет… И меня тоже…»
- Марго!!! – застонал он, из груди рвались глухие рыдания.
Вдруг, тёплая ладошка прикоснулась к его губам. Он открыл глаза.
- Марго! – радость захлестнула такой волной.
- Чииии, - сказала она ему в ответ.
Он схватил её и стал покрывать поцелуями лицо, шею, руки. Прижал к себе, не в силах сдержать того счастья, что на него обрушилось.
- Калугин, - она попыталась вырваться. – Калугин! – останавливала его каким-то странным шёпотом. – Очнись!
Он остановился, удивлённо на неё глядя, и огляделся вокруг. Странно, но он сидел на своей постели в их доме из пальмовых листьев. Все вокруг спали.
- Это был только сон, - тихонько произнесла Марго и погладила его по голове, как успокаивают маленького ребёнка, увидевшего ночной  кошмар. – Всё хорошо.
- Сон? – Андрей пытался успокоиться, его сон был настолько реальным, что он даже ощущал солёный вкус океана на губах. И сердце заходилось в бешеном ритме.
- Ты так кричал, что я проснулась, - сказала  она и добавила шёпотом: – Надеюсь, только я.
- Мне приснилось, что я тебя потерял.
- Это давно не сон, - ответила она с грустной улыбкой.
Андрей взял её руки в свои ладони и прижал к губам.
- Я не хочу тебя терять.
- Андрюш, не надо, - её лицо исказила гримаса боли.
Марго осторожно высвободила руки, поднялась и бесшумно выскользнула из накрытия. Андрей, секунду помедлив, последовал за ней.

Она сидела, обхватив ноги руками, и смотрела на огромную Луну.
Андрей подошёл и сел рядом.
- Ненавижу Луну, - сказала вдруг Марго.
Он ничего не ответил, полностью разделяя её чувства.
Лунная дорожка отражалась в океане. Природа поражала своей красотой и спокойствием. Чего не скажешь об этих двоих, у них в душах бушевала буря.
Они некоторое время сидели молча. Оба были счастливы просто чувствовать друг друга рядом, вдыхая полной грудью воздух океана.
- Марго! Я много размышлял о нас, - начал Андрей.
Марго напряглась, начало ей уже не нравилось. Она догадывалась, о чем пойдет речь и, понимала, что сейчас, скорее всего, ей придется давать ответ на тот вопрос, на который она еще не могла ответить даже себе. Хотя ответ знала.
- Знаешь, я не стану больше тебя беспокоить. Я понял, что мне важнее видеть тебя. Знать, что ты счастлива, - выдохнул он.
Марго посмотрела на него с удивлением, от этих слов стало почему-то не легче, сердце заныло в тоске. Она именно к этому стремилась, почему же так больно.
- Я хочу, чтобы ты была счастлива, пусть даже и не со мной, - продолжил он. – Ты же счастлива с Гошей?
Марго молчала, понимая, что от ее ответа зависит слишком много, по щекам потекли слезы.
- Если ты скажешь, что счастлива, я обещаю навсегда закрыть эту тему. Ты счастлива?
- Да, - ответила она невнятно и отвернулась. Не могла ему смотреть в глаза, опять врала. Врала Андрею, Гоше, себе … Так стало тошно на душе…
Андрей был самой счастливой страничкой в ее новой, женской биографии. И он перевернул эту страничку там, у подъезда. А она окончательно закрыла эту книгу, когда вышла замуж за Гошу. И пусть это было ошибкой. Но за все в этой жизни нужно платить, и в первую очередь за свои ошибки. А она в своей жизни их сделала немало: и в мужском, и в женском теле. И, возможно, брак с Гошей и есть ее расплата за все ее/его ошибки. Может быть, в этом и был смысл их обмена телами - сделать друг друга лучше. И ее задача - помочь новому Гоше стать лучше оригинала.
Теперь молчал Андрей. Она понимала, что причиняет ему боль, но все же  попыталась объясниться.
- Счастье оно бывает разным, как и любовь. И чем они больше, тем труднее их удержать. Это не каждому под силу. Нам не удалось. И сейчас уже не важно, что или кто стал тому виной. Все в прошлом. И я тебе благодарна за наше общее прошлое. Но надо дальше жить. И я тебе искренне желаю счастья. Пусть не со мной…, - она проглотила слёзы и продолжила: -  Давай попробуем остаться друзьями.
- Друзьями? – повторил он с сомнением.
- Да. Мне важно видеть тебя…рядом.
После этих слов она встала и  ушла. Андрей остался сидеть.
Марго спустилась к океану и побрела вдоль берега. Она не могла вернуться в лагерь. Ей надо было побыть одной. Она только что сама, добровольно, отказалась от предложения быть любимой и счастливой. Скорее всего, это был ее последний шанс…
Но у нее были на то причины. Как ни странно, но причины те же, что у Андрея в прошлый раз. Его семья. Несмотря, что его уход тогда практически убил ее, она его поняла. Это понимание пришло не сразу, а когда немного отступила боль, отчаяние и обида. Счастье с ней  было слишком зыбким, неопределенным, призрачным… А для семьи важны стабильность и спокойствие. Но что поменялось с тех пор? Ничего. Все также неопределенно. И он это поймет. Это сейчас романтическая обстановка и экстремальные условия вскружили голову, нахлынули воспоминания. После возвращения на Большую Землю он осознает, что она все также представляет угрозу для спокойствия его родных. И ситуация вновь повторится.  А, значит, снова будет больно. И не только им двоим.

Утром Марго и Андрей встали позже всех, что не ускользнуло от бдительного взгляда общественности, и Гоша выслушал несколько шуточек по этому поводу. Но как только эти двое появились на завтрак, все шутники прикусили язычки. Эта парочка меньше всего была похожа на счастливых влюбленных – бледные, поникшие, отрешенные, глаза потухшие, друг на друга не смотрели. Было очевидно, что между ними что-то произошло, но что именно, никто не решался спросить. Даже Зимовский забыл о своем привычно любимом занятии – высмеивать и подкалывать.
Невеселую атмосферу решила разрядить Эльвира:
- Хочу вам сообщить кое-что интересное! Я тут подсчитала…
- Уже интересно: наш финансовый директор решил посчитать! Неужели счеты все-таки освоила? – перебил Эльвиру Валик, посмеиваясь.
- А мне вот интересно, что считала. Вот, если бы зарплату, а можно еще и командировочные… Они же нам положены? – Коля был абсолютно серьезен.
- Студент, а зачем тебе здесь деньги? Что, бананы у обезьян покупать будешь? Боюсь, местное население не считает рубли конвертируемой валютой! – веселился Зимовский.
- Я могу и не рассказывать! – обиделась Эльвира.
- Не обращай внимания на этих шутов! – Галя грозно глянула на своего. – Что ты там посчитала?
- Я подсчитала, что мы здесь уже пять дней! Сегодня – шестой!
- Похвально! И что? – недоумевал Валентин.
-  А то, что если кто-то еще помнит, то Галяно обещал нам пятидневную командировку! –  объяснила Эльвира, неимоверно гордая собой.
- Ты хочешь сказать, что нас сегодня нас могут забрать отсюда? – недоверчиво спросила Галя.
- Да! Я в этом уверена! И поэтому предлагаю начинать паковать чемоданы! Лично я именно этим сейчас и займусь. Не хочу здесь что-нибудь забыть, чтобы не пришлось возвращаться! – с этими словами Эльвира направилась в дом.
- А я не хочу отсюда уезжать. Здесь же рай земной! – Наумыч закрыл глаза от восхищения.
- А главное преимущество – здесь нет Каролины! У Наумыча здесь точно райская жизнь! – шепнул Валику Зимовский. 
- Пожалуй, я тоже начну сборы. Зная Валика и его способность оставлять свои вещи в самых непредсказуемых местах… - Галя, недоговорив, отправилась в экспедицию «В поисках гардероба Кривошеина».
- При отъезде надо что-то обязательно «забыть», я совсем не против вернуться! – и Егоров начал в уме прикидывать, что бы такое оставить здесь, чтобы примета наверняка сбылась, и принял мужественное решение – пожертвовать своим слоником, даже слезу пустил, представив момент прощания.
Люся с Колей тоже поспешили присоединиться к собирающимся. Из дома выглянула Эльвира и, увидев вальяжно лежащего на травке Зимовского, грозно крикнула:
- Антон, имей в виду – твои вещи я собирать не буду!
- А вы зря все собираетесь! Никто не прилетит сегодня! – ответил Зимовский, не поднимая головы.
- Это почему же? Откуда такая уверенность? – насторожился Валик.
- Так задание Гальяно не выполнили – журнал не готов! Маргарита Александровна, где ваша обещанная центральная статья?
- Этот вопрос можно адресовать и вам, Антон Владимирович! Помнится, вы теперь тоже у нас в писатели зачислены! – нанес ответный «удар» Гоша, увидев, что Марго даже не заметила выпада Зимовского.
- Кстати, да! Антон? – включился в разговор  Наумыч.
- Так, я это… В процессе еще… - начал мямлить Зимовский и поспешил удалиться.
Гоша подошел к жене:
- Марго, а, может, нам тоже стоит собрать свои вещи?
- Да, наверное, - ответила она равнодушно и не сдвинулась с места.
- Марго?! – Гоша тронул ее за плечо, она подняла на него глаза, заглянув в них, он, молча, развернулся и побрел в дом сам.
- Андрей, а ты не будешь собираться? – поинтересовалась Майя.
- Что? Собираться? Да мне нечего особо собирать – камера при мне, а все остальное не так уж важно.
Спустя некоторое время все вещи были собраны, чемоданы упакованы. Общественность собралась на поляне. Присели. Сначала сидели молча. Все немного подустали от процесса сбора.
Егорова эти сборы совсем расстроили и он приуныл. Жизнь на острове была для него раем. Он посвежел, взгляд стал  ясным. Забыл напрочь о своих таблетках. Наслаждался спокойной жизнью, проводя почти всё время на рыбалке, наслаждаясь тишиной природы, миром и спокойствием в своём сердце. Он бы и жить остался на этом острове, если бы не маленькое слово «долг», которое иногда всплывало в мыслях и мешало радоваться.
- Хорошо сидим! – вздохнул Наумыч грустно. -  А, может, на дорожку по пять капель коньячка?
- Поддерживаем! – оживился Зимовский.
- Ага, причем двумя руками и ногами! – откликнулся Валик, но получив локтем в бок от супруги, исправился: - Вернее только руками… одной рукой, - но потом, смело взглянув жене в глаза, твердо сказал: - Но поддерживаем! Это же традиция! А их нарушать нельзя!
- Галочка, выдай, пожалуйста, пару бутылочек для поддержания традиций, - попросил Наумыч, но увидев воинственный взгляд «хранителя» спиртного, добавил: - Хорошо, одну… но побольше.
Народ захихикал,  Галочка тоже улыбнулась и достала бутылку. Как и предполагали, почтить традиции одной бутылкой не получилось… Пошла вторая, третья…  Традиции уважали все. Галочка, правда, соком, а все остальные как положено.
Настроение поднялось, все в предвкушении возвращения домой мирно сидели на поляне. Валик перевернул их бывший котелок и начал выстукивать по нему незамысловатый ритм.
На некоторых, а если быть точнее, то на Зимовского, спиртное подействовало, как снотворное, а экспромт Валика, как колыбельная. Антон задремал. «…Странно, ногти на пальцах ног накрашены синим цветом, и не только у него -  рядом такие же. Чьи это? Возле него сидел смуглый туземец,  а вокруг еще какие-то незнакомые люди. «Все - таки остров обитаем!» - мелькнула в голове догадка. Они танцуют вокруг костра странный, но заводной танец. Ему нравится, он улыбается… Антон с удивлением обнаруживает на себе только  пальмовые листья поверх плавок…»
- Ой, Валик, а у тебя есть уже один поклонник!  Смотри, как Зимовскому нравится твоя «музыка»! – Коля, хохоча, показал на улыбающегося во сне Антона.
Гоша подошёл к Валентину, присел:
- А что если вот так?! – и немного изменил ритм, ускорив.
Кривошеину понравилось, он заулыбался и продолжил.
«…Танцующие заметили его, пригласили жестом к себе, он с радостью присоединился. Его выдвинули в центр круга солировать, ритм ускоряется, все аплодируют, он счастлив, смеется…»
- Посмотрите, как нашего «меломана» прет! – Коля снова обратил всеобщее внимание на спящего.
– Коль, иди лучше сюда, - позвал Гоша, по его лицу было видно, что он что-то затевает. Николай подошёл, Ребров вручил ему миски и показал, как по ним постукивать, вторя Валику. Затем набрал в железную кружку маленьких камешков и стал ими трясти, как маракасами.
- Борис Наумыч, возьмите, - и вручил ему импровизированный музыкальный инструмент.
Наумыч с большим удовольствием принялся «подыгрывать барабанщикам».
У них получался простенький, но зажигательный ритм.
«… Счастливый Зимовский продолжает свое соло, как вдруг откуда-то появляется очень колоритная женщина необъятных размеров и, схватив Антона, крепко прижимает к себе и кружит его в танце. Он тонет в её формах и задыхается. Все плывёт вокруг, а она все не отпускает и  кружит, и кружит. Затем резко останавливается и страстно целует. Выпустив его из объятий, она загадочно улыбается, обнажив белоснежные зубы, так контрастировавшие с ее цветом кожи, и неведомо откуда достаёт свадебную фату, водружает на свою курчавую шевелюру и лукаво подмигивает…»
- Ааа! – заорал Зимовский.
Музыканты остановились. Эльвира подошла к Антону и стала его тормошить.
- Ааа! – продолжал кричать спящий.
Эльвира плеснула на Антона водой и он  проснулся, все еще крича. Увидев недоуменные взгляды коллег, замолчал и немного смутился:
- Тьху ты, приснится же такое!
-  Что, Антон, совесть мучает во сне? – спросила Марго.
- Давно уже от нее избавился, как от пережитка прошлого! – парировал уже окончательно пришедший в себя Зимовский.
Их спор прервал Наумыч, предложив снова «по пять капель». Антону лично поднес со словами:
- Лучшее средство от кошмаров! Этот, как его?! О! Вспомнил! Антидепрессант!
Выпили, закусили, и душа вновь попросила музыки.
Музыканты взялись за свои инструменты, Гоша напомнил ритм. Общественность пришла в полный восторг.
Гоша, к всеобщему удивлению, вышел на средину и стал выделывать  такие замысловатые «па», что народ с увлечением подсел поближе, наблюдая за его танцем.
Марго взглянула, улыбнулась и прикрыла глаза рукой, жестом давая понять: «Капец! Что ты творишь?!». Андрей с удивлением обнаружил, что она не собирается  ему препятствовать.
Зимовский расцвёл: он увидел цель.
- Странно, - начал он издевательским тоном. – Гоша раньше никогда не имел склонности к танцам, – и с вызовом посмотрел на Марго.
Она ему ответила таким убийственно-испепеляющим взглядом, но на Антона это не произвело никакого впечатления, и он продолжал:
- Что-то, Гога, ты ведёшь себя последнее время как…, - он повернулся к Марго и шёпотом добавил «баба».
Выражение лица Марго стало просто ледяным, она еле себя сдерживала.
Реплики Зимовского встретили явное неодобрение, на него зашикали.
Но он продолжал потешаться:
- Где же ты успел так плясать научиться?
Гоша посмотрел на Зимовского, перевёл взгляд на Марго и дерзко ответил:
- Так, в Австралии. Была у меня там одна страстная бразильская принцесса, - и подмигнул Марго.
Она от его ответа прямо расцвела, одобрительно улыбнулась. Посмотрела на Антона, её взгляд Зимовскому сказал: «Что, съел?!»
- Игорь Семёнович, как у вас так, получается? – спросила с восторгом Галя.
- Галочка, давай на «ты».  Иди сюда, я  и тебя научу.
Галя подошла и Гоша, как заправский танцор, стал ей показывать, она, хохоча, повторяла. Вскоре не выдержала и Люся.
- Ой, и я так хочу, - она выбежала к ним.
Гоша с таким же вниманием и ей показал основное движение. Галочка с Люсей вскоре вошли в раж, это никого уже не оставило равнодушным. Кто подхлопывал, кто подтопывал. Эля долго держалась, но видя всеобщий восторг, тоже выбежала на «танцплощадку». Валик следил за женой с выражением полнейшего обожания.
Гоша повернулся к Марго и поманил её пальчиком. Она хоть и хохотала, но отрицательно покачала головой. Гоша не отступал.
- Марго, это не сложно, надо просто красиво вращать бёдрами,-  и он соблазнительно изобразил. - Давай, у тебя получится.
Марго улыбалась, выражение её лица говорило: «Вау, ну ты даёшь!». Но она вновь отрицательно покачала головой, хотя и смотрела на него с восторгом.
Андрей, видя этот взгляд, умирал от  ревности.
Поняв, что Марго ему не уговорить, Гоша пригласил Майю. И был приятно удивлён, когда она начала танцевать:
- Ты умеешь танцевать сальсу?
- Я в детстве занималась танцами.
- Я тоже, - он подмигнул ей.
Марго смотрела на его выкрутасы сквозь пальцы.
Вскоре Майя с Гошей так разошлись, что все стали им восторженно аплодировать.
Танцы настолько разрядили обстановку, что все забыли про самолёт.
После танцев решили ещё по чуть- чуть выпить, не пропадать же спиртному, и не везти же его в Москву.
Выпили ещё, подождали самолёта, потом ещё и вновь подождали самолёта…
- Вот бы еще закусочку какую-нибудь! – помечтал вслух Коля.
- Лучшая закуска – это дичь! – со знанием дела заверила уже прилично захмелевшая Марго. – Коля, бери шинель, то есть ружье, и идем за дичью!
Коля с готовностью подал ружьё. Но их тут же остановили, пытаясь вразумить. Марго долго сопротивлялась, наконец, всеобщими усилиями удалось отобрать у неё оружие.
- Дичь – не надо!  - успокаивала её Галя. - Сейчас посмотрю, у нас фрукты какие-то остались. Это тоже неплохая закуска.
Но вскоре вернулась удивленная:
- Очень странно! Там ничего нет!
Коля с Валиком переглянулись, и это было их ошибкой.
- Что-то мне подсказывает, что я знаю, где наша пропажа! – Галя двинулась к чемоданам и по весу безошибочно определила нужные. Не обращая внимания на протест Николая и Валентина, багаж был распечатан. Закуска нашлась.  Вспомнили снова о традициях. Продолжили их почитать…
К средине дня, приуныли. Самолёта всё не было.
- Я же говорил, - икнув, выдал довольный Зимовский.
Народ сильно загрустил, и решили ещё по чуть-чуть…

Нетрезвой походкой к Марго подошла Майя.
- Марго, а вы жадная, - произнесла, вдруг она.
- Капец! – только и ответила та.
Спиртное развязало ей не только язык, но и руки и Майя рисковала получить в глаз. Она сосредоточила взгляд на сопернице и произнесла:
- Не поняла!
- Ты - жадная, - нагло повторила Майя. – И муж, и любовник рядом. Не многовато ли?!
- В самый раз! – взгляд Марго не выражал ничего хорошего.
- Могла бы, и поделиться, - заявила психолог.
- Ага, сейчас! Есть такое жилище у индейцев – «Фиг вам» называется!  - ответила Марго и, гордо подняв голову, слегка пошатываясь, пошла в сторону Андрея. На полпути остановилась и посмотрела в сторону Гоши. Они находились в разных направлениях.  Марго ещё немного повертела головой:
- А! Здесь сяду, - и уселась ровно посередине, на одинаковом расстоянии от обоих мужчин.
Как по мановению волшебной палочки мужчины оглянулись и увидели её, сидящей прямо на траве и мыслями пребывающей где-то в высших материях. Они одновременно улыбнулись и синхронно сделали шаг в её сторону. В туже секунду они заметили друг друга и улыбки  сошли с лиц. Андрей кивнул, приглашая Гошу отойти в сторону, Гоша с таким же непреклонным видом согласился. Мужчины стали медленно приближаться навстречу друг другу. Если бы их кто-то наблюдал со стороны, то сделал бы вывод: «Сейчас прольется чья-то кровь…».
Марго тем временем мирно вышла из астрала, выпила виски и вновь взглянула в сторону, где стоял пару минут назад Андрей, его не было. Она обернулась в сторону, где стоял Гоша, он тоже исчез. Марго повертела головой в поисках пропаж и обнаружила их стоящими друг против друга, с выражениями лиц не предвещавшими ничего хорошего.
Она резво вскочила, почти протрезвев, и практически в три прыжка была уже между ними.
- Вы с ума сошли! – зашипела она с одинаковым возмущением к обоим. - Гоша! – посмотрела укоризненно на одного. – Андрей! - тому досталось взглядом ещё больше. – Немедленно разойдитесь в разные стороны!
Мужчины даже не сдвинулись с места, продолжая напряжённо играть в гляделки.
- Андрей! – она стукнула его сильно по плечу, тот даже ойкнул. – Ты собираешься с ним драться? Ты забыл кто он? – Марго спросила с долей такого презрения, что вывела Андрея из себя.
- Я-то помню, - зло ответил он. – Послушай, Марго, давай проясним  ситуацию. Вот скажи: ты - настоящая женщина?
- В смысле? – опешила та.
- Ну, ты ощущаешь себя настоящей женщиной?
- Ну, да! – ответила она, запинаясь, ещё не понимая, к чему он ведёт.
- Так почему же  до сих пор, - начал он яростно, – ты вот это,- он указал на Гошу. – Считаешь несчастной девочкой Машей?!
- Я?!
- Да! Посмотри внимательно.
Марго перевела взгляд на Гошу и попыталась «посмотреть внимательно».
- Ну?! – не поняла она.
- Это мужик! Нормальный, здоровый мужик! Способный за себя постоять и за тебя в придачу. А ты носишься с ним, как с младенцем. Пытаешься от всего защитить, и даже от работы, делая её за него! Он давно стал мужиком, а ты этого и не заметила.
- Ничего подобного, - начала она, но Гоша её перебил.
- Да! Я давно мужик! Вон, даже он заметил! Когда ты уже начнёшь воспринимать меня, как мужчину!
- Тааак! Стоп машина! Не капайте мне на мозги. Ещё одна капля и они лопнут. Я с тобой ещё поговорю, - сказала она Андрею. – Иди сюда! – взяла Гошу за руку и потащила в сторону.
Отойдя на достаточное расстояние начала:
- Так! Уясни! У меня с Калугиным ничего нет. Мы с ним просто друзья!
Недалеко стоящий Зимовский обернулся от её громкой речи и указал Эльвире на их парочку. Эля захихикала.
- Просто друзья! – продолжала Марго. – Ты понял?!
- Понял, - не очень уверенно ответил тот.
- Всё, следующий, - и Марго поискала глазами Калугина. – «Куда он делся? Всё смешалось в доме Облонских…», - и пошла его искать.
- Я-то понял, - вслед ей сказал Гоша. – Главное, чтобы ты поняла.
И он тоже принялся выискивать себе нового собеседника. Им оказалась Майя, которая в этот момент заглядывала в горлышко полупустой бутылки. Гоша решительно направился к ней.
Марго тем временем отыскала Андрея.
- Иди сюда,- и она утащила его подальше от народа. – Садись.
Он послушно сел. Она присела рядом.
- Давай проясним всё раз и навсегда.
- Давай, - покорно ответил он.
- Мы с тобой просто друзья! Понял?
- Понял.
- Повтори.
- Мы с тобой просто друзья, - повторил с грустью.
- Молодец, - она пожала его руку. – За это надо выпить.
- Сейчас,- Андрей исчез и через некоторое время вернулся с двумя стаканами виски. Марго взяла предложенный.
- За дружбу! – провозгласила тост.
- За дружбу! – вторил ей Андрей.
Они чокнулись и выпили.
Потом Марго ему долго и путано что-то объясняла. Всё время спрашивая: «Понимаешь?». Он покорно отвечал: «Понимаю». Сколько времени они так просидели неизвестно, но народ вокруг начал расходится, и укладываться спать.
Марго в очередной раз спросила: «Понял?», он покорно ответил: «Понял».
- А я ничего не понимаю…,- совершенно нетрезво сказала вдруг она.
И они рассмеялись.
- Ууууу…Надо пойти умыться, – Марго поднялась и не ровной походкой: «Вижу цель, не вижу препятствий» пошла к океану.
- Я с тобой, - Андрей поднялся следом.
- Не надо меня провожать, - ответила она.
- Тебе нельзя одной.
После того сна, он решил не отпускать её одну ни на минуту…
Марго подошла к воде, умылась и села на песок, опустив ноги в океан.
- Марго тебе плохо? – Андрей подошёл, она протянула к нему руки, и он поднял её.
- Нет, мне хорошо, мне очень хорошо, -  обвила его шею руками. Взглянула ему в глаза:
- Обними меня.
Андрей осторожно её обнял, она прижалась к нему всем телом и поцеловала так страстно, совершенно в противовес своим недавним словам. И он не устоял под её напором и через секунду, они уже неистово целовались, со всей силой страсти. Не отдавая отчёта своим действиям. Марго уже запустила руки ему под рубашку, забыв обо всём на свете.
Именно в этот момент над ними пролетала ночная птица и громко прокричала.
Влюблённые вздрогнули и остановились. Марго отстранилась, глядя на него в ужасе, вынула руки из-под рубашки.
- Я…, ты….прости… – она хватала ртом воздух, пытаясь прийти в себя и вдруг, вспыхнула. – Не подходи ко мне больше, никогда!
- Марго…
- И не прикасайся ко мне, слышал?!
И не дождавшись ответа, пошла быстро в направлении лагеря.
Андрей только печально посмотрел вслед и, разбежавшись, нырнул в океан. Он долго плавал, пока  не успокоил нервы и чувства…

0

15


Глава 14

Первым проснулся Валик. Очень хотелось пить. Попробовал сесть. В голове гудело, руки – ноги казались ватными… «Сейчас бы пивка, холодненького… Ну, или хотя бы просто водички… »  При попытке встать заметил, что это не просто сделать. Он с удивлением обнаружил, что к одной его ноге была привязана веревка. Проследив взглядом, куда она идет дальше, удивился еще больше, зажмурился и тряхнул головой, но картинка не изменилась, а вот самочувствие после резких движений ухудшилось. А второй конец веревки был привязан … к руке его любимой супруги. Валик сделал вторую попытку встать и  «сигнализация» сработала – Галя проснулась. Она сладко потянулась и, открыв глаза, улыбнулась мужу:
- Доброе утро, дорогой! Или не очень доброе?
Валик молчал и пытался развязать веревку, но у него это не получалось, так как с координацией движений были проблемки. Галя засмеялась:
- Помочь?
- Лучше объясни, что это такое? Мало того, что увела вчера меня в самый разгар веселья, так еще и связала!
- Любимый, это же семейные узы! Помнишь, нам в ЗАГСе о них рассказывали? – продолжала веселиться Галя.
- Очень смешно! Прямо обхохочешься! – злился Валик, сражаясь с узлами на веревке.
Супруга смилостивилась и помогла ему:
- Ну, не сердись, это же все для твоего блага.
- Так я еще должен быть тебе благодарен за все это?
- Вот именно! – и Галя протянула мужу водичку, которую вчера предусмотрительно захватила с собой.
Валик начал жадно пить, ощущая с каждым глотком, что ничего вкуснее раньше не пил. Потом, взглянув на жену более дружелюбно, признался:
- Ты у меня самая лучшая, но твои способы проявления заботы меня не перестают удивлять! Это надо же было придумать – связать! Надеюсь, этого никто не видел. Кстати, а где все?
- А ты что, ничего не помнишь?
- Ну, так, смутно…
- Значит, ошиблась я в расчетах… Надо было раньше тебя уводить…, - немного огорчилась Галя и попыталась помочь мужу восстановить в памяти последние события: - Когда вчерашнее веселье начало переходить в фазу неконтролируемой пьянки, я попыталась намекнуть всем, что лучше остановиться. Но, меня же никто не послушал! Гордо заявив, что «трезвый пьяному не товарищ», меня послали … спать. Мне стало ясно – пора переходить к силовым методам. Но на всех меня бы не хватило, и я ограничилась только тобой – взяла тебя и ушла спать.
- В каком смысле взяла?
- Практически в прямом! А ты еще сопротивлялся и грозился подать на меня в   Страсбургский суд за нарушение прав человека!
Валик почесал затылок. «Кажется, вчера неплохо посидели…»
- Ладно, пошли. Вот сейчас ты оценишь мою заботу, увидев своих «собутыльников»!
Открывшаяся их взорам панорама была настолько живописной, что хоть картину рисуй, точнее,  две. Одна – «На перроне» - в центре поляны сиротливо лежали упакованные вчера чемоданы и сумки, а вот их хозяева олицетворяли вторую картину – «После боя». Павшие в неравной схватке с зеленым змием, лежали по всему периметру поляны. Постепенно они из «мертвых» стали превращаться в «раненых».
- Пить… пить… пить…, - было слышно со всех сторон.
- Галь, давай, побудем санитарами и поможем страждущим! – предложил Валик, искренне сочувствуя своим  «собратьям по несчастью».   
Не дожидаясь ответа жены, он побежал за водой, но очень быстро вернулся разочарованный:
- А у нас вода закончилась…
- Придется тебе идти к водопаду! Хотел же помочь? Помогай! Вперед, под знаменем «Красного креста»!
- А ты?
- А я буду их сторожить! – Галя демонстративно уселась в центре поляны.
Валик нехотя побрел, но голос совести заставил его ускориться и он вернулся довольно быстро. Начали поить в четыре руки, но вода скоро закончилась. Валику пришлось сделать несколько ходок. Постепенно вчерашние гуляки оживали. Некоторые уже выглядели довольно прилично и даже умудрялись шутить. Зимовский, наблюдая, как Галя разносит всем живительную влагу, весело затянул, откровенно фальшивя:
- Несе Галя воду, коромисло гнеться…
- Слышь ты, любитель фольклора, раз петь можешь, значить и поить тоже! Помоги Нумычу! Ему, похоже, сегодня хуже всех! – Галя уже подустала и бросила кружку Зимовскому, а сама присела отдохнуть.
- Ага, зато вчера было лучше всех!  - заметил Зимоский, но, как ни странно, послушно набрал воды и направился к Егорову.
- Воды… воды…, - стонал Наумыч. – Полцарства за стакан воды…
- Ага, было б оно у тебя это полцарства, - пробурчал Антон и добавил погромче: - Зачем полцарства, я же скромный, мне и пол-издательства хватит. Ну, или на худой конец, хотя бы кресло главного редактора…
- Очень скромно, - улыбнулась подошедшая Марго. – А силенок хватит? Не надорвешься?
- А, давай, проверим? – огрызнулся Антон.
Тем временем Наумыч, выпив водички, заметно ожил:
- Не надо ссориться! Ребята, давайте жить дружно! Я вас всех так люблю!
- Поверьте, Борис Наумыч, это взаимно! – заверила Марго.
- Вот бы чего-нибудь пожевать…, - Коля погладил себя по пустому животу.
Все одобрительно закивали и посмотрели на Галю.
- Даже и не мечтайте! Вы вчера меня обидели. Скажите спасибо, что сегодня не дали вам умереть.
- Спасибо! – хором ответили все.
- Не поможет! У меня сегодня выходной! – Галя встала и направилась в сторону пляжа.
- Галочка! А как же я? – спросил вдогонку растерянный Валик. – Я тоже проголодался.
- Можешь в суд подать! В Страсбургский! – ответила, не оборачиваясь.
- Вот это номер! – удивился Коля. – И что нам теперь делать?
- Валик, ты - быстро за женой и просить прощение, - скомандовала Марго.
- А че это ты раскомандовалась?  – начал было Зимовский.
- На твою помощь я рассчитываю меньше всего! – отрезала Марго. – У кого какие будут предложения по поводу обеда?
- Самое простое – приготовить яичницу. Я всегда так делаю, когда остаюсь без Галочки, - предложил Валик, направляясь вслед за женой.
- Молодец, Кривошеин! Так и сделаем! – обрадовалась Марго. Это блюдо умела готовить даже она.
- Вот только кто пойдет за продуктами? – спросил Коля. – Гнезда птиц высоко, а сегодня у всех с координацией не очень…

После длительных споров и проверки координации в экспедицию за яйцами отправились вчетвером: Гоша, Марго, Андрей и Майя. В самом лучшем состоянии на утро оказались Марго и Андрей, потому их и командировали. Но Гоша никак не хотел отпускать Марго, втроём им тоже было не безопасно ходить, по понятным причинам, поэтому свою кандидатуру внесла Майя.
Через некоторое время они подошли к гнездовьям птиц, это были довольно отвесные скалы над океаном. Четвёрка остановилась, задрав головы, рассматривала скалы, оценивая свои шансы добыть яйца.
- Ого, - протянул Гоша. – И как мы сможем достать яйца?
- Нужно лезть, - ответила Марго.
Гоша на неё внимательно посмотрел:
- Расскажи ещё, что ты умеешь по ним лазить.
- Да что там лазить?! Ничего особенного, - беззаботно сказала Марго.
- Подожди, память памятью, но мышцы-то сейчас у меня.
- Да, это неудобно. Ничего, разберёмся.
Майя только недоумённо переводила взгляд с одного на другого.
- Нет, Марго, – начала она. – Здесь нужна мужская сила. Думаю, лезть должны мужчины.
- Совершенно согласна, - кивнула Марго и направилась к скалам, остальные автоматически последовали за ней.
- Марго, - вмешался Андрей. – Майя права - пойдут мужчины.
- Разве я спорю, - зло ответила Марго. – Майя всегда права.
И в опровержение своим словам она начала ловко карабкаться на скалу.
- Что за женщина, - Андрей покачал головой и полез за ней. – Я подстрахую.
- Андрей, возьми, – и Майя ему протянула мешочек. – Это для яиц.
Майя с Гошей остались внизу, наблюдая за скалолазами.
- Гоша, а почему вы не полезли за женой? – раздражённо спросила Майя.
- Потому, что я совершенно не умею лазить по этим штукам, - нисколько  не смущаясь, ответил Гоша, показывая рукой на скалы.
- А зачем же вы пошли вместе с нами?
«Затем, чтобы быть рядом с женой», - подумал Гоша и, разозлившись, добавил:
– А почему вы ко мне так агрессивно настроены? – он испытывающе взглянул Майе в глаза.
«Почему, почему», - зло подумала Майя. – «Потому что ты мне все планы рушишь».
Но вслух произнесла очень вежливо:
- Вам показалось, я ко всем отношусь ровно.
- Да ладно, вам, к Калугину вы явно не ровно дышите.
- Да как вы смеете?
- Ну, во-первых – мы давно перешли на «ты», а во-вторых - я же не слепой.
- А мне кажется слепой. По отношению к жене, так точно.
- Да, нет, я всё прекрасно вижу.
- И, тем не менее – позволили им вдвоём карабкаться?
- У меня не было выбора. А вот насчёт «вдвоём»…Тебе ведь тоже это не нравиться. Ты же явно положила глаз на Калугу, тут не надо быть психологом.
- Это так заметно? - расстроилась Майя. – Я думала - никто не видит.
- Да никто и не видит, не переживай. Я просто заинтересованное лицо.
- Да?!
- И интерес у нас с тобой, мне кажется, общий.
- На что ты намекаешь? – спросила Майя, уже начиная понимать, куда он клонит.
- Майя ты ведь умная женщина, тебе нужен Андрюшка, мне – моя жена. Объединим усилия?
- Хм…- Майя хитро улыбнулась. – Я в тебе не ошиблась. Что ж – объединим усилия!
И они крепко пожали друг другу руки.

Андрей довольно быстро догнал Марго.
- Не надо меня подстраховывать! – возмутилась та. – Ещё неизвестно кто кого подстраховывать будет.
Он ничего ей не сказал в ответ. Она слишком упряма, вряд ли услышит. Андрей, просто молча, лез по скалам рядом.
Когда они были уже на достаточном расстоянии от земли, он не выдержал и вновь с ней заговорил:
- Не плохо у тебя выходит, где научилась лазить?
- В бурной юности, лазили в окна к любимым девушкам, - нагло ответила она.
- К девушкам? И во множественном числе?!
- А как же! – она с вызовом блеснула глазками.
- Я смотрю, ты и сейчас продолжаешь во множественном, - он разозлился не на шутку.
Марго остановилась, кипя от гнева, глянула на него испепеляющим взглядом. Насколько это позволяло их положение.
- Это не твоё дело: с кем я, где и сколько.
- Ну, естественно! Я для тебя уже пройденный этап.
- Вот именно – пройденный!
- Что же ты меня так страстно целовала ночью?!
- Я?! – деланному возмущению её не было предела.
- Ну, не я же! – возмутился и Андрей.
- А…это… - она искала, что же ответить.
- Да, «это»! – он улыбнулся, что ещё больше вывело её из себя.
- А…Я проверяла.
- Проверяла?
- Да. Проверяла: ты всё так же хорошо целуешься или мне показалось.
- Проверила?! – теперь он вскипел.
- Проверила! – сказала с прежней наглостью.
- Ну и как?
- Неплохо! – ответила дерзко, остановив взгляд на его губах.
И испытала опять сильнейшее желание прикоснуться к ним. Андрей тоже замер, уловив её взгляд. Их обоих как молнией пронзило.
Марго нервно сглотнула, резко отвернулась и полезла ещё быстрее. Андрей немного замешкался, пытаясь прийти в себя, и принялся вновь её догонять. Он почти поравнялся с ней, когда она вскрикнула, потому, как её нога соскользнула с небольшого уступа и Марго повисла на руках. Андрей мгновенно пришёл на помощь, схватил её за талию и притянул к себе. Когда она вновь обрела опору, вместо слова «спасибо», он услышал:
- Я тебе говорила, чтобы ты ко мне не прикасался!
- Ты же чуть не сорвалась! – возмутился Андрей.
- У меня всё было под контролем, и вообще, отпусти!
Андрей убрал руку, которой всё ещё продолжал её придерживать.
- И больше не трогай меня! – и она продолжила лезть вверх.
Андрей чуть ли не зарычал от злости, но полез за ней.
Наконец они добрались до гнёзд. Птицы вспорхнули и закружили над ними.
- Из каждого гнезда будем брать по одному яйцу, – сказала учительским тоном Марго.
- Гуманно, - согласился Андрей.
Они собирали яйца, передвигаясь от одного гнезда к другому. Когда набрали достаточное количество, вниз спускаться оказалось гораздо сложнее. Потому решили выбраться наверх, тем более туда было ближе. Довольно быстро добрались до вершины. Остался последний уступ. Андрей залез первым и подал руку Марго. Она демонстративно её проигнорировала и вылезла самостоятельно. Андрей лишь устало покачал головой. Оказавшись на вершине, решили отдохнуть. Они сидели на самом краю, свесив ноги с уступа. Над ними кружили птицы. А вокруг - только синее небо и бескрайний океан.
- Красиво! – начал Андрей.
- Да, красиво! – ответила Марго.
Некоторое время они молчали, каждый о своём.
- Надо идти, - сказала Марго.
Андрей поднялся первым и подал ей руку. Она лишь зло взглянула на протянутую руку:
- Я тебя предупреждала, чтобы ты ко мне не прикасался. Ты понял?!
- Я понял, конечно, понял - мы с тобой теперь просто друзья, - ответил он язвительно.
- Да! Просто друзья!
- Просто?! Тогда все-таки объясни мне непонятливому, отчего же ты меня ночью так безумно целовала?!
- Я?! А…Ну… Просто выпила лишнего, что неясно?!
- Просто?!
- Да! Просто! Кстати, раз уж такой правильный мог бы меня и остановить.
- Тебя?! Остановить?!  Тебя остановить не возможно, ты же бронепоезд.
- Ха, - она возмутилась. – Бедняжка, попал под бронепоезд, - и осеклась.
Андрей улыбнулся.
- Калугин, нечего улыбаться.
- Марго, - он стал серьёзным. – Хватит убегать от себя.
Андрей взял её за плечи и повернул к себе, нежно взглянул в глаза. Как хотелось утонуть в этих глазах, забыться.
- Ты же видишь сама, мы не можем друг без друга, сопротивление бесполезно.
- Не бесполезно, мы должны остановить это.
- А не лучше ли будет сказать правду Гоше и прекратить весь этот фарс.
- Не лучше!  - она взорвалась. – Не лучше, потому что я не знаю, сколько ещё я в этой шкурке, - она ткнула себя в грудь пальцем. – Год, два, три…А, может, завтра я проснусь опять мужиком… Ты хотел бы проснуться в постели с мужиком?!
Андрей промолчал.
- То-то и оно. А с Гошей я не боюсь просыпаться.
- А засыпать?
- Не хами, Калугин, хамство тебе не идёт.
Она, развернувшись,  быстрым шагом отправилась по направлению к лагерю. Андрей хотел было ее догнать, но потом передумал и шел на расстоянии, не выпуская ее, однако, из виду.

В лагере все было готово для приготовления обеда – собрали сухие ветки, развели костер. Майя с Гошей давно вернулись и заметно нервничали из-за отсутствия Марго и Андрея. И вот Марго появилась и, к их радости, одна. Потом подошел Андрей. Занялись приготовлением обеда. Блюдо получилось шедевральным и выглядело очень аппетитно. Пришли и Кривошеины. Галочка, улыбаясь, продегустировала  чудо-яичницу и одобрила. Начался обед. Но после вчерашнего аппетит у всех был не очень, и только Зимовский уплетал все за обе щеки.
После обеда Наумыч объявил всем об официальном выходном на этот день. Народ одобрил и занялся ничегонеделаньем. И только одна Марго, взяв под руку печатную машинку, отправилась писать статью. На самом деле это был лишь повод,  чтобы уединиться. Оставшись одна, она погрузилась в раздумья…

Спустя какое-то время к ней подбежала Галя:
- Марго, ты не видела Майю?
- Нет и очень этому рада! А тебе она зачем?
- Не мне. Зимовскому.
- А, этому… Боюсь, ему она не поможет! В его случае медицина бессильна!
Галя заулыбалась в знак согласия, но потом добавила:
- В сегодняшнем случае еще  поможет. Он сейчас весь покрылся сыпью и чешется.
- И что это такое?
- Думаю, это аллергия. Он же сегодня сам почти пол яичницы съел. Надо срочно найти Майю и посмотреть, есть ли в нашей аптечке что-нибудь от аллергии.
Марго на секунду задумалась и расплылась в улыбке:
- Галочка, это же то, что надо! Грех такой шанс не использовать!
И она поведала Гале свой план «Месть. Часть вторая». Галя пришла в восторг.
- Вот только нам теперь нужна будет помощь Майи. Без нее не получится убедительно. А у меня с ней как-то не заладилось. Как думаешь, она согласится нам подыграть? – спросила Марго.
- Уверена, что с этим проблем не будет. Майю беру на себя! А вон и она! – Галочка показала в сторону. – Пойду, поговорю.

Через несколько минут Галя вернулась с Майей.
- Как я и предполагала, Майя согласна поучаствовать в нашей карательной операции! – радостно сообщила Галя.
- Я не против проучить этого вашего товарища! – подключилась к разговору Майя. – Его давно надо перевоспитывать! Зимовский еще тот фрукт. Как я успела заметить, он большой любитель привселюдно посмеяться над кем-то, подколоть и даже унизить. Но, в то же время, не терпит подобных действий по отношению к собственной персоне. Предоставим же ему возможность испытать все прелести на собственной шкуре!
- Очень я сомневаюсь, что Зимовского можно перевоспитать! Открою секрет – его даже лечить пробовали – не помогло! – рассмеялась Марго.
- Что от меня требуется? - спросила Майя.
И женщины с увлечением стали разрабатывать план действий. Остальных решили не посвящать в него, чтобы все получилось натурально.

В лагере обстановка была неспокойной. Антон стал весь в красную крапинку и страшно чесался, требуя немедленно разыскать Майю. В группе сочувствующих была лишь Эльвира, да и та его только раздражала своим кудахтаньем и  глупыми советами типа «Попей водички» и «Приляг и успокойся».
- Сама напейся воды, ложись и успокойся! – орал на нее Зимовский, продолжая раздирать зудящую кожу.
Остальной народ только лишь изображал сочувствие, наблюдая за страданиями товарища, втихаря посмеиваясь.
- А, вдруг, это у него заразное? – неожиданно предположил Валик. – Антон, а ты не мог бы отойти подальше до выяснения, так сказать всех обстоятельств?
Антон зарычал от злости:
- Тебе надо – ты и отходи! Ну, где же носит эту психологшу?
- Антон, не волнуйся! Ее Галя пошла искать! – попыталась утешить его Эля.
- Галя? Нашла, кого послать? Самая скоростная наша! – вопил Зимовский.
- Ну-ну, попрошу без намеков! – заступился за жену Валик.
- Смотрите, они идут! – закричал Коля.
Майя, быстро осмотрев больного, одобрительно кивнула и, молча, отправилась в дом. Вскоре вернулась и протянула Зимовскому таблетку и кружку с водой.
Антон быстро выпил предложенное, а потом спросил:
- А что это со мной?
- Не хочу пугать, но боюсь, что это одна из тропических болезней. Нам о ней рассказывали на курсах, - спокойно ответила Майя.
- А, может, это аллергия? – предположила Эльвира.
- Через полчаса узнаем, - все также спокойно сказала Майя и посмотрела на часы.
- Что значит, узнаем? – разволновался Зимовский. – Ты что мне дала?
- Таблетку от аллергии, и если через полчаса все пройдет, то этот диагноз правильный.
- А если это та самая тропическая болезнь? – забеспокоился Антон.
- Сыпь пройдет, но появится новый симптом.
- И какой же?
- Он очень деликатный, - Майя, подавив улыбку, подошла к Антону и что-то прошептала ему на ухо, после чего его глаза прилично округлились.
- А можно еще вопрос? – не дожидаясь ответа, Валик его озвучил: - А эта болезнь заразна?
- Да, с момента появления этого деликатного симптома больной подлежит изоляции, - удовлетворила любопытство Кривошеина Майя.
- А, может, сразу выпить таблетку и от этой болезни? На всякий случай…, - испуганно спросил больной.
- К сожалению, у нас этих таблеток нет. Нам остается только ждать…, - Майя развела руками.
- Чччего жжждать? – Зимовский начал заикаться.
Никто не ответил, все лишь печально опустили головы.
Но ждать пришлось недолго… Минут через пятнадцать Антон вскочил, и умчался в неизвестном направлении…
Марго с Галей подошли к Майе:
- Ну как?
- Все идет по плану – дала противоаллергическую таблетку, а в воду накапала слабительного… двойную дозу. Уже подействовало.
- Ой, а ничего, что доза двойная? – забеспокоилась Галочка.
- Так ему гаду  и надо! Надо было тройную, чтоб быстрей бегал! – ответила Марго.
- Галя, не волнуйся! Это неопасно, - заверила Майя.
Вскоре Антон вернулся – бледный и не на шутку испуганный и, подойдя к Майе, прошептал:
- Кажется, симптом этот присоединился уже…, - не успев договорить, умчался вновь.
- Нам нужно позаботиться об его изоляции, - объявила всем Майя. – Диагноз подтвердился!
Мужчины отправились  за стройматериалом, Люся с Наумычем утешали почти «вдову» Эльвиру, а троица заговорщиц пошла искать место для нового жилища Зимовского. Отойдя в сторонку, они прыснули со смеху. Успокоившись, они заметили возвращающегося Зимовского и разыграли для него еще одну сценку.
- Как думаете, это место подойдет? – специально громко спросила Галя.
- Подойдет любое место! Это все равно ненадолго! – так же громко ответила Майя. – И с жилищем не будем сильно заморачиваться!
- Что, так все серьезно? – Марго изобразила тревогу.
- Более чем! Хотя бы до утра дожил…
Антон в кустах даже присел, но симптом вновь дал о себе знать и он поспешно удалился. Троица веселилась.
- Надо бы всех остальных уже предупредить, чтобы не волновались по-настоящему, - предложила Галя. - Только вот как с Эльвирой быть?
- С Эльвирой сложней всего. С одной стороны её жаль, человек искренне убивается, с другой – она слишком ему преданна, сразу же расскажет, - ответила Марго. – Давайте пока повременим с Элей. Будет сильно страдать – откроем тайну.

Зимовскому наспех соорудили жилище в нескольких метрах от их дома. И все со скорбными лицами провожали его к кустарникам. Вскоре, усилиями Гали, общественность уже знала истину о «болезни» Антона. Все принялись ещё пуще прежнего скорбеть.
Наумыч очень натурально пустил слезу, чем вызвал несказанное одобрение общественности. Все выражали своё сочувствие, но близко к Антону не приближались, дабы «не заразится».
Веселье шло полным ходом, никто даже не пожалел «бедного больного». За все годы его измывания над коллективом, коллектив решил отомстить по полной.
Антон сначала не верил в происходящее, потом тупо молчал, пребывая в полном шоке. Затем, вдруг, начал почём свет стоит, крыть дурным матом Гальяно, который заслал их на этот остров. А коллеги всё подливали масла в огонь.
Наумыч с Гошей нарочито громко разговаривали возле накрытия Антона.
- Да, жаль Антона, каким бы он ни был, а всё-таки человек, - начал Егоров, пряча улыбку.
- Вот так съездили отдохнуть. Что мы его родным скажем? – подхватил сочувствующий тон Гоша.
Антону стало так себя жаль, он чуть не расплакался.
- Антон, - подошла Марго. – Ты, это…, прости меня, если что. Между нами были разногласия, но…, - и она замолчала, пытаясь сдержать смех.
Зимовский даже застонал.
- Марго, мне как-то страшно, - шёпотом сказала  Галочка. – С его психикой ничего не станется?
- Не бойся, Галя, его психика и не такое выдержит.
Подошло время ужина. Об Антоне не забыли, но к общему столу не пригласили, а решили отнести ему ритуальную тарелочку с едой. Официантом вызвалась поработать Эльвира. Она все еще не знала о розыгрыше. Остановившись на безопасном расстоянии,  Эля поставила тарелочку, смахнула слезу и послала Антону воздушный поцелуй. Постояв несколько минут, она молча ушла. Антон к еде не притронулся. Во-первых, не было аппетита, а, во-вторых, деликатный симптом его все еще беспокоил.
Наступила ночь. Антон с большим трудом уснул на новом месте, но сон был беспокойным – его мучили кошмары. Ему снилось, что он уже умер и теперь предстал перед Высшим Судом. Начали зачитывать все его злодеяния… Антон  принялся раскаиваться во всём, со слезами на глазах… Не успевал попросить прощения за одно злодейство, ему уже предъявляли другое. Оказывается, он много дел успел натворить. Вдруг, перебивая потоки его слов и слёз, грозно прозвучал голос: « Поздно каяться – пока жил надо было!!!» Зимовский похолодел от ужаса. И вот, самый ответственный момент – оглашение приговора. Гремит гром, молния и… что-то падает ему на голову. Он проснулся. Дрожа от страха, огляделся по сторонам, пытаясь сообразить, где он.  Гром, молния, проливной дождь и крыша его дома свалилась на него. Он встал и спрятался под деревом. Голодный, мокрый, продрогший, несчастный… Так и уснул там.
Проснувшись утром, Антон долго не мог понять - жив ли он. Потом все же решил, что скорее жив, чем мертв. Сыпи не было, зуд не беспокоил, да и деликатный симптом отпустил. Вот только настроение было не радостное. Побрел к своему жилищу оценить нанесенный ущерб. Начал ремонтировать крышу. «Еще неизвестно, сколько мне придется здесь провести времени…»
В этот момент он услышал шум и смех. «Радуются – думают, что я уже того, а не тут-то было!».  Пришедшие остановились на расстоянии и хором поздоровались:
- Здравствуйте, Антон Владимирович!
- Да уж, как видите, еще здравствую! Че приперлись? Думали поминать уже пора?
- Ну, что ты, Антон, мы пришли проведать тебя…, - начала скорбным голосом Галочка.
- И сообщить, что это был всего лишь розыгрыш! – продолжил Валик и все дружно рассмеялись.
- Поздравляю с чудесным выздоровлением! Небось, ночью уже свои грехи замаливал? Их ведь у тебя немало… - Марго, не скрывая, наслаждалась этим моментом.
- Запомни, курица, смеется тот, кто смеется последним! – прорычал Зимовский, поняв что произошло.
- Умей достойно проигрывать! И просто признай, что я шучу смешнее!

0

16

Глава 15

Антон был в шоке. Да, как они могли так с ним поступить!? Как посмели? Он чувствовал себя униженным и оскорбленным. Поэтому наотрез отказался возвращаться в лагерь, заявив, что теперь будет жить здесь, в своем новом «доме», один. Он ожидал, что сейчас начнут извиняться и уговаривать его. Не от всех, конечно, но ждал этого. Но ничего подобного не произошло. Все просто ушли. Почти все. Осталась Эльвира.
Марго не скрывала радости от происходящего и, уходя, подошла к Антону и подарила букетик из сорванных здесь же цветочков:
- Поздравляю с новосельем! Дружить домами не предлагаю!
Он со злостью швырнул букет в траву.
Оставшись наедине с Антоном, Эльвира попыталась его утешить и отговорить от принятого решения.
- А ты зачем осталась? Вали отсюда! Видеть никого не хочу! И тебя в первую очередь! Не ожидал от тебя подобного! Ладно эти… Но ты… ты с ними заодно! – Зимовский был в ярости.
Он был зол на весь белый свет. На всех и вся. На весь планктон, именуемый командой «МЖ», во главе с ненавистной Марго, на Гальяно, чтоб ему всю оставшуюся жизнь жилось так «весело», как ему сейчас, а еще на самого себя, так глупо попавшегося и выставившего себя на всеобщее посмешище. Он не мог все это держать в себе, надо было на кого-то выплеснуть. И этим кем-то стала Эльвира.
- Прекрати на меня орать! Уйти-то я уйду, даже не сомневайся, причем навсегда! Только сначала скажу тебе кое-что! Ты – самовлюбленный эгоист, думаешь и печешься только о себе! А обо мне ты подумал? Хотя бы раз за все время нашего знакомства? Ты же меня просто используешь! И если и проявляешь заботу или оказываешь внимание – это всего лишь верный знак того, что тебе снова что-то от меня надо! – у Эльвиры тоже много чего накопилось внутри.
День за днем все копилось и копилось, и сегодня была последняя капля. Она остановилась перевести дыхание и продолжила:
- Я, к твоему сведению, обо всем узнала только сегодня утром. Ты хоть представляешь, что мне пришлось пережить? И знаешь, что смешно - они, в отличие от тебя, не сомневаются в моей преданности тебе.
Эльвира замолчала. Антон тоже молчал. «Да, похоже, я перегнул палку с ней. Чего это я? Может, извиниться? Все таки не чужие… Да и пригодиться может… А, и так сойдет!». Антон, молча, поднял цветы, подаренные ему Марго, и поднес Эльвире:
- Мир?
Эля, выговорившись, почувствовала облегчение. «Ну, и зачем я зря сотрясаю воздух? Знаю же – ему все равно. Но, как известно, любовь зла, полюбишь и… Вот именно его и угораздило полюбить… ». Для приличия Эльвира еще немножко подулась, но потом сдалась. Примирение было бурным, поэтому в лагерь вернулись лишь после обеда, веселые и слегка потрепанные.
- О, Антон Владимирович! Собственной персоной! Не верю своим глазам! Неужели так быстро соскучились? В гости или как? – Марго изобразила удивление.
- Или как! – передразнил ее Антон.
- Как говорится: мужик сказал – мужик сделал! Сказал – буду жить сам, и… передумал! Вот это я понимаю: по-мужски! – теперь Марго изображала восторг.
Антон покраснел от злости и приготовился уже ответить «любезностью» на «любезность», но вмешался Егоров:
- Ну, все, хватит! Пошутили, посмеялись и будет вам! Антон, мы рады тебя видеть.
- Не знаю, кто такие «мы». Лично я – предпочла бы не видеть и как можно дольше! – возразила Марго.
- Марго! – Наумыч уже начинал злиться.
- А что я? Я же только озвучила свое мнение!
- Антон, Эльвира, вы же голодные! Галочка, накорми их, пожалуйста! – уже не обращая внимания на выпады Марго, засуетился Егоров.
Галя выполнила просьбу. Прибывшие, действительно, прилично проголодались и с аппетитом принялись за еду. 
- Приятного аппетита! – пожелала Марго и добавила шепотом для Антона: - А не боишься? У нас еще есть чудо-капельки…
Антон закашлялся, подавившись, но потом продолжил трапезу.
После обеда Зимовский решил поквитаться с виновницей всех его бед и несчастий последнего времени.
- Я предлагаю вернуться к теме несостоявшегося нашего отъезда и найти виновных, - начал он издалека.
- Да что их искать? – удивился Валик. – Наш виновник известен – это господин Гальяно! Жаль, что не достать его отсюда, а то бы…
- Это да, - перебил его Антон. -  Но у нас есть провинившиеся и поближе!
- Что ты имеешь в виду? – заинтересовался Наумыч.
- А то, что совсем недавно кое-кто убеждал нас отнестись серьезно к словам нашего чокнутого спонсора и начать подготовку нового номера безотлагательно. И что же мы видим? Коллектив поддержал и окунулся в работу, а инициатор отлынивает и кормит завтраками. Не хотите ничего нам сказать, Маргарита Александровна?
- Вам – ничего! Хотя, нет, у меня тоже есть вопрос - а твою статью мы, когда сможем почитать? – огрызнулась Марго.
- Подожди, Марго! А я согласен с Антоном! – неожиданно выступил Наумыч. – Статьи до сих пор нет! От фотосессии увильнула! Какой ты пример подаешь?
- Но, Борис Наумыч…, - начала было Марго.
- Значит так, - грозно перебил ее Егоров. – Завтра хочу видеть твой шедевр, или хотя бы его наброски, а сегодня, повторяю – сегодня, поступаешь в полное распоряжение Андрея!
-  Подождите, Борис Наумыч…
- Это приказ! Если кто забыл: пока я - директор издательства! – отрезал Егоров.
Антон злорадствовал: «Так тебе и надо, овца!», но тут Наумыч повернулся к нему:
- Твою статью я тоже жду завтра!
Теперь настала очередь Марго «порадоваться за товарища». К ней подошел довольный Калугин:
- А мне нравится формулировка последнего приказа нашего начальства! Ты – в моем полном распоряжении! Надо попросить Люсю напечатать его!
- Калугин, не нарывайся! – Марго яростно сверкнула глазками, хотя ей формулировка тоже понравилась.

Ей ничего не оставалось, как согласится на фотоссесию. Наумычу перечить она не могла, да и деваться было некуда. Но чтобы не оставить места соблазну, взяла с собой, к разочарованию Калугина, Гошу. Тот был только счастлив, понимая, что этих двоих  оставлять наедине для него чревато.
Андрей был расстроен этим фактом, но не показал, и продолжал бодренько вышагивать с ними к водопаду.
У водопада немного замешкались, формат журнала предполагал съемки в купальнике. Андрей намекнул, и сам почувствовал себя неудобно. Гоша, дабы избежать неловкого положения,  принялся плавать в своё удовольствие, иногда поглядывая на жену и фотографа. Марго разделась, Андрею пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы смотреть на неё только, как фотографу. Они начали фотоссесию на берегу, затем перебрались в воду. В брызгах воды Марго выглядела великолепно, Андрей всё щёлкал фотоаппаратом, забывая иногда останавливаться. Гоша тем временем залез под водопад, и принялся изучать прилегающую территорию.
- Марго, здесь небольшой грот, - крикнул он.
- Гош, не заходи далеко, - ответила она, боясь оставаться с Калугой наедине.
Она была так соблазнительна, что Андрею приходилось напоминать себе раз за разом, что он профессионал и не может реагировать, как мужчина. Фотограф, как и врач, бесполое существо. Но аутотренинг мало помогал… И он засматривался на неё вновь и вновь.
- Марго, зайди в водопад и высунь из него ножку, слегка выгляни, как будто выходишь, - предложил он.
Марго зашла и высунула ножку. Андрей нервно сглотнул, забыв фотографировать. Она выглянула, наполовину показав себя.
- Ты снимать будешь? – спросила его.
- Извини, - он очнулся и продолжил, но её тело в брызгах воды сводило его с ума.
- Марго, здесь какая-то пещера, - закричал откуда-то Гоша.
- Гош, не лезь никуда, - откликнулась Марго.
- Гош, не беги так быстро - упадёшь, Гош, не лезь ручками в песочек, - передразнил Андрей.
- Калугин! – возмутилась Марго, пытаясь сделать грозный вид, хотя его реплики её рассмешили.
- Гош, надень шарфик, простудишься, - продолжал Андрей.
- Прекрати, - улыбалась она.
- Вот, зафиксируй выражение лица! Ты, когда злишься, такая сексуальная, - и начал быстро щёлкать фотоаппаратом.
- Андрей, - сказала она уже с упрёком.
- Что, Андрей?! Надо же тебя как-то расслабить. Вон, вся зажатая. Как будто ты не под водопадом, а под током, - он подошёл и  показал ей снимок.
- Меня словами не расслабишь, - и она соблазнительно на него глянула.
- Стоп! Как посмотрела! Не двигайся! – и он быстро защёлкал фотокамерой.
- Калугин, хватит издеваться!
- Ты даже не представляешь, какое это для меня издевательство.
- Почему же, представляю…
Они замерли, глядя друг на друга.
- Марго! – послышалось откуда-то глухо. – Я, кажется, застрял.
- Твой малыш застрял в песочнице, - усмехнулся Андрей.
- Я тебя прибью, Калугин, - сказала она, и пошла в направлении, откуда слышался Гошин голос.
- Я согласен умереть от твоей руки, - ответил он и пошёл следом.
Они довольно быстро обнаружили вход в небольшую пещеру. Вход был небольшим, и им пришлось, пригнуться, чтобы попасть внутрь. В средине было довольно просторно, можно было не только выпрямиться, но и сделать несколько шагов, но далее пещера сужалась и они увидели торчащие из узкого прохода Гошины ноги. Марго попыталась ему помочь, но Андрей отодвинул её и сам стал вытаскивать горе-следопыта.
Марго зябко поёжилась, в пещере было довольно прохладно.
- Пойду, что-то накину, - и она вышла из пещеры.
Не успела она сделать и пары шагов, как сзади послышался грохот. И её что-то толкнуло в спину так, что Марго еле удержалась на ногах. Она обернулась и в ужасе увидела, что вход в пещеру завалило. Марго бросилась к входу:
- Андрей! Гоша! – закричала она.
- Мы здесь, - ответил Гоша, которого Андрей к тому моменту уже вытащил из узкого прохода.
- Всё в порядке, - кашляя, ответил Андрей.
- Сейчас, я вас вытащу,- Марго стала лихорадочно разгребать завал. Но через несколько минут, обломав все ногти, она поняла, что сама не справится.
- Я быстро сбегаю за помощью!  - и она понеслась со всех ног в лагерь.

- Какого ты сюда полез?! – начал, откашлявшись, Андрей.
- Было бы лучше, чтобы я сидел с вами рядом? – так же зло ответил Гоша.
Андрей промолчал, он действительно был рад, что Гоша где-то бродил, позволив им самим проводить фотоссесию.
- То-то же, - подытожил Гоша. – Да! Как-то умирать ещё рановато. Тем более, что в этом теле я ещё и не жил практически.
- Что значит -  не жил? – спросил так, лишь бы поддержать беседу Андрей.
- Пока успокоился, пока освоился, пока пришёл в себя…
- А…
- Знаешь, первое время было просто ужасно, - Гошу потянуло на откровения, сидеть, молча в темноте, было жутко. – Я метался, не зная как жить, что делать.
- И что ты делал? – спросил Андрей, ему вдруг стало интересно, ведь, Марго испытывала практически те же чувства.
- Пошёл к одной подружке, у нас с ней был общий секрет, и она мне сразу же поверила. Какое-то время жил у неё. Потом устроился кое-как на работу. У меня ведь нет образования, дура, институт бросила, работала официанткой,…хотя, тебе это не интересно – Гоша хмыкнул, уйдя в воспоминания. – Знаешь, у этого тела удивительная энергетика – бабы липнут, как мухи.
- Меня совсем не интересует это тело, - прервал дальнейшие откровения Андрей.
- Кто б сомневался, тебя интересует другое… - Гоша немного помолчал. - Да! Это сейчас уже смешно, а вначале мне было не до смеха. Мы с Марго как-то вспоминали, смеялись. Знаешь, ей пришлось туго, особенно, как только пришла в «МЖ». К ней все мужики подкатывали, начиная от Валика и заканчивая Зимовским. Ты единственный не распускал руки. Наверное, поэтому она на тебя и запала.
Андрей улыбнулся в темноте. Он вспомнил их первые встречи…, её резкие ответы…, и смущённые взгляды. Их  совместная работа, кубинский ресторан…  Это всё было так далеко, хотя прошло совсем немного времени, а как будто в другой жизни…Как бы он хотел сейчас вернуть то время, теперь он не совершил бы многих ошибок…

Когда она появилась в одном купальнике в лагере, Зимовский не мог смолчать:
- Ничего себе, у них фотоссесия! Марго как оттуда сиганула, даже одеться забыла. Хотел бы я увидеть, что они такого творили…
Эля рядом тихонько засмеялась.
- Там  Андрея и Гошу завалило, - начала, задыхаясь от быстрого бега Марго.
- Как завалило? – спросил Валик.
МЖовцы не восприняли сразу её слова всерьёз.
- В пещере завалило вход.
Видя неподдельную тревогу на лице Марго, народ подбежал к ней, Галя дала воды.
- Они могут задохнуться, - выпалила Марго, отпив воды.
- Что стоим? – взял власть в свои руки Наумыч, и все сразу засуетились.
- Нужно взять лопату, их так не вытащишь, – продолжила Марго.
И через считанные секунды, они уже бежали наперегонки к водопаду, взяв все инструменты, которые попались под руку.

- Гош, а как тебе живётся под чужим именем, чужой жизнью? – спросил Андрей, после недолгого молчания.
- Нормально живётся, - отрезал Гоша. – Марго тоже не под своим именем живёт. Её назвали-то Игорем Семёновичем.
- Я не об этом.
- Только не надо взывать к совести. Да, это чужое имя, чужие заслуги, но она сама так хотела, я не просил её делать из меня Гошу.
- Ладно, закрыли тему. Давай попробуем разобрать завал.
- В полной темноте?
- Сейчас, - и Андрей включил фотоаппарат. Маленький свет разогнал немного тьму, и стало повеселее. Они принялись разбирать завал, относя камни в дальний угол пещеры.
- Гоша, а ты уверен, что Марго с тобой счастлива? – неожиданно даже для себя, задал вопрос Андрей.
Гоша в темноте остановился и выпалил:
- Уверен!
- Да?! – иронично переспросил тот.
- Да!
Гоша взял очередной камень и понёс его вглубь. Перед глазами вдруг  замелькали эпизоды их совместной жизни. Взгляд Марго перед свадьбой, отрешённый, как будто ей всё равно, что с ней происходит. Она улыбалась и что-то говорила. Они вместе ходили на работу и возвращались домой, они ложились вместе спать и вместе просыпались. Но её глаза никогда так не горели, как сейчас на острове. Он заметил, что она ожила, стала ещё краше. Вся светилась…
Гоша отогнал от себя эти мысли и взялся за другой камень. Вдруг, со злостью швырнул его.
- А ты думаешь, она с тобой счастлива?! – обернулся к Андрею. – Видел бы ты, что с ней творилось, когда ты уехал…Она сутками сидела, глядя в одну точку. А по ночам выла, даже не рыдала, выла, я просыпался в ужасе от этого воя. Потом пила, как ненормальная, а мы с Анькой приносили её домой. Врагу не пожелаю такого.
Сердце Андрея сжалось от боли. Когда он уходил, он был уверен, что делает правильный выбор, но сейчас, всё, что тогда казалось неразрешимым, было таким неважным. Сейчас он бы всё отдал, чтобы быть рядом с ней.
- А я был рядом, - как бы вторя его мыслям, продолжал Гоша. - Я вернул её к жизни. И я делаю её счастливой,  - заявил он дерзко. И подумал: «По крайней мере, стараюсь».
Неожиданно он подошел к Андрею вплотную:
- А ты любишь Марго? Любишь ее настолько, что готов связать с ней жизнь, не боясь, что мы снова можем поменяться, не оглядываясь на ее прошлое?
Андрей хотел сразу же крикнуть: «Да! Да!», но перед его лицом всплыли образы дорогих ему людей: Алисы, мамы. И сердце вновь защемило. Он был в ответе за своих родных. Но и жизнь без Марго не имела смысла. Без неё он просто бездумно существовал и близкие от этого только страдали. Теперь всё будет по-другому, теперь он будет за неё бороться, до конца. Бороться  за счастье общее для всех. Он теперь был уверен - только все вместе они смогут быть по-настоящему счастливы! И никакие затмения этому не смогут помешать!
Гоша по-своему расценил его молчание, он расплылся в улыбке, но было темно, и Андрей этого не видел «Какой вы Андрей Николаевич нерешительный, как барышня»:
- Знаешь, если бы ты ответил сразу, не задумываясь, то я бы отступил, тоже не задумываясь. Но ты опять сомневаешься. А, значит, ничего не изменилось. И теперь я уверен – Марго будет лучше со мной!
Андрей собрался возразить, но в этот момент извне послышались голоса. Это прибыли спасатели.
- Мы не договорили, - предупредил он Гошу.
- Лично я услышал все, что хотел узнать. Не вижу смысла продолжать.
- Андрей! Гоша! – это был голос Марго.
- Всё нормально, мы ещё живы, – ответил за двоих Андрей и повторил Гоше: – Разговор не окончен.
МЖовцы принялись убирать камни и разгребать более рыхлые породы завала лопатой и всеми  подручными средствами. Марго рыла лопатой, как самая инициативная и самая заинтересованная. Успевая отгонять Наумыча, который давал совершенно бесполезные советы и только мешал. А Коля с Валиком убирали большие камни, когда те кончились, стали грести   ложками - их печальное известие застало за традиционным очередным перекусом, вот и побежали с ложками, как сидели… Люся всё норовила оплакать заваленных, а Галя её утешить. Зимовский с Эльвирой язвили, соревнуясь в острословии.
- Маргарита Александровна, а вы не задумывались о смене профессии? Вам среди землекопов равных не будет! - Зимовский с удовольствием наблюдал, как она отчаянно роет.
- Или кладоискателей! - подключилась Эльвира. - А что? Прибыльное, говорят, дело!
Майя пару раз предложила подуставшей Марго подменить её, но та: то ли не слышала, то ли не захотела  услышать и не отдала лопаты никому. Майя поняла, что это бесполезно и отошла в сторону.
Час усиленной работы и узники увидели проблеск света
Сначала из завала показалась рука.
- Ну-ка, угадает наша кладоискательница – кто это? - усмехнулся Зимовский
- Андрей! - обрадовалась Марго.
Потом вторая.
- Гоша! - обрадовалась ничуть не меньше.
- И как она их различает? - спросила удивленная Галя.
- Видать, изучила досконально! - захихикала Эля, потом шёпотом добавила: - Все части тела...
Марго было наплевать на все их колкости, она была счастлива – они живы, оба.
Она через образовавшееся отверстие передала лопату мужчинам и дело пошло веселее.
«Узники» работали попеременно, и очень скоро образовалась приличная дыра. Когда через образовавшееся отверстие можно было уже пролезть, на свет первым появился Гоша. Ему помогли выбраться. Он был невероятно горд собой и улыбался во весь рот. Марго кинулась его обнимать.
Следом появился Андрей, немного щурясь от яркого света и она, не задумываясь, бросилась ему на шею.
- Кажись, у нас тут шведская семья образовалась! - Зимовского откровенно веселила эта картина.
Но на него никто не обращал внимания, все обнимали спасённых, радуясь, что всё обошлось.
Грязные, но счастливые они возвращались в лагерь. Всю дорогу Коля приставал с расспросами: "Как оно было? Не страшно?". Андрей отмахнулся и не сводил глаз с Марго. Мысленно он был уже далеко, в будущем, где все вместе - он, она и Алиса! А Гоша пустился в рассказ.
Счастливое вызволение отметили вкусным ужином.
- А, может, стоит обмыть такое событие посерьезней? – с надеждой в голосе предложил Валик и тут же получил подзатыльник от супруги.
Вопрос был закрыт моментально. И хотя почти вся мужская часть населения острова была солидарна с Кривошеиным, что было видно по их глазам, но никто не отважился его поддержать. Бар был под надежной охраной. Пьянка сорвалась, а был такой повод…
- Борис Наумыч, - неожиданно обратился Антон. - А, может, в связи с пережитыми волнениями сроки сдачи статей можно перенести?
- Что-то я не заметил, когда это вы, Антон Владимирович, волновались? – удивился Егоров.
- Так как же? Я же с коллективом! – возмутился Зимовский. – А еще я за Маргариту Александровну переживаю! Она же чуть не потеряла любимого мужа и лю… ценного сотрудника!
- Ладно, только ради Маргариты Александровны переношу вам сдачу…
- Спасибо, Борис Наумыч! Всегда знал, что вы – душевный человек! – перебил Егорова Антон.
- Я не договорил – жду ваши статьи сразу после обеда!
- И на том спасибо! – поблагодарил несколько разочарованный Зимовский.
Потом он подошел к Марго, которая  все еще не могла прийти в себя после пережитого. Действие адреналина закончилось, и она только теперь осознала всю серьезность ситуации.
- Помни мою доброту! – ухмыльнулся Антон.
- Ты о чем? – удивилась Маргарита, не слышавшая его  «торги» с Наумычем.
-  Я - о работе, на которую ты откровенно забила в последнее время! О журнале! «МЖ» называется! Помнишь такой еще?
- Слышь ты, работничек, шел бы ты… статью писать!
- Для нее старался, а она еще и хамит!
- Ага, считай, поверила в твою искреннюю заботу! Ты же для себя старался! Хотел оттянуть момент позора? Но это тебе не поможет!
- А ты за меня не волнуйся!
- И в мыслях не было!
Зимовский хмыкнул и удалился.

Все волнения улеглись, народ тихонько сидел на поляне, каждый занимался своим делом.
Майя заговорщически кивнула Гоше «пора», пора приводить в действие их план. Он встал, подошёл к Марго сзади и поцеловал в шею. Она вздрогнула, улыбнулась.
- Гош…
Он обнял её за талию, демонстративно на глазах у всех и стал целовать.
- Гош, ты чего?
- Ничего, целую жену, - отвечал он, в перерывах между поцелуями.
- Мы не одни, - Марго чувствовала себя неловко, на них начинали обращать внимание.
- Тогда нужно уединиться, - Гоша взял её за руку и повёл в заросли.
- Подожди, ты что… - Марго была совершенно озадачена таким его поведением. Она видела, что все на них смотрят, она знала, что смотрит ОН. И чувствовала себя как на раскалённой сковородке. Но, ни вырваться, ни прекратить это, не могла.
- У нас  вообще-то медовый месяц, - гнул своё Гоша.
Уже уходя с поляны, он взглянул на Майю. Она одобрительно улыбнулась, а видя искажённое от ревности и злости лицо Калугина, поняла, что они всё правильно придумали.
Майя присела к Андрею и, как ни в чём не бывало, спросила:
- Хочу пойти искупнуться, не составишь мне компанию?
- Что? – Андрей, из-за переполнявших его чувств, не сразу её услышал.
Майе пришлось повторить.
- Да, - сказал он со злостью. – Сейчас действительно лучше освежиться.
Они отправились к океану.
Майя надела по такому случаю свой самый соблазнительный купальник. У океана медленно сняла футболку, с чувством, с толком, с расстановкой  шорты и обернулась, убедится в произведённом на него эффекте. Каково же было её разочарование, когда Калугин, быстро раздевшись, с разбегу, нырнул в океан. Даже не глянув в её сторону.
Она разозлилась: «Ну, нет, я так просто не сдамся!». Вошла в воду и поплыла за ним.

Гоша нашёл укромное местечко, остановился и стал покрывать лицо и шею Марго поцелуями, на ходу раздевая.
«Только не это!» - подумала Марго. Она лихорадочно искала повод остановить его. – «Я не могу!» - кричало всё внутри. Но здравый рассудок спокойно отвечал: «Ты - жена!»
- Гош, Гоша, погоди, - она пыталась его остановить. -  Ты странно себя ведёшь.
- Что странного в том, что я хочу заняться сексом с любимой женой?
- Ничего странного…
- Вот, - и он вновь принялся её целовать.
- Гош, подожди…А о чём вы говорили с Калугиным в пещере? – это первое, что пришло ей в голову. И таки произвело эффект. Гоша остановился, серьёзно на неё посмотрел.
- С Калугиным? – спросил с укоризненным выражением лица.
- Да, - она сделала вид, что не заметила укора. – Вы ведь так долго были там вдвоём. Вы же о чём-то говорили?
- Говорили. Мы говорили о тебе. У нас одна общая тема,  - ответил он с досадой.       
- И что вы обо мне говорили?
- Что говорили? Ну…Я ему объяснил, что ты счастлива со мной и у него нет никаких шансов.
- Да?
- Да! А ты думаешь иначе?
- Почему я должна думать иначе?
- Я это у тебя хотел спросить.
Она промолчала, опустив глаза…
- Знаешь, мне этого Калугина так хочется отметелить! - сказал он со злостью.       
- Не советую тебе  с ним связываться, - ответила Марго
-  Думаешь, я с ним не справлюсь?
- Гош, не забывай, что он вырос мальчишкой и дрался во дворе с такими же.
- Я тоже дрался с девчонками… дралась.
Марго улыбнулась.
- Это не одно и то же.
- Я же тренировался. Смотри, какой удар, - и он стал демонстрировать силу удара.
Марго рассмеялась.
- Хорош! Просто, красавчик! – улыбаясь, сказала ему. Ей стало горько, она почувствовала к  самой себе отвращение. «Я с ним так поступаю, а он даже пытается меня рассмешить».
Немного попрыгав, Гоша развернулся уходить.
- Гош,  - Марго его остановила. «Взяла себя в руки, сцепила зубы – он твой муж!».
- Что? – обернулся он.
- Иди сюда, - позвала его.
Гоша отрицательно покачал головой.
- Ты же не хочешь, я ведь не дурак, всё вижу…
Марго в порыве благодарности обняла его:
- Прости…У нас всё будет хорошо, - прошептала на ушко. – Я справлюсь, у меня всё получится.
«Главное, чтобы Калугина не было рядом. Мы вернёмся в Москву, и всё будет по-прежнему…»
И если у этой пары страсти улеглись, то на противоположном конце острова все только начиналось…

0

17

Глава 16

Андрей так стремительно отплыл от берега, что Майя тщетно пыталась его догнать. И, потеряв надежду за ним угнаться, уже собралась поворачивать назад, как вдруг её ногу свела судорога. Майя схватилась за ногу и, не успев сориентироваться, в панике начала тонуть. Андрей остановился только после того, как услышал крики. Стремительно развернувшись, он направился  к ней и пришёл  на помощь. Подхватил под руку и помог  выплыть на берег. Осторожно усадил Майю на песок.
- Какая нога?
- Эта, - Майя зажмурилась от боли.
Андрей принялся её массажировать. Через некоторое время боль отступила.
- Попробуешь встать?  - спросил он.
Она покачала головой в знак согласия. Он помог ей  подняться.
Майя в порыве благодарности хотела его поцеловать, приподнялась на цыпочки и обвила шею Андрея руками. Он хотел остановить её, но краем глаза увидел, как Марго с Гошей спускались к океану, и сделал вид, что не заметил их. Привлёк к себе за талию Майю и поцеловал.  Андрей не мог трезво соображать в этот момент: ревность нейтрализовала способность  думать.  Стоило было только увидеть Марго с Гошей, выходящих из зарослей, как его захлестнула новая волна. Он уже не ведал, что творит.
Марго увидела в их этот самый момент. Она остановилась и замерла, сердце, казалось, перестало биться. Она не могла отвести от них взгляд. К горлу подкатила тошнота. Марго судорожно вздохнула. Гоша, шедший сзади, тоже засмотрелся на парочку на берегу, и врезался в неё.
- Марго, ты что? – удивился он.
- А… - ответила она рассеянно. - На камень наступила. 
И она сделала вид, что потирает ушибленное место. Вдохнула и выдохнула глубоко пару раз, но тошнота не проходила.
- Ты идёшь? – обернулся Гоша, пройдя немного вперёд.
- Да, - ответила она, но не сдвинулась с места.
Она была не в силах сделать хоть шаг. Медленно, как в тумане, переставила ногу, потом другую, туман был вязким и мешал передвигаться. Она поняла: ещё немного и упадёт в обморок. Надо взять себя в руки! Марго вновь наклонилась и выдохнула. Стало  немного легче. Андрей с Майей перестали целоваться, и Марго показалось, что стало легче дышать. Она таки пошла за Гошей к океану.  И даже подняла глаза, чтобы взглянуть на Андрея. Лучше бы она этого не делала. В её взгляде отразилось столько боли, что даже Майя почувствовала себя неловко. А Андрей понял, что именно сейчас он совершил самую страшную ошибку в своей жизни.
Гоша ей что-то сказал и она даже ответила. Но единственное желание было быстрее уйти, не видеть, скрыться туда, где не надо держать себя в руках. Взяться за голову и кричать так, чтобы вся эта боль вышла криком. И забыть, забыть его навсегда. Она закрыла глаза: «Как я устала от этой боли... Иногда кажется, что больше не выдержу… А выдерживаю», - Марго горько усмехнулась своим мыслям.
- Вы тоже решили искупнуться? – донёсся до неё  вопрос Майи.
- Да, - ответила рассеянно.
- Правильно, жарко очень. И это когда сидишь, а когда двигаешься…, - Майя сделала многозначительную паузу.
Марго дошёл смысл её фразы. Как же она хотела сейчас не просто вцепиться ей в волосы, а  взяться за горло и медленно душить. Она посмотрела на Майю и та вся съёжилась внутри под её взглядом.
- Жарко, - проговорила, растягивая слова. – Не советовала бы я вам быть так долго на солнце. Удар можете получить, – и немного помедлив. – Солнечный.
Красиво, одним движением, скинув с себя платье, вошла в воду.
Она, как будто следуя маршруту проделанному Калугиным, всё плыла и плыла, пытаясь остудить чувства. Гоша, плескавшийся недалеко от берега, сначала не обращал внимания, но видя, что она не останавливается, встревожился и стал звать её.
В этот момент Андрей, уже отошедший на какое-то расстояние, обернулся и замер, перед его взором промелькнул весь его недавний кошмарный сон. Но теперь всё было наяву. Она далеко от берега и он не в силах ей помочь…
Марго то ли услышала крики Гоши, то ли просто решила вернуться, но повернула назад и поплыла к берегу.
Андрею стало легче, но он всё ещё не уходил, дожидаясь пока она не выйдет на берег. Майя недоумённо смотрела на него, ещё минуту назад он хотел как можно быстрее уйти от океана.
Марго тем временем доплыла до берега, гордо вышла из воды, красиво прошествовала мимо них. Подошла к Гоше и так его поцеловала, что у того закружилась голова, от неожиданности он даже не обнял её. Поцелуй так же стремительно  закончился, как и начался,  а он так и остался стоять недоумённо улыбаясь. Гоша уже хотел счастливо сказать, что она его так никогда не целовала, как увидел выражение лица Калугина. И сразу же всё понял - поцелуй предназначался не ему. Это была месть. Марго в этот момент была так красива в своём праведном гневе, что он даже не обиделся на её выходку. А только печально смотрел ей в след, пока она шла к лагерю, накинув на плечо платье.
Калугин тоже не двигался с места, и Майя ушла сама. Но в нём бушевали другие чувства: ревность душила и сжигала огнём всё его существо. Он понял, что не стоило целовать Майю, «ураган Марго» начал свою разрушительную деятельность. И на отдельно взятом острове теперь могут случиться катаклизмы, неприродного характера.

В лагерь четверка вернулась по одному, причем сначала женщины одна за другой, а потом и мужчины подтянулись. В воздухе стояло такое напряжение, что не заметить было трудно. Общественность сгорала от любопытства. Настало время ужина. Марго и Андрей отказались, каждый озвучив достаточно правдоподобную причину, и досрочно отправились на боковую. Гоша с Майей, напротив, демонстрировали хороший аппетит и все время шушукались. Общественность «навострила ушки», но все безрезультатно. Причем в желании узнать подробности мужчины, ничуть не уступали дамам. Даже Наумыч был замечен в этом деле. Коллективным решением единогласно был выбран кандидат на роль дознавателя – Галочка, и определено самое слабое звено у осведомленных – Майя. 
Но, то ли Галочка - слишком «мягкий» дознаватель, то ли Майя – слишком крепкий орешек… Результат был отрицательным. Как Галя ни старалась, но Майя лишь отшучивалась, а потом, сославшись на сильную усталость, отбыла в кроватку. Вскоре ее примеру последовал и Гоша. Общественность была крайне разочарована. Пришлось отправляться спаточки, так и не удовлетворив своего любопытства…

Марго долго не могла уснуть. Перед глазами то и дело всплывала картинка поцелуя Андрея и Майи. Она долго крутилась и лишь под утро смогла забыться тревожным сном. Ей снились МЖовцы, любимые и не очень, вечно путающаяся под ногами Майя, даже непонятно откуда появившийся здесь Гальяно. Все бегали, спорили о чем-то, спрашивали у нее… И вдруг вся эта суматоха как будто растворилась. Вечер. Океан. Закат солнца. Она  и ОН, Андрей! Он ее нежно обнимает, потом они встречаются взглядами, тут же растворяясь друг в друге… Их губы так близко, еще секунда и… как гриб из-под земли появляется между ними Наумыч и, хитренько прищурившись, спрашивает: «Все целуешься, Марго, да еще и не с законным мужем? А статья готова?». Марго вскрикнула во сне и проснулась. Села и тряхнула головой. «Надо же такому присниться! И Наумыч так не вовремя со своей статьей!».
Марго поняла, что заснуть ей уже не удастся. Немножко еще пожалела, что сон не имел иного продолжения, более желанного, мысленно  повозмущалась бестактности Наумыча, и, в конце концов, все же призналась себе, что в последнее время работу немного забросила.
Вокруг все ещё спали, она тихонько встала и вышла из хижины. "Сейчас самое время для творчества! Вокруг такая тишина и красота!" Марго невольно залюбовалась восходящим солнцем.  Оно, в отличие от своей холодной подружки, своим появлением на небосводе дарит тепло, и надежду на новый день, новую жизнь. Пребывая в таком романтическом настроении, она взяла печатную машинку и ушла подальше от дома, чтобы никого не разбудить. Марго села на берегу, вставила чистый лист в машинку и задумалась. Набрала название: Экстремальный отдых: за и против. "А как я сама к нему отношусь? Раньше бы без раздумий ответила - только «за»! Но сейчас, в этих обстоятельствах, все больше аргументов «против». И где взялся этот Гальяно со своей безумной идеей? Кто дал ему право вмешиваться в судьбы людей?"
Посидев еще минутку, принялась за работу.
«Отдых - это законное право каждого. И мы сами себе его выбираем с учетом своих потребностей и возможностей. В последнее время все больше приобретает популярности так называемый экстремальный отдых. Можно ли его считать полноценным отдыхом?
Для кого он? Скорее всего, лишь для тех, кому не хватает этого самого экстрима в повседневности, для людей пассивных по жизни. Современный человек в предостаточном количестве имеет этот адреналин ежедневно. И желая отдохнуть, он мечтает не просто о смене обстановке, он мечтает о веселом времяпровождении  в комфортных условиях. Ну, что за отдых в хижине? Что за веселье, когда на голову льет проливной дождь. Как можно получать удовольствие, постоянно преодолевая трудности и решая проблемы?...»

В то время как Марго трудилась над статьёй, все её коллеги мирно спали. Все, кроме Наумыча. Тот встал чуть свет и отправился на рыбалку. Рыбы наловил довольно быстро и ещё до общего пробуждения успел вернуться в лагерь.
Разбудил всех аромат свежей ухи, Наумыч решил порадовать молодёжь. Все, как мыши на сыр, сбежались на запах .
Собрались у котелка, взялись за ложки, набрали аппетитную еду, открыли рты, и уже почти почувствовали ее вкус, как Коля воскликнул:
-  Ой, а чья это ложка? -  и оглядевшись по сторонам: - А где Марго?
- Опять эта курица куда-то влипла! Талант прямо людям жизнь портить, особенно во время еды, - возмутился Зимовский.
Только все разочарованно положили ложки и начали разрабатывать очередной план спасения, как появилась Марго. Она тоже пришла на запах - обоняние обострилось, так как она вчера ещё и не ужинала.
- Явилась - не запылилась, пропажа! А можно полюбопытствовать, где бродим в такую рань? Что, не спится? – съязвил, вместо приветствия Антон.
- Тебя не спросила, что мне делать. Я, в отличие от тебя, не только сплю и ем, а еще и работаю! – ответила Марго.
- Ага, мы заметили...
- Какие вы заметные! Заметки писать не пробовал?
- А он по заметкам только и специализируется! – подметил Гоша.
- Ну, что ты! Он же у нас теперь переведен в статус писателя! Как там статья твоя? Когда будем иметь счастье ее увидеть?
- Сразу после твоей! Я же джентльмен! Даму - вперед!
- Ты - джентльмен? Это что-то новенькое...
- Ну, и ты далеко не дама!
Взгляд Марго стал холодным, и она двинулась на Зимовского.
- Прекратите! – не выдержал Нумыч. – Ваши перепалки уже надоели! Лучше ежьте уху, а то остывает.
- Да, уха - что надо, - подтвердил, облизнувшись, Коля.
Все принялись нахваливать Наумыча и он расцвёл. Марго тоже взяла предложенную ей миску с ухой, при этом, не забыв показать кулак Зимовскому.
После вкусного завтрака Антон решил поработать. Он взял печатную машинку и уже сделал несколько шагов в сторону, как услышал:
- Положи, где взял!
- Чего это? Мне тоже надо статью писать.
-  А при чем тут моя машинка?
- Чего это она твоя? Я тоже...
- Э, нет, Антон Владимирович,  - перебила его Марго. - Вот тут вы не правы! Кто, как не вы, всё время твердили, что это мой рабочий инструмент?
Она спокойно подошла и взяла из рук совершенно обалдевшего Антона машинку.
- А это тебе, - и протянула ему блокнот с карандашом. -  Набор для юного писателя! Дерзайте, юноша!
Антон хотел было сделать ответный ход, но заметил, что оба кавалера не дремлют и передумал.
Антон почесал затылок. «Еще и писать от руки! Вообще страх потеряла! Ладно, с ней разберусь потом. А сейчас надо что-то решать! Может, Люсю заставить писать? Она же секретарь - пусть выполняет свои функциональные обязанности!»
Но с Люсей номер вообще не прошёл: она ответила, что очень медленно пишет под диктовку, да и почерк у неё корявый.
- За что тебе только деньги платят?! - возмутился Антон. – После возвращения надо будет подумать о твоей замене.
- Себе замену найди, - вслед ему тихонько обиделась Люся.
После нескольких неказистых комплиментов Зимовский уговорил Элю быть его секретарём. Но радость его была недолгой. Эльвира возмутилась, услышав только название его шедевра, а буквально после пары озвученных предложений просто швырнула в него блокнот и ушла:
- Сволочь ты, Зимовский!
- Элечка, это же образно. Ты-то - другая!
- Трудись сам! А я – отдыхать!
И Антоше пришлось самому пыхтеть над своим шедевром.

Потихоньку все разошлись из лагеря, каждый выполняя свою работу, или просто гуляя по окрестностям. Марго тоже ушла, чтобы закончить статью, но к полудню она уже вернулась.
В лагере царило оживление. Причиной его был Коля. Он вышел из их жилища, раздувая щёки и пытаясь надуть… мяч.
- Что это у тебя? – спросил Валик.
- Мяч, - сквозь вдох и выдох проговорил студент.
- И ты это от нас скрывал?! – вскочил Зимовский, обрадовавшись находке.
- Да, я забыл о нём. Вспомнил только, когда стали собираться на самолёт.
- Ну, ты, студент, как всегда – кладезь неожиданностей.
Кое-как, обрадованные находкой, общими усилиями мяч надули. После чего Зимовский взял его в свои руки.
-  Ну что? Сыграем? – спросил он довольно, и, увидев приближающуюся Марго, досадливо добавил:
- Вон, и Маргарита Санна идёт.
Марго удивлённо взглянула на мяч:
- Где взяли?
- Коля выродил, - хохотнул Антон.
- Коля, ты нас всё время удивляешь.
Студент обиделся на слова Зимовского и поспешил объяснить Марго, откуда взялся мяч.
Всем интересующимся он повторял то же самое.
- Ну, так что? Будем играть или нет? – не вытерпел Антон.
- А что? Я - «за»! Только переоденусь, - ответила Марго и исчезла в доме.
- Игорь Семёнович, естественно, играть не будет… - язвил Зимовский, довольный тем, что сейчас-то всё и выяснится, и злобные мутанты будут наказаны. – Небось, у него ножка болит или ручка? – продолжал он куражиться.
- Ничего у меня не болит. Сыграю.
- Здорово! – закричал Коля. – Наконец–то я увижу игру местного Марадонны!
Гоша смутился. А Андрей испугался - надвигалась катастрофа, и что-то надо было предпринимать. В случае матча, он уже приготовился сбить с ног Гошу и нанести ему травму, только бы уберечь Марго от разоблачения. В данный момент он бы с удовольствием это сделал.
В скорости вышла Марго, она быстро оценила ситуацию, но ничего не собиралась делать. Начала распределять, кто с кем играет. Когда оказалось, что игроков всего шестеро, дамы отказались от игры. Она взяла себе в команду Гошу, гневно блеснув глазками на Андрея. Студент напросился к ней в команду сам. Коля был счастлив: с такими игроками им победа обеспечена, в этом он был уверен!
Чего не скажешь о Валике. Он возмутился, что та команда намного сильнее, и Гоша с Марго должны играть в разных. Зимовский ему пытался возразить и даже намекал что-то про мутантов, но его никто не слушал. Пока они спорили, Гоша взял мяч и начал набивать им, считая сколько раз сможет ударить по мячу не уронив его, как когда-то Марго, чем привёл в неописуемое замешательство Зимовского. Тот забыл, что хотел ещё сказать и стоял с открытым ртом. А Коля с Валиком принялись восторгаться.
Андрей взглянул на Марго и, увидев её ухмыляющееся лицо, всё понял. Марго пыталась сдержать улыбку, видя, что творится с Антоном, который не мог и предположить, что это всё, что умеет новоявленный Марадонна. Он не понимал, что происходит и посматривал то на Марго, то на Гошу. В его голову стали закрадываться смутные сомнения, а не поменялись ли они опять. Зимовский посмотрел ещё раз на Марго и обо всём догадался: «Выдрессировала!». Это его вывело из себя - шанс разоблачить мутантов становился более призрачным. 
Заспорили ещё сильнее и пришли к выводу, что Гоша должен стать на ворота, иначе будут не равные команды. На том и остановились, к досаде Антона.
Наконец они начали матч. Марго понимала, что играть против Антона с Андреем будет нелегко, но, к её удивлению, Коля неплохо бегал, и они легко сыгрались. Чего не скажешь о противниках. Зимовский возомнил себя пупом земли и отдавал распоряжения. Андрею это не нравилось, и он не обращал на того внимания. Зимовскому осталось помыкать только Валиком.
Сначала играли налегке, никто особо не утруждался. Но уже после первого забитого мяча, причём в ворота команды Марго, начали шевелиться. Мяч забил Андрей и Марго, пробегая мимо него, сказала:
- Тебе просто повезло.
- Сомневаюсь, - парировал он.
Зимовский взглянул на неё с видом победителя.
- Рано радуешься, - ответила тому и, подбежав к Коле, что-то ему сказала.
- Никакие уловки тебе не помогут, - крикнул ей на это Антон.
Марго хотела показать ему комбинацию из среднего пальца, но сдержалась.
Матч стал более напряжённым. Марго с Колей несколько раз ходили в атаку, но Антона с Андреем было трудно обыграть, и хоть действие в основном происходило на их половине поля, счёт всё ещё оставался 1: 0. Гоша откровенно скучал на другом конце. В те редкие атаки, что на него обрушивались, Марго брала защиту на себя, помня про первый забитый гол. И хоть Марго была лучшим нападающим, защита была надежнее у соперников.
Для Андрея игра ещё осложнялась тем, что он не хотел причинить вред Марго. Как только она оказывалась рядом, он замедлял бег, стараясь её не задеть. Марго же, наоборот, в пылу игры налетала на него с разгону. И эти столкновения и, естественно, соприкосновения вообще нейтрализовали Калугу на какое-то время. Вот этим Марго и поспешила воспользоваться. В то время как Коля четко выполнял поставленную перед ним задачу - путаться под ногами у Зимовского, Марго обыграла без труда замедлившегося Андрея и вышла один на один с Валиком. Здесь силы, конечно же, были неравными, и она без труда забила мяч в ворота противников. Счет сравнялся.
- Еееессс, - закричала Марго и обняла подбежавшего студента.
Студенту позавидовали сразу двое мужчин.
Игру продолжили в том же духе. Андрей понял её уловки, но не мог на них не поддаваться.
Остаток первого тайма прошел напряженно, но безрезультатно. На перерыв ушли с ничейным счетом.
В перерыве Зимовский что-то долго объяснял Валику, активно жестикулируя, тот пытался возразить, но возражать Антону было бесполезно, и он согласился. Андрей не обратил на это никакого внимания так, как в очередной раз засмотрелся на Марго, которая тоже времени зря не теряла и что-то, сильно жестикулируя, объясняла студенту.
В начале второго тайма Марго с Колей разыграли шикарную комбинацию, которую придумала Марго в перерыве и почти без сопротивления, с подачи Коли она забила угловой. Это привело в ярость капитана соперников. И пока Марго с Колей торжествовали, Зимовский орал на Кривошеина, обвиняя его не только в том, что он пропустил уже второй гол, но и во всех смертных грехах. Антон взял небольшой тайм-аут, и после него на ворота стал Андрей. В этих действиях никто и не заподозрил, что Зимовский придумал свой коварный ход.
Когда матч продолжили Валик, по его наставлению, поставил подножку Коле и тот, падая, естественно, наделал много шума, чем и отвлек  Марго от защиты ворот. Этим и воспользовался Зимовский, чтобы забить очередной гол.  Счёт опять сравнялся.
До конца второго тайма оставалось не так много времени.
Марго в самую ответственную минуту матча демонстративно сняла футболку и осталась в сексуальной маечке. Облизнула губы: «Жарко».
Мужики загудели то ли одобрительно, то ли возмущённо, а болельщики, в основном дамы, захихикали. Матч стал ещё веселее, мужчины останавливались, засматриваясь, а Марго воспользовавшись их замешательством, забирала мяч.
- Молодец, Марго! - кричала Галя.
Они с Люсей болели за её команду. За соперников  болели Майя с Эльвирой. Кривошеин обижался, что жена против него, и она в перерыве, на ушко шепнула, что она болеет за него, просто надо же кому-то и другую команду поддерживать.
В таком «убийственном виде»  Марго вышла один на один с вратарём. Андрей, глядя на неё, замешкался всего на секунду, но этого было достаточно, она забила решающий гол.
- Гол! – закричали болельщики и игроки.
Выигравшая команда кинулась обниматься между собой и с болельщиками. Когда шум немного утих, Майя, до сего момента болевшая за Андрея, не выдержала и громко сказала:
- Не особо-то по-спортивному досталась победа.
- Что? – Марго обернулась к ней.
А все притихли в ожидании.
- Я говорю, не честно вы выиграли.
- Вы сейчас мне? – удивлённо спросила Марго.
Вид у неё сейчас был хулиганский. Волосы, собранные в хвост, растрепались. И небольшие пряди прилипли  к лицу. В короткой маечке и шортах она выглядела как шпана, но чертовски соблазнительно.
- Вам, - с тем же вызовом ответила Майя.
- Языком чесать - не мешки ворочать, - с презрением бросила Марго.
- Почему же только языком, давай сыграем.
- С тобой? – тон Марго был откровенно хамским.
Назревал скандал. Народ притих в ожидании, что же будет.
Зимовский закатил глаза, уже мечтая о драке. Он так реально представил их дерущихся, что расплылся в улыбке.
- Со мной, - Майя не обращала внимания на её выходки. – Между прочим, я играла в женской сборной и довольно не плохо.
- В женской?! – Марго ухмыльнулась.
- Так, что сыграем?
- Нет желания.
- Трусишь?
Зря Майя это сказала. Ответ не замедлил себя ждать.
- Я?! Сыграем! Один на один.
- Идет.
- Коля, кинь мячик,- попросила Марго.
- Нет, не сейчас, - остановила её Майя.
- Трусишь? 
- Нет, просто ты уже уставшая и силы будут не равны.
- Считай, что я тебе даю фору.
- Мне не нужны твои форы. Сыграем завтра. На этом же месте.
- В этот же час.
На этом спорщицы разошлись.
Этот инцидент не омрачил радость победы команды Марго. Возвращаясь в лагерь, продолжали обсуждения игры, снова и снова восхищались мастерством Марго. Молчал только Зимовский, он весь позеленел от злости. «Ну, почему же так хронически не везет? А, может, она, действительно, того… ведьма?». Он исподлобья взглянул на виновницу всех его бед и несчастий. «Ладно, будет когда-то и на моей улице праздник! Я терпеливый, я дождусь!».
Первый на этом острове дружеский матч по футболу решили отметить вкусным обедом. Он прошел на «ура». Галочка, как всегда была на высоте. Марго сразу же после трапезы отыскала Наумыча, который уединился и о чем-то замечтался, закрыв глаза.
- Борис Наумыч! – тихонько позвала его подошедшая Марго.
- Что? – спросил, не открывая глаз.
- Я вам статью принесла…, - начала она. – Но можем отложить ее.
- А, это ты, Марго! – протянул Егоров и добавил уже бодрее: - Зачем же откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?! Это меня после обеда немного разморило. Давай сюда свой шедевр, посмотрим, почитаем…
Он начал читать с интересом, но по мере прочтения его лицо становилось все более мрачным.
- Марго, ты знаешь, что я люблю тебя, как дочь, и ценю, как профессионала...
- Вам не понравилось?
- Не то, чтобы не понравилось. Просто как-то пессимистично. Где же аргументы "за"?
- Я их не нашла.
- Что, так плохо все? – участливо спросил Егоров.
- Нет, все хорошо. Я еще подумаю…, - Марго забрала свой опус и ушла.
- Подумай, подумай. Время у нас еще есть. Глядишь, чего-нибудь повеселее надумаешь…
Наумыч грустно посмотрел ей вслед: « Ну, что у нее в голове? Молодая, красивая, талантливая, рядом любимый… тут, конечно, неоднозначно… Но все равно странно. У  меня аргументы только "за", и ни одного "против"! Ну, разве, что по внуку соскучился...». Егоров снова замечтался, но вскоре вспомнил: «Зимовский! Где его статья? Сейчас я ему!». Наумыч решительно направился на поиски нерадивого писателя. И вскоре его нашел, обнимающимся с Эльвирой. Подойдя, он кашлянул:
- Не помешаю?
«Уже!», - подумал Антон, он так старался помириться с Элей после дневной размолвки. Пришлось даже изображать из себя раздавленного горем из-за поражения, лишь бы она сжалилась и простила. И только Эльвира была доведена до нужной кондиции, как появился этот …
- Ну, что вы, Борис Наумыч! – расплылся в улыбке Зимовский. – А я вас везде ищу!
- Я заметил, прямо с ног сбился в поисках!
- Ну, Борис Наумыч...
- У тебя пять минут, чтобы завершить любезности здесь и жду тебя в лагере со статьей!

Действительно, совсем скоро Антон объявился в лагере и протянул Наумычу несколько листиков исписанных разным почерком.
- Что это? - удивился Егоров, разглядывая абсолютно нечитабельные каракули. - Антон, ты что, издеваешься? Не знал, что у тебя такой некаллиграфичный почерк! А напечатать слабо? Или ты уже разучился?
- Это Марго виновата! Она мне машинку не дала! - начал оправдываться Зимовский, указывая при этом пальцем на "жадину".
- Детский сад, ясельная группа! - со вздохом констатировал Наумыч. - Ладно, читай сам!
- Как? Вслух?
- Нет, про себя! - Егоров начинал закипать. – А я буду твои мысли слушать!
- Спокон веков повелось, что мужчина - добытчик и охранник, а женщина - хранительница очага, - выразительно начал Зимовский.
Егоров одобрительно закивал головой. Народ тоже с интересом прислушался.
- На мужчине всегда лежит большая ответственность, в то время как удел женщины – дом и дети. И для женщины это все естественно и не в тягость. А если человек не устает, то и отдых ему особо не нужен.
- Вот, оно, куда ты клонишь? – удивился Егоров.
Женская часть населения острова возмущенно переглядывалась.
Антон невозмутимо продолжал:
- Конечно, есть работающие женщины, но их работа не очень тяжелая и ответственная, без напряга. Спросите о женщинах-руководителях? Это вообще нонсенс! Женщина не может быть грамотным и успешным руководителем! - на последних словах он с вызовом посмотрел на Марго.
В лагере поднялся возмущенный гул.
- Удивил, Антон Владимирович, удивил! Интересная у тебя жизненная позиция! – крякнул Егоров. – Надеюсь, ты понимаешь, что это мы не сможем напечатать?
- Это почему же?
- Да хотя бы в целях твоей личной безопасности! Ты же не сможешь спокойно ходить по улицам Москвы после таких опусов!
- Ему до Москвы дожить еще надо! – с нескрываемой угрозой произнесла Галя, держа в руках ножичек. Все женщины в знак согласия закивали.
- Ладно, признаю, немного резковато получилось, - Зимовский понял, что перегнул палку.
- И все? - женщины были крайне возмущены.
- А что мне голову пеплом посыпать или пойти с горя утопиться?
- Лично я, за второе! - не сдержалась Марго. – Проголосуем?
- Нет. Наказание будет более суровым, - улыбнулась Галочка и перешла на официальный тон: - Антон Владимирович Зимовский, вы признаетесь виновным в оскорблении женщины и нарушении ее прав! Вы приговариваетесь...
- К высшей мере наказания! - подражая ее тону, продолжила Марго.
- И приговариваетесь, - Галя была невозмутима. - К наряду вне очереди на кухне! Будете мыть посуду после ужина! Начнем разрушать стереотипы, сложившиеся исторически!
Дамы одобрительно захлопали, а Марго даже засвистела.
- Молодцы, девушки! – поддержал Наумыч. – И наказание – то, что доктор прописал!
Антон не рискнул противиться наказанию, но зуб на Марго вырос до небывалых размеров. Она снова была виновна в его злоключениях…
После ужина вся грязная посуда была торжественно передана «приговоренному». Антон, скрипя зубами, отправился отбывать наказание. Женщины были довольны – их обидчик получил по заслугам!

0

18

Глава 17

Насыщенный событиями день и вкусный сытный ужин сделали свое дело – народ дружно отправился в постельки. Но среди них не было двоих…
- Не спится? - тихо спросил Андрей, подойдя к сидящей у почти потухшего костра Марго.
- Тебя не касается ни мой сон, ни явь, - ответила раздражённо.
- Я бы хотел, чтобы касались!
- А больше ничего не хочешь? Иди, вон Майю свою целуй. Бабник!
- Ты тоже не плохо с Гошей развлекаешься.
- У тебя нет никаких прав меня упрекать в этом.
- Есть! Я люблю тебя и ты меня любишь!
- Это ничего не меняет. Уже не меняет...
- Нет, все еще можно изменить! Только надо на это решиться!
- Это кто мне о решительности говорить будет?
- Я знаю, что в сложившейся ситуации большая доля моей вины.
- Мы оба виноваты, - уже спокойнее сказала Марго
- Ну, раз оба виноваты, то, может, вдвоем все исправим?
Марго подняла на него глаза:
- Я не знаю... как всё исправить...
- Давай, начнем! Главное, начать!
Она отрицательно покачала головой:
- Затмения никто не отменял...
- Но у нас же в первый раз получилось! И мы выполняем главное условие - любим друг друга!
- Этого мало. Как оказалось. Мы сами всё разрушили.
Марго развернулась и пошла в хижину.
«Сами разрушили, сами и исправим», - подумал ей вслед Калугин.
«А, может, действительно, стоит попробовать?», - уходя, она чувствовала, как он провожал ее взглядом. «Отбросить все страхи и условности и, как в омут с головой? Вдруг счастье так близко?» - пронеслось у нее в голове, это ее измученное сердечко несмело о себе напомнило, но она усилием воли заставила его замолчать…
Андрей, оставшись в одиночестве, был полон решимости: «В этот раз я не отступлю!»

Зимовский ворочался с боку на бок, пытаясь уснуть, но это никак не удавалось.
Мысли о мести Марго разогнали весь сон. И не только Марго, а всем. Всем, кто посмел насмехаться над ним!
«Что-то они в последнее время совсем осмелели. Может, климат здесь какой-то...
И этот  марксист-ленинист им во всем потакает! Это ж надо так ронять мой авторитет на глазах подчиненных! Ну, ничего! Они у меня еще за все ответят! Я им устрою!»
Зимовский тихонько встал и огляделся по сторонам: все крепко спали. Коля даже во сне хихикал. Антон сразу же воспринял это на свой счет. «Что, студент, до сих пор тебе смешно?»
- Ага, - вдруг сквозь сон ответил Коля.
- Ни фига себе, - опешил Антон.
После такого наглого ответа у Антона появилось дикое желание разбудить студента и вытрясти из него  над чем или кем он так хохочет и если... но его внимание привлекла пустая постель Калугина. «А этот где? А, главное, с кем? Ню-ню...»
Тут Антон вспомнил о своей миссии и, хитренько улыбнувшись, отправился в женскую половину.
Спустя минут десять, он вышел из спальни, крепко сжимая в руке нечто ценное для него, и когда уже хотел было выдохнуть с облегчением, что все удалось, столкнулся нос к носу со своим злейшим врагом - Марго.
Сразу же спрятал руку за спину.
- Какие люди и без охраны!
- Ты что делал у нас в спальне? - задала напрямик вопрос Марго.
- Как что? Заходил пожелать любимой спокойной ночи! - совершенно невинно и даже немного возмущенно ответил Зимовский.
- И как? Пожелал?
- Да. А еще забеспокоился, где это наша Маргарита Александровна шляется по ночам, причем, когда ее законный муж уже давно сопит в две дырочки?!
- А ты лучше о себе беспокойся, писатель-недоучка! И об охране это тебе надо задуматься, а то остров дикий, мало что может случиться! - Марго развернулась и, не давая возможности ответить, ушла в спальню.
«Остров дикий…Коза!»  - мысленно выругался Зимовский, но потом успокоился и, еще крепче сжимая кулак, с улыбкой отправился  в мужскую половину дома.
Марго вошла в спальню и глянула на Эльвиру. Она крепко спала, немного похрапывая. «Наверное, не только пожелал, а еще и колыбельную спел...» Она еще не пришла в себя после разговора с Андреем, поэтому, ничего не заподозрив, улеглась в постель и погрузилась в воспоминания.
Вскоре и Марго захватил в плен сон. На острове установилась почти идеальная тишина. Казалось, даже природа уснула. Не спал только Андрей. Он еще долго сидел на берегу и, молча, смотрел на желтый диск Луны...

Утром все с удивлением смотрели на Зимовского и не узнавали его. Он улыбался всем самой обворожительной (на его взгляд) улыбкой, желал всем самого доброго утра и даже добровольно вызвался помочь Галочке на кухне. Дескать, хочу полностью искупить свою вину.
Коля все еще находился под впечатлением от вчерашней победы и был невероятно горд собой. Он же тоже победитель! Вот если бы и ему так научиться играть, как Марго и Гоша! Он взял мячик и попробовал им набивать, как Гоша перед матчем, но не получалось. Он начал приставать к Марго, но та отмахнулась. И тут он заметил скучающего Гошу и предложил ему поиграть. Они увлеклись.
Но у Коли все никак не получалось. Он расстроился и в сердцах ударил по мячу и ... забил гол прямо в котелок с завтраком!
Немая сцена. Галя от возмущения не могла сказать и слова, но схватилась за половник. Гоша только успел сказать: «Беги, Коля, беги», а студента уже не было в поле зрения.
И снова всех удивил Зимовский, который буквально зарычал от злости и пустился за Колей вдогонку.
Галя опустила половник и спросила у подошедшей Марго:
- Что это с ним? Неужели такой голодный или своего труда стало жалко? Странный он сегодня какой-то... Не переборщили мы с ним?
- Я, кажется, все поняла, - Марго подняла из травы почти пустой знакомый пузырек.
- Вот, гад! - Галя была в возмущении. - А я почти поверила в его раскаяние!
- А, давай, ему повторим деликатный симптом и обеспечим раздумья на лоне природы о своем поведении! - загорелась Марго.
- Нельзя, - подошла Майя, она была неподалеку и все слышала. - Это небезопасно для его здоровья. И еще это лекарство может нам пригодиться. Мало ли что... – и, пренебрежительно задрав голову, ушла.
- А что, все оставим так? Безнаказанно? – удивилась Галя.
- Конечно же, нет! У меня есть еще один план, - с видом заговорщика произнесла Марго.
Услышав его, Галя сначала рассмеялась, а потом недоверчиво спросила:
- Марго, ты думаешь, он на такое согласиться?
- У него нет выбора! В противном случае мы все расскажем общественности. А это смерти подобно. А так еще немного повеселит народ. Так сказать компенсация!

Тем временем марафон проходил по недавнему сценарию. Коля скрылся в зарослях хлебных деревьев. Зимовский немного остыл уже и, понимая бесполезность преследования, направился обратно в лагерь, где его уже поджидали.
Только он появился, как  к нему сразу же направилась Марго:
- Ну, что, Антоха, снова решил пошутить? Не научила тебя жизнь…
- Ты о чем? – удивился тот.
- А вот об этом, - и протянула флакончик с остатками лекарства.
- И что это? – Зимовский и глазом не моргнул.
- Отпираться глупо, а ты ж у нас себя вроде умным мужиком считаешь.
- Ты тоже мужиком был умным, а баба из тебя не очень…, - ухмыльнулся Антон. – Без доказательств все твои обвинения и выеденного яйца не стоят!
- Хочешь доказательства – получай! Твой ночной визит на женскую половину, невиданное усердие в приготовлении завтрака, неадекватная реакция на Колину шалость и вот эта находка как раз на том месте, где ты стоял…
- Это, говоря юридическим языком, всего лишь косвенные улики, - Зимовский был непоколебим.
- Юридическим говоришь? Давай и так! Проведем следственный эксперимент: там, в котелке, кое-что осталось, где-то на одну порцию…, - Марго пристально посмотрела в глаза противнику, тот не выдержав, отвел взгляд. – Попробуешь? Но имей в виду, что для твоего здоровья рецидив  «тропической болезни» небезопасен, тем более в наших условиях.
- А если я просто откажусь? Что ты мне можешь сделать? – Зимовский деланно храбрился.
- Да я просто расскажу всем о твоей невинной шалости, и тебя накормят силой!
Антон сник.
- Чего ты хочешь?  Твои условия?
- Вот это я понимаю деловой разговор по-мужски! – Марго хлопнула его по плечу.
- Была бы ты мужиком…
- Если бы я была мужиком, наш разговор был бы намного короче… Но, а поскольку я женщина, то слушай мои условия…
По мере озвучивания этих самых условий лицо Антона вытягивалось:
- Ты, что совсем больная? Я на это никогда не соглашусь!
- Хозяин – барин! – Марго резко развернулась и обратилась к общественности:
- Народ, а у меня есть интересная новость…
Антон дернул ее за руку:
- Хорошо, я согласен, но ты еще об этом пожалеешь!
- Пока мне жалко только тебя! Права народная мудрость: не рой яму другому…  Ты подумай, Антошка, народ-то плохого не посоветует!
- Так какая новость? – поинтересовался Валик.
- Да я вот поделилась нею с Антоном Владимировичем, и он не считает ее такой уж интересной. Так что, извините за беспокойство.
- Галочка, а как насчет пожевать чего-нибудь? Очень хочется! – с мольбой в голосе спросил Валентин.
- Скажи «спасибо» своему другу-футболисту! – тут же ответила супруга. – И вместо того, чтобы помочь, он отсиживается где-то в кустах!
- А я совсем и не против помочь! – раздался Колин голос из… кустов. – Я же с радостью!
После этих слов появился и сам его хозяин полностью «затаренный» фруктами.
- Народ, простите меня! Я ж нечаянно…
- Да ладно, Коля, все, что не делается, все к лучшему! – улыбнулась Марго и подмигнула Гале. – Мы на тебя совсем не сердимся! Правда, Антон Владимирович?
- Правда, Маргарита Александровна! – передразнил ее Зимовский и зло глянул на студента. Теперь у него появился еще один объект для мести, присвою ему номер два, ведь в первую очередь надо разобраться с ней…   
- А я совсем не голодная еще. А вот от кофейку бы не отказалась…, - мечтательно произнесла Марго.
- Маргарита Александровна, вы слишком много пьёте кофе! Это вредно! Вот и отдохнёте от него здесь, на острове, глядишь и отвыкните. Кофе – это яд, - заботясь о здоровье начальства, начала Галя.
- Ой, Галочка, я бы с большим удовольствием отравилась. Как подумаю о кофе, у меня аж ломка начинается.
- Мне кажется, я видела неподалёку кофейное дерево, - вмешалась в разговор Майя.
- Да? – оживилась Марго. – Если и так. Вы предлагаете самим изготовить кофе?
- А что?! Теоретически это возможно. Зёрна обжарить на костре, растолочь…
- Почему бы и нет, - вскочила Марго. – Покажете где?
Майя пожала плечами: «Идёмте!»
Андрей поднялся.
- Я с вами.
- Это ещё зачем?
- Не стоит!
Одновременно ответили Майя и Марго.
- А разве мужская помощь вам не понадобится? На дерево влезть или…
- Мы сами можем,  - перебила Марго. – И зёрна сами донесём, - добавила, предваряя его предложения.
- Андрей, не волнуйся за нас, мы сможем за себя постоять, если что, - Майя сказала так нежно, глядя ему в глаза, провела рукой по его груди.
У Марго от злости сжались кулаки и появилось дикое желание пустить их в ход.
- Вы идёте? - процедила она сквозь зубы Майе.
- Да, конечно, - и она очаровательно улыбнулась Андрею.
Видя состояние Марго, тот совсем не хотел их отпускать одних, но дамы не оставили ему выбора.
Какое-то время они шли молча. Со стороны это выглядело так - две красивые женщины неторопливо прогуливались, задумавшись каждая о своем. Но это было обманчивое впечатление. Внутри каждой бушевала буря эмоций.
От зоркого глаза Зимовского не укрылась крайне накаленная атмосфера между дамочками. «Чую, будет драка! Не могу пропустить такое! Надо срочно занять места в первом ряду! Только кое-что захвачу...»
Антон быстренько мотнулся в дом и довольный пустился вдогонку... по кустикам.
Отойдя на приличное расстояние от лагеря, Майя начала разговор:
- Марго, мне нужно с вами серьёзно поговорить.
- Говори, - не вежливо отозвалась та. - И можно без церемоний - на «ты»!
Майя немного замялась:
- Хорошо, будем на «ты». Марго, ты своими действиями только осложняешь всем жизнь.      - Это тебе что ли?                                                                                                     
- Не только…  Ещё Андрею, Гоше.
- А ты у нас посланец мира?!
- Почти... Послушай, ты ведь сделала свой выбор. Оставь Андрея в покое!
- Тебя не спросила, что мне делать!
- То есть брак для тебя не имеет значения?
- Не тебе судить, что имеет для меня значение, а что нет!
- Знаешь, у меня такое огромное желание заехать тебе хорошенько.
- Опа, у меня такое же. Ну, рискни.
- Ну, давайте, дорогуши, давайте! Меньше текста, больше дела! - Антон в кустах просто сгорал от нетерпения. - Как же хорошо, что у меня моя мыльница в рабочем состоянии! Это же надо запечатлеть для истории! Снимок года! Это ж можно сразу на обложку! Посмотрим, курицы, кто кого!
- Я серьёзно, - продолжала Майя, - Может, разомнёмся? Иногда хорошая драка, лучше всяких слов.
Марго презрительно глянула на соперницу.
- Я не бью женщин.
- Странные у тебя принципы.
- Какие есть, все мои.
- И это все? - Зимовский был крайне разочарован, поняв, что «кина не будет» и фоторепортеру ничего не обломится. - Вот, что значит бабы! Потрепались, потрепались и ... ничего!
Махнув рукой, полез по кустам обратно в лагерь.
Андрей тоже не мог оставаться на месте. Он беспокоился, как бы Марго чего не натворила,  и, не выдержав, последовал за девушками. Он осторожно шёл, так, чтобы его не заметили.
На него-то и наткнулся Зимовский, когда возвращался назад.
- И ты ту да же?!  - Антон хмыкнул. – Расслабься, драки не будет. Бабы! Лишь бы трепаться, - сказал и исчез в кустах.
Успокоенный Андрей вернулся в лагерь.

- Марго, так дальше не может продолжаться, ты делаешь только хуже себе и другим, -  настойчиво пыталась достучаться до неё Майя. - Напряжение, которое между вами уже ощущают все.
- Да?! Ну, так, расслабься, чего ты такая напряжённая?
- Не перевирай, я не собираюсь соревноваться с тобой в острословии.
- Да уж, куда тебе.
- Ты не выносима, - Майе от злости хотелось стукнуть её хорошенько.
- А ты меня не выноси, - Марго откровенно потешалась.
- Дай мне хотя бы шанс.
«Фиг тебе, попрошайка», - подумала Марго.
- Хорошо, давай договоримся: я сыграю достойно в футбол – ты оставляешь Калугина в покое, - закинула удочку Майя.
- Мммм, Майя Никаноровна, а вы - азартная женщина! А мне казалось, что психологи - народ вообще без эмоций.
- У вас неправильное представление  о психологах в общем, и обо мне в частности.
- Ну-ну... Вам виднее... Долго нам ещё идти? Где кофейное дерево?
- Да нет его! Я все придумала, чтобы поговорить с тобой.
- А вот это уже не смешно. Я бы за такое тоже врезала.
- Поздно. И потом, Галя же сказала, что кофе вредно…
И развернувшись, пошла в лагерь.
- Вот, зараза, - Марго последовала за ней.

Они были уже почти в лагере, когда с невероятной скоростью небо заволокло тучами и начали падать первые тяжёлые капли дождя.
- Что это, дождь? – с удивлением заметила Майя.- Здесь так редки дожди, даже странно.
- Дождь…- Марго замедлила ход.
Майя не заметила, что она отстала, потому что побежала под навес.
В лагере все поспешно собирали вещи и сносили в дом. Дождь всё усиливался и МЖовцы спрятались под навес хижины.
Но не все…
Марго и не собиралась прятаться. Она стояла под дождём, ловя тёплые капли, подставив лицо стихии. Раскинула руки в стороны, как будто пыталась обнять этот дождь.
Андрей смотрел на неё из укрытия и не мог сдержать улыбки, он тоже обожал дождь… хотя любить он стал его совсем недавно, когда она впервые сказала: «Люблю»… Он так хотел побежать к ней, обнять, прижать к себе, такую мокрую и зовущую. Это было нестерпимо, он даже сжал кулаки. Но он был не один.
За Марго наблюдали все сотрудники.
- Гоша, что ты стоишь! Забери её в дом, - забеспокоилась Галя.
- Я не думаю, что это нужно, ей нравится мокнуть.
- Она же простудится! – возмутилась такому равнодушию Галина.
- Не простудится, дождь тёплый.
- Это он сравнительно тёплый, а после жары можно и простудиться.
- Ладно, - и Гоша с неохотой побежал к ней.
Он оказался прав, Марго не хотела идти в хижину. Гоша пытался какое-то время её уговорить, но она - ни в какую.
Далее МЖовцы с хохотом наблюдали картинку, как он гонялся за ней по берегу.
Терпение его, наконец, лопнуло, и он вернулся под навес.
- Что? – хохотал Валик. – Ускользнула, русалка.
- Попробуй сам, - сквозь смех проговорил Гоша.
- Не, я не могу, - Кривошеин тепло посмотрел на Галю. – У меня своя.
- Заберите её, в конце концов, ведь, правда простудится, – забеспокоился уже и Наумыч.
Это было как сигнал Андрею, он плюнул на правила приличия и побежал к ней.
Но Марго и от него стала убегать. Под навесом зрители опять засмеялись.
Андрей оказался ловчее и таки догнал её. Но Марго так просто решила не сдаваться: она сопротивлялась, всё время выскальзывала,  и Андрею не оставалось ничего другого, как поднять её и взвалить на плечо. Марго не успокоилась и в таком неудобном положении, тарабанила его по спине кулачками всю дорогу, пока он её нёс под укрытие.
Зрители расступились, пропуская мокрую парочку. Андрей поставил её на ноги. Марго стукнула его по груди, во все стороны разлетелись брызги воды:
-  Я не просила меня сюда вносить. Почему никто не считается с моими желаниями?!
Андрей не мог сказать ни слова, она была так близко, такая желанная…Он отвернулся и, молча, ушёл.
- Марго, так нельзя, ты можешь простудиться и заболеть, - поучительным тоном сказал Наумыч. – Иди, переоденься.
На этом инцидент был исчерпан, все разошлись.

Дождь лил, как из ведра, который час подряд. Все сидели в доме и скучали.
- У меня есть предложение! - загадочно улыбаясь, сказала Майя.
- А давайте проведем еще один тест! - имитируя ее голос, продолжил Зимовский.
- А как вы догадались? - удивилась психолог.
- Мысли ваши читаю! - буркнул Антон и, повернувшись к Валику, добавил: - Типа она могла предложить что-то другое!
- А, может, лучше в города поиграем? - Коля, помня предыдущий тест, не хотел снова чувствовать себя, как на экзамене.
- Не, давайте в крестики-нолики! Это более интеллектуальная игра! - захохотал Зимовский.
- Или в морской бой! - поддержал его Валик.
Майя сделала вид, что обиделась и умоляюще глянула на Андрея, а потом на Гошу. Марго все заметила, но решила пока не реагировать. «Поквитаемся на футболе! И где взялся этот дождь? Все планы разрушил!»
- Народ, давайте для начала выслушаем человека! Она же для нас старается! - вступился Андрей.
- Да! - поддержал его Гоша.
«Капец!» - подумала Марго. – «Какие же эти мужики - ослы! Ведутся на такой дешевый спектакль!»
Но тут включился Наумыч, и споры были прекращены. Утихомирив шутников, он предоставил слово психологу.
- Есть интересный тест на тему ассоциации с животными. К нему можно относиться и серьезно, и воспринимать, как шутку.  Но в каждой шутке есть, как говорится, только доля шутки! - увлеченно начала Майя, она  была в своей стихии.
Быстро, пока никто опять не начал опять острить,  раздала всем листочки и карандаши и продолжила:
- Не задумываясь, напишите в столбик наименования трёх животных - звери, птицы, рыбы... Всё, что связано с живым миром и кому как нравится. Пишите только в той последовательности, в какой они вам на ум приходят. Не меняйте их местами и не меняйте на других! И долго не задумывайтесь! Готово?
- Теперь на обороте попробуйте их нарисовать! Только не подписывайте рисунки, будем потом отгадывать! Должно быть весело! - глаза Майи озорно засветились.
Как ни странно, но народ увлекся и занялся художеством с азартом.
Когда с рисунками было покончено, перешли ко второму этапу теста.
- Здесь можно будет подумать,- продолжила Майя. -  Напротив каждого животного напишите тремя содержательными словами его характеристику - какое оно (характер, привычки, стереотипы, инстинкты, рефлексы, поведение, внешние признаки, положительные или отрицательные качества и т.д.) Постарайтесь уложиться в три слова для более ясной картины. Не важно, в какой последовательности вы описываете этих животных. Написали?
- Теперь сдавайте мне свои листики.
- А подписывать надо? - спросил студент.
- Обязательно, Николай! - подколол его Зимовский. - Потом же оценки выставлять будут! Лучшему - премия! Худшего – в угол!
- Нет, подписывать не надо! Так же интересней! Если не угадаем - тогда автор назовется, - пояснила Майя, собирая «работы». - Теперь поясню ключ к тесту, разгадку. Итак, животное под номером один в вашем списке - с ним вы себя ассоциируете. А, следовательно, его характеристика присуща и вам. Животное номер два - с ним вас ассоциирует ваше окружение. Животное номер три - это ваша суть, оборотная сторона.
Народ зашумел, начали делиться впечатлениями, кто согласен с результатами, а кто нет.
- И в пользу определенной доли достоверности этого теста, приведу такой пример. Знакомый психолог тестировал так студентов. Собрал подписанные листочки с двумя этапами для анализа - близнецы, сидевшие в разных углах аудитории, написали одних и тех же животных, в одинаковой последовательности и... во множественном числе! Ну, что начнем?
У всех в глазах засветился какой-то детский азарт и дружно ответили:
- Начнем!

0

19

Глава 18

Майя взяла первый листочек и улыбнулась.
- Показывайте всем! - нетерпеливо попросил Коля. - Нам же тоже интересно!
Майя начала демонстрировать художества. Рисунки показывала по одному, прикрывая другие чистым листом. На первом рисунке без труда угадали лису.
- Итак, этот человек считает, что ему присущи..., - Майя прочитала характеристики: - Красота, ум, хитрость.
Приоткрыла следующий рисунок.
- Окружающие видят в этом человеке..., - Майя не стала продолжать.
- Змею! - выкрикнул Коля, довольный, что догадался.
- Так это же наша Маргарита Александровна! Автопортрет! - не сдержался Зимовский.
- Ядовита и очень опасна! - прошипела ему Марго. - Держись подальше, а то...
- Подождите, прочитаем, что же художника привлекло в этом животном. Итак, мудрость, коварство, опасность.
- А вот и обратная сторона нашего загадочного автора! - Майя открыла последний, третий рисунок.
- Рыбка, - удивленно сказала Галя. - Причем, золотая, как я понимаю...
- Да, - подтвердила Майя. - Дорогая, исполняет желания поймавшего в свой невод, но свободная - нелегко удержать в руках.
- И кто же это? – Коля вертел головой по сторонам, пытаясь угадать по выражению лиц.
- Ну, если дорогая, золотая, то это наш финансовый директор! – проявил смекалку Валик и оказался прав – Эльвира заулыбалась в ответ.
- А еще, потому что красивая и умная! – поспешил реабилитироваться Зимовский и прошептал на ушко «рыбке»: - А мое желание исполнишь?
- Уверен, что поймал уже? – загадочно улыбнулась в ответ.
«Рыбак» и «рыбка» еще какое-то время мило шушукались, а Майя взяла второй листик.
Первым на нем был изображен волк.
- Сильный, вожак стаи, бесстрашный, - прочитала психолог и приоткрыла второй рисунок.
- Медведь! – почти хором ответила общественность.
- Точно! – подтвердила Майя. – Для окружающих этот человек неповоротливый, авторитетный и … добрый. А в душе он … большой, мудрый и справедливый, - открылась третья картинка, изображающая слона.
- Борис Наумыч! Это точно вы! – широко улыбнулась Марго и приобняла сияющего Егорова.
- Ну, раз угадали, идем дальше, - Майя взяла следующий лист и, взглянув на него, еле-еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.
Первое изображение отгадывали долго, но все же «узнали» в нем попугая.
- Яркий, болтун и шумный, - прокомментировала Майя.
Когда открылся следующий рисунок, то на лицах у всех непроизвольно появилась улыбка. Рисунки этого автора напоминали детские – неумелые, но позитивные и смешные. Второе животное отгадали сразу – обезьяна.
- Веселая, смешная, не очень умная, - с улыбкой прочитала Майя.
Народ быстро вычислил «художника», который выдал себя тем, что просто молчал во время показа, что было ему совсем не присуще.
- Это же Коля! – первый проявил смекалку Валик.
- Точно! Ну, просто одно лицо! А про «неумная» – прям в точку! – Зимовский злорадствовал.
- Зато ты у нас демонстрируешь чудеса эрудиции, особенно в последнее время, - заметила Марго и подмигнула приунывшему студенту, тот сразу же повеселел.
- А третий рисунок? – напомнил Валик.
Увидев его, народ захохотал, причем некоторые смеялись до слез.
- Коль, это кто? – сквозь смех и слезы спросила Галочка.
- Чебурашка, – смущенно ответил студент.
- Ты б еще Покемона нарисовал или этого, как его, Лунтика! – Зимовский не упускал возможности «поквитаться».
- Антон Владимирович, а вы неплохо ориентируетесь в этих персонажах! Так вот в чьей компании проводите свой досуг! – Марго твердо решила не давать сегодня в обиду курьера.
- Антон, Марго, прекратите! – вмешался Егоров. – Майя, продолжайте!
Психолог показала первый рисунок следующего автора. Это была милая пчелка.
- Вы тоже решили поучаствовать в своем тесте? – ухмыльнулся Зимовский.
- Трудолюбивая, добрая, но может и ужалить обидчика, - прочитала Майя, игнорируя предыдущую реплику и ее автора.
Вторым на этом листочке был забавный мишка.
- Сладкоежка, пухленький, любитель поспать, - озвучила характеристики этого зверя психолог.
Последним был изображен маленький щенок, который, по мнению автора, был мягким, пушистым, преданным и беззащитным.
- Кажется мне, что это моя Галочка! – Валик с нежностью посмотрел в глаза супруге, и та ему кивнула и улыбнулась.
На следующем листе первой была нарисована кошечка.
- Белая, пушистая, с коготками, - зачитала ассоциации автора Майя и открыла второй «автопортрет» - зайчик.
«Художника» все отгадали сразу же после первого рисунка, и второй только подтвердил правильность догадки. То, что автор женщина было понятно, а так как их осталось две – Люся и Марго, то вывод напрашивался сам…
- Люся, твой зайчик мне напоминает…, - Валик запнулся, встретившись взглядом с женой.
- Ага, и мне напоминает! – подмигнул ему Зимовский. – Люся, а ты у конкурентов не подрабатываешь?
- Каких конкурентов? – насторожился Наумыч, ему объяснили.
- Антон Владимирович, а ты не только мультики смотришь, а еще и журналы для взрослых дядечек читаешь? – подмигнула ему Марго, все засмеялись.
- Для окружающих этот человек милый, дружелюбный, с хорошим слухом…, - Майю немного озадачила последняя характеристика.
На помощь ей пришла Галя, которая объяснила на ушко, что Люся по долгу службы является самым осведомленным человеком в редакции. И не последнюю роль в этом играет ее отличный слух... Пока Галочка «просвещала» Майю, муженек юморил:
- Люся, за добросовестное несение вахты и активное участие в жизни коллектива, и личной жизни каждого сотрудника, награждаешься почетным званием "Главные ушки МЖ"!
Люся смутилась. Но увидев дружелюбное выражение лиц окружающих, решила подыграть - встала и раскланялась всем. Последовали бурные овации.
На третьем Люсином рисунке была оса, которую она считала утонченной, безвредной, но способной постоять за себя -  если её обидеть может ужалить.
Зимовский хмыкнул:
- Чем дальше в лес, тем больше желающих укусить и ужалить! Уже страшно!  Предлагаю рисунки Маргариты Александровны вообще не показывать, тем более на ночь глядя!
Марго насмешливо глянула на него:
- Правильно, Антон, меня надо бояться, а то ночью как приснюсь!
Майя продолжила демонстрацию художественных "шедевров". Следующий автор представлял себя ... хомячком - домашним, запасливым и вечно жующим. Так как круг "подозреваемых" сужался, то "портретиста" угадать не составило труда.
- Валик! – все ответили хором.
Коля заразительно захохотал, показывая на Валика пальцем, а потом стал сравнивать портрет с оригиналом, находя все больше, и больше, сходства. Общественность в полном составе, в том числе и сам Валик, активно включилась в игру "Найди десять отличий"...
Несмотря на то, что снаружи природа бушевала, внутри было тепло и уютно. МЖовцы были по-детски счастливы. Стены их временного жилища то и дело сотрясались от дружного хохота.
Вторым Кривошеин нарисовал страуса, который, по его мнению, птица, но не летает, быстро бегает, прячет голову в песок от опасностей.
- Да, Валик, я так и подозревал, что ты не орел! - сострил Зимовский.
- Посмотрим, какая ты у нас птица! - встряла Марго.
- Да! Вот именно! - поддакнул Валик.
А в душе Валик оказался преданным, хозяйственным и умным псом. Галя шутливо погладила его, что снова вызвало дружный хохот.
Перешли к следующему художнику - аматору. Первый рисунок так никто и не смог отгадать. Майе пришлось озвучить название диковинного животного. Им оказался хамелеон.
- Так это ж наша Маргарита Александровна,- обрадовался Зимовский
- Антон Владимирович, у вас навязчивая идея! Везде я мерещусь. Смотри, Эльвира и приревновать может!
Майя, уже привыкшая к словесным перепалкам этой парочки, невозмутимо продолжила:
- Всегда разный, умеющий приспосабливаться и выживать в любых условиях.
Одарив друг друга убийственным взглядом, спорщики переключили внимание на психолога.
- Ну, если это не вы, Маргарита Александровна, значит, муженек тогда! А, Гош? Твои художества?
Гоша смело глянул в глаза Антону и с вызовом спросил:
- Ну, я!
-А характеристики прям в точку, Игорь Семеныч! Нечего и добавить! - злорадствовал Антон. - Видите, Борис Наумыч, с кем вы работаете?
- Вижу! Приспосабливаемость и умение выживать - необходимые качества для руководителя. И это еще раз подтверждает, что я не ошибся! - гордо произнес Егоров.
Когда Майя открыла второй рисунок, то большая часть собравшихся одобрительно закивала, Зимовский презрительно хмыкнул,  Андрей удивился, а вот Марго загордилась - для окружающих Гоша был тигром! Бесстрашным, опасным и сильным! Окружающие его воспринимали как того Гошу, только взглянув на Марго Андрей это понял и успокоился.
Третий же "портрет" Гоши, напротив, вызвал недоумение общественности... Панда... И пояснения к нему - просто красивый и добрый мишка.
- Как-то по-детски..., - даже Зимовский был крайне удивлен.
- А в душе мы все дети! - гордо ответил Гоша. - И чем дольше мы такими остаемся, тем ярче и полноценней наша жизнь!
- Молодец! С таким девизом по жизни! - Наумыч был в восторге. - И потому он - главный редактор, а ты его зам!
Итак, сталось три листика. Три человека еще не раскрыли свою истинную сущность.
Майя взяла следующий лист и застыла от восторга. Эти наброски можно смело было называть шедевром без кавычек. Автор был, безусловно, талантлив в этой сфере. Общественность нетерпеливо зашумела. Майя начала показ.
Узрев первое изображение, народ ахнул от восторга.
- Вот это да!
- Ничего себе!
- Красиво!
Пока народ с открытыми ртами любовался белым лебедем, гордо качающимся на волнах, Майя начала зачитывать характеристики с замиранием сердца, она догадалась, кто автор:
- Благородный, верный, однолюб...
Улыбка сошла с лица Майи, мысль о том, что все ее попытки всего лишь останутся попытками и никогда не увенчаются успехом, заполнили все ее сознание. Она ничего уже не слышала...
И не одну ее так взволновал этот рисунок и этот образ.
Марго тоже сразу же «узнала» художника и теперь и она с трудом могла соображать. И если Майю съедала ревность и мысли о несбыточной мечте, то Марго сдерживала себя из последних сил, чтобы не разрыдаться и не броситься ему в объятия.
Она посмотрела на него с нежностью, Гоша уловил этот взгляд и зло отвернулся
От Андрея это тоже не ускользнуло. Он не сводил глаз с Марго. Пауза затянулась.
Вернул всех в реальность голос Валика:
- Антоха, если скажешь, что это твоих рук дело, я съем свой галстук!
- Белый лебедь - это круто! - Коля искренне восхищался.
- Расслабься, Валик, твой единственный галстук за три рубля останется цел и невредим! Сдается мне, что это наш художественный редактор постарался! - после этих слов Антон наклонился к Эльвире: - А вот про «однолюб» я бы поспорил. Возле него вечно крутится намного больше, чем одна женщина... Даже здесь, на необитаемом острове!
- Он же благородный! Не знает, как отказать..., - захихикала ему в ответ подружка.
Тем временем Майя сделала над собой усилие и, одев вновь свою самую обворожительную улыбку, продолжила демонстрацию. Второй рисунок был также хорош. На нем был изображен очаровательный динозавр, мирно жующий травку.
- Вымерший, сильный, травоядный! - с деланной веселостью зачитала Майя.
- Это точно про тебя, Андрюха! Ты ж у нас почти музейный экспонат! - Зимовский был сегодня явно в ударе.
Все по-доброму заулыбались, было видно его любят в коллективе.
- Жаль, Зима, что таких как ты штампуют пачками, - не отставала от него Марго.
Он собирался ей ответить, но их перебили.
Майя открыла третий рисунок Андрея. Это был лев - во всем своем величии и красоте.
- Лев? - удивлению всех не было предела.
Майя тоже была удивлена, но виду не подала, хотя промелькнула мысль "В тихом омуте... Не подумала бы...", а вслух стала зачитывать комментарии автора:
- Сильный, красивый, царь зверей, страстный..., - на последнем слове даже запнулась.
Марго смутилась и покраснела (хорошо, что уже темнело, а фонариком освещали только художества), в памяти начали всплывать яркие подтверждения озвученных характеристик, и Марго так посмотрела на Андрея, что тот этот взгляд буквально ощутил. "Все живо!" - их сердца в этот момент пели в унисон.
Марго так ушла в воспоминания, что не услышала, как Майя продолжила демонстрацию рисунков. И пришла в себя, услышав своё имя. Его выкрикнули Галя с Люсей одновременно, увидев первый рисунок - пантеру.
- Сильная, независимая, красивая, - Майя старалась быть беспристрастной, но это слабо получалось - голос выдавал, а глаза вообще метали молнии, но этого никто не видел.
Чтобы не останавливаться долго на Марго, Майя показала следующий рисунок:
- Что за птичка? – поинтересовались.
- Ястреб - прочитала она. - Охотник, сильный, зоркий, агрессивный.
- Точно: зоркий, дальновидный, - обрадовался Наумыч. – Какой же у меня коллектив! Каждый на своём месте!
Майя торопилась поскорее закончить "копание в сущности" соперницы, поэтому сразу же открыла последнее, третье изображение.
- Олень! - выкрикнул Коля.
- Не совсем. Лань, - прочитала психолог и удивилась про себя: "О, как! Неожиданно..."
- И чем же она так привлекла нашу дражайшую Маргариту Санну? Наличием рог? - хмыкнул Зимовский.
- Нет, - Майя с удивлением прочитала: - Обозначает нежность, ранимость, любовную страсть. Не понятные ассоциации…
- А мне – понятные! - воскликнула Галя. - Шепелев в своей книге  «Путь к себе» рассказывает, что у китайских буддистов лань олицетворяет любовную страсть. Да, Маргарита Александровна?
- Да, Галочка. Так, вспомнилось, - добавила она растеряно.
- Какой же мужчина, этот Шепелев! Красивый, образованный, интересный собеседник, - Галочка с таким восхищением рассказывала, что Валику пришлось кашлянуть, чтобы напомнить о своем присутствии. - Но у меня муж лучше всех! - закончила она свой рассказ и чмокнула своего благоверного.
Пока говорила Галя, Андрей тоже вспомнил, и вновь испытал ревность.
- Ого! Да у нас тут от страсти скоро крышу снесет..., - Зимовский уже не мог молчать.
- Какие страсти? - не понял Наумыч. – Майя, читайте дальше.
- Ну, и наконец, последняя "темная лошадка". Не открою секрет, что это Антон Владимирович. Очень интересно...
Первое животное отгадали сразу -  крокодил - злой, зубастый и зеленый.
- А я-то думаю, чего это ты зеленый? А это же  сущность твоя наружу выходит..., - захохотала Марго, народ поддержал.
- Жаль, что тебя не Геной зовут... У нас же и Чебурашка есть! - Валик не забыл про "не орел".
Хохот возобновился с новой силой.
Зимовский изображал полное безразличие, хотя внутри все бушевало, но он решил, что не доставит такого удовольствия им - видеть, что его вывели  из себя их плоские шуточки.
Уже совсем потемнело и Майя поспешила перейти к следующему рисунку Зимовского. Это был...
- Таракан? - удивился Коля.
- Какое точно определение Зимовского! - сострила Марго
- Сам ты таракан! Это паук! - Зимовский злился.
- Итак, для окружающих наш автор - коварный, постоянно плетет паутину, хищник, - прочитала Майя.
- Да уж, точнее и не скажешь, - вздохнула Галя.
- А я всегда подозревала, что ты просто вредное насекомое, - улыбнулась Марго Антону, тот сжал кулаки и заскрипел зубами, но ответить не успел, потому что Майя уже демонстрировала его третий "портрет".
На последнем рисунке красовался холеный, в меру упитанный кот. Народ притих, ожидая характеристики этого зверя, жившего в душе Антона Владимировича.
Майя не заставила себя долго ждать:
- Свободолюбивый, не приручаемый, мягкий.
- О, как! А в душе ты не так грозен! - хмыкнула Марго.
- И симпатичен! - подхватила Галя.
Народ снова развеселился и даже Зимовский перестал злиться и мило улыбался шуточкам в свой адрес. Но в голове снова созрел очередной план разоблачения "мутантов".
Пока все укладывались спать, очередная интрига Зимовского вот-вот должна была осуществиться.
- Майя Никаноровна, а разрешите мне еще насладиться "шедеврами" своих коллег!
Майя неуверенно протянула ему листики. Антон почти вырвал из рук:
- Не волнуйтесь, обещаю вернуть все в целости и сохранности!
Он стал лихорадочно искать нужные листочки. "Сейчас, сейчас, сейчас... Теперь не отвертитесь! Сверим почерк и все! Хлоп! Мышеловка закрыта!".
Вот они! Гоши и Марго. Предвкушая скорую победу, перевернул и... не поверил своим глазам. Не может быть! Все было написано печатными буквами, на обоих листиках. Марго снова все предусмотрела. Услышав условия теста, шепнула Гоше: "Пиши все печатными буквами".
- Вот, коза! - в сердцах сказал Антон, отдал Майе листки и тоже пошёл спать.
Все улеглись. На обеих половинах дома установилась тишина, нарушаемая только посапыванием и похрапыванием. Дождь все не прекращался.
И вдруг на женской половине крыша не выдержала испытание стихией и рухнула на мирно спящую любительницу тестов, окатив ее прохладным душем.
Послышался душераздирающий визг, сработавший лучше самого модного будильника.
Все в испуге повскакивали. Мужчины поняли, что кричат дамы и рванули к ним.
Видимость была слабая, потому разобрались в чём дело не сразу. Когда, наконец, выяснили причину диких криков, оказалось, что в женской половине теперь совершенно невозможно спать из-за льющего везде дождя. Потому приняли единственно правильное решение - ночевать все идут в мужскую спальню, а ремонт отложили до утра.
- А я же вас предупреждал, со страстью надо быть поосторожней, а то крышу снесет! И вот результат! – Зимовский показал на дыру. 
Майя вся промокла и начала дрожать. Андрей подошел и заботливо накинул на нее свое одеяло и приобнял. Марго заскрипела зубами и отвернулась:
- Капец! Мать Тереза!
Все двинулись в мужскую опочивальню. Наумыч распорядился и к огромному разочарованию многих,  мужчины потеснились и легли на одну сторону, а женщины - на другую. Довольно быстро дамы устроились на новом месте. И после нескольких отпущенных со всех сторон скабрезных шуточек довольно быстро  успокоились и  под мерный шум дождя уснули.
Утро стало для всех добрым,  проснувшихся встретило яркое солнышко. Народ, выходя из жилища, улыбался ему и соседу. Жизнь снова налаживалась. Выяснили, что повреждения нанесённые дождём не так уж и велики, ремонт занял немного времени.
Пока мужчины чинили крышу, женщины колдовали на кухне.

После завтрака вспомнили об отложенном из-за непогоды "дружеском" матче. Коля с Валиком сгоняли проверить поле на предмет пригодности для игры. Их вердикт был - играть можно. Начались приготовления. "Игроки" разминались, зрители потирали руки, предвкушая интересную игру, только Зимовский был невесел.
- Что же ты, Антошка, не весел, буйну голову повесил? Никак передумал? - подошла к нему Марго.
- Все в силе! Поддержка будет что надо, лишь бы игроки не подкачали!
Пока Зимовский пытался усмирить свою гордость, Валик с Колей о чем-то шептались. Потом подошли к нему:
- Антон, вот скажи что за футбол без пива?
- Мне бы ваши проблемы...
Потом призадумался и его осенило. Созрел очередной план.
- Мужики, у меня есть план. С пивом все решим - отправим Наумыча к Гале. Но скажите, что за футбол без группы поддержки?
- Какой еще группы поддержки? - удивился Коля.
- Это где девчонки с такими штуками лохматыми прыгают? - уточнил более сведущий Валик.
- Ну, да! - обрадовался Зимовский.
- Ты предлагаешь наших девчонок, тех, что не играют, заставить прыгать? - спросил недоуменно Валик. - Думаю, они не согласятся...
- Нет, Валентин. Это ж на мужском футболе девчонки прыгают, а у нас женский...
- Ну?
- Включайте мозги, у кого они есть. На мужском - девчонки, а на женском...
- Мальчонки! - озарило Колю.
- Наконец-то!
- А где их взять? - удивился Валик.
Зимовский закатил глаза: "С кем мне приходится работать?", потом надел самую дружелюбную улыбку и посвятил в свой план.
После небольшого сопротивления мальчонки согласились на авантюру. Зимовский был счастлив, что так легко удалось решить сей щекотливый вопрос, не ударив лицом в грязь и выполнить условие Марго.

В назначенное время Марго была уже на месте и поигрывала мячиком в ожидании соперницы. Зрители заняли места и уже предвкушали что-что интересное. Андрей, не расстававшийся с фотоаппаратом, проверял, всё ли в порядке, изменял настройки и уже снимал болельщиков.  Ждать им пришлось недолго, в скорости явилась Майя в коротенькой маечке и шортах.
Вслед за ней явилась группа поддержки, вызвав своим появлением невероятный хохот.
На какое-то время народ забыл об игре - и болельщики, и сами игроки... Троица была одета так же, как на фотосессии, а в руках держали веники из веток и весело ими махали.
Когда веселье немного поутихло, Марго подошла к сопернице:
- Начнём?
Майя кивнула и без лишних предисловий они начали игру. Довольно быстро и легко Марго забила первый гол. Она уж было расслабилась, когда так же легко ответный гол забила Майя.
После каждого забитого мяча включалась в "работу" мужская группа поддержки, что приводило зрителей в еще больший восторг.
Марго совершенно не ожидала, что Майя окажется достойным соперником. Но это её только раззадорило. Она улыбнулась и рванула в атаку. Легко, как ей показалось, забрала мяч, но не тут-то было - Майя вновь перехватила и также стремительно дошла до ворот Марго. В этот момент она неожиданно задала Марго вопрос:
- Маргарита Александровна, как вы относитесь к своему коллеге Андрею Калугину?
Марго опешила, и Майя легко забила гол. Она улыбнулась: «Ну что, съела?». Марго зло на неё глянула и побежала за мячом. Она немного замешкалась, чтобы прийти в себя.
Когда Марго вернулась, у неё в голове уже созрел план действий.
- Будем играть в психолога? – спросила подойдя.
- Почему бы не совместить полезное с приятным, - ответила Майя.
- О’кей, - угрожающе протянула Марго.
И ответила Майе её же оружием. Когда они были недалеко от ворот Майи, она неожиданно спросила:
- Майя Никаноровна, а когда Гальяно вас брал на работу, он проверял вас на профпригодность?
И хоть та была отчасти готова к ответным действиям, но этот вопрос застал её врасплох, и, естественно, Марго воспользовалась ситуацией и забила гол. Теперь была очередь Майи злиться. Она знала, как Гальяно берёт женщин на работу, и хотела объяснить, что не спала с Гальяно. Но взглянув в насмешливые глаза Марго, поняла, что это не имеет смысла.
« Ладно», - подумала она. – «Ещё посмотрим, кто кого».
Соперницы обменялись испепеляющими взглядами.
Сказать, что матч был напряжённым – ничего не сказать. В воздухе носились электрические  разряды  и обрушивались не только на игроков, но и на болельщиков.
Футболистки были настолько красивы с растрёпанными волосами, майками, прилипшими к телу, горящими глазами, что даже женщины следили за ними с замиранием сердца, и мурашки пробегали по телу. Не говоря уже о мужчинах, те пребывали в эйфории от происходящего, а некоторые были на грани обморока. Даже группа поддержки забыла о своей работе и, открыв рты, наблюдала за футболистками.
Марго с Майей иногда останавливались перевести дыхание, но лишь взглянув друг на друга и, уловив чёртики в глазах соперницы, вновь начинали борьбу с новой силой.
Силы обеих уже были на исходе.
- Согласна на ничью? – тяжело дыша, спросила Майя.
- Нет, - покачала головой соперница.
Марго улыбалась, она пребывала в своей стихии. Маргарите Санне был просто необходим вечный бой, тогда она жила, тогда она ощущала весь вкус к жизни.
Майя сердито свела брови:
- Ну, держись.
- Не бойся, удержусь.
Майя рванула в атаку, но Марго было не так просто провести, мяч каждую секунду переходил от одной к другой. Они уже понабивали синяки друг другу и на ногах и, падая, на других частях тела, но сейчас в пылу сражения не чувствовали боли.
Наконец-таки, Марго добралась до ворот соперницы и забила последний решающий гол. Майя не в силах была её сдержать. После забитого мяча она согнулась пополам и лишь пыталась отдышаться.
Но и Марго забивала уже из последних сил. Она там и села у ворот, не менее уставшая, чем соперница.
Пока болельщики ликовали, они отдыхали, глядя друг на друга.
А мужчины не могли отвести от них глаз.
Марго поднялась, подошла к Майе и подала ей руку:
- Хорошая игра! – проговорила она.
В этом жесте было не только уважение, но и принятие. Не дружба, нет. Но Марго ощутила в ней родственную душу.
Майя тепло пожала руку. Они улыбались друг другу.
- Ну, что – мир? – спросила Майя.
Марго отрицательно покачала головой.
- Это была только игра.
- Мы же договаривались?!
- Ни о чём мы не договаривались.
- Что? – Майя была обескуражена такой наглостью.
- Это была только игра, я ничего не обещала, - ответила Марго, коварно улыбаясь.
- Ты!!! – Майя не находила слов от возмущения, но не могла сдержать улыбки в ответ.
Эта игра её тоже заводила.
Война продолжается, это было даже не перемирие, а удачно проведённый бой.
И глянув друг другу в глазах с одинаковым выражением «я не сдамся» и лёгкой улыбкой на устах соперницы разошлись в разные стороны.
Марго подошла к Антону:
- Ну, что ж, Антон Владимирович, несмотря на твой креативчик, я признаю, что ты выполнил условия нашего договора! - она улыбнулась ему и похлопала по плечу. - Признаюсь, удивлена. Не часто ты держишь свое слово.

0

20

Глава 19

Футбол  обсуждали до самого вечера. Особенно бурно со свойственной только ему головокружительной жестикуляцией высказывался Коля. Он был в восторге от дам. И как только разговор о футболе утихал, он поднимал его снова и снова. Дружным смехом отметили также костюмы группы поддержки, и вообще поблагодарили Антона за такую чудесную идею. Он был доволен, но даже не смотрел на Марго, которая эту идею и подала.
После ужина разговоры утихли и все потихоньку начали укладываться спать. В женской половине оказалось спать невозможно, потому что хоть всё и просохло, земля внутри была ещё влажная и дамы дружно решили провести ещё одну ночь на мужской половине. Чему мужчины совершенно не сопротивлялись.

Утром Майя проснулась самая первая, но продолжала лежать с закрытыми глазами. "Ну, вот ты и стала еще на один год старше...". Вздохнула. "Сегодня вроде как праздник, но никто не поздравит, не будет подарков..."
В этот момент она впервые за все время пребывания здесь, на острове, так остро почувствовала тоску по дому, родным, друзьям... "Будь я дома, телефон бы уже разрывался от звонков и смс! А еще море цветов, подарков и просто дружеских улыбок!"
Она снова вздохнула. "Никогда не думала, что буду в день своего рождения среди малознакомых людей, да еще и на необитаемом острове! Да уж, занесло меня. И надо же было так глупо повестись на обещания Гальяно. А дома мама, наверное,  испекла мой любимый бананово-шоколадный торт...  Это же семейная традиция!",- она не сдержала слезу при воспоминании о доме.
Такой печальной и всплакнувшей и увидел ее Андрей, проснувшийся от тяжелых вздохов именинницы.
- Майя, что случилось? - он в секунду оказался рядом и участливо заглянул в заплаканные глазки.
- Ничего...
- Как это ничего? А почему тогда плачешь?
- Это так, минута слабости, взгрустнулось...
- И все?
Он снова пристально взглянул на нее, она потупила глазки. "А, может, ему рассказать? Пусть хоть один человек поздравит сегодня".  Пауза затянулась, и Андрей повторил свой вопрос.
- Просто у меня сегодня день рождения,- призналась Майя и вдруг снова на нее нахлынули эмоции и потекли слезы.
Она  не понимала такой своей реакции - никогда не  была сентиментальной дурочкой, а именно сейчас была в роли таковой. Мысленно ругала себя, но слезы продолжали литься. Андрей улыбнулся и приобнял ее:
- Это же не повод для грусти! Наоборот, надо веселиться! И, кстати, поздравляю! - он нежно чмокнул ее в щечку.
В этот момент проснулась Марго. От увиденного у нее перехватило дыхание. Она не верила своим глазам, поэтому сильно зажмурилась и открыла их снова  - картинка не поменялась.
Все еще не в силах поверить собственным глазам Марго в упор смотрела на обнимающуюся парочку, пока, наконец, её пристальный взгляд почувствовал на себе  Андрей и оглянулся. У него мороз побежал по коже, он понял - сейчас ему вынесли приговор и на рассвете расстреляют. "А, может, еще и помилуют? Попробовать объяснить? Надежда маленькая, но все же есть..."
- Марго, представляешь, у Майи сегодня день рождения?
- Поздравляю, - ледяным тоном сказала Марго. - А ты в роли главного подарка?
- Ты всё не правильно поняла, Марго.
- Ну, конечно, - ответила она с сарказмом и направилась к выходу.
- Кажется, твой муж проснулся, -  встряла в разговор Майя, глядя на нее торжествующе.
Марго остановилась, медленно повернулась к ней и так глянула, что та сию же минуту должна была превратиться в камень или лед хотя бы. Но ничего подобного, к огорчению Марго, не случилось.
Ситуацию попытался исправить Андрей. Он громко крикнул:
- Народ, подъем! У нас сегодня праздник!
Майя смутилась:
- Андрей, не надо!
"Не надо! - передразнила ее про себя Марго. – Молчала бы тогда! Кто тебя за язык тянул?" Марго вышла из дома, ей надо было прийти в себя, успокоиться. Она пошла к океану. Сначала брела медленно, но так как какофония мыслей в голове не умолкала, она разогналась и с разбегу нырнула  в прохладу волн - остудить мысли и чувства.
Тем временем народ нехотя проснулся, но когда услышали новость дня, то все кинулись поздравлять "виновницу". Майя расцвела. "Оказывается, день рождения среди хоть и малознакомых, но очень милых людей, это тоже приятно!"
Мужчины засыпали комплементами. Даже Зимовский превзошёл сам себя  и был галантен, как никогда, тем самым давая повод для ревности Эльвире. Но та, интуитивно понимая, что Майю интересует совсем не он, не обратила на это никакого внимания. Женщины искренне нажелали кучу всего приятного.
Покончив с процедурой первых поздравлений, занялись организацией праздника.
Разделили обязанности. Дамы отвечали за праздничный стол, а кавалеры - за приятные сюрпризы и настроение. В лагере царила праздничная суматоха. И лишь Марго была мрачнее тучи.
Именинница хотела помочь, но ей не позволили ни одни, ни другие. Велели отдыхать и ждать праздника. Она немного посопротивлялась, но потом сдалась. Отдыхать, так отдыхать... Пошла прогуляться вдоль побережья. Нахлынули воспоминания...
« ...День рождения. Семь лет! Уже взрослая, держитесь братишки теперь!  Много гостей, шумно, весело. Большое количество подарков: красивые куклы (думают, что я еще маленькая), интересные книги (очень люблю читать), цветы (какая же женщина их не любит, а я же женщина, пусть и маленькая), любимый торт (без него никак нельзя!), но нет того, о чем так давно мечтаю... И вдруг звонок в дверь. И спустя несколько минут папа вносит торжественно... моего нового друга! Ура! Я радостно бегу и нежно прижимаю к себе маленького щеночка с розовым бантом на шее. Братья стоят в сторонке и смотрят с завистью. Им так и не разрешили завести овчарку, как они не просили. А вот перед просьбами любимой дочурки отец не устоял. Ой, опять мне достанется от братьев! Но я теперь не одна - у меня есть маленький друг!  И он, действительно, стал моим другом...
…Пятнадцать лет… Взрослая и самостоятельная, хоть братцы по-прежнему и подшучивают и считают маленькой. В доме, как всегда в этот день, суматошно. Я помогаю маме на кухне, торопимся. Главное угощение – любимый торт - удалось на славу! Скоро придут гости. Мои гости. Впервые мне разрешили отмечать этот праздник в кругу своих друзей без присмотра взрослых - родители уйдут к бабушке, а братишки - на репетицию своей супер-пупер группы (музыка их мне нравится, но я им, вредным, об этом не говорю). Я очень волнуюсь. Придет ли ОН? А, вдруг нет? Зачем тогда этот праздник?! Родители ушли. Почему же братья так долго собираются? Гости подходят. Подарки, пожелания, цветы... ЕГО нет. Улыбаюсь, а самой хочется плакать. И вдруг звонок! Сердце забилось сильней...
Открываю дверь и вижу только огромный букет моих любимых цветов. Размер букета привел меня в замешательство. ОН улыбается и нежно чмокает в щечку: "Поздравляю!" И тут я замечаю красивый "фингал" под глазом, немного замаскированный тональным кремом. Спрашиваю с тревогой: "Откуда?". Он смущенно: "Дверь..." А в моей голове молнией мелькает догадка. Ему предлагаю пройти к гостям, а сама решительно, сжав кулачки, направляюсь в комнату к братишкам. Они опешили, увидев влетевшую к ним фурию, и даже немного испугались. Но потом невольно залюбовались красавицей – сестричкой. Я пользуюсь их временным замешательством и сразу же набрасываюсь на них с обвинениями. Они сдаются без боя и сразу же во всем признаются. Еще бы! Я же с самого раннего детства старалась ни в чем от них не отставать – и в футбол у них научилась играть, а уже потом, увлекшись этим, записалась на секцию, и с рогаточки метко стреляю, и постоять за себя могу кулаками. Так вот братья мои сразу же сознаются, что это они разукрасили моего парня, проверяя его. И теперь они уверены, что смело могут ему доверить фамильную драгоценность, то есть меня. Я все равно  возмущаюсь их поведению, но мне очень приятно, что ОН оказался на высоте. Братья с уважением пожимают ему руку и удаляются. Это стало началом нашей истории. Моей первой любви…
…Прошлогодний день рождения… -надцать лет. Традиционно первые поздравления от самых близких – родителей и братьев. Родители заехали с самого утра поздравить дочурку и привезли мой любимый бананово-шоколадный торт маминого производства, которого нет ничего вкуснее, и без которого даже не представляю этот  праздник. Братцы по очереди поздравили по телефону,  так как давно живут за пределами нашей страны.  Там же  уже обзавелись семьями. И хоть видимся теперь редко, но поздравления от них самые первые. И пусть нас разделяют расстояния, но они по-прежнему стараются оберегать меня. И я уверена, случись со мной что-то, они примчатся первым рейсом и все решат.  Дальше поздравления и подарки, сопровождаемые весельем,  шутками и смехом продолжаются до позднего вечера. Среди всех самое романтичное от НЕГО (моей далеко не первой, но на тот момент надеялась, что самой настоящей любви) – необъятных размеров букет любимых цветов и предложение руки и сердца, подкрепленное кольцом неописуемой красоты. Не раздумывая, соглашаюсь… Я – самая счастливая женщина на планете!»
Майя тряхнула головой, пытаясь прогнать неприятные воспоминания об окончании «настоящей любви».  Ведь всё закончилось довольно банально - любовь не выдержала испытание временем и расстоянием. У нее - частые командировки, а у него - другая женщина... А была ли это любовь?!...

От воспоминаний, приятных и не очень, к действительности её вернула гениальная идея, пришедшая неожиданно в голову. Майя поспешила вернуться в лагерь и стремительно побежала в дом. За ней удивлённо проследили взглядом сразу несколько человек. Вышла она из хижины уже с мобильным телефоном в руках, внимательно в него вглядываясь. В этот день ей всегда было море звонков, а сегодня….
- Что пытаетесь поймать сигналы из космоса?! – пошутила Марго.
- Нет, - просто ответила та. – Мне показалось, что есть связь.
- Ваш мобильник ловит позывные с далёких планет?
- Да серьёзно вам говорю, была связь.
- Не может быть?! – вскочил Зимовский. – Мы в первый же день всё оббегали – нет тут никакой связи.
- А вдруг сегодня есть? - не унималась Майя.
- Тогда вам придётся взобраться на самую высокую пальму, чтобы проверить, – лёжа на травке, продолжала насмехаться Марго.
- Ну, почему же на пальму?  Можно подняться на самую высокую точку острова, - Майя огляделась вокруг. – Я это сейчас и сделаю.
- Я с вами, - Зимовский сбегал в дом и взял свой телефон.
Марго уж хотела пошутить и по этому поводу, но неожиданно ей в голову пришла другая мысль: «Если Майя тот самый засланец, её нельзя оставлять одну. Да и Зимовский не внушал доверия».
- И я с вами, - вскочила она.
- Сигналы из космоса ловить, - вернул её шутку назад Антон.
- А вдруг? - повторила она слова Майи. - Самая высокая точка этого острова - скала с гнездовьями птиц.
И они втроём отправились на поиски связи.
Подойдя к скалам, без лишних слов стали на них взбираться.
- Можно было и в обход пойти, - ворчал Зимовский.
- В обход дальше, да и заняло бы много времени, - ответила Майя.
- Ты можешь внизу нас подождать, Антох, - улыбнулась ему Марго.
- Ага, сейчас! Оставь вас одних…, - дальше было невнятное ворчание.
Они уже были довольно высоко, и над головами кружили птицы.
- Может заодно яиц собрать к обеду? – спросила Майя.
- А во что? Можно было бы снять с Зимовского футболку, но вряд ли он нам её отдаст добровольно.
- Да, уж, – Майя хотела ещё что-то добавить, как сзади послышался грохот падающих камней.
Они с Марго оглянулись. Зимовский висел на одной руке, второй пытаясь зацепиться за уступ, опора из-под его ног рассыпалась. Ещё мгновение и он мог полететь вниз. А лететь уже было прилично!
Марго с неожиданной даже для себя скоростью оказалась рядом с ним и подала ему руку. Антон схватился. Она немного подтянула его к себе, и Зимовский, обретя опору, благополучно выбрался и с удивлением уставился на неё.
Марго была удивлена не меньше, поэтому резко отвернулась и полезла дальше. Она обогнала и застывшую в изумлении Майю. Пока те приходили в себя, быстро выбралась на вершину и уселась, глядя на небо. Следом за ней выбралась Майя и затем Зимовский. Все молчали, размышляя каждый о своём. Майя то и дело поглядывала на Марго со странным выражением лица, как будто видела её впервые.
Потом, вспомнив, зачем они сюда забрались, вытащила телефон. Связи никакой не было. Майя ещё некоторое время походила кругами, пытаясь хоть что-то разглядеть, и с досадой положила телефон в карман. Назад они отправились уже в обход. Шли молча.
Вернулись они в лагерь задумчивыми. То, что связи нет, никого сильно не удивило. Но всё же, где-то в глубине души, у каждого теплилась надежда, сейчас она рухнула.
Гоша подошёл к Майе:
- Не расстраивайся! Все, кто тебя любят, я думаю, нет, я уверен,  пытаются дозвониться.
- Да, только зря…
- Ничего, мы тебе сегодня такой праздник устроим, какого у тебя ещё не было!
- Спасибо, Гош, - Майя была слегка удивлена такими его речами и таким искренним участием.
- Майя, а всё-таки ты – гений! – шепнул ей на ушко.
- С чего бы это?
- У нас получилось: они даже не смотрят друг на друга,- Гоша кивнул в сторону Марго и Андрея.
- Да, – согласилась Майя. – Получилось. Но это ненадолго. Ревность - страшная сила.
- А что же нам делать?  - расстроился он.
Майя пожала плечами.
- Нормально?! – возмутился Гоша. - Они там мне рога наставляют, а мы не можем ничего сделать?
- Рога?! – Майя удивлённо на него взглянула. – Ты, кажется, совсем не знаешь свою жену.
- В смысле?
- В прямом – у них ничего не было.
- Да ну, - протянул Гоша недоверчиво. - Откуда ты знаешь?
- Марго - не тот человек. Если бы у них что-то было - она бы чувствовала себя виноватой,  и ходила бы вокруг тебя кругами, пытаясь ублажить.
- Думаешь?
- Уверенна. А она не чувствует себя виноватой.
Они оба обернулись и взглянули на Марго.
Майя критически обвела её взглядом: « И что в ней такого, что мужики с ума сходят? Я даже красивее…»
Но Гоша не дал развить ей мысль.
- Так что же нам делать? – не унимался он.
- Чувство вины – очень хорошее чувство, - ответила задумчиво она. – А что если их подтолкнуть друг к другу?!
- Ты о чём? Мне ещё только рогов не хватало.
- Я серьёзно, она после этого не будет знать, как тебе в глаза смотреть и будет очень милой и податливой,  – Майя прищурилась. - Чувство вины может всё изменить, и увлечение Андреем станет в её глазах преступлением. И потому она Калугина задвинет на задний план.
- Калугина на задний план - это хорошо, но быть рогатым не хочу.
- Зря… Ну, как хочешь, а ведь…
- Нет.
- Ну, ладно. Пойдём другим путём. Марго - невозможный собственник, на этом мы и сыграем.
- То есть?
- Пусть она тебя ревнует.
- А! - Гоша улыбнулся.
- А у меня сегодня день рождения, и ты мог бы…
- Понял…
- Какой ты понятливый…
В этот момент Марго вышла из дома и увидела занятную картинку.  «Это ещё что такое?!»
- И, кажется, это уже работает, - добавила Майя, заметив соперницу,«метающую молнии».
- Что? – не понял Гоша.
- Твоя жена сейчас на меня так смотрит!!! Убила бы, - она спряталась от взгляда Марго за спину Гоши.
- Да?! – он хотел обернуться.
- Не оборачивайся, ты её не заметил.
Они ещё некоторое время пошушукались и разошлись, о чём-то договорившись. Марго проводила их долгим недобрым взглядом.
Приготовления к торжеству были в самом разгаре. Женщины под чутким руководством Галочки "колдовали" на кухне. Ароматы, доносившиеся оттуда, просто сводили с ума. Готовились самые вкусные, а значит самые праздничные блюда. Вершиной кулинарного мастерства и главным сюрпризом имениннице от дам должен был стать... бананово-шоколадный торт. Утром Майя с тоской рассказала Галочке о сладкой семейной традиции. Конечно, их торт лишь отдаленно напоминал семейный оригинал Майи, так как из необходимых ингредиентов были только бананы. Но Галя проявила свой кулинарный талант и смекалку, и получилось нечто подобное.
Пока женщины готовили праздничный ужин, мужчины украшали, как могли, поляну. А могли, как оказалось, очень неплохо. Коля с Валиком нарвали самых красивых и причудливых цветов. Гоша начал составлять из них необыкновенно красивые букеты. А вот Андрей на какое-то время исчез. Появился спустя час мокрый и очень довольный.
- Андрюха, мы тут трудимся, а ты решил искупаться? - обиделся Валик.
- Я за подарком для именинницы ходил, - оправдался Калугин.
- И так тщательно его выбирал, что весь вспотел! - не удержался, чтобы не уколоть Зимовский.
- Можно и так сказать, - загадочно улыбнулся Андрей. - Что помогать? Командуйте!
И он быстро включился в работу.
К полудню все приготовления были закончены.
И в торжественной обстановке, создаваемой боем по казанку, именинницу пригласили к праздничному импровизированному столу. За неимением других развлечений, день рождения отмечали, как будто самому Гальяно, широко и с размахом. В пределах возможностей острова.
Майя вдруг почувствовала, что счастлива. И что люди, которых она считала чужими для себя,  и не очень приветливыми, оказались милыми и добродушными. И даже к Марго она изменила своё отношение, её поступок накануне удивил и озадачил. Она теперь поняла, что Маргарита Санна в душе совсем иной человек и даже прониклась к ней симпатией. Но, правда, ненадолго - до первого взгляда на Калугу.
Мужчины принялись поздравлять, буквально закидывая её цветами. А Гошины букеты привели Майю в неописуемый восторг. Зимовский попытался узнать, где это он научился так искусно их составлять. Гоша, не задумываясь, ответил, что в Австралии, и этим закрыл тему. Антон разочарованно махнул рукой.
Марго в момент одаривания Майи почувствовала легкий укол ревности. "Мог бы и мне букетик подарить! Муж, все-таки...", но в этот момент свой подарок преподнес Андрей, и она в секунду забыла о Гоше.
Андрей протянул Майе небольшую ракушку и попросил ее открыть. Когда именинница это сделала, все ахнули - внутри была белоснежная жемчужина.
Майя потеряла дар речи и просто обняла Андрея и зашептала на ушко слова благодарности.
Марго посмотрела на соперницу, та, поймав на себе её взгляд, в ответ торжествующе  улыбнулась: « И кто теперь кого?!» Майя ликовала.
«Ещё не вечер!», - взглядом пообещала ей Марго. - « Как же не вовремя этот её день рождения. Хотя… Это ещё вопрос, на самом ли деле у неё сегодня день рождения. Может, это очередная уловка? Взглянуть бы в её паспорт…»
Главным подарком от женщин стал, конечно же, торт. Он стал не просто подарком, а еще и приятным сюрпризом. Чего-чего, а попробовать свой любимый торт на этот день рождения Майя никак не ожидала. И хоть вместо шоколада была кокосовая стружка, над которой долго трудился Кривошеин, торт оказался очень даже съедобным и на удивление вкусным.
Как и подобает,  внимание всех было приковано к имениннице, особенно нее увлекся сильный пол, причем в полном составе. Женщины относились к этому с понимаем, и даже Марго пыталась.
Она пыталась. Пока это касалось только Гоши, ей это удавалось, нельзя сказать, что без труда, но удавалось. А мужинек внаглую заигрывал с именинницей и та ему с удовольствием отвечала. Но когда и внимание Андрея целиком и полностью переключилось на Майю... Он бегал вокруг нее с камерой, щелкал со всех ракурсов, сыпал комплиментами. Марго почувствовала, что уже не в силах себя сдерживать. "Надо срочным образом принять двойную, нет, лучше тройную порцию успокоительного!".  Она отправилась к импровизированному бару.

После того, как в очередной раз выпили за именинницу, Майя, слегка охмелевшая, подняла тему, которая её давно мучила.
- Марго, почему ты это сделала? - спросила она, не ходя вокруг да около.
- Что сделала? – не поняла её сразу та.
- Сегодня днём, когда мы были на скалах… - начала Майя.
Но Марго её перебила:
- Да ерунда, не стоит…
- А что случилось на скалах? – спросила Люся, у которой ушки, как известно, были на макушке.
- Да ничего такого, - Марго отвернулась, давая понять, что разговор окончен.
- Я так не думаю, - серьёзно сказала Майя.
Марго вновь хотела возразить, но на этот раз её перебил Наумыч:
- Ну-ка, рассказывайте, что произошло.
- Да не стоит это разговора…, - Марго пыталась остановить психологшу.
- Марго сегодня спасла жизнь Антону, – не выдержала Майя.
Все притихли удивлённо переглядываясь.
- Да ничего такого…
- Как? – ошарашенно глядя на Марго, спросил Егоров.
Но она промолчала, ей был неприятен этот разговор, она злилась на Майю, что та его начала.
- Он чуть не сорвался со скалы, и Маргарита Александровна подала ему руку, - не унималась Майя.
- Ой, только не надо делать из меня супергероя! С большим удовольствием я бы помогла ему упасть.  Просто как представила, что нам придётся соскребать останки Зимовского со скал, - Марго изобразила брезгливость. -  И потом это всё везти как-то домой….
- Ну, знаешь, - обиделся Антон.
Андрей смотрел на неё с восхищением. Другие тоже  понимающе поглядывали.
- Я так не думаю, - вновь повторила задумчиво Майя.
Но тут вновь кто-то предложил выпить за именинницу, и разговор плавно перетёк в другое русло.

В самый разгар праздника на импровизированную сцену выскочил Кривошеин, как всегда именно он был ответственен за зрелища:
- А сейчас развлекательная программа! Борис Наумыч, начинайте!
И Борис Наумыч с хитрой улыбкой вновь начал выстукивать по перевёрнутому котелку незамысловатый мотивчик.
Валик, переглянувшись с коллегами мужского пола, загадочно улыбнулся.
К Валику присоединился Коля и они стали смешно пританцовывать. Народ порасплывался в улыбках.
- Для нашей именинницы и всех женщин смертельный номер! – провозгласил Кривошеин и начал под музыку раздеваться.
Ему зааплодировали со всех сторон. И только Галя смотрела не добро, но потом и она не сдержалась и рассмеялась. Когда к Валику присоединился Коля, послышались возгласы одобрения и улюлюканье. Но это было не всё! На сцену вышел….Зимовский. Эля засвистела одобрительно. Все на неё обернулись, никто не ожидал от такой почтенной дамы такой хулиганской выходки. Эльвира только мило улыбнулась.
А на сцене происходило что-то невообразимое. Следующим появился Гоша. Под общие крики одобрения и свист, под мерное выстукивание Наумыча он тоже присоединился ко всеобщему безобразию…
Марго, которая сначала равнодушно наблюдала этот бедлам оживилась и даже стала его подначивать, и хохотала без умолку на любую их выходку.
Но тут на сцену вышел…Андрей. Девочки удивлённо зашумели: от кого-кого, но от Калугина такого никто не ожидал…Он стал тоже покачиваться в такт музыке. Марго так и застыла с открытым ртом, она даже забыла о недопитом виски в своём стакане. Когда Андрей стал расстегивать пуговицы рубашки, она с замиранием следила за каждой пуговичкой. Андрей медленно снял рубашку и бросил её в толпу, она пролетела где-то недалеко от Марго, но та даже не заметила, она не сводила с него глаз. И пусть у него получалось это неловко, ей было достаточно. Когда он приступил к пуговицам на шортах, она нервно сглотнула. И Андрей прочитал по её губам: «Капец!»
Она залпом выпила виски и отвернулась: «Нет, это полный капец!». Марго не видела, что происходило дальше, поэтому не знала, что Андрей смущённо поклонился и ушёл со сцены, так и не закончив представления. Зато остальные участники вошли в раж и дурачились, как могли. Некоторые дамы просто визжали от восторга.
- Как тебе мой танец?!  - спросил присевший рядом с женой Гоша.
- Весело, - как-то грустно ответила Марго.
- Ты чего такая зажатая?! Расслабься и веселись! – только и успел сказать он и тут же стремительно убежал.
- Если я расслаблюсь – я упаду, - ответила она.
- Я подхвачу тебя, - послышался рядом тихий голос.
Она вздрогнула.
- Калугин?! – он так тихо подошёл, что Марго и не заметила, когда он сел рядом.
- Не волнуйся, домогаться не буду, - расценил он её оклик по-своему.
- Да?! – она иронично приподняла одну бровь и улыбнулась. – Жаль!
Он усмехнулся в ответ.
- Ты - невозможная женщина.
- Это да, - сказала она с грустью. – Меня вообще в природе не существует.
- Для несуществующей в природе ты так существенно вымотала мне нервы!
Они тихонько засмеялись.
- Ну, знаешь, ты сейчас тоже…дал жару.
- Тебе понравилось?
Она на него так глянула, Андрею показалось, что кровь в его жилах стала горячей.
- Не задавай мне такие вопросы…
И, немного помедлив, смущённо и чуть слышно добавила:
- Понравилось.
- А это тебе, - и Андрей протянул на ладони слегка приоткрытую ракушку. - Надеюсь, тоже понравится….

0

21

Глава 20

Марго, стараясь не выдать свое волнение и радость, осторожно взяла подарок. Открыла и застыла от восторга и удивления. Внутри было целых две жемчужинки, причем довольно крупных.
- Андрюш, спасибо! Но у меня сегодня нет праздника.
- А для меня просто видеть твою улыбку - самый большой праздник!
Они нежно смотрели друг на друга, на мгновение забыв о действительности.
Из мира грез в реальность Марго вернула Майя, не на шутку расшумевшаяся, она ещё раз взглянула на жемчужины.
От вида счастливой соперницы её настроение изменилось.
- Меня ты любишь немного больше, чем именинницу, судя по количеству жемчужин, - сказала язвительно.
- Марго, мне нравится, когда ты ревнуешь. Ты становишься такая сексуальная...
- Калугин!
- Давай сбежим?!
- Как сбежим? – удивилась она.
- Как школьники.
- Подожди…, я поняла - ты пьян.
- Я всегда от тебя пьян
Она нежно посмотрела ему в глаза.
- Андрюш…
- Так ты не против сбежать?
- Андрюш, я не думаю...
- А ты не думай, хоть раз не думай. Пошли.
Он взял её за руку и повёл к океану, Марго так хотелось забыть все преграды, что существуют и уйти с ним. Тепло его руки согревало не только её ладонь, но и сердце. И она, молча, пошла рядом, даже не оглядываясь, не боясь, что их увидят.
Они брели вдоль берега, не нарушая тишину, им было просто хорошо вместе даже молчать. Андрей остановился, и Марго осторожно подняла на него глаза. Он наклонился и нежно прикоснулся губами к её губам.
- Андрюш, - как вздох, произнесла она, останавливая его.
- Я люблю тебя, - прошептал он.
- Я тоже тебя люблю, - еле слышно ответила она.
- Марго…
- Мы не можем…
Они постояли ещё некоторое время, обнявшись. Потом медленно разомкнули руки, и присели на песке.
- Как Алиса? – неожиданно спросила Марго.
Андрей удивлённо на неё посмотрел.
- Не смотри на меня так, я никогда о ней не забывала. Просто…слова стают комом в горле…я не могу… Столько раз уже порывалась тебя спросить…
- Алиса…., нормально, - не уверенно ответил Андрей. – Она вернулась в свою школу, к своим подружкам.
И замолчал. Что он ещё мог сказать?  Что она стала замкнутой и часто плачет? Что даже возвращение в любимую школу и к своим подружкам не вернули ей того душевного равновесия и жизнерадостности, что были раньше? Нет, этого он не мог рассказать…
- Она вспоминает обо мне?
- Иногда…
- Как? - Марго с надеждой  смотрела, ожидая дальнейшего ответа.
- Ты действительно хочешь это знать?
- Понятно, - она горько улыбнулась. -  Я так виновата перед ней…перед вами…
- Я тоже виноват перед ней, не надо было…, - он замолчал.
- Со мной её знакомить? – продолжила его мысль Марго.
- Нет, нет, ты была самой светлой страничкой её жизни.
- Была… и о чём я тогда думала?! Девочке и так в жизни досталось, а тут ещё и я.
- Ты не можешь только одну себя во всём винить, я тоже виноват, не надо было тебя отпускать.
- Нет, ты поступил правильно, когда уехал в Питер, - он хотел возразить, но она не дала. – Я была такой эгоисткой. Нельзя было допускать всего этого…
- Чего?
- Нельзя было в тебя влюбляться, нельзя было давать надежду ни тебе, ни Алисе. Каким же я был уродом, совершенно ни о ком не задумывался.
- Марго…
- Нет, послушай. Я всю жизнь в мужском существовании гнался за какими-то совершенно пустыми и не нужными вещами. Мне теперь кажется это и не жизнь была, а так,  - она махнула рукой. - Все тридцать четыре года - бег по замкнутому кругу, тупое существование… И если быть уж совсем честным – просто удовлетворение своих потребностей, инстинктов…
Она замолчала, чтобы перевести дыхание и набраться храбрости перед следующей порцией откровений. Как же нелегко они ей давались!
- И только этот год я чувствую себя живой, настоящей, что ли. Только сейчас живу и ощущаю вкус жизни,- она горько усмехнулась. -  Да и то с переменным успехом. Вернувшись в своё тело, я уже никогда не буду прежней…, тьфу ты, прежним.
- Почему ты думаешь, что вернёшься в своё…,  - он осёкся. -  В то тело?
- Андрюш, все сказки когда-нибудь заканчиваются.
- Счастливым концом.
- Это в русских сказках, а в японских…
- Мы не в Японии.
Они улыбнулись, тепло, глядя друг на друга.
- Знаешь, мне иногда кажется, меня на этой земле держит твоя любовь.
- Она будет держать тебя всю жизнь! – в нём загорелась надежда.
- Даже когда я стану злобной старухой?
Он рассмеялся.
- Я буду любить тебя всякую. Давай попробуем просто быть счастливыми!
- Попробовать то можно, но кто даст гарантию, что в один «прекрасный» день ты не проснёшься в постели с мужиком?! Нет! – протянула она. - Без нас гомиков хватает.
- А если это на всю жизнь?
- Если…В одном слове и сомнение и надежда. Нельзя прожить жизнь, боясь каждого утра.
Они замолчали.
- Я так устала от этой боли, - сказала вдруг она и положила голову ему на плечо.
Такая сильная, такая слабая женщина. Он обнял. Ему  хотелось  прижать её к себе и не отпускать никогда,  утешить, заверить, что всё будет хорошо, но он не мог, не мог…, будущее всё ещё оставалось для них таким холодным, пустым и неизвестным…

А на празднике спиртное лилось рекой и народ, за исключением Галочки, был доведен до кондиции, когда захотелось романтики. Все разбились по парам и занимались кто чем - кто-то только флиртовал, а кто-то уже переходил к более решительным действиям, кто-то просто танцевал, без музыки, ведь она уже была не нужна. И только Наумыч сидел в одиночестве. Он с завистью посмотрел на молодежь и вдруг затянул, откровенно фальшивя, но так искренне, что даже сам прослезился.
- Все подружки по парам
В тишине разбрелися,
Только я в этот вечер
Засиделась одна…
В этот момент вернулись Марго с Андреем. Их отсутствия никто не заметил, даже "заговорщики". Майя с Гошей и были именно той парой, которая только флиртовала, но делали это с большим удовольствием.
Марго с удивлением для себя отметила, что ей это неприятно. И Андрей это почувствовал, но даже виду не подал, а, напротив, решил исправить ситуацию и взял «бокал»:
- Друзья, я предлагаю выпить за именинницу, благодаря которой у нас сегодня получился такой веселый праздник!
Народ оживился и ответил на это предложение радостным и дружным "ура!".  Каждый принялся разыскивать свой «бокал». Снова выпили и еще раз поздравили виновницу торжества.
- А чтобы наш праздник не превратился в обычную пьянку, и запомнился надолго нашей имениннице, предлагаю повеселиться..., - заботясь о здоровье своих коллег, любимых и не очень, предложила самая трезвая из всех Галочка.
- Так нам и так весело! - перебил ее уже прилично "веселый" Коля.
- А будет ещё веселее! - ответила Галочка, забрав у него бутылку, и продолжила, точнее, закончила свою мысль: - Предлагаю повеселиться и поиграть в фанты!
- Какие ещё фанты? - не понял Зимовский и нетрезво икнул. – Сорриии…
- Антоха, ты что, не знаешь, что такое фанты? - удивился Валик.
- Я не знаю?! Я всё знаю!
- Очень интересное предложение! - поддержал Галочку Андрей. - Если виновница торжества не против, может, поиграем?
- Я с удовольствием, - поддержала именинница.
- И я "за"! - обрадовался Гоша.
И опять это единодушие задело Марго. «Что это за бунт на корабле…», - подумала Марго. Её мужики, как сговорились, подпевать этой... И осеклась, улыбнувшись своей формулировке - «её мужики»… «Прямо гарем, а я - султан, то есть султанша… Тьфу ты, лезут всякие глупости в пьяную голову…»
Остальная общественность подтвердила свою готовность к участию бурными аплодисментами.
- Раз все согласны, тогда на роль ведущего предлагаю именинницу! - Галя была счастлива, что ее идею одобрили, а еще у нее появилась надежда, что завтра утром картина «Павшие в неравной схватке» не повторится.
- Нет, - заупрямилась именинница. - Я тоже хочу играть. Пусть кто-то другой будет ведущим!
- Давайте тогда по очереди! – мигом нашла компромисс Галочка.
Но право первой загадать желание предоставили Майе. Галочка взяла розовую заколочку и спросила:
- Что сделать этому фанту?
- Спеть песню!
Люся сначала засмущалась, но подбадриваемая дружными возгласами, вышла вперед, поклонилась, чем сорвала бурные овации, и уверенно затянула: "Пусть бегут неуклюже..."
Галя взяла следующий фант - авторучку Зимовского - и задала тот же вопрос. Люся ненадолго задумалась, а потом, улыбнувшись, озвучила задание:
- Исполнить танец маленьких лебедей!
Народ одобрительно загудел, а Антон, ничуть не смутившись, встал перед публикой, поклонился как заправский артист, пару раз подпрыгнул, как настоящий балерон. Зрители пришли в восторг, дамы засвистели. Валик начал напевать знакомую мелодию. Зимовский встал в нужную позицию и с самым серьезным выражением лица начал танец. Несмотря на принятую дозу алкоголя, с координацией у него было все в порядке. Танец получался шикарно. Народ визжал от восторга и плакал от смеха. Антон трижды повторял свой номер "на бис".
- Артист! Ух, артист! – восхищался, вытирая слёзы от смеха, Наумыч.
Под бурные аплодисменты Антону вручили «фант» и настала его очередь блеснуть находчивостью и изобретательностью. Он хитренько улыбнулся: «Кто бы ни был следующий – он попал!», а вслух произнес:
- Владельцу этого предмета предстоит превратиться…, - Антон сделал паузу, мечтая, чтобы этим владельцем была Марго, ну или хотя бы Гоша.
Пауза затянулась, и Галочке пришлось кашлянуть, чтобы вернуть его в реальность.
-… превратиться в обезьяну! – выдал Зимовский, довольный собой.
- Это же мой фант! – с трудом выговорил Коля и почесал затылок. – Как же это сделать – превратиться в обезьяну…
- Студент, да что там думать! Будь собой! – Зимовский был явно разочарован.
- Может, для храбрости и раскрытия таланта, по пять капель? – предложил Валик.
- Ну, если верить Дарвину, что труд из обезьяны сделал человека, то возможно, что безделье и пьянка приведут к обратному превращению, - заметила Галочка и с укором посмотрела на мужа, и у него отобрав бутылку. – А Николай и так достаточно храбрый и талантливый, особенно сегодня.
Коля вышел вперед, несколько секунд еще постоял в задумчивости, потом немного присел и издал звук, отдаленно напоминавший крик Кинг-Конга из известного фильма, постучал себя в грудь, услышав одобрительный смех и аплодисменты, он не на шутку вошёл в роль  и быстро взобрался на дерево. Оказавшись на вершине, стал срывать бананы и бросать их на землю. Сорвав последнюю ветку, Коля посмотрел вниз и у него закружилась голова.
- Ой, а как же мне отсюда слезть? – дрожащим голосом спросил он и прижался плотнее к дереву.
- Так же как и залез! – захохотали внизу.
- А как я сюда залез? Я не помню…
Совместными усилиями и в результате долгих уговоров удалось все же снять Николая с дерева и игру продолжили.
Следующим фантом оказался слоник  Наумыча. Чтобы его вернуть ему предложили станцевать ламбаду. Егоров пришел в восторг от задания. Он взял у Люси большой платок, обвязал его вокруг талии и стал так активно двигать бедрами, что смотреть на это не смеясь, было невозможно. Танец получился таким зажигательным, народ ещё долго пребывал в восторге.
Настала очередь Эльвиры. Ей Наумыч загадал изобразить скульптуру, но так, чтобы народ отгадал. Эля позвала Зимовского, они о чем-то пошептались и через несколько секунд замерли, как каменные.
- Рабочий и Колхозница! – обрадовался главный марксист-ленинист.
- Очень натурально у вас получается! – заметил Валик.
- Видно,  образы близки, - подмигнула ему Марго.
Эля, став ведущей, решила продолжить тему искусства и предложила следующему участнику изобразить картину.
Галя встала на небольшой камень и начала балансировать на нем.
- «Мишка в сосновом бору»! – выкрикнула Эльвира.
- «Женщина с веслом»! – выдал свою версию Зимовский.
Галя от хохота чуть не свалилась со своего постамента. Валик подхватил ее.
- Сами вы мишки! – обиделся он. – Это же «Девочка на шаре»!
- Для девочки крупновата, - заметил Антон. – Может, все же та, что с веслом?
- Сам ты с веслом! И это вообще скульптура, а не картина! – активно защищал жену Валик, а та отблагодарила его поцелуем.
Пребывая в романтическом настроении, Галочка предложила следующему фанту поцеловать соседа справа. Владельцем следующего фанта оказалась Марго, а ее соседом справа был ни кто иной, как Антон Владимирович Зимовский. Они переглянулись, и в их взглядах не было ни капельки симпатии и желания выполнять задание.
- Никогда! – ответили в один голос.
Общественность возмутилась:
- Как это - никогда? Все выполняли...
- А вы чем лучше?
- Нет, лучше убейте, - ответила Марго.
- Этот вариант мне нравится больше! - обрадовался Зимовский. - Тем более, если дама просит сама...
- Нет, нет, убивать мы никого не будем. Марго, ты не права, все выполняли свои задания, даже самые нелепые, -  начал Наумыч.
Больше всех был возмущен Коля: он же жизнью рисковал, выполняя задание!
- А, может, я еще лучше станцую, а? - Зимовский почти умолял.
Но Галочка, да и все остальные, были непоколебимы - только поцелуй!
И тут Люся вскрикнула:
- Ой, а Галочке же нельзя отказывать...
- Ну, так, Галочку я и поцелую, - попыталась выкрутиться Марго.
- И я, - тут же подхватил Зимовский.
- Так, а что это так много тут нарисовалось желающих целовать мою жену? - возмутился Валик. – Нет уж, кого выпало, того и целуйте.
- Избавьте меня от этого, я лучше крокодила поцелую, чем Зимовского.
- Сочувствую крокодилу, - в ответ съязвил Антон. – Не повезло ему.
Марго уже начала забавлять реакция Зимовского.
- Ладно, давайте оставим Антона Владимировича в покое, вон как он поцелуев боится.
- Зимовский, от поцелуев не беременеют, - хихикал Кривошеин. – Спроси у Галочки, она знает.
Под общий смех и шуточки, чтобы найти выход из ситуации,  решили, что «право» и «лево» понятия относительные и  Марго поцеловала Наумыча, который сидел слева от неё.
Садясь на своё место, она шепнула Антону:
- Я тебя поцелую…потом….если захочешь, - и подмигнула.
От чего Антоша дёрнулся испуганно и отсел подальше.
Марго получила свои честно отработанные очки и, не задумываясь, предложила следующему фанту прочитать стихотворение. Как же она удивилась, когда этим следующим оказался Андрей. А когда услышала стихи - земля ушла из-под ног...
Он  вышел в центр поляны и сразу же, без предисловий начал читать, смотря ей прямо в глаза:
Говорят, что разлука лечит,
Что любую любовь сотрёт,
А душа, чтоб ей было легче
Быстро новую изберёт!
Это глупость и это не верно,
Это - просто душевный бред!
Понимаешь, как это скверно,
Что тебя в моей жизни нет?!
А другой я не буду рад -
Понял это уже давно.
Видно нужно другое сердце
Чтоб другую любило оно…
Марго тоже не могла отвести от него глаз.
Народ притих, почуяв запах скандала, и даже многие протрезвели.
- Вот, дает! - вырвалось у Эли.
- Смело, очень смело..., - злорадствовал Антошка, понимая, что это - бомба сегодняшнего вечера, вот только рванула бы в нужном направлении.
Только Андрей закончил читать, как Гоша вскочил и кинулся к нему с кулаками. Народ бросился, их разнимать.
Марго пребывала, как будто в ступоре, она даже не попыталась что-то сделать. Сердце сжималось от боли и муки. И рвалось на части. Она ничего не видела и не слышала, в голове всё ещё звучали его слова.
- Марго! Ну, что же ты сидишь?! – наконец, услышала она крик Гали.
Она подняла на неё глаза и очнулась, тут же подскочила и кинулась разнимать драчунов.
Она отвела Гошу в сторону, пытаясь с ним говорить. Но он её не слышал, злобно поглядывая на соперника, тот ему отвечал таким же взглядом.
Совместными усилиями их кое - как успокоили. Предложили выпить мировую.
Когда страсти улеглись, снова вспомнили об игре.
Была очередь Андрея загадывать задание. Он, пребывая всё ещё в возбуждении, сказал первое, что пришло в голову:
- Следующий фант пусть перенесет нас в цирк!
Увидев, что обладатель этого фанта Майя, Андрей смутился:
- Можно и не в цирк…
- Почему же не в цирк? Я с удовольствием!
Она разбежалась и красиво прошлась колесом по поляне, вызвав бурю аплодисментов, а когда в конце села на шпагат и одарила всех одной из самых своих обворожительных улыбок - мужчины растаяли и смотрели на нее, будто загипнотизированные.
- Тоже мне, женщина-каучук, - буркнула себе под нос Марго.
Майя, получив свой платочек обратно, кокетливо поглядывая то на Андрея, то на Гошу, завязала его на шею и повернулась спиной, готовая дать задание следующему фанту.
- Пусть следующий фант сделает приятное хорошему человеку.
Она очень рассчитывала, что этим фантом будет Гоша, а она будет тем самым  человеком.
Но не случилось... Задание досталось Валику, который спел лирическую песню своей любимой Галочке.
Валик, став ведущим, решил не оригинальничать, и его задание было практически подобным Галиному, но с небольшим изменением – соседу, теперь слева, надо было признаться в любви.
Фант это был Гошин и он уже приготовился клясться в вечной любви Галочке, а именно она сидела по левую руку от него, но повернувшись к ней, он увидел там... Калугина.
Тот обернулся и они посмотрели друг другу в глаза. У Андрея было ощущение, что самый страшный кошмар его жизни сейчас станет реальностью, он взглянул на Марго. Она почувствовала то же самое. Они оба буквально оцепенели, на их лицах было выражение и ужаса, и боли одновременно.
- А где Галочка? – Гоша спросил недоуменно у Калугина, но тот не отвечал и он задал этот же вопрос Марго, сидевшей с другой стороны.
Но они молчали. Гоша переводил взгляд с одно на другого, не понимая, что с ними творится.
В этот момент вернулась Галя и села на своё место. Гоша на радостях, что не надо будет признаваться в любви Калугину, чмокнул её в щёчку.
- Любимая, а ты сегодня популярна! - заметил Кривошеин. - Стоит мне отвернуться, а тебя уже целуют! Игорь Семеныч, попрошу не отступать от условий задания. Там было только признание!
Все засмеялись и лишь двое ничего не слышали.
Сейчас они оба почувствовали, что бессильны в сложившейся ситуации, а боязнь обратного превращения отравит им совместную жизнь и не позволит наслаждаться счастьем, даже если и будут вместе.
А Гоша тем временем так убедительно и трогательно объяснялся в любви Гале, что Валик начал уже ревновать не в шутку. Дело почти дошло до дуэли, осталось только выбрать оружие (секундантом сразу вызвался быть Зимовский), но щекотливую ситуацию быстро разрулила искусный миротворец Галочка, которая с легкостью убедила мужа, что ей никто другой не нужен, кроме него.
- К тому же, -  добавила она. - Гоша - известный ловелас, и умеет красиво говорить, поэтому верить его словам  никому не рекомендую. И только Марго удалось обуздать его, а вот как - это осталось загадкой. Видно, она удивительная женщина, раз смогла такое.
- Да! – многие закивали утвердительно, особенно Наумыч.
- Марго!
Она не отозвалась.
- Марго!
Только на третий раз та очнулась
- Что?
- Как тебе это удалось?
- Что удалось?
- Да, ничего, - Галя поняла, что та ни слова не слышала. - Проехали.
И на ушко добавила:
- Тебе, повезло с мужем. Я, даже помня, что это игра, почти поверила ему. Могу только представить, как он это делает не играя...
Марго ничего не ответила.
Закончив игру, они обнаружили, что уже начинало темнеть, все разбрелись, кто, куда и потихоньку начали укладываться спать.

Утро пусть и не было добрым для большинства обитателей острова, но все же Галочкины старания не прошли даром. Все проснулись бодрыми и лишь с немного  помятыми физиономиями. После легкого завтрака, заботливо приготовленного все тем же ангелом-хранителем, народ единогласно решил еще отдохнуть.
Неожиданно послышался какой-то странный  всё нарастающий шум.
- Что это? – спросил кто-то.
- Это - шум мотора, – предположил Коля.
- Самолёт! – закричала Люся.
И все дружно задрали головы вверх. Но небо было совершенно чистым – даже, ни облачка.
- Где самолёт? – зло спросил Зимовский.
Ему никто не ответил, все были заняты тем, что вертелись на месте, ища в небе этот самолёт.
- Звук идёт оттуда, - и МЖовцы понеслись в одну сторону.
- Нет, со стороны океана, - они дружно развернулись и побежали к океану.
Им открылись необозримые синие просторы, но объекта, от которого шёл звук не обнаружили.
- Туда!
Мжовцы бежали вдоль берега и как только завернули за поворот, их взорам открылась странная на их взгляд картина.
У берега стоял катер, в нём сидело двое мужчин. По внешнему виду можно было предположить, что они были выходцами из Индии, хотя одеты были современно - в джинсы и рубашки. При появлении МЖовцев, те привстали и удивлённо уставились на толпу народа, выбежавшего на берег. Было видно, что для них это было такой же неожиданностью, как и их явление МЖовцам. Один другому что-то сказал, и тот ущипнул товарища.
МЖовцы заулыбались, эта сцена их позабавила. Они медленно приближались к незнакомцам и по мере приближения физиономии у тех вытягивались. У наших героев забрезжила призрачная надежда о том, что они могут выбраться с острова и без самолёта Гальяно. Судя по этим двоим на катере, цивилизация рядом. Они наперебой бросились расспрашивать мужчин на английском, французском, немного на испанском, (вспомнили всё, что знали из школьной и институтской программы)  кто они и откуда. Но те только удивлённо переглядывались и говорили друг другу что-то на совершенно незнакомом МЖовцам языке. Когда запас слов иссяк, продолжили объяснять жестами, но и это не возымело нужного эффекта. Они бы ещё долго так «беседовали», но их неожиданно прервали. Из зарослей вышло пять такого же вида мужчин. И стал понятен их визит на остров - они несли к катеру плоды хлебного дерева. Мжовцы обрадовано хотели ринуться с вопросами и к этим, но наткнулись не только на злобные взгляды, но и на стволы настоящих автоматов.
- Это ж «калаши», - удивлённо заметил Зимовский.
Откуда у туземцев автоматы Калашникова можно было только догадываться.
- А, может, это пираты?! – прошептала Галя.
От такого предположения стало нехорошо,  волосы на головах зашевелились. Встреча уже не казалась такой удачной.
«Пираты» были ошарашены не меньше. Они некоторое время постояли в замешательстве, но затем их предводитель, внимательно оглядев неожиданных гостей, что-то сказал и они продолжили свой путь к катеру. Вид у предводителя был ещё тот: нелепая повязка, из-под которой выглядывали ещё более нелепые косички, этим он отдалённо напоминал Джека Воробья.
МЖовцы теперь уже молча провожали взглядом «пиратов». Те почти погрузились на катер, но в последнюю минутку  «Джек Воробей» обернулся и пристально взглянул на Марго. У той от такого взгляда мурашки побежали по телу. Он перевёл взгляд на Гошу и  что-то сказал другим, те шустренько выскочили из катера, подбежали к Марго и Гоше, схватили их под руки и потащили в катер.
- Эээ, вы чего? – она была в таком шоке, и это единственное, что могла сказать.
Андрей   бросился её спасать, за ним остальные, но они тут же наткнулись на стволы автоматов. Теперь из катера выскочили все кто ещё там оставался. МЖовцы остановились, но Андрей не отставал, и по мере отступления пиратов к катеру, шёл за ними.
Вскоре  он был вознаграждён за своё упорство - «Джек Воробей» поморщился и опять что-то приказал своим людям и те втолкнули довольно грубо и Андрея в катер, который тут же отчалил от берега.
МЖовцы в ужасе провожали катер, пока он не стал маленькой точкой на горизонте, и не исчез совсем…

- Тебе не надо было этого делать, – шепотом сказала Марго Андрею, когда шок немного прошёл, и она начала соображать.
- Что не надо было? – спросил он.
- Не надо было лезть на рожон, у тебя дома Алиса и мама, мог бы сейчас спокойно сидеть на нашем острове.
- Спокойно я бы всё равно не сидел, а в тот момент я не мог ни о чём думать, кроме…
Но он не закончил свою мысль, на них грозно шикнули, и они замолчали.
Плыли они  недолго и вскорости уже вылезали из катера, подгоняемые вооружёнными пиратами.
Их провели вдоль хижин, из которых выбегали жители,  удивлённо их рассматривая. Вокруг было мило, ухожено, как на картинке. Среди зелени небольшие домики из той же зелени и улыбчивые люди, провожающие их взглядами.
Наши герои немного успокоились, обстановка была умиротворённой и вскоре они уже и сами с любопытством всё рассматривали.
Их привели в центр посёлка под небольшое укрытие. Все, кто их взял в плен, разошлись. И троица могла спокойно разглядывать всё вокруг.
- Странно, что нас оставили, - сказал Гоша. – Причём без охраны.
- Ничего странного, я так понимаю, смыться самим с этого острова  невозможно, - ответил Андрей.
- Это всё понятно, но зачем нас сюда притащили? И почему именно нас? Он так странно смотрел…- начала Марго.
- Этот с косичками? – спросил Андрей.
- Да…Почему только нас? Если это пираты, то почему не забрали всех?
- Может, вместительность катера небольшая, и они поплыли за остальными, - выдвинул предположение Андрей.
- Ты думаешь, они буду требовать выкуп?
- Не понятно пока.
- Я сразу же задумалась: а кто сможет за меня заплатить? Гоше в этом плане повезло больше - мои родители его выкупят. А кому я нужна?
- Мне, - ответил Андрей.
- И мне, - встал в позу Гоша. – Я без тебя отсюда не уйду.
- Подождите, может всё не так печально.
- А может нас съедят на ужин? – нервно улыбнулся Гоша.
- Если бы хотели съесть, взяли бы сначала Галю, - пошутила Марго. – Да и в этих водах нет каннибалов, это скорее в неизведанных джунглях Амазонки.
- Ты меня успокоила.
- Хотя, я и о пиратах здесь не слышала.
- Я думаю, сейчас мы узнаем ответ, - сказал Андрей и указал на идущего к ним «Джека Воробья».
Тот, подойдя к ним, неожиданно улыбнулся. Если бы не обстоятельства, можно было бы расхохотаться в ответ на его улыбку. Передние зубы были не все - а так, через один. И хотя улыбка существенно меняла лицо пирата, и оно становилось даже где-то обаятельным, но от этого ещё более нелепо смотрелась на его физиономии.
Он заговорил на ломаном итальянском. Наши герои переглянулись, и Марго спросила на английском:
- Уou know English (вы знаете Английский)?
Тот лишь непонимающе заморгал в ответ.
Она попробовала на испанском, затем Андрей на немецком, что-то ещё смастерили общими усилиями на французском, но это не дало никакого результата .
- Да, что ж ты такой тупой, - не выдержала Марго.
«Джек» вдруг расплылся в улыбке:
- Раша…- и выматерился на чистом русском, чем привёл всех в неописуемый восторг.
- И тут наши туристы побывали, - обрадовалась Марго
- Нет, туристы, - ответил пират, и, с трудом подбирая слова и выдавливая их из себя, добавил: - Я учиться, Москва, Патриса Лумумбы…
Это всё, что можно было разобрать из его слов.
- Ты учился в международном университете имени Патриса Лумумбы в Москве? – удивлённо воскликнула Марго.
Джек довольно закивал головой.
- Плохо, видно, учился - ни бельмеса по-русски.
- Давно…ошень давно…
- Понятно, ты всё забыл.
Он в ответ только кивал головой.
- Ты зачем нас сюда приволок? – спросила Марго, когда лирическое отступление закончилось.
Он ткнул в неё своим костлявым пальцем и сказал:
- Не ты.
- В смысле? – не поняла она.
- Не твоё тело, - выдавил Джек.
Все трое застыли в мистическом ужасе.
Довольный произведённым эффектом, он так же ткнул в Гошу и повторил фразу:
- Не  твоё тело.
Они так и стояли с открытыми ртами, только переглядываясь друг с другом, боясь даже пошевелиться, волосы у всех на головах встали дыбом.
Когда они потихоньку начали приходить в себя, Джек пристально взглянул на Гошу, затем в глаза Марго, ей даже показалось, что-то нечеловеческое в этом взгляде и неожиданно спросил:
- Вы хотите вернуться в свои тела?
- Да! – выкрикнула Марго.
- Нет! – твердо ответил Гоша.

0

22

Глава 21

«Джек» нахмурился и начал вновь что-то путано объяснять. Они поняли из его ломаных фраз следующее:
- Я ошень сильный шаман из племени… могу вернуть вас в ваши тела…
- Как можете?
И он затянул опять тоже самое:
- Я ошень сильный шаман из племени… могу вернуть вас в ваши тела…,но на это вы должны быть согласны! Все!
- Как все?- не поняла Марго. – Андрей не…
- Все! – ещё раз сказал «шаман».
Он развернулся уходить, немного помедлил, обернулся и повторил для пущей убедительности:
- Все! ...

***
Тем временем на их острове обстановка накалялась. Как только лодка с туземцами и их пленниками скрылась из виду, народ вышел из ступора. Поднялся страшный шум. Все наперебой предлагали план спасения, причем большинство из них были нереальными и невыполнимыми. Наумыч, как всегда, взял на себя роль главного и  хватался за каждое предложение.  А Майя, которая была просто образцом идеального самообладания и единственная мыслила разумно, методично отметала их одно за другим.
И только Зимовский помалкивал, он пребывал в эйфории - все самые смелые его мечты сбылись.
Когда последнее "гениальное" предложение было отправлено Майей  в отставку, Наумыч растерялся:
- Так, а что же нам делать? Неужели мы будем просто сидеть, сложив руки, когда наши самые ценные кадры похищают так бессовестно, средь бела дня, у нас на глазах? Наши коллеги...  Нет, не так… Наши друзья в беде и мы должны сделать все, чтобы их вернуть живыми!
Наумыч в этот момент напоминал Ленина на броневике. И это заметил Зимовский. Все захихикали, но когда Егоров на них строго взглянул, сразу же стали серьезными.
- А вот пусть наша психолог и предложит план действий! - нашелся Валик. - А то чужие идеи раскритиковать дело не хитрое, а свои озвучить слабо?
- Какой может быть план действий здесь на острове? Валентин, ну что мы можем сделать? – ответил за Майю Зимовский
- Озвучить не слабо, главное, чтобы озвученное имело смысл! - гордо заявила Майя.
- По-моему, сейчас непрозрачно намекнули, что мы все не очень умные... - заметила Эльвира.
- Что же вы с такими недалекими на остров-то поехали? - изобразил удивление Зимовский.
- Только давайте не будем ссориться, - резонно заметила Галя.
Майя уже по привычке не обратила внимания на колкости некоторых островитян и продолжила:
- В нашей ситуации нам не обойтись без посторонней помощи. Допустим, мы бы построили плот, как предлагали Валентин и Николай, и даже допустим, что мы бы добрались до нужного острова без карты и навыков навигации, пусть и так. Но не забывайте, что их больше и они вооружены. Что дальше? - она посмотрела на "родителей" этой идеи, они, молча, опустили головы.
- Мы поняли, что вы - мастер критики, - не унимался Зимовский. - Вот только не расслышали вашего предложения! - он приставил руку к уху: - Не слышно! Повторите еще раз для умственно отсталых, какой у вас план?!
Антона меньше всех беспокоила судьба пропавших, если не сказать больше - он был просто счастлив, что так легко и неожиданно, да еще и чужими руками избавился от этих мутантов! Калугу, правда, немного жаль, но сам виноват...
И вот, только от одной курицы избавился, так вторая перья поднимает. Вообразила тут из себя! Как же надоели эти командиры в юбках!
«Какой бы у нее не был план, главная задача - препятствовать его осуществлению. Этим сразу убьем двух зайцев - пропавшие таковыми и останутся, и ее авторитет уроним...»
Тем временем Майя начала посвящение:
- Я повторюсь: без внешней помощи нам не обойтись!
- Как же мы не догадались! - перебил ее Антон и стукнул себя по лбу. - Все же так просто! Берем телефончик, набираем номерок и вызываем МЧС! И всё! Все спасены и счастливы!
- Мы до этого использовали не все способы. Собственно, мы особо ничего и не предпринимали, поскольку в этом не было такой острой необходимости, как сейчас.
- Что вы имеете в виду? – насторожился Наумыч.
- Ой, а я сижу и чувствую, что что-то колется... Думал соломинка, а оно нет, острая необходимость! - Антон методично воплощал свой план.
- Антон, если ты сейчас же не прекратишь, я за себя не отвечаю! - Наумыч был серьезен как никогда.
- Так вот, сейчас нам надо использовать все возможности, чтобы подать сигнал бедствия, - продолжила Майя, благодарно кивнув Егорову за поддержку.
- А я видел в кино, как выкладывают SOS из сухих веток, а потом поджигают! - осенило Валика.
- Вот, Валентин, эта ваша идея мне нравится! - одобрила психолог. - Можете этим и заняться. Выкладывайте на пляже - там открытое место и хорошо просматривается с воздуха.
Валик был доволен собой и победоносно глянул на Зимоского, огорчал его только один момент - надо было потрудиться: собрать сухих веток и выложить на песке слово. Но поскольку это была его идея и ему поручили ее осуществлять, а, следовательно, он за главного, то быстренько нашел себе подчиненных - Колю и Люсю.

***
Шаман вышел, повисла тяжёлая пауза.
«Вернуть вас в ваши тела…», - Марго стало страшно. Мысли с бешеной скоростью пронеслись в её голове.  «Оборвать всё раз и навсегда…. И больше не будет этой боли. Прекратить всё и забыть, как страшный сон… Нет больше сил бояться затмений, видеть его рядом и не иметь возможности быть вместе…»
«Это выход, - твёрдо решила она. – Всё вернётся на круги своя и эта ноющая боль в груди, не дающая покоя, исчезнет…с исчезновением Марго. А я… Я верну себе свою жизнь, своих друзей и родных. Смогу наконец-то обнять родителей как их сын, а не как их невестка, сказать, как же я их люблю. Раньше это не часто делал…».
Как только шаман вышел, Марго посмотрела Андрею в глаза. Он как будто прочитал её мысли, и в его взгляде появилось столько боли, но он лишь отрицательно покачал головой. Он понимал, что сейчас именно тот судьбоносный момент, когда решаются судьбы всех раз и навсегда. Обратного пути уже не будет. И нельзя вновь ошибиться. Свой выбор он уже сделал! Но как убедить Марго? Что делать? Да все, что угодно! Кричать, убеждать, умолять, а если не поможет – схватить ее и просто убежать, уплыть, улететь отсюда! Сейчас он способен на многое. Он набрал побольше воздуха перед решительными действиями, и вновь встретился с ней взглядом и… понял, что бессилен в этой ситуации – она сделала свой выбор, выбор за двоих. Это её жизнь…её выбор…
Марго перевела взгляд на  Гошу. И этот взгляд не предвещал ему ничего хорошего.
- Нет! – закивал головой Гоша в ответ на её немой укор.
- Гоша! – начала она с наездом, и он почувствовал, что сейчас по нему проедутся танком.
- Нет! – решил не отступать.
- Гоша, ты мне обещал!
Он замялся.
- Мы тогда ждали затмения. Я пообещал, что приму, если это случится. Но, мы же не поменялись. Раз не поменялись, значит, мы любим друг друга.
- Мы не поменялись и тогда, когда о существовании друг друга только смутно догадывались. Это тебе ни о чём не говорит?!
- Нет! Нет…. Тогда я был влюблён в другую женщину, а ты… - он махнул рукой в сторону Андрея.
Андрей отошёл от них и  отвернулся, ему был невыносим этот разговор. Он до боли сжал кулаки, хотелось, выть, кричать, крушить всё вокруг. Но он, молча, смотрел вдаль  на синий океан видневшийся невдалеке….
- Слишком много  «люблю», - продолжала Марго. -  Гош, ты мне обещал! В конце концов, это моё тело. Ты не можешь…
- Марго, я люблю тебя! Я не хочу, чтобы ты исчезла, - он уселся на песок и закрыл лицо руками.
Она присела рядом.
- Ты любишь человека, я тем же человеком и останусь, - осторожно взяла его руки в свои и отвела от лица. -  Ничего не изменится, всё останется, как прежде.
- Не смеши меня. Никогда не поверю, что Игорь Ребров останется при одной юбке…
- Зря ты так,  - перебила она. - Мы оба изменились и уже не будем такими, как прежде…Я сейчас другой человек, и никогда не вернусь к той жизни…
Он только отрицательно качал головой.
- Гош, я тебе обещаю, всё останется, как есть.
Он не отступал.
- Гош, - она нежно прикоснулась ладонями к его лицу.
- Запрещённый приём, - он тяжело вздохнул.- «Она всё равно не отступит. Она уже все решила.  И ему ее не остановить и не переубедить. Да что там душой кривить - он никогда не имел на нее никакого влияния. А вот она… Есть в ней такая сила, против, которой он бессилен... Он много раз представлял себе, что это может когда-то случиться и тот мир, в котором он стал человеком, не просто красивой куклой для забав, а человеком, которого ценили и уважали, рухнет. И пусть за чужой счёт было это уважение, это временно, потом бы он обязательно всё исправил, он бы смог… Потом… Теперь  этого потом не будет. Так недолго он побыл человеком… Не успел и пожить, не успел и любить. И пусть его не любили… - он смотрел в синие глаза.- Нет, не любили. Но он был счастлив, недолго…»
– Делай, как хочешь.
Она нежно поцеловала его.
- Спасибо!
И тут же обернулась к Андрею.
- Это уже без меня, - поняв её намерения, сказал Гоша, поднялся и пошёл к выходу.- Пойду, пройдусь, рассмотрю достопримечательности.
И, проходя мимо Андрея, добавил:
- Не поддавайся на её уговоры…

***
А в лагере кипели спасательные операции.
- Еще нужно будет установить круглосуточное наблюдение за небом и океаном. Нам же надо не пропустить возможность подать этот сигнал, - продолжила наставления Майя. - Будем дежурить по очереди.
- Буквы кораблю будут не видны, - со знанием дела заметил Валик, которого уже распирало от гордости. - Нужно еще наложить веток для большого костра.
- Валентин, вы приятно удивляете! - улыбнулась Майя. - Дерзайте!  А я еще поднимусь на скалу с мобильником, а вдруг повезет, и поймаю сигнал, - добавила Майя. - А потом присоединюсь к вам, и определимся с графиком дежурств.
Зимовский вызвался ее сопровождать. Она отказывалась, сколько могла, но он настоял. Как только Майя сдалась, к Антону подлетела с воинственным видом Эльвира:
- Имей в виду, я иду с вами. Вдвоем вас не отпущу!
- Эля, что за приступы тупой ревности?!
- Ага, я, значит, тупая и ты себе умную нашел?
- Эля…, - протянул Зимовский деланно обижено. - Это же все для дела, нашего дела! А она не в моем вкусе.
- Знаю я твои дела! Ты же, как и твой дружок Гоша, ни одной юбки пропустить не можешь! Вы же так все дела и решаете!
- Вспомнила! Нету больше того Гоши, вокруг одни мутанты! Да и я уже не тот. У меня теперь другие методы. А все потому, что понял, что люблю одну тебя! - Зимовский вложил в последнюю фразу, и последовавший за ней поцелуй,  столько чувственности, что получилось очень даже убедительно. Эля растаяла и сдалась.
Уладив таким образом все формальности, Антон поспешил за Майей.
Помня последний поход на скалы, пошли в обход.
Какое-то время шли молча. Антон продолжал разработку своего плана. Вдруг Майя резко остановилась и спросила прямо в лоб:
- Антон Владимирович, вы зачем пошли со мной? Не поверю, что вами движут благородные порывы! И почему вы так ненавидите Марго? Что она вам сделала? Только откровенно. Имейте в виду, что я психолог, и легко отличаю ложь от правды!
- Хотите откровенности? Да пожалуйста! Марго - это то, что мешает мне жить последний год! Да, я ее ненавижу! А за что мне ее любить? Я десять лет горбатился в этом издательстве, а лавры доставались всегда Гоше. Он же у нас гений, а я так... И вот он пропал. Кто должен был занять его место? Я! Его зам и друг! А нет! Появляется эта овца и сразу же в кресло главного редактора! Да еще и начинает воду мутить. Ее бесконечные аферы и подставы... И я ее должен после этого любить?
- Понятно... Я так и представляла... Но сейчас она же жена вашего друга, - у Майи загорелись глаза - "клиент" был в том состоянии, что мог бы многое прояснить.
- Да какой он мне друг! Он же... - Зимовский запнулся.
- Кто? - подталкивала к ответу Майя.
Но Антон уже взял себя в руки и продолжил:
- После того, как он женился на этой, и стал плясать под ее дудку, он мне больше не друг!
Майя разочарованно вздохнула, она чувствовала, что Зимовский хотел сказать нечто другое. "Жаль, сорвался... Не дожала его..."
Остаток пути прошли молча.
Взобравшись на вершину самой высокой скалы, Майя включила свой телефон и начала медленно передвигаться с ним по всей площади. Антон, молча, наблюдал, не веря в успешность этой операции.
Вдруг она остановилась. Антон напрягся. Но потом помотала головой и дальше продолжила хождения.
Спустя несколько минут, Антон предложил:
- Предлагаю двигать обратно. Это все бессмысленно.
И в этот момент Майя вскрикнула:
- Есть! Есть сигнал!
Антон в секунду оказался рядом.
- Сигнал слабый. Но надо попробовать позвонить. Не двигайтесь! Я боюсь даже дышать, - Майя дрожащими от волнения пальцами стала набирать номер.
- А кому звоните? Чей номерок, если не секрет?
- Гальяно! Чей же еще? У меня нет других знакомых, имеющих возможность сюда прилететь.
Мозг Антона в этот момент работал в авральном режиме. "Что делать?" И тут совсем рядом громко вскрикнула птица - ей не нравились непрошенные гости. Зимовский сообразил молниеносно - он дернулся, якобы испугавшись, и выбил телефон из рук Майи. Телефон разлетелся на кусочки, ударившись о камни.
-Ты… вы... - Майя задыхалась от негодования.
- Ой, как неприятно получилось! - причитал Зимовский, собирая осколки телефона. - Телефон-то недешевый! Вы только не волнуйтесь! Я все возмещу, как только вернемся и еще и моральный ущерб.
- Вы это сделали специально?
- Ну что вы? Как могли так подумать? - Антон изобразил искреннее удивление и раскаяние одновременно. - Нервы, знаете, совсем сдают... Работа такая, а теперь еще и веселенький отдых... Вот и получилось так.
Майя поняла, что он сделал это специально. "Вот, жучило!"
Зимовский протянул Майе остатки телефона. Она забрала симку и со словами "Остальное можете оставить себе" резко развернулась и быстро направилась в лагерь.
Антон довольно улыбнулся и медленно двинулся за ней.
Вернувшись, Майя рассказала о происшествии. Антон был тише воды, ниже травы - изображал раскаяние и печаль.
Во время их отсутствия народ трудился не покладая рук. Даже об обеде никто не вспомнил. Закончили уже под вечер. Галочка накормила тружеников. После ужина занялись графиком дежурств у сигнальных объектов. Здесь оживился Зимовский:
- Предлагаю свою кандидатуру на всю ночь. Пусть это будет хоть небольшой компенсацией за мою оплошность...
- Нет, - отрезала Майя. - Один человек на всю ночь - это нереально! Предлагаю по два и по полночи!
- Я буду с Валентином первую часть ночи дежурить, а Антон с Колей - вторую! - быстро распределил обязанности Наумыч. - А вы, милые дамы, все отправляйтесь спать! Галочка, и посуду оставь. Мы с Валентином сами справимся. Нам же все равно не спать.
- Борис Наумыч, как вы заметили, день сегодня был трудный и вам тоже надо отдохнуть. Наш главнокомандующий должен быть завтра в боевой готовности! Да и милым дамам с вами будет спокойнее в доме. А то мало ли что... - запел Антон. - Вы идите, а я буду дежурить сначала с Валиком, а потом со студентом.
Аргумент про безопасность дам был убедительным и Наумыч согласился. Майя недоверчиво посмотрела на Антона, но промолчала.
Ночной дозор, груженный грязной посудой,  направился к своему посту, а остальные остались сидеть у костра. Отойдя немного от лагеря, Антон остановился:
- Мужики, а мы не подумали и не взяли с собой что-то теплое. Ночью у океана прохладно!
- Ага, помню нашу первую ночь… - согласился Коля. – Вы идите, а я быстренько сгоняю.
- Нет, лучше я, - возразил Антон. – А то, зная твои способности, потом придется и тебя, и теплые вещи искать!
Зимовский быстро пошел обратно, а Валик с Колей удивленно переглянулись:
- Что это с ним? – и пошли дальше.
Вернувшись в лагерь, Антон, как и предполагал, застал всех еще на поляне и, объяснив причину,  направился в дом, шепнув Эльвире:
- Задержи их здесь. Что хочешь, делай, но в дом пусть никто не входит, пока я не выйду.
Эля, выполняя поручение, щебетала не умолкая. Антон вскоре вернулся, подмигнув благодарно Эльвире, и попросил Галю приготовить чайку для своих  напарников.
- Может, и тебе?
- Нет, я не хочу, да и не донесу, у меня же еще и пледы.
Взяв приготовленные напитки, Антон отправился на пляж. Отойдя, чтобы его не было видно из лагеря, он остановился и накапал в кружки снотворного, которое он стащил только что из аптечки Майи. Довольный собой, продолжил путь.
Напоив товарищей чаем, чем снова их удивил, выдал по пледу и стал ждать эффекта, который наступил довольно быстро. И чтобы полностью провалить операцию намочил спички, вылив на них остатки чая из Колиной кружки. Тот, бедняга, отключился, даже не допив. После этого Антон и сам улегся спать. «Сделал дело – спи спокойно…»

***

Когда Гоша вышел из-под накрытия, Марго медленно подошла к Андрею и взяла его руки в свои.
- Андрюш, - начала она.
- Марго, даже не пытайся.
Она обвила его шею руками, нежно взглянула в глаза. Он улыбнулся:
- Ты настоящая женщина, -  и обнял её за талию.
- Поверь мне, душа беспола.
- Я тебя никому не отдам. Ни мужу, ни затмениям, ни времени.
- Андрюш, я причиняю тебе только боль.
- Нет, ты мне даришь счастье, которого у меня никогда не было до тебя и не будет без тебя.
- Андрюш, мы только мучаем друг друга.
Он молчал в ответ.
- Послушай, мы не сможем жить, без оглядки на затмения. Это не день, не два, и даже не год. Каждую ночь бояться рассвета…. Так будет лучше, я исчезну и ты сможешь начать всё сначала, найдёшь себе настоящую женщину, а не Снегурочку, которая может растаять в любую минуту. Не будет больше кошмаров по ночам, страха превращения… Так будет лучше для всех. У Алисы будет настоящая мама.
- Я никогда не смогу тебя забыть.
- Я тоже тебя не забуду, Андрюш. Но я больше не могу жить с этой болью. Быть рядом с тобой и не иметь возможности быть вместе. Я разрываюсь на части.
- Марго… - он крепко её обнял.
- Прости меня… - с трудом выговорила она. - Прости…, но это лучший выход. Всё вернётся на круги своя. У тебя будет своя жизнь, ты перестанешь меня ждать и надеяться, - говорила, а по щекам текли слёзы.
Он целовал её в мокрые щёки и не хотел верить, что это происходит с ними.
- Отпусти меня, Андрюш… - прошептала Марго, продолжая его целовать.
Всё внутри него кричало: «Нет!».
Он отстранился и посмотрел ей в глаза:
- Ты действительно этого хочешь?
- Как бы я хотела сказать тебе сейчас совсем другое, но… Да! Я так… хочу!
Он, молча, смотрел в её бездонные глаза, и не мог наглядеться, как будто пытался запомнить их на всю жизнь. Чувство собственной беспомощности съедало его изнутри, хотя внешне он был спокоен. Казалось даже, что он смирился с обстоятельствами, над которыми был не властен. Но нет. Он не смирился, все было еще страшнее. В этот момент он потерял последнюю надежду, а с ней и самого себя…
Она поняла по его молчанию, что он смирился и решил отпустить.
- Прости меня! – она обняла его, прижалась к нему в последний раз, до боли стиснув плечи. Он вдохнул запах её волос, пытаясь оставить его в памяти навсегда.
Марго прикоснулась нежно к его губам, как бы прощаясь, и с силой оттолкнула от себя.
Он отступил на шаг.
Она отвернулась, стараясь больше на него не смотреть. Сжала всю свою волю в кулак: « Я смогу!»
В этот момент, вошёл «Джек Воробей» с Гошей.
Гоша всё понял по их лицам:
- И тебя уговорила…, не женщина – бронепоезд, - он пытался шутить, хотя, сейчас ему было не до смеха.
«Джек» внимательно посмотрел на всех троих, удовлетворённо кивнул и исчез. Через пару минут он вернулся. В его отсутствие стояла гробовая тишина, никто не даже не пытался заговорить, для каждого это были похороны.
Он подал Гоше и Марго небольшие ёмкости с мутной жидкостью и объяснил, что это нужно выпить, они погрузятся в сон, и он сможет переместить их.
- А Андрею? – спросила Марго.
- Ему не надо, - ответил шаман.
- Как не надо? Его согласие требовалось…
- У вас ошень сильная связь, - попытался объяснить «Джек» активно жестикулируя руками. – Его энергия мне мешает.
- Так если она мешает, превращение может не получится? – с надеждой спросил Андрей.
- У меня всё получится, - обиделся Джек.
Он попросил Андрея сесть подальше. Зажёг в центре костёр и подбросил в него каких-то странных листьев. От костра пошёл едкий дым, у всех закружилась голова.
Затем сказал Марго и Гоше выпить из ёмкостей.
- Зачем это ещё, у меня от этого дыма «приход пошёл», голова уже не соображает, - она сквозь туман последний раз взглянула на Андрея и решительно выпила мутную жидкость. – Фу, какая гадость, это что за…
Договорить она не успела, свалилась, как подкошенная.
К тому моменту как она упала, Гоша уже допивал:
- Эээ, я так не хочу…
И он  не договорил, рухнув рядом.
Шаман удовлетворённо кивнул и  начал свой странный обряд…

Голова раскалывалась на части, во рту пересохло, как с сильного перепоя. Медленно возвращалось сознание. Самым удивительным было то, что ясность мысли не исчезла. «Где я?» - вопрос не стоял, стоял вопрос: «Кто я?»
- Марго! – Андрей пытался привести её в чувство.
Она медленно открыла глаза, села. С удивлением начала рассматривать свои руки, прикоснулась к волосам…Повернулась и внимательно посмотрела на недалеко сидящего Гошу.
- Марго? – Андрей с тревогой вглядывался в её лицо.
- Вон твоя Марго…- она кивнула головой в сторону Гоши.

0

23

Глава 22

- Вон твоя Марго…
Андрей автоматически глянул в ту сторону, куда она указала.
Гоша сидел с блаженной улыбкой на устах и удивлённо рассматривал себя. Провёл тыльной стороной ладони по двухдневной щетине на лице.
- Мог бы и побриться, я уже забыла, как это делается. Тьфу ты, забыл.
- Я вообще-то, не готовился, - зло ответила девушка. – Не готовилась, - добавила ещё сердитее.
Гоша не обратил внимания на её злые подколки. Он - опять он! Эта мысль будоражила и пьянила. И хотя страх неизвестности ещё не прошёл, будущее уже не рисовалось  в таких мрачных красках.
Внутри  мучил червячок сомнения, и он старался не смотреть на Калугина. «Всё пройдёт, я справлюсь…».  Встал, расправил плечи, чувствовать своё родное тело было странно, и не привычно. «Ничего, привыкну…». Он подошёл к Маше, подал ей руку, но она только обиженно отвернулась.
Гоша присел рядом.
- Не дуйся, ты чего такая хмурая, всё будет хорошо!
- Зато ты больно довольный.
- Маш, всё обойдётся, так должно быть..., это должно было когда-то закончиться...
- Как ты меня сейчас назвал? - гневно сверкнула глазками девушка.
Он замолчал, опустив голову
- И это ты называешь - всё будет по-прежнему?
- Ааааа, ну, я просто...
- Что? - было ощущение, что Маша действительно превратилась в Марго.
- Хорошо, хорошо - Марго! Так лучше?
Андрей стоял в сторонке. Марго больше не было, и разговор этих двоих ему был неприятен. В душе была пустота, мир потерял свои краски.
- Намного лучше, - Маша поднялась.
В этот момент появился шаман, проводил их до катера и с хитрой ухмылкой на лице помахал им вслед ручкой.
Возвращение на свой остров было скорым, катер быстро доставил их обратно. Как только они высадились на берег, он тут же умчался.
Навстречу им уже бежали. Впереди всех несся на всех парах, невзирая на возраст и здоровье, сияющий Наумыч.
Подбежав, он сгреб их троих в охапку и заплакал от счастья:
- Вы...  мы... тут без вас... а вы... - одышка, а еще больше переполнявшие эмоции делали его речь невнятной, но вернувшиеся все поняли.
Тем временем подтянулись остальные, объятия и радостные восторги продолжились.
Только Зимовский не разделял всеобщего восторга, на его лице не было и намека на радость. Это заметил Гоша:
- А что это ты, Антош, так скромно стоишь в сторонке? Неужели не рад возвращению друга?
- Тоже мне друг! - буркнул себе под нос Зимовский, но Гоша, уже приблизившийся к нему, все услышал. Обнял за плечи:
- Здравствуй, Антоха!!! Как же я рад тебя видеть!
Тот отодвинулся и удивлённо на него посмотрел. "Что этот придурок себе возомнил..." - Зимовский обернулся и глянул на Марго. Она вела себя тише, чем обычно.
Он вальяжно подошёл к ней:
- Что, обломали тебя маленько пираты? - ухмыльнулся он.
Гоша в мгновение ока оказался возле него, схватил его за шиворот: 
- Если ты ещё раз скажешь что-либо неприятное этой женщине, или о ней, я тебя тут же в песочке и закопаю.
Он холодно посмотрел в глаза. И Антона осенило, глаза полезли на лоб:
- Гоша???!!!
- Узнал! Вот и молодец! - прошипел Гоша прямо ему в лицо.
Медленно отпустил и даже стряхнул невидимые пылинки с того:
- Учти, я теперь всегда буду рядом.
Гоша отошёл от Зимовского, а тот так и остался стоять с открытым ртом и застывшим выражением ужаса на лице.
Прибывших засыпали вопросами со всех сторон. Они отвечали одно и то же - ещё на катере разработали версию для всех:
«Их привезли, высадили, осыпали цветами... Там был праздник... день рождения вождя и они были почетными гостями (у них гости-европейцы в большом почете), потому и  сделали подчиненные своему вождю такой подарок…
Напоили водкой... Почему только троих? Их вождю хотелось сообразить на троих, а у них в племени никто не пьёт...
Зачем Марго взяли?! Красивая женщина – лучшее украшение любого праздника...»
- А почему именно вас выбрали? – удивился Коля, в душе завидуя свалившейся им «халяве».
-  Потому, что мы с женой самые харизматичные, - нагло ответил Гоша. - А Калуга у нас рыцарь-спасатель по призванию,  вот ему и воздалось - попировал с нами за компанию.
- Даже и не знаю, - смутилась Галочка. - Будете ли вы теперь есть мою стряпню после пиршества у самого вождя...
- И не сомневайся! Будем и с большим удовольствием! По секрету - кухня у них того... не очень... и мы такие голодные!
- Так чего же мы стоим?  - подхватил Наумыч. - Скорее в лагерь! За такое не грех и выпить!
- А вы всё выпили ещё вчера, - вернула всех к реальности Галя.
Мужская часть «МЖ» тяжело вздохнула, и они дружно отправились в лагерь.

Во время праздничного застолья Гоша на все лады нахваливал кулинарные таланты Галочки, шутил и острил, как раньше, отпускал всем присутствующим дамам комплименты. Он опять был душой компании. Не мог остановиться, надо было что-то делать, что-то говорить, чтобы не думать… Мысли его просто убивали… На душе было так скверно и муторно…
Большая часть МЖовцев искренне радовались и чудесному возвращению своих коллег, и не менее чудесному перевоплощению Гоши.
- Борис Наумыч, а вам не кажется, что Игорь Семеныч изменился? То есть не то чтоб изменился… Стал таким, как раньше…в старые добрые времена…Я уже и забыла, что он таким может быть, - прошептала на ухо Егорову Галя.
- Кажется, Галочка! И я этому безумно рад! Если честно, я соскучился по этому Гоше,- откровенно признался Наумыч.
- И я тоже… - улыбнулась Галя и восхищенно посмотрела на Реброва.
После трапезы прибывшим рассказали о масштабной операции по их спасению и даже показали сигнальные объекты. Больше всех интерес проявлял Гоша. Марго и Андрей были безучастны и равнодушны к происходящему. И это не ускользнуло от цепкого взора Зимовского. "Что-то тут не так... Надо убедиться, что обмен, действительно, был... А вдруг они опять решили меня провести? Если они поменялись, то это не Марго, а Маша... И она самое слабое звено в этой цепи! С нее-то и начну!"
Тем временем Гоша с якобы большим интересом слушал рассказы Валика о его великой роли и неоценимом вкладе в спасательную операцию, периодически они дополнялись краткими, но емкими комментариями Майи. Игорь очень старался их внимательно слушать, но все его мысли были о другом. На душе было неспокойно, в груди ныло. «Ничего, - уговаривал он себя. – Пара дней и мозги станут на место. И эта боль исчезнет». Как он ни старался не встречаться взглядом с Калугиным и даже не смотреть в его сторону, это не получалось. "Не думал, что будет так тяжело... Но ничего, я справлюсь... Надо помнить, что так будет лучше для всех, особенно для Андрея... и Алиски...". При воспоминании о девочке, ком подкатил к горлу. "Да.., что-то я совсем распустился... стал таким сентиментальным... Пребывание в женском теле не прошло бесследно... Так, срочно переключиться, не думать пока об этом..."

Гоша опять попытался вникнуть в суть рассказа Валика и Майи. Это произошло как раз в тот момент, когда психолог поведала о почти произошедшем сеансе связи с внешним миром и якобы случайной неуклюжести Зимовского. "Вот гад! И тут успел! Случайно! А как же! У этого все случайности запрограммированы...»
У Антона уже созрел план в голове по разоблачению мутантов.
Пока Гоша был занят с коллегами, он быстренько подкатил к его женушке:
- Ну что, Машуня, как оно снова быть бабой? Заценила уже все прелести?
На секунду девушка растерялась, но быстро взяла себя в руки:
- Ты что несешь? Крыша совсем уехала? Я за тебя волнуюсь, Антош...
Этой секунды Зимовскому было достаточно:
- Браво, Машуня! Очень похоже!
- Отвали, Зимовский, - ей совсем не хотелось разговаривать с ним. Тем более соревноваться в острословии. На душе было пусто и мрачно, а ещё этот…
Но Зимовский и не думал останавливаться, тем более, когда шанс поквитаться со своими злейшими врагами стал таким реальным.
Он приблизился к девушке вплотную и прошептал ей в лицо:
- И не надейся! Ты у меня теперь вот здесь! - и показал ей кулак, который сжал, демонстрируя, что раздавит ее.
Но в этот момент ему на плечо легла тяжёлая рука:
- Антош, я ж тебя предупреждал…
Зимовский даже присел от неожиданности.
- Вижу, ты меня не понял с первого раза. Придется объяснить доходчивей! Пойдем, друг, прогуляемся. Нам надо серьезно поговорить, по-мужски... - Гоша кивнул головой в сторону, показывая направление.
Он говорил спокойно, без эмоций, но у Антона холодок пробежал по спине.
- Думаешь, испугаюсь? - Зимовский храбрился, но в глазах промелькнул страх.
- Я не думаю, я знаю, пошли.
Ребров крепко похлопал его по плечу, якобы по-дружески, и широко улыбнулся, но во всем его облике не было и тени дружеских чувств, он был холоден, а его взгляд, казалось, пронизывал  насквозь, как рентген.
Антон медленно двинулся за Гошей, тот шёл,  даже не оборачиваясь, уверенный, что Зимовский не посмеет ослушаться.
Отойдя на приличное расстояние, с которого их было не видно остальным, мужчины остановились и пристально посмотрели в глаза друг другу. Зимовский не выдержал взгляд Гоши и опустил глаза:
- Думаю, бессмысленно тебе говорить, что рад твоему возвращению...
- Правильно думаешь. Я не поверю. Так что побереги слова, они тебе пригодятся. Тебе многое придется объяснить.
- Да ничего я тебе не собираюсь объяснять! Кто ты такой, чтобы я перед тобой оправдывался?
- А я напомню, - и он с размаху заехал Зимовскому в челюсть.
Антон пошатнулся, но не упал.
- Разучился ты драться в бабьем теле, - ухмыльнулся он и занёс кулак для удара.
Гоша ловко уклонился и вновь ударил.
Дрались они зло и жестоко. Когда обеим уже прилично досталось, и они стояли друг против друга, тяжело дыша и зло глядя в глаза, Зимовский не выдержал:
- Всё, всё, хватит…
- Уверен?
- Беру свои слова обратно, дерёшься всё так же хорошо.
- И не только дерусь хорошо. Теперь ещё я хорошо разбираюсь в людях. Одно только не могу понять, как я раньше не видел, какое ты …, даже другом считал,  - и он смачно выругался.
- Я …? -  повторил за ним Зимовский. – Ты думаешь, ты лучше был…Ты вспомни…У тебя же в друзьях всегда были только нужные люди… Ты всех просто использовал. Ты дружил только с выгодой для себя! Загляни в свой мобильник, кто там у тебя. Что молчишь? Задумался? А я…Я был нормальным человеком, когда пришёл работать в издательство, где ты уже был звездой! Я просто хотел быть похожим на тебя! Ты научил меня «жизни». И как с бабами обращаться, ты давал уроки.
Антона прорвало:
- Я же ходил за тобою, как тень, я во всём тебе подражал. И мы были хорошей командой. Но дружба – это для слабаков. Я это понял ещё тогда… Выживает сильнейший…
- Ты так считал, но не я. У меня были друзья!
- Друзья?!!! Ну, кто? Кто?
- А ребята из института? Мы всегда…
- Если для тебя побухать раз в год – это дружба. Тогда да!! У тебя были друзья!!! Поздравляю!
- Сомова! – Гошу осенило. – Она была и есть настоящим другом. Она меня не бросила даже когда…
- Это да, отдаю ей должное. Но только ей! Ты никогда не был ей другом, ты её просто использовал.
- Неправда…
- Правда!
- Возможно, ты в чем-то и прав, но я никогда, повторяю, никогда не опускался до подлости. Никогда не шел по головам... Победа любой ценой - это не мое.
- Такова жизнь! - ухмыльнулся Антон. - Или ты или тебя!
- Почему я тебя узнал по-настоящему, только став Марго? Как же я этого не замечал раньше?
- Да потому, что тебе было так удобно!
- Мне жаль тебя... - Гоша развернулся и пошел обратно.
- Себя пожалей! - крикнул ему вдогонку Антон и довольный вытянул из-за пазухи диктофон. - Машуня не раскололась, зато Игорек разоткровенничался...

Гоша ушел, но мысленно еще продолжал диалог с Антоном, точнее, теперь уже монолог. Он хотел доказать Зимовскому, но больше самому себе, что Игорь Ребров - достойный человек и ему есть чем гордиться. Но поводов для гордости было не так уж много... Если честно, то один - его работа. Да, там он сделал себе имя, заслужил уважение, стал авторитетом. И это все заслуженно - работоспособность плюс талант.
А вот его отношение с близкими и родными... Друзей, настоящих друзей, на поверку у него, действительно, оказалось немного. Всего один... одна.  Анюта, его безотказный и готовый прийти на помощь в любую минуту Сомик. Но разве он это ценил? Нет. А родители? Как часто он им звонил раньше? Ведь только фактически потеряв их, понял, насколько ему нужна и важна их поддержка...
Как ни тяжело себе в этом признаться, но Игорь Ребров был большим эгоистом, жившим в свое удовольствие. Да и можно ли это назвать жизнью? А вот став Марго, он посмотрел на многие вещи другими глазами. Возможно, только тогда и начал жить...

Он вернулся в лагерь одновременно с Зимовским. Народ тут же к ним сбежался, в ужасе. Оба были хороши. Измятые, грязные. У одного подбит глаз, у другого разбита губа.
- Как это понимать?! – грозно начал Наумыч.
- Упали, - ответил Гоша.
- Оба сразу?! – ещё больше возмутился Егоров.
- И покатились, - добавил Гоша, чем вызвал всеобщий смех.
Даже Андрей улыбнулся, он обожал юмор Марго…,  Гоши… «Марго… её больше нет…»
Он не мог смотреть на этого улыбающегося Игоря Семёновича, потому ушёл с лагеря.
Маша тут же подбежала к Гоше и принялась вытирать кровь с разбитой губы
- И зачем тебе это?
- Давно руки чесались. А, кроме того, зло всегда должно быть наказано.
- Но тебе тоже досталось.
- Это чепуха по сравнению с полученным удовольствием! В твоем теле мои возможности были ограничены...
- То есть ты доволен? Счастлив, что снова стал Гошей?
Он немного замялся, но тут же быстро соврал:
- Да. А ты не довольна?
- А тебе это интересно? С каких пор?
- Мне всегда это было не безразлично...
- Слабо верится... Но если так, то знай, я - не довольна!  Это же тебе так мало надо для счастья - дал Зимовскому в глаз и счастлив! А обо мне ты подумал? Сам всё решил за всех. Ты не изменился: эгоистом был, им же и остался!
Она развернулась, собираясь уйти, но вдруг передумала:
- И знай, если меня ты просто сделал несчастной, то Калугина ты вообще убил! Ты все еще рад превращению?
- А тебе есть дело до Калугина?
- Мне - нет! А тебе? – и, не дожидаясь ответа, резко развернулась и ушла.
Гоша сжал кулаки до боли, стараясь таким образом заглушить то, что болело внутри. Не получилось... Он медленно побрел к океану.
И у самого берега наткнулся на сидящего на песке Калугина.
Тот был подавлен... раздавлен... сломан...
Гоше захотелось что-то ему сказать …, но что он мог  сказать…
- Не стоит так убиваться, - выдавил он из себя.
Андрей промолчал в ответ.
- Это все равно когда-то должно было произойти и лучше сейчас…- продолжил Гоша не столько Калугину, сколько самому себе.- Пройдёт время, всё забудется…. время всё лечит.
Андрей обернулся:
- Ты сам-то веришь в то, что сказал?
- Нет! – ответил со злостью.
Он стоял на берегу океана и смотрел вдаль. Острой болью пришло понимание: он не избавится от этой раны в груди никогда. Она затянется со временем, но не перестанет ныть. И он никогда не сможет забыть… Мозги станут на место…он будет жить дальше, но больше не будет счастлив, больше не будет его жизнь яркой и настоящей. И в ней не будет больше…Любви… А значит, она снова станет пустой и бессмысленной.
«И кому нужны были эти жертвы? Никто от них счастливей не стал и не станет! Как я мог так поступить? Если бы можно было все вернуть...»
Он даже застонал от безысходности
Вошёл в воду и поплыл, пытаясь привести мысли и чувства в порядок.
Он плыл всё дальше и дальше, не замечая времени и расстояния. Когда, наконец, его руки устали грести он развернулся назад, и был шокирован. Он слишком далеко заплыл от берега… Собрав остаток сил рванул назад. Он знал, инстинкт выживания самый сильный, он доплывёт… Когда уже руки перестали его слушаться от усталости, он расслабился, и просто лежал на воде, в голову пришла шальная мысль: «А может и не стоит бороться за эту жизнь?…» и медленно начал опускаться на дно. Вода своей тяжестью обволокла его, уводя в иной мир, где нет боли, где только шум океана в ушах… Она давила все сильнее, звон в ушах стал невыносим. И тот самый инстинкт заставил его рвануться на поверхность. «Нет, он всегда боролся и сейчас выживет. Он не сдался этой жизни, не сдастся и океану…» Уже теряя сознание, он продолжал и продолжал грести: « Я выплыву…не на того нарвались!»  - была последняя мысль...

«Я умер?»
Его кто-то отчаянно бил по щекам. Гоша откашлялся, медленно открыл глаза.
- Чего дерёшься? – спросил саму себя. «Тьфу ты, это же Маша…»
- Ну, знаешь!!! – заорала она. -  Как ты мог так поступить?! Эгоист!!! Я чуть с ума не сошёл … сошла … Обо мне ты подумал??? А об остальных?! О родителях?! Решил разом покончить со всем?! А нам как дальше жить?!
- Ты чего так кричишь? - он поморщился, как от боли. – Не собирался я тонуть.
– Я тоже сначала подумала, что ты просто  купаться пошёл, пошла, тьфу ты, неважно… А ты… Я там на берегу такое пережил …. пережила … Когда твоя голова над водой стала совсем маленькой точкой на горизонте, я всё поняла… Поплыла за тобой, но я же плохо плаваю…
- Но я же выплыл… Или нет?
- Выплыл, - передразнила она. – Тебя Калугин вытащил.
- Калуга?! Опять Калуга! Нет, видать, он моё наказание…
- Шутишь?! А мне было совсем не смешно.
Он хотел встать, но со стоном опустился назад на песок. В груди болело ещё сильнее.
- Лежи, Калугин пошёл за помощью. Сейчас перенесём тебя в лагерь.
- Да, всё нормально, - он опять попытался встать.
- Тебе сейчас нужна медицинская помощь, а на этом дурацком острове…
- Не надо мне никакая помощь, полежу маленько, оклемаюсь…
В этот момент прибежали из лагеря. Гошу подняли и аккуратно перенесли в хижину. Маша всё это время суетилась возле него. Майя дала выпить какого-то лекарства. «Знала бы она, кто перед ней…», - эта мысль его позабавила…
Когда стало понятно, что здоровью Гоши ничего не угрожает, народ, измученный пережитыми за последние сутки волнениями, вздохнул с облегчением и почти моментально уснул. И даже сам пострадавший довольно быстро забылся тревожным сном.

«Вода.., вокруг вода…, мутная, солёная, всепоглощающая вода… И нет от неё спасения…»
Кто-то тряс за плечи, выдёргивая из кошмара. Медленно открыл глаза, во рту был привкус солёной воды, боль из лёгких потихоньку уходила.
«Калугин…», - с трудом сдержал стон. - «Опять…Он меня спас…».
- Марго?!
«Это он кому? Я утонул или нет?»
- Марго?! – Андрей внимательно вглядывался в её лицо.
Девушка резко вскочила и схватилась руками за грудь. Все мужские взгляды сосредоточились на её руках.
- Это я?! – она удивлённо ощупывала себя. – Как? Мы поменялись? Или нет? Что происходит? – этот вопрос гневно прозвучал для стоящего поодаль шамана.
Но тот в ответ лишь загадочно улыбнулся.
- Вы не поменялись, - лицо Андрея озарилось блаженством. – Значит,  у него ничего не получилось.
- Всё получилось, - обиделся «Джек».
- Как? – не понял Андрей.
- Это что, был сон? – задала очередной вопрос Марго, она с трудом понимала, что происходит. – Но так всё реально, так по-настоящему.
- Всё по-настоящему, - закивал головой шаман.
- Но как? – опять непонимающе начала Марго. – Мы поменялись, вернулись на остров, потом ээээ… и я… - она развела руками,  вопросительно глядя на шамана.
- Что происходит? – удивлённо спросил Андрей.
- Гоша?! Ты хоть скажи?! – Марго пыталась найти ответ.
- Я?!!! Для меня это был самый кошмарный день в моей жизни!!! Ты не имел права так делать! Расстаться с жизнью, всегда проще…
- Да, не собирался я, говорю же… Значит всё было по-настоящему?- ошарашено спросила Марго в её голове  пазлы всё никак не складывались.
- По-настоящему, - опять закивал головой довольный «Джек».
- Что происходит? – вопрос Андрея теперь прозвучал угрожающе в адрес шамана.
- Это было так реально! С ума можно сойти! – начал Гоша. – Мы поменялись… А ты! – он вдруг разозлился. – Ты, был доволен!
- Я хороший актёр… актриса… - смутилась Марго.
- На какое-то время я тебе поверил. Это было ужасно.
- Да! Такого и врагу не пожелаешь…
Они смотрели друг другу в глаза, и вели немой диалог, им всё стало понятно.
- Когда ты поплыл…ла, я всё поняла…понял, - Гоша путался в словах.
- А я поняла, что совершила самую большую и самую страшную ошибку в своей жизни в первую же секунду после обмена. Ты не представляешь, как я себя ненавидела весь этот долгий день.
- Представляю…,  у меня были такие же чувства к тебе. Я ненавидел тебя, что это случилось, ненавидел себя, что не смог тебя остановить.
Они улыбнулись.
-  Мы не сможем жить, вернувшись…
- Это смерти подобно.
Она кивнула в ответ.
- Я давно тебе хотел сказать… Твои родители…Но не думал, что тебе это так важно… - начал Гоша. - Вернёмся в Москву и всё им расскажем. Честно…
- Спасибо.
- Мне объяснит кто-нибудь, что-нибудь? – не выдержал Андрей.
- Да? – спросили Марго с Гошей хором и перевели вопросительно-грозные взгляды  на шамана.
Он смешно то ли закряхтел, то ли засмеялся:
- Я вам дал небольшой промежуток времени. Это всё, что я мог сделать…
- А как мы оказались вновь здесь?
- Точка возврата, - только и ответил «Джек».
- Это как будто в другой реальности? – спросила Марго.
Шаман кивнул и неожиданно спросил:
- Ты всё ещё хочешь вернуться в своё тело?
- Нет! – слишком поспешно ответила она, и лица трёх мужчин засветились улыбками. – Я поняла… Я всё поняла… - она улыбнулась «Джеку». -  Но тебе, зачем это всё нужно было?
- У тебя болело здесь, - он прикоснулся рукой к ней. – Твоё сердце плакало. А теперь послушай… - он загадочно приложил ухо к её груди.
- Что? – спросила Марго.
- Теперь оно поёт, - и «Джек» расплылся в самой обворожительной своей улыбке.
Она улыбнулась ему в ответ, но уже через секунду стала опять серьёзной:
- А как же затмения? Мы все еще можем поменяться назад в затмение?
- Какое затмение? – не понял шаман.
- Как это, какое? Лунное!
«Джек» удивлённо заморгал глазами и пожал плечами непонимающе.
- Подожди, - начала Марго серьёзно объяснять. – Нам одна колдунья сказала, что в каждое лунное затмение у нас есть риск вернуться в свои тела обратно.
Шаман посмотрел на неё, как на ненормальную, перевёл взгляд на мужчин, те дружно кивнули в знак согласия с ней.
- Какие вы смешные европейцы, верите во всякую чепуху… Лунное затмение – это…- и он начал на ломанном русском длинную лекцию из школьной программы о лунных затмениях.
- Значит, мы никогда уже не поменяемся? – спросила вновь Марго с надеждой в голосе, перебив его занудную речь.
«Джек» закатил глаза и начал сначала:
- Лунное затмение - это простое явление природы…
- Но Милана говорила… - не унималась Марго.
Терпение «Джека», наконец, лопнуло:
- Я смог это сделать только на маленький промежуток времени, - начал, нервно жестикулируя, он. -  А я ошень сильный шаман. Это не возможно ни людям, ни явлениям природы. Какие вы глупые, европейцы! Разве не знаете, что самая сильное явление в этом мире – Любовь?! На ней держится наш мир. И никакая магия не может победить Её. Настоящая любовь сильнее и выше всего!
После этих слов воцарилось молчание. Все трое счастливо переглядывались.
Один мужчина подумал: «Всё, теперь ничто и никто нам не сможет помешать - мы будем вместе…».
Другой: « Прямо камень с души… Теперь, только её удержать…».
А она просто улыбалась… Улыбалась солнцу, облакам, океану, ветру… Мир заиграл иными красками… Вкус свободы ворвался в её сердце… и зажег в  глазах счастливый огонек…
Она обернулась к шаману, сейчас он ей казался самым замечательным человеком на земле.
- А зачем тебе всё это нужно? Ты добрая фея?
«Джек» расхохотался.
- Нет, я ошень злой колдун, - он стал серьёзным. – Я сделал ошень много зла.
- А сейчас вроде как грехи замаливаешь?
- Да, – ответил он печально. -  Я плохой. Ошень…
Марго в неожиданном для себя порыве обняла его и чмокнула в щёчку.
«Джек» засиял:
- Хорошо!!! Давно меня молодая красивая  не целовала. Это того стоило!
Они дружно рассмеялись. Было ощущение, что даже воздух стал другим, дышалось легко и свободно, и хотелось жить и радоваться…

0

24

Глава 23

Они немного постояли, улыбаясь друг другу.
- Пошли, - сказал загадочно «Джек».
- Эй! Тебя хоть как зовут? – спросила Марго.
- Раджа, - ответил тот.
- Кто б сомневался, - рассмеялась она.
Раджа повёл их в самый центр поселения. Что там творилось… Веселье шло полным ходом. На них налетели три красотки и одели на шею украшения из цветов. Кругом звучала музыка. Кто танцевал, кто пел, шум, гам, ничего было не понять.
- Сегодня у нас праздник!!! – сквозь шум прокричал шаман.- День рождения нашего вождя. И вы приглашены на него. Будете почетными гостями. Это мой ему подарок.
- Странный подарок, - пробормотал Андрей.
- Ну, надо же! Прямо, как мы придумали для отмазки, - удивлённо прошептала Марго Гоше.
Андрей услышал:
- Какой отмазки?
- А...эээто... Андрюш, тебе лучше не знать...
Марго, чтобы сменить тему обратилась к шаману:
- Раджа, а мы точно там гостями будем, а не угощением?!
Она хотела пошутить, но тот не понял этого и обиделся:
- Мы не какие-то там дикари! У нас все цивилизованно.
- Извини, - хмыкнув в кулачок, ответила Марго. - Вот только неудобно, что мы без подарка...
- Вы самый лучший подарок, - рассмеялся шаман и тут же добавил: - Нам надо поторопиться, нехорошо именинника заставлять ждать. Уверен, ему уже известно, что мы пришли.
Троица в сопровождении Раджи направилась в эпицентр веселья. Несмотря на то, что праздник был в разгаре, как только они появились, все притихли. Их представили виновнику торжества и усадили на самые почетные места - рядом с вождем. Веселье продолжилось.
Именинник был в восторге от "подарка". Без умолку болтал с гостям, правда, большей частью, используя Раджу в качестве переводчика. И все время предлагал угощения…
Чему гости были только рады. Они, казалось не ели уже целую неделю.
Шаман им объяснил, что их присутствие на празднике вождя  очень хорошая примета - год будет для него плодотворным.
- В смысле? – переспросила Марго.
- У его жён будут дети.
- А у него несколько жён? – удивилась она.
- Семь, - улыбнулся шаман.
Все трое удивлённо посмотрели на вождя:
- Во, даёт! - высказала общую мысль Марго. – Видать, есть здоровье.
Шаман уважительно кивнул.
Когда вождь покинул своё место и присоединился к танцам, Раджа шепнул:
- Уходим.
Все трое  тихонько встали и последовали за ним.
Они зашли за шаманом в хижину, находившуюся недалеко от места веселия, потому им было хорошо слышна музыка, но можно было слышать и друг друга, не перекрикивая шум.
- Прошу, - позвал Раджа за небольшой стол, напоминавший скорее журнальный столик, они уселись прямо на полу.
Шаман исчез в глубине хижины и вернулся… Троица не поверила своим глазам…Он вернулся с ящиком водки... Все трое застонали, предвидя дальнейшие события…
- Московская, - прочитала Марго с этикетки. – Где ж ты её взял?
- У меня остались связи, - подмигнул шаман. – Из наших никто не пьёт. А я пристрастился в Москве. Грешен, люблю это дело. А самому пить, - он пытался подобрать нужное слово…
- Понятно, - решила помочь ему Марго. – Увидев нас, ты решил сообразить на троих.
- Точно! – засиял Раджа.
- Так нас четверо, - удивился Гоша.
- Я его и не хотел брать, - ткнул в Андрея пальцем шаман.
Все четверо рассмеялись.
После возгласов: «А мы - то подумали, что нас пираты выкрали! А тебе просто выпить было не с кем…», Раджа разлил водку в стаканы и пьянка пошла своим чередом.
Она полностью напоминала студенческую попойку… Шаман был счастлив вернуться в пору своей молодости…
- Эх… была у меня в Москве девушка, - начал он, уже изрядно опьянев. – Такая же красивая, как ты!
- И что с ней стало? – спросила нетрезво Марго.
- Она от меня ушла, - ответил печально Раджа.
- Почему? – спросил сочувствующе Гоша.
- У меня уже тогда было три жены. Она сказала, что не хочет быть четвёртой…
- Ааааа, - протянула Марго понимающе. – А сколько у тебя сейчас жён?
- Тринадцать.
- Сколько? – воскликнули все трое.
- Тринадцать, - спокойно повторил шаман. – Но я бы ещё от парочки не отказался, - слащаво добавил он.
- Ну, ты гигант…
- А что…свежий воздух… фрукты, витамины, - икнул Гоша. – Понятно, почему такое здоровье.
- Не только, - загадочно ответил Раджа. – Здесь растёт одно дерево. Его плоды повышают…
И шаман пустился в долгие рассуждения о целебных плодах, силе их воздействия, потом рассказал о каждой его красавице-жене, потом о детях, потом…
Потом они уже плохо помнили, что было дальше… Воспоминания были разрозненны и вспышками… Они куда-то шли сквозь заросли…, потом танцевали у костра…, потом опять что-то пили…
Очнулись все трое уже у катера, когда шаман принялся с ними обниматься и прощаться. Особенно долго он задержался, прощаясь с Марго, он таки предложил ей стать его четырнадцатой женой, обещая райское блаженство на земле. От которого она вежливо отказалась и шаман тяжело вздохнув, но, не теряя оптимизма провёл её в катер, сам выскочил на берег, когда все уселись, помахал им ручкой и катер отчалил. Они ещё долго наблюдали его одинокую фигуру на берегу, пока остров не скрылся из виду.
- А не плохой он человек, – улыбнулась своим мыслям Марго.
- А что он тебе так долго рассказывал у катера? – спросил что-то заподозривший Гоша.
- Да, так… ничего…

Катер причалил к другому берегу, их высадили, выгрузили ящик водки и, попрощавшись, «пираты» благополучно отчалили.
К ним навстречу уже бежали с радостными криками и впереди всех Егоров. Их окружили, начали обнимать, радостно трясти со всех сторон.
Историю пребывания  у пиратов не надо было придумывать, по их нетрезвым лицам, гирляндам из цветов,  которыми они были обвешаны и ящику водки на песке, всем всё стало понятно.
Но их всё равно расспрашивали, Гоша взбодрённый спиртным, стал с энтузиазмом отвечать. Стоял невероятный шум, каждый хотел лично расспросить «похищенных». Лишь Марго стояла в сторонке, ей казалось, что всё происходит, как во сне, как в той другой реальности, всё повторялось, те же фразы, те же взгляды, она удивлённо разглядывала всех и знала, кто, что сейчас скажет или спросит. И все равно удивлялась, когда происходило всё именно так, как по заранее расписанному сценарию. Это было странно и загадочно. Она ощущала себя Алисой в зазеркалье. От волшебных мыслей её отвлек вопрос Зимовского:
- Ты не себя не похожа…Что обломали тебя пираты?
Она не успела ничего ответить, как к Антону подскочил Андрей и, схватив его за бары, почти прорычал в лицо:
- Если ты ещё раз скажешь что-то против этой женщины, или о ней, я тебя тут же в песке и закопаю!
« Андрей… - пронеслось в её голове, - но эти же слова сказал Гоша в другой реальности, один к одному. Но Андрей ничего не помнит…, как?...»
Она обернулась и увидела такой же обескураженный взгляд Гоши:
- Во, дела?! – только и проговорил он.
Тем временем Андрей оставил ошеломлённого Зимовского, тот долго приходил в себя от такой дерзости: «Что это с Калугой?!».
Ящику водки обрадовались не меньше вернувшимся товарищам. Взяв ценный груз, отправились в лагерь. Галочка тут же занялась приготовлением праздничного обеда, она всё сетовала, что после той еды, которой их кормили пираты, её стряпня им покажется не вкусной.
Гоша, переглянувшись с Марго, ответил ей, что ничего вкуснее её еды он не ел и вообще, ему совершенно не понравилась еда на том острове, и он сейчас голодный, как волк.
Марго ему шепнула на это:
- Молодец, хорошо текст выучил.
- Сам удивляюсь, оно вроде само в мозгу рождается…
- Чем дальше – тем чудесатее….
Весь праздничный обед, который устроили в честь вернувшихся с пиратского острова, Гоша был весел, острил, как никогда. Марго с удивлением за ним наблюдала, он как будто переродился.
Дальше по сценарию следовала драка с Зимовским, а этого никак нельзя допустить: «Что-то мне больше не нравится этот сценарий. Надо его менять».
Ящик водки внёс в него серьёзные отклонения, и всё же она опасалась повторения.
И когда увидела направляющегося в её сторону Зимовского, нервно подумала:
- «Только не это…- поискала глазами Гошу, его не было в пределах видимости. – Вот и хорошо. Может всё обойдётся. А Зиме я и сама по роже с удовольствием дам».
- Что-то ты совсем не весела, - начал язвительно Антон.
- Что тебе надо, Зимовский?
- И почему в жизни всегда такая несправедливость... Все шло так хорошо. Вас похитили. Мы сильно переживали. Я уже даже некрологи вам написал... и тут вы приперлись... Но имей в виду, я не дам тебе долго радоваться жизни, очень скоро я выведу вас на чистую воду!
- Как же ты надоел, Антон, со своими навязчивыми идеями... Ты б того, полечился, пока психолог рядом.
- Я…, - начал он, но не договорил.
В этот самый момент ему на плечо легла тяжёлая рука:
- Антон, я ж тебя предупреждал.
- Андрей?! – невольно вырвалось у Марго. – «Это что ж получается, драка будет, но немного с другими действующими лицами…»
- Убери руку, - ощетинился Зимовский.
- Пойдём, поговорим. Антон Владимирович, я вижу до тебя не доходит, - Андрей удивительно похожим жестом, как в другой реальности Гоша, похлопал того по плечу и стряхнул невидимые пылинки. -  Отойдём, объясню…
- Андрюш, не стоит.
- Стоит, Марго!
И он направился в сторону противоположную от лагеря, Зимовский, молча, пошёл следом.
«Что это с ним? – Марго удивлённо смотрела Андрею вслед. – Он, как будто ожил от столетнего сна… Я его таким давно не видела…»
Ей так хотелось пойти следом и взглянуть, как Калугин отделает Зимовского, иного исхода даже не представляла, но она сдержалась. И только улыбнулась, её рыцарь за неё постоит.
«Где же Гоша?» – пришла ей другая мысль в голову.
Его в лагере не было видно, если бы Марго посмотрела внимательней, то поняла бы, что и Майи так же нет.
А Гоша тем временем нервно мерил шагами пляж.
- Всё, пропало, - повторял он. – Всё пропало…
- Да, что пропало? – не выдержала Майя.
- Она уйдёт от меня к нему… Ты понимаешь, её больше ничто не держит…
- А что держало? – аккуратно спросила она. Майя давно подозревала, что у них, что-то не так, но не могла найти ответа.
- Да… - Гоша замялся. – Это не важно.
- А что важно? – допытывалась Майя. – Что с вами произошло на том острове?
Тот сделал вид, что не услышал вопрос.
- Я чувствую, что она скоро придёт поговорить со мной серьёзно. Скажет, что между нами всё…
- Так, успокойся… Она же ещё не поговорила с тобой, значит, есть время.
- Да, нет!!! Нет, времени!
- Мы что-то придумаем.
- Что? – как-то устало и безнадёжно спросил он.
- Я бы могла больше тебе помочь, если бы рассказал, что с вами произошло.
- Понимаешь, раньше Марго и Андрей... - Гоша запнулся. - Словом, у них дело почти дошло до свадьбы... Почти... Они расстались. Андрей уехал. А Марго вышла замуж за меня. У нас все было хорошо, пока он вновь не появился. И началось... Ты же сама видела все. А тут он еще и в рыцаря поиграл - бросился ее спасать из лап "пиратов". И вот там, на том острове, кажется, она решилась...
- Прямо - “Санта Барбара». Все равно ты что-то мне не договариваешь...
- Я тебе рассказал суть.
- Ну, эту суть я и без тебя поняла.
- Что мне делать? Как ее удержать?
- А ты уверен, что это надо? Ты, действительно, так сильно ее любишь?
Гоша хотел сразу же сказать "Да!", но промолчал.
«Люблю?... Конечно – люблю. С ней единственной я почувствовал себя человеком и…» - он задумался, так и не найдя продолжения своему «и».
- Да, - после небольшой паузы таки ответил Майе.
- Ну, если не сомневаешься в своих чувствах - борись! - посоветовала психолог и мысленно добавила: "Желаю удачи, она тебе пригодится..."
Неожиданно для себя она поняла, что ей неприятен этот разговор. «Что же такого в этой Марго? Что она творит с мужиками? Один ходит, как загипнотизированный, второй, как попугай, тараторит "люблю, люблю"...»

Марго не находила себе места. Конечно, она не сомневалась в Андрее и его способности постоять за себя и свою любимую женщину. Она улыбнулась. Как же все-таки приятно быть просто женщиной, когда рядом такой мужчина... Но. Она помнила о коварстве и подлости Антона. Андрей со своей почти маниакальной порядочностью и благородством перед ним беззащитен... А если... Нет! Я не должна вмешиваться! Пусть разберутся сами, по-мужски!
Андрей шел в лагерь, потирая ушибленный об челюсть Зимовского кулак, и не обращая внимания на разбитую губу,  сейчас он испытывал чувство удовлетворения. Наконец-то, Антон получил по заслугам. Давно надо было с ним разобраться! К чему тут благородство и интеллигентность с человеком, для которого это просто слова, причем даже не входящие в его лексикон?
Он улыбался и был полон решительности, даже обидные слова Зимовского, брошенные в пылу драки "Что ты за мужик?", не могли поколебать его уверенность в том, что теперь его судьба в его руках.
С этими мыслями он и направился к Марго.
Они вернулись в лагерь одновременно с Зимовским. Народ тут же к ним сбежался, в ужасе. Но Андрей ничего не видел и никого не слышал... Только ее глаза, полные тревоги и... любви.
В реальность его вернул повторенный неоднократно вопрос Наумыча:
- Мне объяснит кто-то, что здесь происходит?
Андрей пытался придумать отмазку, но его опередил Зимовский:
- Упали.
- Оба сразу?! – ещё больше возмутился Егоров.
- И покатились, - добавил Андрей.
Народ развеселился, даже Егоров заулыбался и махнул рукой.
И только Марго этот разговор не позабавил. Она помнила, что после этого разговора Гоша чуть не утонул и спас его Андрей, а сейчас….
Ее пугало не само дежа вю, а то, что в этой реальности роль Гоши исполнял Андрей. Она постаралась отогнать от себя эти мысли, но твердо решила не выпускать больше Андрея из поля зрения.
Она подошла к своему герою и стала вытирать кровь с разбитой губы.
- И зачем тебе это?
- Я никому не позволю тебя обижать! Я давно должен был это сделать!
- Я сама прекрасно могу за себя постоять.
- С сегодняшнего дня это моя обязанность!   
Марго улыбнулась: давно она не чувствовала себя такой защищенной, а еще и от известного сценария пошли отступления.
- Марго, давай прогуляемся к океану.
- Зачем? - напряглась та.
- Надо поговорить и просто хочу побыть с тобой наедине, - Андрей попытался приобнять ее, но она отстранилась.
- Калугин... мы не одни.
- И я о том же! - подмигнул ей. - Вот и предлагаю уединиться.
- Ладно, пошли, поговорим.
- Пошли к океану.
- Почему к океану? А....ээээ, - она пыталась придумать куда. - Давай пройдёмся к водопаду.
- Замечательная идея!
Она поняла двусмысленность своего предложения и что сама намекает на известные обстоятельства, и сразу же пошла на попятную:
- Я имела в виду - просто пройдёмся...
Когда они отошли на значительное расстояние, Андрей внезапно остановил Марго, резко повернул её к себе и нежно обнял.
- Андрюш... -  все мысли из её головы тут же выветрились.
Она только помнила, что нельзя допустить..., а что нельзя - уже забыла...
- Марго, - начал он, не выпуская её из объятий. - Теперь мы можем быть вместе, все преграды развеялись, как дым...
- Не все, - возразила она, слабо соображая.
- Гоше ты всё объяснишь. Или есть ещё какие-то причины?
- Гоша - не перчатка или шарфик, его нельзя вот так взять и выбросить.
- Ты меня удивляешь.
- Я сама себя иногда удивляю. Знаешь, я на том острове многое поняла… Поняла главное - я уже другой человек и я в ответе за тех, кто…рядом. Возможно, в этом и заключался смысл наших превращений – посмотреть на себя со стороны и изменить свою жизнь в лучшую сторону. У меня это получилось, во многом благодаря тебе, и теперь я должна помочь Гоше…
- Марго, ответь мне честно - ты его любишь? – спросил и затаил дыхание в ожидании ответа.
- Я? - удивилась она, её мысли путались, Андрей был так близко, она чувствовала его тепло, его запах, голова кружилась и плохо соображала
- Ну, не я же, - хмыкнул Андрей.
- Я тебя люблю, - ответила, как сквозь туман, глядя напряжённо на его губы.
Он заметил её взгляд и тоже перестал думать.
Он нежно прикоснулся губами к её губам. Она даже застонала  от нежности и обвила его шею руками.  Их поцелуй становился всё жарче… Мир утонул в ощущениях…
«Нет...нет... - родилось где -то в мозгу у Марго. - Я так не могу!»
Она резко оттолкнула его.
- Прости... - еле выговорила, задыхаясь. - Я так не могу!
- Извини, - ответил Андрей, так же тяжело дыша.
- Андрюш.., я не могу, - повторила она. - Мне нужно поговорить с Гошей. Я не должна его обманывать. Он не заслуживает такого.
- Хорошо, - выдавил из себя Андрей. – Подождем, пока ты  поговоришь.
- Я это сделаю сегодня же, - пообещала она и развернулась уходить.
- Ты куда?
- Говорить с Гошей,  - и в этот момент поморщилась, как от боли.
- Что?
- Да, что-то в боку кольнуло.
- Марго?! - Андрей смотрел на неё с тревогой.
- Всё нормально, уже прошло, - и она направилась искать Гошу.

Вернувшись в лагерь, Андрей почувствовал внутреннюю тревогу и решил ее отыскать.
Осмотрелся,  Марго нигде не было. Он спустился к берегу и тут заметил её. Она сидела неестественно согнувшись. Андрей подошёл ближе.
- Марго?
Она подняла голову, лицо было бледное, взгляд затуманенный, она тяжело дышала, обхватив руками живот. Андрей присел к ней:
- Марго, что с тобой? Болит? – спросил встревожено.
Она только кивала в ответ.
- Сейчас, - он осторожно поднял её на руки и понёс в лагерь.
По дороге увидел Люсю:
- Срочно найди Майю!
- Только не Майю, - застонала Марго.
- Сейчас не до твоих симпатий, - ответил Андрей.
- Не надо Майю, она мне точно подсыплет яду.
- Шутишь, значит не всё так плохо.
- Что случилось? – подбежал Гоша. – Марго, что с тобой?
- Всё нормально, - ответила, зажмурившись от боли Марго.
- Да уж, нормально, - возразил Андрей.
Он занёс её в хижину и усадил на постель.
- Где болит? – присел к ней Гоша.
- Гош, - она на него выразительно посмотрела. – Низ живота.
- А где твои таблетки? – спросил он, догадавшись о причине боли.
- Я не взяла, Гош, я же не знала, что мы задержимся здесь.
- Не взяла она, - буркнул Гоша. – Скажи спасибо, что я у тебя есть, я взял.
И он полез куда-то в сумки. Андрей только переводил взгляд с одного на другого. Кажется, они хорошо знали, в чём дело.
Гоша достал таблетки и протянул Марго.
- Я принесу воды, - догадался Андрей и пошёл к выходу.
Он набрал воды и уже хотел зайти в хижину, когда услышал вопрос Гоши:
- А может, ты беременна?
Андрей замер, не в силах пошевелиться.
- Нет, Гош, не может быть, - ответила Марго.
- Почему же не может?!
- Ну, ээээ, – она замялась. – Мы с тобой не говорили об этом… и потом...
- Что? – со злостью в голосе спросил Гоша.
- Я не готова… и… - Марго искала, что сказать. – Этого не может быть.
- Ты так уверенна? – с сарказмом спросил он.
- Почему ты спрашиваешь? – она уловила странные нотки в его голосе.
- Потому, что меня выводит тот факт, что ты не хочешь от меня детей!!! - почти прокричал он.
- С чего ты взял?  - не уверенно спросила она.
Гоша присел и посмотрел ей в глаза.
- Не делай из меня идиота, я видел у тебя в тумбочке противозачаточные. Или ты думаешь, я не помню их названий. Ты кого угодно можешь провести, но не меня.
В гневе он вскочил и принялся ходить взад-вперёд.
Марго опустила глаза.
- Гош, мы не планировали и…
- Не планировали, - повторил он с горечью. – А ты вообще жить со мной планировала?
Она молчала. Это его ещё больше разозлило.
- Тогда я тебя огорчу, - он опять присел к ней. - Возможно, ты действительно беременна. Я заменил твои противозачаточные на витамины.
- Что? – она непонимающе, с ужасом посмотрела на него.
- Да! Ты всё это время пила витамины!
И резко развернувшись, он пошёл к выходу. Чуть не задев на ходу Андрея.
- Что ты сказал? – крикнула Марго ему вслед.
Андрей вошёл с водой и медленно к ней приблизился.
Она сидела в оцепенении с застывшим взглядом, пытаясь осмыслить произошедшее. Медленно перевела взгляд на Андрея, в нём было столько боли. Этот взгляд сказал ему: «Всё. Это всё… Если это правда… у них нет будущего… Ребенок важнее всего…». Андрей сел рядом, и не зная, как ей помочь, молча протянул кружку с водой. Она посмотрела на кружку, потом на таблетку в руке. И медленно повернула ладонь, таблетка соскользнула на землю.
Он понял этот жест - если она беременна, то это вредно для ребёнка.
Андрей хотел ей сказать: «Я буду рядом, я всегда буду рядом. И твоего ребёнка буду любить так же сильно, как своего…». Но слова застряли в горле, теперь от него снова ничего не зависело.
Взгляд Марго потух, видно она для себя всё уже решила. Она легла, отвернулась от Андрея и свернулась клубочком, в желании спрятаться от всего мира.
В этот момент забежала Майя.
- Что случилось? Что с Марго?
- Все уже нормально, -  каким-то чужим голосом ответил Андрей. – Ничего не нужно, я побуду с ней.
- Точно? Я могу…
- Нет. Ничего не надо.
- Ладно, если что, я рядом, – Майя по его ответам поняла, что ей лучше уйти и вышла из хижины.

0

25

Глава 24

Андрей сидел, молча, глядя на такую беззащитную фигурку Марго, и сердце сжималось от боли. В этот миг ему так хотелось подойти к ней и просто обнять, защитить ее от всего мира, такого несправедливого и жестокого, но он сидел неподвижно. Казалось, он был спокоен, но это только внешне, а внутри весь закипал от гнева. Немного утихомирив свою внутреннюю бурю, он решился нарушить тишину:
- Марго, - начал он.
- Андрюш, - перебила его глухо, – я хочу побыть одна.
- Марго, мы всё решим, я всегда буду рядом, и…
Она опять перебила:
- Я знаю всё, что ты мне хочешь сказать…, не надо…, уходи...
Он медленно поднялся: «Сейчас до неё не достучаться, пусть немного остынет. Но я этого так не оставлю!», - и он решительно направился к выходу.
Выйдя из хижины, Андрей быстро нашёл виновника всего и, не раздумывая, подошёл к нему:
- Кто дал тебе право с ней так поступать?! – он схватил Гошу за грудки. – Ты кем себя возомнил?
- Руки убери! – огрызнулся он и слегка оттолкнул Андрея. – Она пока ещё моя жена!
- Ты правильно сказал: «пока ещё»!
- А еще я сказал, что она моя жена! И это был ее выбор!
- Сомневаюсь…
- Послушай, Калуга, ты же знаешь Марго. Заставить ее что-то сделать против воли просто нереально. И вообще, чего это я перед тобой оправдываюсь? Это наши семейные проблемы и мы их решим сами, без посторонних!
Слова "без посторонних" на Андрея подействовали как красная тряпка на быка. Он снова схватил Гошу, но тот с невозмутимым видом продолжил:
- Да, ты для нее стал посторонним! Тогда, у подъезда ты сделал свой выбор! Заметь, ты сам тогда решил за двоих! Так кто из нас кем себя возомнил?
- Я за это сполна получил. И теперь хочу все исправить!
- Слишком поздно! Просто исчезни из нашей жизни!
- И не мечтай! Ты не посмеешь с ней так поступать!
- Вы что творите?! – к ним подскочила Майя.
Им повезло, что в лагере на тот момент находилась только она.
Андрей при виде её ослабил хватку, Гоша вырвался:
- Тебя не спросил, что мне делать!
- А надо было бы!
Мужчины в последний раз сверкнули друг на друга злобно глазами и направились в разные стороны. Уходя, Андрей кивнул Гоше:
- Я не дам её в обиду.
- Она сама кого хочешь может обидеть, - пробурчал Гоша в ответ.
Майя посмотрела обоим вслед, тяжело вздохнула.
- Где этот Гальяно,  - она выругалась. – Когда же он заберёт нас с этого «райского острова»?! Или они тут друг друга поубивают!
Гоша побрёл к океану, на душе было не просто скверно, его выворачивало, боль была почти физической: «И зачем я ей это ляпнул?» - корил он себя. – Ну, она тоже хороша, ведь, обманывала же…», - тут же попытался себя оправдать. Но легче не становилось.
Он зашёл в воду и поплыл, чтобы развеять мрачные мысли. Вода освежила тело, но душа болела, как и прежде. Он плыл и плыл, раздумывая.
И чем дальше от берега, тем все тяжелее и тяжелее становилось на душе. Он уже не пытался найти оправдание своему поведению, своему поступку. Да и можно ли его чем-то оправдать? Или все же можно? Например, чувством самосохранения… Говорят, это очень сильное чувство. А ведь его жизнь рушилась с уходом Марго. И он понимал, что долго не сможет удержать ее, и рано или поздно... Надо было что-то делать. Но что он мог? Вот и сделал, что смог… От этих мыслей и воспоминаний о содеянном хотелось убежать, но они не отпускали, преследовали, как стая пираний. А он все греб, и греб… Быстрее, быстрее... Не думать… В этот момент вдруг вспомнил, что для него сделала Марго. Кем он был до, и кем стал сейчас. И дело не только в материальной стороне. Хотя и ее нельзя сбрасывать со счетов. Он стал другим человеком. Почти… Но его прошлое все еще дает о себе знать, заставляя совершать не самые благовидные поступки. Как этот…
Гнетущее чувство вины истощило его душевные силы. И тут он вдруг осознал, что и физические на исходе… Оглянувшись,  понял, что заплыл слишком далеко и вернуться обратно самостоятельно для него нереально. И он начал медленно тонуть… Испугавшись, стал барахтаться, чем окончательно убил остаток своих сил. В голове пронеслось: «А, может, так и лучше…» и перестал бороться. Последнее, что он увидел, это был красивый женский силуэт, стремительно к нему приближающийся. «Русалка…», - Гоша улыбнулся своему видению. – «Какая красотка… вот бы с ней…», - и с этими мыслями медленно пошел на дно.
После ухода Гоши Майя все никак не могла унять странное чувство тревоги, которое все нарастало. «Да что же это такое? Еще чуток на этом острове и мне самой психиатр понадобится…»  Не понимая, что происходит, она решительно направилась к океану. Придя на пляж, огляделась – никого, тихо и спокойно. Присела у края воды и стала наблюдать, как небольшие океанские волны догоняли друг друга. Задумалась… И вдруг, какая-то неведомая сила заставила взглянуть вдаль. Она заметила плывущего человека, точнее уплывающего. Присмотрелась, пытаясь узнать пловца. «Да это же… Гоша! Но он не очень хорошо плавает. Зачем так далеко? Тренируется? Это может быть небезопасно. Что за ребячество? Надо подстраховать ». Майя зашла в воду и поплыла, сначала медленно, но появившаяся вновь тревога заставила ее ускориться. По мере приближения тревога нарастала. И она теперь поняла ее причину. С Гошей было что-то явно не так… Он греб, как ненормальный, не останавливаясь, не передыхая. Она понимала, что надолго его не хватит, и еще увеличила свой темп. Вдруг Гоша остановился и стал совершать какие-то странные хаотичные движения, подняв вокруг себя невероятное количество брызг.  «Он что, дурачится? Или…»  От ее догадки у нее холодок пробежал по спине. И в этот момент Гоша взглянул на нее, улыбнулся и… спокойно ушел под воду. На секунду страх сковал ее тело, но только на секунду. Голова вдруг стала такой ясной. Она точно знала, что надо делать. Она не позволит ему утонуть!
Доплыв до места, где минуту назад видела улыбающегося Гошу, Майя набрала полные легкие воздуха и нырнула. С первой же попытки ей удалось поднять Гошу на поверхность. Он не дышал.
Майя насколько могла быстро поплыла с ним к берегу. Вытащила его на песок, и, не медля ни минуты, принялась делать  искусственное дыхание. Её попытки быстро принесли успех, Гоша закашлялся и открыл глаза.
«Русалочка…», - пронеслось в голове.
– Какая красивая! – произнёс он вслух и провёл рукой по её щеке.
Майя загораживала собой солнце и в его лучах казалась сказочной и неземной.
Гоша потянулся к «русалочке» обнял и поцеловал. « Как удачно я утонул, она такая сладкая…», - только и успел подумать.
«Русалка» оттолкнула  и отпустила ему хорошую пощечину.
Гоша тут же прозрел:
- Майя?!
- А ты думал Марго?! – разозлилась она.- « Я его тут вытаскивай, спасай, а он всё равно ею бредит…»
- Нет, я думал ты русалка, и я уже утонул…
- Кто тебе даст! И вообще, что за идиотизм тонуть из-за какой-то… - она не могла подобрать слово от злости, и только с шумом выдохнула.
- Не собирался я тонуть. Я просто плыл…плыл… - он замолчал и хитро на неё посмотрел. Попробовал подняться, со стоном опустился на песок и потерял сознание.
- Гоша! Гоша! – испугалась Майя и принялась трясти его за плечи, но он не отвечал. – Да, что ж такое?!
Она наклонилась, чтобы вновь сделать ему искусственное дыхание и была поймана в объятия. Гоша сам не понимал своего порыва, но не мог остановиться, он нежно поцеловал свою спасительницу, и она ему ответила на поцелуй.  Дальше всё было, как в тумане. Очнулись они, когда услышали рядом тихое покашливание.
Майя тут же отстранилась и,  подняв голову, увидела стоящего недалеко Кривошеина. Тот улыбался, как мартовский кот.
- Гоша чуть не утонул… я ему делала искусственное дыхание… - начала она почему-то оправдываться, чем ещё больше усугубила своё положение.
- Я так и подумал… - протянул понимающе Валик.
- Гошу надо перенести в лагерь, - продолжила Майя, стараясь казаться спокойной. – Ему сейчас нужен покой.
- Ага! – ответил тот, продолжая  на них смотреть с глупой улыбкой на физиономии.
Майя внутренне даже зарычала от досады: «Теперь об этом будут знать все!!! Чёрт принёс этого Кривошеина».
- Иди, позови кого-нибудь на помощь, его надо перенести! – со злостью в голосе повторила Майя.
- Да вы и сами справляетесь, - хихикнул Валик.
- Валентин, вам не ясна задача? Придать ускорение? – Гоша «включил» начальника, он видел, что его спасительница чувствует себя неловко.
Но Майя уже взяла себя в руки и так глянула на Кривошеина, что тот поспешил все же откланяться:
- Иду, иду, не надо так нервничать.
И Кривошеин пошёл в нужном направлении, через каждый метр, оглядываясь и загадочно улыбаясь.

Гошу внесли в хижину. Марго резко вскочила, забыв о своей боли.
- Что случилось? – спросила испуганно.
- Да, ничего такого, - улыбнулся виновато Гоша.
- Он чуть не утонул, - ответила вместо него Майя и гневно глянула на Марго.
Она была уверена, что именно та во всём виновата, довела человека, что топиться пошёл.
- Как? – Марго вдруг осенило: « Гоша чуть не утонул в той реальности, как же я могла забыть…Тогда Андрей его спас, а сейчас…». В её взгляде повис немой вопрос.
- Майя меня вытащила, - ответил Гоша и благодарно посмотрел на свою спасительницу.
- Всё хорошо, что хорошо кончается, - подытожил Наумыч.
- Майя? – ещё больше удивилась Марго: «Все события произошли, но с другими немного действующими лицами. Всё закономерно! Если ты не сделаешь то, что должен, это сделает кто-то другой, и ты останешься не у дел…, а история будет идти своим чередом…». У неё даже руки зачесались: «Это же готовая статья! Где  печатная машинка?». Глаза загорелись азартом. Всё ушло на второй план, даже, казалось, боль отступила.
Когда она села, и её пальцы забегали по клавиатуре, бывшие в хижине, кто, улыбаясь, кто удивлённо на неё глядя, разошлись. Вернее, Наумыч, видя её азарт, всех выпроводил. «Пусть работает», - он знал в такие минуты из-под её «пера» выходят просто шедевры.
Майя только немного задержалась рядом с Гошей, они какое-то время шептались о своём. Марго совершенно не обращала на них внимания. Через некоторое время Майя тоже вышла.
Гоша уснул под мерное постукивание машинки. Андрей пару раз заглянул в хижину убедиться, что всё в порядке. А она всё продолжала безостановочно «творить». Он улыбался каждый раз, глядя на её сосредоточенное лицо. «Это хорошо, - думал он. – Она не лежит, уткнувшись лицом в подушку, а значит, для себя уже всё решила». Ему становилось горько от мысли, что она могла решить не в его пользу. Но он, всё же, верил в её здравомыслие и твёрдо знал, что теперь они всё преодолеют…  Ведь  даже проклятие Луны оказалось бессильно перед их чувством.
Наумыч заглядывал несколько раз и тоже с довольным выражением лица, он уже предчувствовал, что выпуск будет шедевральный, только бы в Москву добраться.
Когда пальцы Марго немного замедлили свой бег по клавиатуре, Гоша, уже проснувшийся на тот момент, тихонько спросил:
- Марго, с тобой можно поговорить?
- Да, – всё ещё пребывая в своих мыслях, ответила она.
- Я вижу, ты меня  не слышишь, в другой раз.
- Одну минуту, - попросила она.
Ещё немного постучала клавишами и удовлетворённо кивнув, вынула последний листок бумаги и обернулась к Гоше:
- Ты что-то спросил?
- Да, я хотел с тобой поговорить.
Она подсела к нему на постель и приготовилась внимательно слушать, забыв, что ещё некоторое время назад хотела его убить.
- Марго, я тебе соврал, - начал он, опустив голову и не глядя ей в глаза.
Её лицо стало серьёзным.
- Что?
- Только ты успокойся, - он замолчал, ожидая её реакцию.
- Я совершенно спокойна, говори уже.
- Ну…. в общем…, я никакие таблетки не менял.
Лицо Марго удивлённо вытянулось:
- Что?!
- Тебя так легко обмануть, - продолжал он. – Ну, как бы я их смог подменить, они же в специальной упаковке? – по её реакции он понял, что сейчас будет «взрыв». -  Марго, только не бушуй.
Едва он успел произнести эти слова, как в него полетели листки, что она держала до этого в руках. Хорошо, что это была всего лишь бумага.
- Да я тебя… Ты…ты… - она скрутила несколько листов в трубочку и стала нею колотить Гошу.
- Я просто психанул и сказал первое, что пришло в голову,  – он выставил руки вперёд, защищаясь от её ударов. - Думаешь, мне легко было видеть ваши с Калугой переглядывания?!
Эти слова остудили её, и Марго смущённо опустила глаза.
- Ты ведь его любишь? – продолжал Гоша.
Она молчала. «Так просто сказать: «да» или «нет». Одно маленькое слово, ну, скажи его».
Марго посмотрела ему в глаза, собираясь сказать решающее слово, и не смогла выдавить из себя ни звука. Она обещала Андрею с ним поговорить, и сейчас был самый подходящий момент, но слова, как назло, застряли в горле…
- Можешь не отвечать, - он поднялся и вышел…
Марго не стала его догонять: «Ему сегодня и так досталось, завтра скажу».
Было уже поздно, страсти потихоньку улеглись, и народ разошёлся укладываться спать.

Утро началось с переглядываний и перешептываний. Почти у всех были загадочные лица, с многозначительными улыбками. Майю это ужасно злило,  намёки Кривошеина уже достали окончательно. Завтрак для неё показался самым длинным в её жизни. Марго, напротив, была совершенно поглощена своими мыслями, поэтому не сразу уловила подвох в вопросе Зимовского.
- Я всё хотел спросить, Маргарита Александровна, - начал он предельно вежливо. – А что это вы, будучи на цивилизованном острове, не связались с Большой Землёй? Или вас не интересует уже вопрос возвращения домой? За суетой вчерашнего дня мы совсем забыли об этом или нас кто-то пытался ловко увести от этого.
- Зимовский, ты о чём? – спросила  она. – Конечно же, мы пытались найти возможность связаться с миром. Но, к сожалению…
- Что, телефонов не оказалось, или связь была плохая…, или, может, именно в этот день были магнитные бури, и вы никак не могли ничего сделать?! – продолжал он с иронией.
- Антон, во-первых, нам было не до этого, – прервал его Андрей.
- А во-вторых? - не унимался тот.
- А во-вторых, Антон Владимирович, - подхватила Марго, -  нам сначала было не до этого - мы, ведь, были уверены, что нас похитили пираты. А потом так стремительно стали развиваться события…Этот их праздник…Водку заедать фруктами…Я просто не помню…Я всё время думала о том, чтобы спросить шамана о телефоне…А вот спросила или нет – не помню…
- И Гоша с Андреем совершенно ничего не помнят?
- Отчего же, я всё прекрасно помню, - ответил за себя Андрей. – Мы несколько раз начинали разговор с шаманом о связи, но он уходил ловко от ответа. У меня сложилось впечатление, что он что-то знает… Возможно, он был послан на остров тем же Гальяно, чтобы проверить нас.
- Да! – подтвердил Гоша, хотя он совершенно ничего не помнил. Только то, как они пришли на праздник, как потом пошли в хижину к шаману, сели пить…И следующее воспоминание уже в катере…
- Ну, надо же… Как у вас всё ловко получается…- не унимался Зимовский.
- Хватит, Антон, - перебил его Наумыч, понимая, что назревает ещё один скандал.
Зимовский замолчал, но видно было, что не успокоился.
После завтрака все разбрелись по своим делам.
Гоша подошел к Марго и задумчиво спросил:
- Марго, а и, правда, чего мы не подумали о связи? Такой шанс был!
- Не обобщай! Говори только за себя!
- Так ты что, пробовала связаться? Когда? Как?
- Я не сказала, что пробовала, но думала об этом.
- И?
- И решила не пытаться.
- Почему? Не понимаю…
- Да что тут понимать? Не с кем нам связываться! Кому звонить?
- Ну... не знаю... Может, Сомовой?
- Ага, давай в очередной раз нагрузим ее нашими проблемами! А у нее есть самолет? Или она у нас заведует МЧС?
- Нет, ну, она могла бы хоть панику поднять о нашем отсутствии.
- Да, ничего она не смогла бы… Гальяно, уверена, все предусмотрел. И такое тоже.  Ну, придёт она за ответом в «МЖ», и куда её направят? Правильно - к Гальяно. А тот скажет, что всё в порядке, мол, задержались в командировке и всё. И даже если Аня ему не поверит, это ничего не даст. Кто она и кто Гальяно…
Гоша почесал затылок:
- Наверное, ты права. Не стоит Анюту тревожить...
- Единственный, кто нас может отсюда вытянуть - это сам Гальяно. И он прекрасно об этом знает.

Марго оставила Гошу переваривать ее доводы, а сама направилась к водопаду, втайне надеясь, что Андрей последует за ней. И не ошиблась, вскорости он её догнал. И тихонько обнял сзади, она улыбнулась.
- Как ты догадался пойти за мной?
- Ты так многообещающе на меня посмотрела.
- Это как? – она развернулась к нему лицом.
- Приблизительно так, как сейчас, - он её привлёк себе и  крепко обнял, она ощутила его дыхание на своей шее. По телу пробежала дрожь.
- Андрюш,- выдохнула она. – Мы не можем…
- Почему? – он уже целовал нежно в шейку, вдыхая её аромат.
- Я ещё не поговорила с Гошей, - ответила она где-то на краю сознания.
Он резко остановился, и Марго посмотрела на него удивлённо затуманенным взглядом.
- Не поговорила? – спросил, напряжённо глядя ей в глаза.
- Не получилось, просто…
- Марго! – начал он с упрёком.
- Что, Марго?! – она, наконец, очнулась от его ласк. – Не смогла я сказать.
- Ты вообще собираешься  с ним говорить?
- Поговорю, конечно, - она вспылила. – Тебе это ничего не напоминает?
- Нет.
- А у меня ощущение «де жа вю».
- В смысле? – он уже начал догадываться, о чём она.
- Где то я это уже слышала: «- Ты поговори. – Я поговорю, поговорю…».
- А! То есть так, да?!
- Да!
- Значит, это – месть?! Чтобы я полностью ощутил себя в твоей шкуре?! И долго ты собираешься меня мучить?
- Посмотрю на твоё поведение, - начала она в шутку, но продолжила серьёзно. – Просто…Это оказалось... не так просто…
- Теперь ты меня понимаешь?! – улыбнулся он.
- Понимаю, но и ты должен меня понять.
- Я тебя понимаю.
- Вот, и хорошо.
- Как мы стремительно движемся в развитии наших отношений, - сказал он, то ли в шутку, то ли всерьёз.
- В смысле?
- Уже начали понимать друг друга, - рассмеялся Андрей.
- Ты невыносим, - улыбнулась она в ответ и неожиданно для себя нежно поцеловала его.
Он ответил на поцелуй, и уже через секунду они неистово целовались, забыв обо всём на свете. Они вдруг так остро ощутили, как же соскучились друг по другу, как им обоим этого не хватало… Земля ушла из-под ног… Волна нежности накрыла их… Чувства оказались не просто живы, они стали еще сильней! Они упивались друг другом, но от этого жажда становилась лишь сильней…
Очнулась Марго только тогда,  когда футболка с Андрея ею была уже снята, и она принялась за другие части его одежды.
- Что я творю?!!! – она зажмурилась и спрятала лицо у него на груди. – Это – полный капец!
- Марго, - начал он хрипло, пытаясь успокоить дыхание.
- Прости, - прошептала она. – Мы не должны.
- Да, я понимаю, - с трудом проговорил он.
Так же лихорадочно, как снимала, она принялась надевать на него футболку. Он хотел её остановить, хотел сказать, что и сам справится. Но разве её остановишь?
С третьей попытки она таки натянула на него злополучную футболку.
- Всё! Иду говорить с Гошей, - и развернулась идти.
- Марго?!
- Что?!
Он загадочно молчал, и ей пришлось обернуться. Андрей показал ей взглядом на футболку.
- А, - она улыбнулась, извиняясь.
Футболка была одета не только навыворот, но и задом–наперёд.
Марго опять собралась его переодевать.
- Спасибо! – сказал он сквозь смех и жестом остановил её. – Мне было безумно приятно, но лучше я сам.
- Да! – согласилась она. – Действительно, лучше сам.
Когда все манипуляции с переодеванием были закончены, они пошли в лагерь.
- Давай  вернёмся другим путём и не вместе, - предложила Марго. – Я не хочу, чтобы о нас лишний раз сплетничали.
- С каких пор тебя волнует мнение окружающих?
- Не особо волнует, но давай соблюдать приличия.
- Да все уже давно обо всём догадались.
- Догадки строить это одно, а…- и она многозначительно промолчала.
- Хорошо, у самого лагеря разойдёмся в разные стороны.
И они побрели по зарослям в нужном направлении.
До лагеря оставалось совсем немного, когда Марго, вдруг, резко остановилась. И Андрей, шедший сзади, врезался в неё. Он поднял голову и застыл так же, как и она, увидев чудную картинку.
На небольшой полянке Гоша с Майей целовались, раздевая друг друга. И если бы они пришли на пару минут позже, то застукали бы их в самом разгаре любовных игр.
Андрей тихонько взял Марго за плечи и хотел уже увести, чтобы не мешать той парочке. Но Марго была бы не Марго, если бы в тот самый момент не произнесла:
- Кхе, кхе!
Парочка испуганно замерла и обернулась на звук.
Майя схватила первое, что попалось под руку, и прикрылась. Гоша по-рыцарски закрыл её собой.
- Марго! Это не то, что ты подумала, – брякнул он первое, что пришло в голову, лихорадочно натягивая шорты.
Она расхохоталась:
- Глупее оправдания невозможно придумать.
- Это совсем другое…
- Как интересно! И что же это?
- Ну… это…просто дружеский поцелуй…в благодарность за спасение…
- Ага, и ты для этого снял штаны? По-дружески…
Гоша замялся. Марго стояла, скрестив на груди руки, ожидая от Гоши дальнейших оправданий. А в голове промелькнуло: « Как хорошо, что это я его застукала, а не он меня».
Майя, тем временем быстро одевшись, тихонько ускользнула с поляны
- Я тоже, пожалуй, пойду, - сказал Андрей Марго. – Вам, кажется, нужно поговорить, - произнёс он с долей сарказма, ведь, по сути, говорить было уже не о чем.
Когда Андрей вслед за Майей ушёл, Гоша принялся оправдываться:
- Марго, я тебе клянусь, между нами ничего не было. То, что ты увидела – это впервые…Просто – накатило, я сам не понимал, что делаю…Это было… как…. как…наваждение…, - его вдруг понесло и он разоткровенничался. -  Это странно…Я не могу о ней не думать…Она всё время перед глазами…, - говорил он Марго, постепенно прозревая сам.
- Расслабься, - произнесла она совершенно спокойно и даже с нежностью. – Это  любовью называется.
Он удивился таким  словам и тону, которым они были произнесены, и посмотрел на неё внимательней:
- Ты не сердишься, не ревнуешь, даже не хочешь врезать мне по морде?
Она только улыбнулась в ответ.
Он тоже улыбнулся:
- И чего мы так долго мучились?
Она пожала плечами:
- Беги к своей пчёлке Майе!
- А ты к своему Калуге! – ответил Гоша.
Марго засияла и, послав ему  воздушный поцелуй, исчезла в кустарнике.
- И в тот же миг влюблённое создание, включив форсаж, умчалось на свидание… А что же я стою?!...
И рванул искать свою даму.

0

26

Глава 25

Марго как на крыльях прилетела в лагерь, но её ждало разочарование - Андрея  там не было. Улыбка сошла с лица, то тут же, на него вернулась. «Ну, конечно же, он пошёл к водопаду, - осенило её. – Последний романтик». И она, резко развернувшись, умчалась так же стремительно, как и появилась.
Майя насторожилась, увидев её в лагере, боясь, что Марго сейчас учинит над нею «расправу», но через секунду поняла, что та совсем не её ищет. Майя слегка удивилась, но потом поняла: королева Марго, наконец, сделала свой выбор.
Прибежав к водопаду, Марго замерла и залюбовалась, открывшейся ей картинкой. Андрей стоял в струях воды, закрыв глаза, вода стекала по его лицу… по плечам… Она не могла отвести от него глаз, и он, словно почувствовав ее взгляд, открыл глаза и, увидев её, направился к ней. А Марго стояла, как заворожённая, не в силах сдвинуться с места. Мечта, такая, казалось бы, далёкая и неосуществимая, стала реальностью, она с трудом верила собственным чувствам и эмоциям, сердце от счастья готово было вырваться из груди. Она со стоном кинулась к нему в объятия.
- Как долго я об этом мечтала!
- Марго! – выдохнул он.
- Я хочу тебя! – произнесла она хрипло, а он чуть с ума не сошёл от ее слов и переполнявших их чувств.
Он нежно прикоснулся к ее лицу и заглянул в бездонные глаза любимой. Глаза, которые никогда ему не лгали, которые он видел  каждую ночь во сне с момента их расставания, которые заставляли его забыть обо всем на свете... Заглянув сейчас, он увидел там только бескрайнее море  любви и нежности. Увидел и тут же утонул в них …
Она прижалась к нему, вдохнула его запах и потеряла связь с действительностью. «Как же давно она об этом мечтала! Мечтала, мечтала… Потом запретила себе. Но он продолжал приходить к ней во сне. Снова и снова… И вот сейчас… Это, действительно, с ними происходит? А, вдруг это сон? Тогда пусть он не заканчивается!»
Андрей нежно прикоснулся к ее губам, как будто тоже боялся, что это всего лишь видение и от его прикосновения оно растает. Она ответила на его поцелуй, сначала осторожно, но потом он становился все жарче и жарче. По телу Марго пробежала дрожь, она перестала ощущать реальность, тело как будто растворилось, растаяло, как воск. Ноги стали ватными и перестали её слушаться, и если бы не сильные державшие её руки, она бы упала.
Каждое его прикосновение она ощущала так остро, поток нежности от губ спустился вниз живота и разлился горячей волной желания.
Освободившись от одежды, они как в воду нырнули в мир чувств и ощущений.
Они упивались друг другом и не могли напиться…Земля закружилась в водовороте любви и нежности…А им всё было мало…

Следом за Марго в лагере появился Гоша. Он многозначительно посмотрел на Майю и тоже исчез. Майя поднялась и, скромно потупив глазки, ушла в том же направлении, что и он.
- Что делается?! – хохотнув, сказала Эльвира Гале.
- И не говори!!! – ответила та, и все дружно, за исключением Наумыча, он был занят приготовлением к рыбалке, принялись за обсуждение такой животрепещущей темы, как в старые добрые времена там, на кухне, в редакции… Глядя на них, Наумыч улыбнулся: «Ничего не изменилось… Прям хобби, одно на всех…» - и отправился к океану.       

- Гош, ну, как вы поговорили? – спросила с тревогой Майя, когда они немного отошли от лагеря.
- Всё хорошо, мы пришли к обоюдному согласию.
- Это как? – напряглась она.
- А вот так! – он схватил её и закружил.

Уже начинало смеркаться. Марго с Андреем утомлённые лежали на травке у водопада.
- Надо вернуться в лагерь, а то нас буду искать, - сказала Марго, но даже не шелохнулась. Её голова так уютно покоилась у него на плече, и не было ни сил, ни желания уходить с этого, поистине райского для них двоих, места. Они были сейчас в раю, и им хотелось остаться здесь навсегда.
- Не будут, - ответил Андрей. – Они все уже обо всём догадались.
Он держал её в своих объятиях и совершенно не собирался размыкать рук.
- Останемся здесь навсегда? – улыбнулась она, озвучив свои мечты.
- Навеки!
- Андрюш… я так люблю тебя!
Он посмотрел ей в глаза:
- Скажи ещё раз!  Ты сводишь меня с ума этими словами…
- Ты мне нужен в своём уме.
- Я его давно потерял… Как только взглянул в эти синие глаза понял, что пропал.
- Совсем пропал? – спросила она нежно.
- Без остатка.
И он начал вновь покрывать её поцелуями, исследуя каждый участочек тела.
- Андрюш… - глухо застонала Марго.
И погрузились в новый водоворот ощущений…

Майя с Гошей под вечер вернулись в лагерь. Как ничём не бывало сели ужинать вместе со всеми. На них поглядывали и перешёптывались, но парочка делала вид, что не замечает этого. Наконец, Зимовский не выдержал:
- А где это Андрей с Марго? – спросил он с ехидцей.
- У них медовый месяц, - совершенно спокойно ответил Гоша, чем обескуражил окружающих. – А что вы на меня так смотрите? Не надо делать вид, что вы ничего не понимаете. Всем всё уже давно известно.
Наумыч подошёл к нему. Обнял по-отечески:
- Горжусь тобой. Вот так просто отпустить… Ты - молодец! Молодец! Марго она тебя подавляла своей энергией, - принялся он философствовать. – Ты с ней совсем себя потерял… Я не видел прежнего Гошу… Тебя, как будто пришибли пыльным мешком… А вчера…Ты как будто вернулся… Прежний… Расцвёл… Стал весёлый, заводной, как раньше… Каждый должен быть со своей парой…  Закон природы…
- Мы с Марго это поняли.
Своим ответом он обрубил все дальнейшие подколки в их адрес, чем расстроил главного зачинщика. Антон только и смог съязвить:
- Что произвели рокировочку? Поменялись королевами?!   
- Ты правильно сказал – королевами! - ответил Гоша и крепче обнял Майю, и не обращая ни на кого внимания, продолжил с нею ворковать. – Ты - моя королева, эльфийская…
- Почему эльфийская? – удивлённо спросила та.
- Очень мудрая и красивая.
- У меня ушки не острые, - ответила она, нежно глядя ему в глаза.
- Ничего, у тебя язычок всё компенсирует.
Антон перекривил их и ушёл спать, за ним потихоньку все разошлись, посылая улыбки влюблённым, а парочка ещё долго ворковала в свете луны.

Утро дохнуло прохладой, Андрей открыл глаза, взглянул на спящую рядом Марго, и улыбнулся. Как она была красива! Лучики солнца, пробивавшиеся сквозь листву, целовали её лицо, нежно ласкали шейку. Хотел бы он стать сейчас лучиком, скользившим по её телу. Андрей прикрыл её одеждой от утреннего озноба и пошёл к водопаду. Вдохнул полной грудью и нырнул в его прохладу. Жизнь казалось сказочной,  на этом райском острове. Он был полон надежд, воскресший к новой жизни.
Плескался он довольно долго и, вернувшись к Марго, удивился, что она ещё спит.
Присел к ней и поцеловал прохладными губами её губы.
И тут же улыбка сошла с его лица - они были горячими. Андрей прикоснулся ладонью к её лбу, и его как будто обожгло огнем.
- Марго, - позвал он встревожено.
Она не отозвалась.
- Марго, - он принялся трясти её за плечи, но безрезультатно. – «Какой же я идиот! Наверное, она простыла. Не надо было оставаться на ночь здесь», - корил он себя.
Наспех одел её, оделся сам и, осторожно взяв на руки, понёс в лагерь, по пути, через каждый метр, пытаясь привести её в чувство.

Дорога в лагерь казалась ему самой длинной – нет, не из-за ноши, его сводила с ума тревога за неё.
Когда он появился в лагере с Марго на руках, оказалось, что объяснять ничего не нужно, в такой же горячке пребывал и Гоша.
Марго уложили на постель, все были встревожены.
- Один человек – это ещё простуда, два – это уже эпидемия, - подытожил Наумыч. – Так, их нужно изолировать. Придётся всем переместиться на одну половину дома. Вторую сделаем лазаретом.
- Да, что же это такое? – в панике спросила Люся.
- Да? – все вопросительно взглянули на Майю.
- А я-то, откуда знаю?!! – ответила она. – Я - психолог, а не врач. Ясно одно: они подхватили какую-то болезнь.
- Странно, почему только они? – размышляла вслух Галя.
- Я думаю, это из пиратского острова, - предположила Майя.
- Но Андрей то…- начала Галя и осеклась, внимательно на него взглянув.
Все тоже обернулись.
- Я в порядке, - ответил тот и присел.
Майя подошла к нему и  потрогала лоб:
- Тоже температура. Всё понятно.
Андрея тут же уложили в постель, несмотря на его сопротивление. Майя порылась в аптечке.
- У нас есть только жаропонижающие. Ну, за неимением лучшего… - и она протянула таблетку Андрею.
- А Марго? – спросил он.
- А как же! – ответила Майя и, взяв ложку, измельчила в ней таблетку, высыпала в воду и дала пить Марго. Ту же операцию она проделала и с Гошей.
- Это всё, что я могу, - она присела на постели возле него, в надежде прикоснулась ко лбу. Но он был горячий. Майя обернулась к стоящим позади МЖовцам, с тревогой наблюдавшим за происходящим:
- Лучше держаться отсюда подальше, чтобы мы все не заразились.  Хотя, возможно, уже поздно…
- Как поздно? – испугалась Эля. – Я не хочу болеть.
- А кто хочет? – обречённо произнёс Валик.
- Без паники! – спокойно заявил Наумыч, хотя у самого внутри всё сжалось. – Вышли из хижины на свежий воздух. Может, всё не так и печально.
- Эх… Попадись мне сейчас в руки этот Гальяно, - сказал он уже другим тоном, когда все вышли и погрозил кулаком в небо.
- Водка! – вдруг вскрикнула Майя.
- Правильно! – подхватил Кривошеин. – Надо выпить! – и добавил, виновато глядя на Галю:
- Для обеззараживания.
- Да нет же, - перебила Майя. – У нас почти ящик водки. Мы можем растирать больных нею, это хоть немного снизит температуру.
- Водкой? – спросил Зимовский, широко раскрыв глаза от удивления, и чуть не добавил: «Зачем переводить продукт».
- За неимением лучшего – пойдёт и водка, -  ответила Майя, по- своему расценив его возглас.
Ещё пара человек была возмущена этим, но решили за лучшее промолчать. Этой парой были Валик и Коля. Они не на шутку обеспокоились неожиданно нарисовавшейся проблемой непонятной инфекции. Отозвали в сторону Майю, как самого компетентного в этом вопросе человека, и устроили допрос с пристрастием. Но Майя оказалась не так уж компетентна, к тому же была слишком обеспокоенной за жизнь заболевших, так что ответив кое-как на пару вопросов, убежала в лазарет. Друзья растерянно переглянулись.
- Мы пойдем своим путем! – твердо заявил Кривошеин.
- А это как? – уставился на него студент.
- Главное в нашей ситуации что? – Валик посмотрел на Колю, словно тот был на экзамене.
- Что? – продолжал непонимать его курьер.
- Профилактика! – Кривошеин поднял указательный палец вверх. – И, конечно же, не поддаваться панике!
- А поконкретней?
- Если это инфекция, то и действовать надо соответствующе. Как при гриппе, например. А там что делают?
- Что?
- Студент, не тупи! И как ты только в институте учишься?
- Нормально учусь! Я же не в медицинском, - обиделся Коля.
- Ладно, слушай меня. Нам надо одеть маски и принять что-то обеззараживающее внутрь.
- Водку! – обрадовался студент.
- Вот, можешь, когда хочешь!
- Но ты же этот вариант уже предлагал… - напомнил Коля.
- Будем использовать теперь личные связи! – подмигнул Валентин.
Коля снова хотел было возразить, но передумал. Они отправились к главному по спиртным запасам. Но Галочка была непреклонна – нечего переводить «лекарство», оно нужно для больных.
- То есть я сначала должен заболеть, а потом ты выдашь мне водку?! – возмутился благоверный.
- Именно, и, заметь, исключительно только для наружного применения! – Галочка погрозила им пальчиком и отправила узнать, не нужна ли помощь Майе.
Мужчины, тяжело вздохнув, отправились в дом.
- Ладно, пошли хоть маски сделаем…
Зайдя в хижину, они спросили у Майи, что необходимо и, услышав, что пока ничего, отправились мастерить средства индивидуальной защиты. Перерыв сумки с вещами, нашли нечто подходящее – женские платочки. В процессе поисков Валик натолкнулся на Галочкины витамины для беременных.
- Слушай, студент, а ведь витамины тоже используют для профилактики инфекций?
- Вроде… Только эти же для беременных…
- Ну, и что? Это же все равно витамины! Примем по одной?
- Не знаю… Страшно как-то…
- А умереть не страшно?
Этот аргумент был веским,  мужчины приняли по витаминке и, завязав платки таким образом, чтобы прикрыть нос и рот,  довольные собой вышли на поляну. 
Первым эту чудо-парочку увидел Антон и чуть не лопнул со смеха: только перепуганные глаза выглядывали из-под гламурненьких пестреньких женских платочков.
- Вы решили рассмешить нашу страшную инфекцию? Думаете, она, увидев вас в таком прикиде, умрет от смеха?
- Зря смеешься! Мы еще и витамины приняли! – гордо заявил Валик.
- Профилактика! – Коля поднял указательный палец вверх.
- И что за витамины такие? – пытаясь сдержать смех, заинтересовался Зимовский, но когда увидел баночку с кенгуру, то уже не смог удержаться – его хохот разнесся по всей округе, и  общественность быстренько сбежалась на эти звуки. Антон сквозь смех и слезы поведал всем о сторонниках профилактической медицины. Но народ хохотал уже и так, только увидев их, а когда узнали про витамины… Галочка тут же  отобрала их у муженька.
- Борис Наумыч, боюсь, вы разоритесь теперь на декретных, - подмигнул начальнику Зимовский и снова прыснул от смеха. – У нас же теперь беременных стало ровно в три раза больше!
Новая волна хохота эхом пронеслась над островом. Даже Майя покинула свой пост, чтобы узнать причину веселья. И только двое не поддавались всеобщему веселому настроению. Коля хотел было снять «маску», но Валик его остановил:
- Смеется тот, кто смеется последним! – с обидой в голосе произнес Кривошеин и с этими словами товарищи гордо потопали прочь.
Но отойдя несколько шагов, Валик повернулся и обратился к жене:
- Галь, а может тебе тоже… - и он показал на «маску».
Галя, немного успокоившаяся, вновь рассмеялась и только покачала головой, не в силах говорить. «Люди в масках» удалились.
- А они молодцы! – перестав хохотать, заявила психолог. – Ведь положительные эмоции – это сильнейшее лекарство! А в нашей непростой ситуации очень нужное. Зря мы так с ними… Надо бы извиниться…
Народ, потихоньку приходящий в себя и вытирающий слезы, закивал одобрительно.
- А, кроме того, их идея с масками не так уж нелепа. Только вот, боюсь, что может быть поздно… - она снова стала сосредоточенно-грустной, вспомнив о своих пациентах.
- Что, так все плохо? – с тревогой в голосе поинтересовался Егоров.
Майя, молча, кивнула головой и вернулась в дом.

Весь оставшийся день все пребывали в тревоге. Майя как могла, ухаживала за больными, но температура сбивалась ненадолго и поднималась вновь, они находились в полусознательном состоянии, а Майя была на грани отчаяния.  Единственную надежду возлагали на то, что организмы у всех молодые и крепкие.
Под вечер поняв, что дело гораздо хуже, чем они думали,  МЖовцы разожгли на берегу сложенный Кривошеиным и командой сигнал: «SOS». И даже когда он догорел, долго ещё сидели и ждали чего-то… Но чудо не случилось… С мрачным настроением отправились спать, надеясь на лучшее завтра.
Утром Зимовский встал в самом прекрасном расположении духа, вышел из хижины, сладко потянулся. И удивился - к тому времени, как он просыпался, жизнь в лагере уже бурлила вовсю, а сегодня было полное затишье. Он вернулся в хижину: «Спят что ли?!» Подошёл к Эле, позвал, она не откликнулась… Осенённый страшной догадкой осторожно прикоснулся к её лбу и резко одёрнул руку. Лоб был горячий. Антона от ужаса обдало холодным потом. Он подошёл  к Наумычу, тот тоже горел. Можно было не проверять остальных, ему стало ясно - они все заболели. Несколько минут он стоял в оцепенении, боясь шелохнуться от сковавшего его страха. Затем, как будто очнувшись, стал метаться по лагерю в панике, не зная за что хвататься. Но так как успокоить его было некому, Зимовский, запыхавшись, остановился сам. «Спокойствие, взял себя в руки. Евпатий-Коловратий! Девять трупов и я!» - взять себя в руки долгое время не удавалось, вспомнив о водке, он лихорадочно схватил бутылку и опрокинул в себя сколько смог. Ему показалось, что полегчало и он начал трезво размышлять над своим положением: « Все больны… Я один остался здоров… Я как Робинзон Крузо! Но у того хоть трупов поменьше было! – запаниковал опять.  – «Стоп, они ещё все живы! И я могу что-то делать! Как там Майя их лечила…»
Водка помогла обрести самообладание, разлившись теплом по телу и нежно ударив в голову, навела в ней порядки. Вконец успокоившись, Антон собрался с духом и первым делом принялся всех лечить. Нашёл жаропонижающее, которое использовала Майя, измельчил его, развёл в воде и принялся их поить. Он обошёл уже всех, последняя оставалась Марго. У её постели он остановился и задумался: «А что если она умрёт?… Скажу: недоглядел… Какой с меня спрос? Я же не врач. Лечил всех усердно, и не виноват, что она умерла…»  Мысленно уже готовил оправдательную речь, и в мечтах видел на страницах их журнала проникновенный некролог. Присел к ней и прошептал: «Спи спокойно, дорогой товарищ». И вылил лекарство на землю. Заглушив крики совести очередной порцией водки, он вспомнил, что сам ещё ничего не ел. И отправился на поиски чего-нибудь съестного.
Кое-как, позавтракав, а скорее допив бутылку водки, закусывая фруктами, Антон забылся тревожным сном под пальмой. Ему снился безбрежный океан, и он один в лодке, а вокруг кружат уже грифы, чуя близкую добычу. Зимовский закричал во сне и проснулся… Долгое время сидел, пытаясь прийти в себя. Наконец, полностью разогнал дневной кошмар, поднялся и с надеждой пошёл в хижину. Но картина не изменилась, все так же пребывали в полузабытьи, вызванном высокой температурой. Страх холодом прошёл по спине. Он понял, что без помощи им не обойтись. Вспомнив, что Майя тогда поймала сигнал связи, он собрал все телефоны, которые только нашёл и решил ещё раз сходить на вершину горы.
Перед тем, как отправиться в поход, Антон повторил утреннюю процедуру и напоил всех лекарством, обойдя опять Марго. И двинулся в путь. Сначала он пошёл кратчайшим путём, но подойдя к отвесным скалам, тут же передумал. Карабкаться по ним самому было слишком опасно. И он направился в обход, но пройдя несколько шагов, остановился. Неожиданно он словно кино увидел, с ним и Марго в главных ролях. Вот он, карабкается на эту же скалу, секунда, и он на волосок от смерти… И Марго, протягивающая ему руку… Антон тогда точно знал, что она его удержит, не даст упасть. И потому уверенно подал ей свою руку, принял  помощь, даже не сомневаясь в её намерениях.
«Какой же я …», - подумал он и побежал в лагерь. Он нёсся на всех парах, так быстро, как только мог, понимая, что сейчас от него, и только него, зависит  жизнь человека.
Прибежав, лихорадочно приготовил лекарство, подумав, что одной дозы мало, он всыпал две,  и напоил Марго. Только когда она выпила, он немного успокоился. Но остался у ее постели. Она вся горела, дыхание было прерывистое, начала бредить… Звала то Андрея, то Гошу… Потом внезапно притихла. Антон испугался: «А вдруг она…» Он начал лихорадочно искать у нее пульс. Нащупал… Он зашкаливал! Внезапно почувствовал неведомое ранее для него чувство вины и ответственности. «Надо что-то делать! Она не может умереть! Что там еще Майя говорила? Водка!» Он молниеносно сгонял за ней и начал растирать Марго. Потом сел рядом и стал ждать… Казалось, время остановилось… Минуты тянулись бесконечно… Он снова прикоснулся рукой к ее лбу и вздохнул с облегчением – температура начала падать.

Вышел из хижины и сел на песок, казалось с него свалился тяжкий груз… Вроде бы ничего такого и не совершил…а уже чувствовал себя человеком.
Настроение поднялось, жизнь перестала казаться такой мрачной. Он с надеждой пошёл к скалам, поднялся на вершину и включил все телефоны. Начал ходить с ними по небольшой площадке на самом гребне скалы. На удивление, сигнал поймал довольно быстро, нашёл номер  Гальяно на карточке с телефона Майи. И с замиранием сердца набрал его. Пошёл вызов, Антон чуть не запрыгал от радости, сдержался лишь потому, что боялся потерять сигнал. Вызов шёл недолго, на том конце не взяли трубки, просто сбросили. Он ещё раз набрал, опять сбросили. Антон был упрямый и набрал вновь, повторилось то же самое. Он даже зарычал в отчаянии и появилось острое желание кого-нибудь убить. Он вновь и вновь лихорадочно посылал сигнал, а его всё так же методично игнорировали. Наконец, он догадался послать смс, её проигнорировать никак не смогут. Прочтут…он так надеялся…
Закончив все манипуляции с телефонами, он спустился в лагерь, всю дорогу надеясь, что вот он сейчас придёт, а они все живы, здоровы, и даже ругают его, что он так долго ходит. Но его надежды не оправдались…В лагере всё было так же…тихо и пусто. Его снова охватили страх и паника. Зимовскому ничего не оставалось, как напиться и рухнуть под ту же пальму, забывшись дурным сном.
Опять ему снились кошмары…Он доктор, работает в больнице, лечит больных… Потом он здесь, на острове, и лечит уже своих товарищей… Ничего не получается. Он в отчаянии выходит из хижины, садится под пальмой. Вдруг замечает, что по лагерю бродит какое-то привидение…Он в страхе прижимается к пальме, обнимая её, как родную…А привидение всё приближается…вот уже их разделяет всего несколько шагов…Антон заорал, от ужаса.
- Ты чего орёшь? – спросило спокойно привидение.
Оно говорило, каким-то, до боли знакомым голосом.
- Марго?! – осторожно спросил Зимовский.
- Ну, ты даёшь, Антоха, надо же было так набраться, что уже никого не узнаёшь.
- А ты чего в белом? – он медленно приходил в себя.
- Это полотенце. Я проснулась вся мокрая, вот и…. - она удивлённо его рассматривала. – Антон, с тобой всё в порядке?
- В порядке, - он понял, наконец, что это не сон. – Марго!!! Ты выздоровела!!! – закричал он так обрадовано, что она даже отшатнулась.
- Капец! Это ж надо так напиться?!
- Ты здорова!!! – он вскочил и принялся её обнимать.
- Точно, рехнулся! – она, попыталась освободиться.
- Я тут с ума сходил…, я же думал, вы все умрёте… ещё этот сигнал… Гальяно, полный козёл… я несколько раз набирал, а он сбрасывает…, но я отправил смс… он не отвертится… подожди… у тебя нет температуры… это от дозы… я тебе влил двойную…или от водки… надо и остальным…
Весь его монолог Марго молчала и тихонько отступала назад.
- Антон, ты главное не волнуйся! Всё будет хорошо!
- Конечно же, будет хорошо! – всё так же взволнованно закричал он и побежал к хижине.
Марго, держась на расстоянии, пошла следом.
Зимовский достал таблетки, начал измельчать их и растворять в  воде.
Марго теперь стала понимать его странный монолог.
- Антон, ты всё это время поил нас таблетками? – спросила она, удивлённо глядя на него, как будто видела впервые.
- А кто ж ещё?!
- Давай помогу.
- Давай, - он протянул ей таблетки и вторую кружку.
Марго стала повторять манипуляции с лекарством.
- Антон, а есть еще таблетки? – спросила она, пересчитав остаток.
- Нет, это все, - ответил тот, не прекращая лечебный процесс.
- Но… - Марго запнулась. – Если мы сейчас всем дадим двойную дозу, то ничего не останется…
- Будем надеяться, что им всем поможет также, как тебе. А еще мы их тоже водкой разотрем.
- Это да. Будем надеяться. Но я о другом… А если вдруг ты заболеешь?
Антон на секунду остановился, а потом невозмутимо продолжил свое занятие:
- Надеюсь, этого не случится или к тому времени эта сволочь, Гальяно, прилетит за нами. В любом случае сейчас у нас нет выбора.
Марго снова посмотрела на Зимовского. Это был другой человек. И он был достоин уважения. Она подошла и протянула ему руку. Он, на секунду замешкался, посмотрел на Марго удивлённо, как будто видел впервые и сначала неуверенно подал руку, а затем крепко пожал. 
Вдвоём они напоили больных быстрее. Потом Антон принес водку. Внезапно Марго осенила догадка:
- Ты и меня растирал?!...
- Да, а что мне оставалось делать? – но взглянув не её ошарашенное лицо, не смог сдержаться. – А ты… так ничего…
- Антон?! – её глаза стали ещё больше.
- Успокойся, все было в рамках приличия, да и не до того мне было, чтоб твои прелести разглядывать.
Марго покраснела и принялась за дело. Когда и эта процедура была окончена, она надолго задержалась возле Андрея: сидела, прислушиваясь к его дыханию и гладя волосы.
Антон посмотрел на неё и ничего не сказал. Он вышел, развёл костёр и даже прикрепил котелок с водой, чтобы они могли попить чай.
Марго вышла:
- Антон, - начала она неловко. – Спасибо тебе.
Он удивлённо поднял голову.
- За что?
- За всё, ты же лечил … меня … всех…
- А… - ему вдруг стало так стыдно, и он добавил: - А что мне было делать? Ждать пока вы умрёте? Я это делал исключительно для себя. Одному так жутко на острове, - он повёл плечами. – И трудно. Некому даже поесть приготовить.
- Ну, конечно, - она не поверила его браваде. – Кстати, так есть охота, - сказала, чтобы сменить тему.
- Из еды – только фрукты и скоро будет чай.
- Так это ж замечательно!
Она присела рядом с ним и с удовольствием съела всё, что было.
- Надо запастись фруктами побольше, когда остальные проснутся, они, скорее всего, будут такими же голодными, - хмыкнул Зимовский.
- Ага, - ответила Марго, дожёвывая банан…

0

27

Глава 26

Закончив скромный фруктово-чайный ужин, Марго и Антон поспешили вернуться к своим пациентам. Они так надеялись на быстрый эффект от проведенной практически интенсивной терапии, но…не случилось. Остальные «МЖовцы» по-прежнему были в полузабытьи, хотя и наметился явный прогресс – высокой температуры ни у кого уже не было. «Доктора», не раздумывая, решили установить ночное дежурство. Понимая, что надо беречь силы на будущее, ведь неизвестно, сколько времени еще придется нести вахту у постелей товарищей, сошлись на том, что дежурить будут по очереди. Первым вызвался Антон. Марго по привычке хотела поспорить, но вдруг почувствовала неимоверную усталость и согласилась. Прилегла рядом с Андреем, положив голову ему на грудь, чтобы слышать, как бьется сердце любимого. Именно под эти звуки, ставшие для нее колыбельной, она уснула практически сразу же.
Антон каждые полчаса проводил обход, но большую часть времени находился возле Эльвиры. Вглядываясь в несколько заострившиеся за время болезни черты ее лица, он вдруг осознал, что они родные для него. «А, может, мне и, правда, того… жениться на ней?...» Но тут же прогнал эту мысль, мотнув головой. Притронулся рукой к своему лбу. «Может, я тоже заболел? Нет…, температура вроде нормальная, а в голову бред лезет…» Дальнейшее его дежурство проходило спокойно и близилось к концу. Он встал, снова всех обошел и остановился у Марго, наклонился и уже протянул руку, чтобы растормошить ее. Она мирно посапывала на груди у Калугина и чему-то улыбалась во сне. Невольно засмотрелся на такую почти семейную идиллию и, испугавшись, что снова его посетят мысли о собственной женитьбе, резко разогнулся и, махнув рукой, бодренько отправился продолжать выполнять обязанности дежурного врача. Но под утро усталость взяла верх, и его сморил сон.
Первой проснулась Марго, с удивлением отметив, что уже достаточно светло, а ее очередь дежурства так и не наступила. Взглянув на Антона, спящего в неудобной позе возле Эли, она с благодарностью улыбнулась. Быстренько обойдя всех пациентов, выяснила, что жара ни у кого нет и они просто спят. Снова улыбнулась: «Жизнь хороша и жить хорошо!» Подошла к Андрею и нежно поцеловала. Он прошептал ее имя во сне. Огромным усилием воли заставила оторвать от него взгляд. «Как же я его люблю… »
Вышла из дома, вдохнув полной грудью свежий утренний воздух. Почувствовав, что сильно проголодалась, быстренько позавтракала фруктами. Утолив собственный голод, вспомнила о товарищах. «Фрукты и витамины – это хорошо, но выздоравливающим нужна белковая пища. А белок где? В мясе! Надо идти на охоту». Полная решимости она встала и ощутила легкое головокружение. «Пожалуй, на охоту мне еще рановато…Да и кто готовить будет дичь? Ни Наумыча с Галей об этом просить. Надо что-то другое…» И вдруг ее осенило – яйца! Они тоже богаты белком, да и ее кулинарного таланта вполне хватит для приготовления яичницы.
Не откладывая это дело в долгий ящик, Марго сразу же отправилась на добычу белковой пищи. Но она немного не рассчитала свои силы, которые еще не восстановились после болезни, и ее поход занял гораздо больше времени, чем она предполагала…
Тем временем в лагере началось всеобщее пробуждение выздоравливающих и лишь только их «лечащий врач» спал непробудным сном.
Первым проснулся Андрей и сразу же позвал Марго. Она не откликалась. Он с трудом привстал, огляделся. Картина была невеселой. Его друзья и коллеги за время болезни осунулись и исхудали, хотя сейчас все просто мирно посапывали. На их фоне заметно выделялся только Зимовский, который по-прежнему выглядел очень даже хорошо. «Видимо, таких и болезни не берут», - подумал Калугин. А вот Марго нигде не было видно. Андрей заволновался: «Где же она? А, вдруг…». Он не дал себе даже закончить эту мысль, внутри все похолодело и перехватило дыхание. Его охватила паника. «Нет, этого не может быть! Не может! Не сейчас!». Но это было лишь мгновение сомнений, секунды слабости. Он взял себя в руки и попытался прислушаться к своему сердцу, которому теперь доверял безоговорочно - оно не предвещало никакой беды. Андрей успокоился, потому что был твердо уверен: случись с Марго что-то непоправимое, он бы это понял, почувствовал бы сразу, что ниточка, их связывающая, оборвана. А этого сейчас он не ощущает! Значит, все в порядке! Успокоившись, он заметил лежащее рядом одеяло. Взял его и ощутил знакомый аромат, запах, от которого он всякий раз терял голову. «Марго…» Какое-то время он сидел в обнимку с одеялом и летал в облаках…
На землю его вернули радостные возгласы коллег. Народ проснулся и теперь ликовал. Особо бурно радовались факту исцеления Валик с Колей. Они сначала горячо обняли своих возлюбленных, затем друг друга, потом всех остальных. Дойдя до Калуги, с удивлением заметили в его объятиях одеяло.
- Да, Андрюха… Сначала с камерой не расставался, теперь с одеялом зажимаешься, - сострил Кривошеин. – Ты определись уже как-то…
Андрей отложил предмет своей страсти в сторону и с улыбкой ответил:
- Не переживай, я же однолюб!... И где моя любимая… камера?
Народ оценил шутки и волна смеха прокатилась по хижине. Андрей же, отыскав камеру и водрузив ее на шею, отправился на поиски своей истинной страсти – любительницы капцов.
Тем временем Коля, заметив сиротливо лежащие в углу их самодельные средства защиты, которые так и не выполнили свою функцию, показал на них Валику. Тот подмигнул и они нацепили их снова. Пусть это и было дежавю, но произведенный эффект оказался таким же сильным. «Дом» задрожал от хохота его жителей.
Все веселились, кроме Зимовского – он продолжал спать. Это вызвало общую тревогу, особенно волновалась Эля.
- Может, он болен? – спросила Галочка.
Эльвира дотронулась до лба Антона губами:
- Температуры вроде нет…
К ним подошла Майя и, осмотрев его, предположила:
- Думаю, он просто спит.
Разбуженный шумом, Антон, сладко потянувшись, открыл глаза:
- Опа! Кажись, я самое интересное проспал!
В этот момент в лагере появился встревоженный Андрей и, увидев Антона, спросил:
- Ты не знаешь где Марго?
- Андрюх, ты у нас прямо Ричард Гир! Что, опять невеста сбежала?
- Сейчас не время для демонстрации остроумия. Ты знаешь что-нибудь?
- Откуда мне знать? Я же проснулся последним. Спроси вон у муженька, где его чокнутая женушка!
- Антон, я тебя предупреждал! – Андрей схватил Зимовского.
Заметив небольшую потасовочку, к ним подскочил Гоша и присоединился к допросу:
- Где Марго?
Антон с силой откинул руки Калугина, смерил презрительным взглядом Гошу и кивнул в сторону головой:
- Вон она, ваша пропажа!
Все посмотрели в ту сторону и заметили Марго, тащащую что-то в некоем подобии котомки. Андрей бросился к ней, Гоша тоже. Марго остановилась, передала свою ношу Гоше, тогда как ее саму схватил на руки Андрей и очень вовремя, так как она почти падала от усталости.
Все обрадовались благополучному появлению Марго и ещё больше тому грузу, что она принесла.
Женщины принялись за приготовление еды.
Зимовский обиженно наблюдал за всем этим, затем не выдержал:
- И что, никому не интересно, кто вас всех лечил...
Народ обернулся к нему.
- А действительно?! - удивлённо протянула Майя.
- Антон? Это ты?! – почти с восторгом спросила Эля.
- А кто же еще? – буркнул тот. – Вы же все того…
Все с сомнением переглянулись.
- Да, это правда, - вдруг поддержала его Марго. – Я пришла в себя первая. Антон -единственный, кто не заболел, и сам ухаживал за нами…
Всем пришла в голову одна и та же мысль: «Зараза к заразе не пристаёт…»
Повисло недолгое молчание, и тут же взорвалось радостными возгласами.
- Чудеса! Зимовский в роли доктора Айболита! – всплеснула руками удивленная Галочка.
- Не, Антохе по духу ближе доктор Хаус! – пошутил Кривошеин, но с уважением в голосе.
- Лучше спасибо скажите, киноманы! – обиделась Эля.
- И скажем! - заверил ее Валик.
На Антона накинулись с благодарностью и расспросами. Он с гордостью рассказывал о своих подвигах на медицинском поприще, умолчав, однако, о своем неблаговидном поступке по отношению к Марго. Украдкой поглядывая на неё, он понял, что ей совершенно всё равно, что твориться вокруг. Они с Андреем нежно смотрели в глаза друг другу. И Зимовский продолжил своё повествование, недосказав о ее участии в лечебном процессе. По окончании рассказа все бросились с ещё большею силой благодарить своего спасителя. Наумыч подошел к нему и, прослезившись, пожал руку:
- Не ожидал честно от тебя… Спасибо от всех нас и от меня лично!
- Партия тебя не забудет! – пытаясь оставаться серьезным, Валентин тоже пожал ему руку и захохотал.
Общественность поддержала веселье.
- Ну, что же, мои любимые марксисты-ленинисты, жизнь продолжается! – подытожил Егоров.
- Как говорится, жить – хорошо! – добавил Валик.
- А хорошо жить – еще лучше! – подхватил Антон.
В этот момент они были просто счастливы от того, что солнце светит, птички поют, океан шумит… Из состояния эйфории всех вывел студент:
- Не мешало бы уже пожевать чего…
Завтрак получился поистине королевским, и основным блюдом стала гигантская глазунья. Ели с большим аппетитом. Теперь Марго была героем дня. Заслуги Зимовского немного отошли на второй план, что его явно не радовало.

Позавтракав «МЖовцы» расположились под пальмами, и со счастливыми лицами взахлёб стали обсуждать последние события. Вдруг все одновременно замолчали, услышав странный звук. Они переглянулись.
- Опять катер? – встревожился Наумыч.
Никто даже не сдвинулся с места. Несмотря на то, что «пираты» оказались очень милыми людьми, перспектива ещё раз заболеть никого не радовала.
Гул всё приближался.
- Самолёт! - закричал Коля, так громко, что народ вздрогнул.
- Ты чего орёшь, - проворчал Зимовский, поднимаясь с места.
Все задрали головы в небо. И увидели его! Самолёт пролетел настолько низко, что казалось можно достать его рукой. И что самое удивительное – он шёл на посадку. «МЖовцы», как по команде сорвались и побежали за ним.
Они неслись на ту же поляну, на которую когда-то прилетели. Когда выбежали на открытое пространство и увидели мирно стоящий самолёт на поляне, на мгновение замерли, не веря своему счастью, и с новыми силами рванули к нему.
Пока «робинзоны» неслись к самолету, из его салона вышли два пилота и с улыбками их поприветствовали.
Запыхавшиеся они налетели на них, обнимая и, как родных. Те удивлённо переглядывались и не могли сдержать улыбки, гладя на счастливые лица «МЖовцев».
- Ну что, собирайтесь, - когда все немного угомонились, сказал один из пилотов. – Мы вас здесь подождём.
- Э…нет,- чуть ли не хором, ответили «островитяне».- Пойдёмте с нами. Без вас самолёт точно не улетит.
- Да мы же за вами прилетели! – пытались достучаться до «МЖовцев» пилоты.
Но те даже слушать не хотели. И взяв их под белы ручки, дабы не сбежали опять, повели в лагерь, пилоты немного посопротивлялись, но поняв, что выбора у них нет, покорились большинству.
Пока собирали вещи, за пилотами неусыпно кто-то следил, но к «пленным» относились очень дружелюбно - накормили фруктами, напоили чаем. Когда сборы были закончены, уселись на поляне «на дорожку».
И загрустили…
- Жаль отсюда улетать, - Галя озвучила мысль, повисшую в воздухе.
- Да, классно было… - подхватила Люся.
- Слушайте, - вскочил Валик. – А мы же, действительно, стали дружнее!
- Спасибо психологу! – подытожил Наумыч. - Хорошая работа! – и пожал ей руку.
- Спасибо, – немного смутилась Майя. – Только в этом не только моя заслуга, точнее, не столько. Это, скорее, остров! Экстремальные условия вас сдружили.
- Почему же – «вас»? – удивился Гоша. – Нас! И не только сдружили…
- Да, нас, - скромно опустила глазки Майя.
- А помните, как наша центральная статья называется? – спросила Марго. – «Экстрим – не предлагать!»
- Срочно надо менять название, – подхватил Егоров.
- Да! На что-то вроде: «Лучший отдых - отдых на необитаемом острове!» - скреативил Валик.
Все рассмеялись.
- И статью надо переделать! – посмотрев на счастливую Марго, сказал Наумыч.
- Уже! – ответила она, улыбаясь.
Егоров протянул руку за статьёй.
- Она ещё не полностью готова… - замялась она.
- Ну, вот так всегда…
- Борис Наумыч…
- Ладно, ладно, подожду. Но долго не тяни.
- А давайте сюда и на следующий год прилетим, - вскочил вдруг Коля.
- Студент, откуда у тебя такие деньги? – усмехнулся Зимовский.
- А что?! Хорошая идея, - поддержала Марго. – Сколько стоит арендовать самолёт? – обратилась она уже к пилотам.
Те назвали сумму.
- Если разделить на 10, то не такая уж и большая сумма получается.
- На - 11, - поправил Гоша.
Марго взглянула на него и Майю.
- Да, конечно же - 11. Извини. И это гораздо дешевле, чем отдыхать на курортном острове Мальдив даже в самом дешёвом отеле.
- А Марго права, - добавила Эля. – Так намного дешевле.
- Ну, раз финансовый директор подтверждает, значит, так тому и быть! – сказал своё решающее слово Егоров. – В следующем году летим сюда отдыхать!!!
- Ура!!! – разнеслось над островом.
Приняв решение вернуться сюда вновь, «МЖовцы», нагрузившись чемоданами, двинулись к самолёту.
Вдруг Галочка остановилась и громко вскрикнула. Валик бросил вещи, испугано взглянул на супругу и, заикаясь, спросил:
- Что случилось?
Галя, молча, присела на один из чемоданов, держась за свой немного округлившийся в последнее время животик, и улыбнулась. Валик смотрел на нее с все нарастающей тревогой:
- Любимая, что-то не так? Тебе нехорошо?
Галя, продолжая улыбаться, отрицательно закивала головой.
Валик опустился на колени, взял ее руки в свои и дрожащим от волнения голосом попросил:
- Галочка, не молчи, скажи, что случилось?!
Все столпились вокруг и тоже с тревогой поглядывали то на взволнованно-улыбающуюся Галю, то на испуганного Валика.
- Да, Галя, не молчи! Говори, что случилось? – закудахтала Эля. – Что-то с детьми?
Галя закивала.
- Что? – в один голос спросили все. Валик уже был на грани обморока.
- Они... они… - Галя от волнения не могла подобрать слова.
- Ты только не волнуйся, все будет хорошо, - начала успокаивать ее Эльвира. – Мы сейчас полетим домой и там… Дайте же кто-нибудь воды!
- Да у меня и так все хорошо! – выпалила Галя. – Они - шевелятся!
За сим последовал всеобщий вздох облегчения, а потом все бросились поздравлять будущих родителей. До Валика полностью еще не дошел смысл услышанного. Он залпом выпил принесенную Гале воду и… расплакался. Потом кинулся обцеловывать жену. Общественность поддержала его бурными аплодисментами. Галя светилась от счастья. Она была необыкновенно красивой сейчас.
- Они уже давно шевелились, но я это всё списывала на непривычную пищу, - говорила она сияя.
И вдруг снова вскрикнула:
- Ой, опять! – она взяла руку Валика и приложила к своему животику.
Тот замер, но через несколько секунд расплылся в улыбке:
- Толкаются…
Все стоящие вокруг тоже заулыбались, даже пилоты не удержались.
- А можно и мне? – попросила Люся.
Галя кивнула головой. Люся осторожно дотронулась до Галиного животика и ощутила присутствие там новой жизни. Затем Эля, Майя… Наумыч тоже попросился и растроганно долго сюсюкал с малышами, напоследок пустив слезу умиления.
Лишь Марго стояла немного в сторонке.
- Марго, а ты? – спросила Галочка.
Она неловко улыбнулась, подошла и несмело положила руку. Почувствовав легкий толчок, испытала какое-то неведомое до этого ей чувство.
- Да, толкаются, - выдохнула она.
Стало тепло и спокойно, а еще радостно. Она взглянула на Андрея, он тоже нежно на неё смотрел. Они без слов поняли друг друга…
Когда эмоции немного улеглись, продолжили путь.
Посадка прошла благополучно и, помахав на прощание так полюбившемуся им острову, они вылетели домой.
Теперь на борту самолёта царила совсем иная атмосфера. Майя с удивлением наблюдала за окружающими. Марго с Андреем сидели, держась за руки, как будто, боялись потерять друг друга. Она положила голову ему на плечо и поднимала её лишь для того, чтобы что-то нежно промурлыкать ему на ушко. На лицах обоих светилось такое счастье, что если бы в салоне было темно, они могли бы освещать его. Психолог улыбалась, на них глядя. Так удивительно у них всё сложилось. Она взглянула на Гошу, он лежал в кресле, положив голову ей на колени, а выражение лица было, как у мартовского довольного кота.
Валик что-то тихо шептал, поглаживая Галин живот. Они были немного встревожены, боясь за жизнь деток, но после того как те зашевелились, пришли в такой неописуемый восторг, что сейчас, никого не замечая, сюсюкали с ними.
« Всё у них будет хорошо» - подумала Майя. – «Не может быть по-другому. Этот остров был так добр ко всем, что с их детьми будет всё в порядке, несмотря на перенесённую их мамой болезнь».
Даже Зимовский с Эльвирой ворковали как голубки. Антон многое переосмыслил в своей жизни и, возможно, принял уже правильное решение.
Люся с Колей решили окончательно пожениться, после стольких жарких ночей проведённых на острове, они были уверены, что жить больше не смогут друг без друга.
Лишь Егоров немного грустил, но он согревал себя спиртным и мыслью, что скоро увидит внука.
Перелёт в Москву прошёл без приключений, почти всю дорогу они спали, за исключением посадки в Дубаи, но и там далеко не расходились, а Колю вообще выпустили из салона самолёта только для прохождения регистрации и сразу же вернули туда обратно, во избежание недоразумений. Хотя он и заверял всех бурно, что уже всё понял и больше не натворит глупостей.
Вскоре полёт продолжился и через несколько часов они уже ступили на родную землю. Вернее на асфальт аэропорта Внуково.
Пройдя все турникеты, на выходе из аэропорта все куда-то разбежались.
Андрей в спешке сказал Марго, что ему срочно нужно уехать, он потом всё объяснит, и убежал. Гоша с Майей исчезли, чему Марго нисколько не удивилась. Остальные, взяв такси, разъехались в разные стороны. Она тоже подошла к стоянке и вскоре уже услужливый водитель грузил её чемоданы в багажник своего автомобиля.
Было раннее утро, потому домой она добралась довольно быстро. Расплатившись с водителем, поднялась в свою квартиру, зашла и села на чемодан.
Стало, как-то грустно… Пустая квартира… столько всего произошло…Она рассматривала такие знакомые вещи вокруг и, казалось, видела всё впервые. Она как будто вернулась из другой жизни. Из сказки… В которой был ОН. В которой она была так счастлива.
«Почему это была?! - одёрнула она себя. – Теперь всё будет по-другому!»
- Анька! – осенило её. – Надо срочно ей всё рассказать!
И Марго набрала знакомый номер.
- Сомова, приветули!
- Ну, наконец-то!!!- послышался возмущённый и одновременно обрадованный голос подруги. – Ты, где была? Я тут с ума сходила…Что случилось? Я в издательство каждый день бегала… Вы же улетели всего на пять дней?! Где вы были всё это время?...
Она бы ещё долго говорила, но Марго перебила поток слов:
- Анечка!!! Анютка!!! Со мной такое случилось!!!
Аня сразу же замолчала, удивлённая - Марго никогда её так ласково не называла. Значит, случилось действительно что-то знаменательное.
- Что? – только и спросила она.
- Это не телефонный разговор. Приезжай, я тебе всё расскажу.
- Ну, хоть пару слов…Я умру от любопытства по дороге.
- Всё, жду, - Марго была непреклонна.
Ане ничего не оставалось, как быстро собраться и ехать к подруге.
Буквально через полчаса она уже стояла на пороге квартиры с бутылочкой вина в руке.
- На всякий случай захватила, - ответила она на удивлённый взгляд подруги.
- Анькаааа! – Марго крепко её обняла. – Я такая счастливая!!!
- Вижу, - усмехнулась Аня. – Я почти уже забыла, когда я в последний раз тебя такой видела. И, кажется, я догадываюсь, кого надо благодарить за твой светящийся облик.
- Ты угадала… Но всё по-порядку…
Они уселись на родной диванчик и под бутылочку вина, Марго начала свой рассказ…
Когда она закончила, подруга сидела, замерев в восторге:
- Удивительно! Это невероятно! Слушай, по всему этому можно целый роман написать!
Как в кино всё!!! Бывает же такое!
- Сама удивляюсь! Ну что? За нас!
- За нас!...

+1

28

Глава 27

После ухода Ани Марго помыла посуду, разобрала чемоданы, всё время поглядывая на телефон, в ожидании звонка от Андрея. Но его всё не было. Это начинало её беспокоить и в голову лезли не очень утешительные мысли. Он ведь обещал ей позвонить… Возможно он не так уж сильно в ней нуждается… Марго не находила себе покоя. Не вытерпев мучительного ожидания, сама набрала его номер. Сначала никто не подходил к телефону, но она была настойчива. Наконец трубку подняли:
- Марго, извини, я сейчас занят, позвоню тебе позже, - услышала она короткое и на том конце спешно положили трубку.
«Да что ж такое?! Как можно так обращаться с любимой женщиной?! И чем это он так занят?», - она была вне себя. – « А может… остров… романтика… нахлынули воспоминания, вот его и занесло… А сейчас одумался и опять сбежал… Сказка кончилась…Капец! От этих мыслей можно с ума сойти!»
Она врубила на всю телевизор, и уселась под ним… Но покоя так и не обрела. Промучившись весь вечер и практически всю ночь, наутро забылась тревожным сном.
Ей снился остров… «Они опять вдвоём… Андрей ныряет в водопад… и скрывается в прозрачной воде. Она счастлива… но его слишком долго нет и Марго ныряет за ним… Вода уже непрозрачная, она мутная и вязкая…Она пытается вырваться из глубин реки… А водопад уже не шумит, а ревёт над головой, разрываясь…. И …»
Это вовсе не водопад, кто-то трезвонит настойчиво в дверь…
Она с трудом возвращалась к реальности.
«Кого это принесло в такую рань?!» - Марго недовольно выползла из постели и как была,  пижаме даже не накинув халат, пошла к двери.
Открыла.
- Андрей?!
- Ты ожидала кого-то другого? – воскликнул он радостно, схватил её на руки и закружил.- Я ужасно соскучился!!!
- Поставь меня на место, - проворчала она недовольно и наконец, окончательно приходя в себя. – Ты что так рано?
- Рано? – удивился он. – Уже одиннадцать, я хотел ещё раньше приехать.
- Сегодня воскресенье, - продолжала она ворчать. – И почему ты вчера не позвонил? Я прождала весь день.
- Марго, извини,- начал он оправдываться. -  Было много работы. Ты ж знаешь, после Питера мы жили у мамы, сейчас люди, которые снимали квартиру, съехали. И я вчера весь день перевозил вещи.
- Так сложно было позвонить? – она чувствовала, что он врёт. Врать Калугин никогда не умел.
- Ну, прости, замотался.
- Так сильно?! – иронично протянула она
Но Андрей не обращая внимания на её настроение, привлёк к себе, обнял.
- Ворчунья моя, я вообще- то за тобой приехал, собирайся, едем ко мне.
- Куда?! – возмутилась она, тут же забыв о своих подозрениях, попав в его объятия. – Я ещё даже не умывалась.
- Иди быстрей умывайся и…
- Нет, нет, нет. Мне надо сначала принять душ… выпить чашечку кофе…
- Будет тебе, и кофе, и какао с чаем! Давай быстро в душ. Я приготовлю завтрак, - и он нежно подтолкнул её к двери ванной.
Когда за ней закрылась дверь, Марго нехотя разделась и залезла под душ.
Ей, вдруг стало страшно. Как она появится в доме Андрея? Как посмотрит в глаза Алисе и его маме?…Она долго стояла под струями воды, не зная, как быть…
За это время Андрей, увидев, что холодильник пуст, сбегал за продуктами, успел вернуться и даже уже приготовил завтрак, а она всё медлила.
- Марго! – позвал он, удивлённый её долгим плесканием.
- Я уже, - ответила она.
В голове созрел план, как оттянуть время визита, к которому она не был пока готова.
Она вышла из ванной, обвязавшись полотенцем, слегка приспустив его, чтобы полуобнажить свои соблазнительные формы. Андрей оглянулся и замер. По его выражению лица она поняла: нужный эффект был  легко достигнут. Она подошла, провела ладонью по его лицу опустилась пальчиками ниже слегка запустив их в вырез рубашки. И взглянула на него таким взглядом, что без слов всё стало понятно.
- Что ты делаешь?! – спросил он автоматически.
- Соблазняю, - нагло ответила она и, встав на цыпочки, слегка прикоснулась губами к его губам.
- Марго, - прошептал он от избытка чувств, подхватил её на руки и окрыленный унёс в спальню.

Когда они проснулись, было уже больше двух часов.
- Так есть охота! –  первое, что произнесла Марго. – Ты, кажется, там что-то приготовил?!
- Приготовил… - он хотел ещё что-то добавить, но она в чём была, пошла на кухню.
Он наспех оделся и пошёл за ней.
- Ты очень соблазнительна в голом виде жующая бутерброды.
Она только расплылась в улыбке.
- Но мы сегодня всё же, поедем ко мне, - сказал он не терпящим возражения тоном и накинул ей на плечи халатик.
Она перестала жевать.
- Андрюш, я  и не возражаю… - промурлыкала как кошка и обвила его шею руками, от чего халатик соскользнул на пол.
- Я понял твои уловки, - рассмеялся он. – Ничего у тебя не выйдет - мы едем.
- Ты меня не хочешь?! – спросила она тоном обиженного ребёнка.
- Очень хочу, поэтому тебе всё же придётся одеть для начала халатик, - и он подкрепил свои слова действием. Сам одел её и завязал на ней пояс. – Марго, ну, что с тобой? – спросил он уже серьёзно.
Она тоже перестала играть:
- Андрюш, я боюсь!
- Чего? – удивился он.
- Ну, как я взгляну им в глаза? Как я взгляну в глаза Алисе? Твоей маме? Для них я какая-то… ветреная особа, не способная разобраться в своих чувствах и мужчинах…
- Марго! – он её перебил. – Всё будет хорошо. Я буду рядом. И ты ошибаешься, если думаешь, что для них ты чужой человек.
- Лучше бы была чужим…
Он её обнял:
- Марго, верь мне! Мы всё преодолеем. Мы столько уже прошли, что, мне кажется, выстрадали быть счастливыми.
- Да, наверное, - ответила она тихо. – Давай поедим?
- Давай, слегка перекусим.  Дома Алиса с мамой приготовили нам шикарный обед, хотя теперь, - он взглянул на часы, -  уже ужин. Они нас ждут.
Марго кивнула и уже через полчаса, быстро перекусив и собравшись, они выехали.

А в это время где-то… в Москве:
- Я сотру его в порошок! – буянил Гальяно. – Что он себе удумал?! Дурачить меня!!! Меня – Серхио Гальяно!!! Неужели он надеется, что это сойдёт ему с рук?! Сорвать мне такое дело! Такие бабки уплыли…
- Может, не все так плохо? – робко предположил его собеседник.
- Не плохо, а ещё хуже! - Гальяно схватился за голову.
- У нас же есть чем его прижать – Маша Васильева, - напомнил ему визави.
- А смысл? Да и нет  у нас ничего… Маша Васильева – это блеф!
- В каком смысле?
- В самом прямом. Я понятия не имею, кто такая эта Васильева и какое отношение она имеет к Марго. Это когда-то по пьяни мне этот, как его… Зимовский что-то наплел. Вот я тогда и брякнул…
- Судя по реакции нашего фотографа, очень даже имеет. Можно дать задание ребятам – раскопают всю подноготную этой дамочки.
- Неужели ты не понял - мне плевать, кто она! Иванова, Петрова, Васильева, да хоть и Пупкина! – презрительно ответил шеф. - Она – курица, несущая золотые яйца и эти яйца идут в мою корзину!
В этот момент раздался звонок мобильного. Серхио ответил:
- Да. У вас правильные сведения. Да… да… А цена? Ну, это несерьезно… Это же эксклюзив! Сколько? Вот, это уже деловой разговор…
Отключив телефон, Гальяно воодушевленно потер руки и направился к бару, налив спиртного в два бокала, подал один соратнику:
- Все-таки удача на моей стороне! За успешную сделку!...

Сердце Марго выпрыгивало из груди, когда они подошли к квартире Калугиных. Андрей нажал на звонок, не открывая дверь своим ключом, чтобы их встретили.
Когда дверь открылась,  Марго крепко сжала его руку.
- Здравствуйте, - неловко произнесла она.
- Здравствуйте, Марго, - очень вежливо и холодно ответила Алиса.
Так же холодно поздоровалась и Ирина Михайловна.
- У меня для тебя подарок, - бодренько сказала Марго, и протянула девочке мяч, который они купили по дороге сюда, вспомнив, что она обещала Алисе подарок.
Алиса молча смотрела на протянутый ей мяч.
- Это настоящий, футбольный, - добавила Марго.
- Я уже не увлекаюсь футболом, - ответила Алиса. – Это игра для мальчиков, а я же девочка, - отчеканила она каждое слово и так и не притронулась к мячу.
«Спокойно, в конце концов, ты это заслужила», - Марго чувствовала себя просто отвратительно.- «Глупо было ожидать, что они бросятся тебе в объятия».
- Что-то я не замечал в твоих руках кукол, - укоризненно сказал Андрей и, взяв из рук Марго мяч, положил его у ног дочери.
- Всё меняется, папочка.
- Прошу всех к столу, - позвала Ирина Михайловна. – Мы вас заждались, - это она сказала, укоризненно глядя сыну в глаза.
- Извини, мам, немного задержались.
«Лучше бы вообще не приехали», - Марго хотелось развернуться и уйти, но Андрей крепко держал её за руку.
- Всё будет хорошо, - прошептал он ей и подтолкнул к столу.
Обстановка за столом оставалась такой же напряжённой. Андрей, как мог, развлекал всех рассказами об острове. Марго иногда вставляла пару слов, но тут же, умолкала, уловив на себе холодные взгляды.
- Вы с бабушкой, наверное, очень волновались, когда папа не вернулся вовремя? – спросила она Алису, сделав в очередной раз попытку поддержать разговор.
Они с Ириной Михайловной странно переглянулись.
- Да, конечно, - ответила за Алису бабушка и поспешила сменить тему.
Марго уловила что-то странное в их поведении, но списала это скорее на неприязнь к ней, и нежелание разговаривать.
Она чуть не вскрикнула от радости, когда перешли к чаепитию.
- Попробуйте пирог, - неожиданно предложила ей Ирина Михайловна. – Алиса делала его сама.
- Сама?! Как  здорово! – подхватила тут же Марго. – А меня научишь?
Алиса посмотрела на неё пристальным взглядом, встала из-за стола, со словами: «Спасибо, я уже сыта», ушла к себе.
За столом воцарилось молчание. Андрей поднялся, чтобы пойти за ней. Но Марго его жестом остановила:
- Разреши я сама.
Она вошла вслед за девочкой в комнату, присела рядом.
- Алисочка, я понимаю тебя, - начала она запинаясь.
- Сомневаюсь.
- Послушай, я сделала вам очень больно. И я очень виновата перед вами. Но поверь мне, я не хотела…
- Не хотела бросать папу и выходить замуж за другого человека?! – с иронией спросила  Алиса.
- Да, я ошиблась, поддалась обстоятельствам, опустила руки и не стала бороться за вас. Но поверь, я люблю тебя и твоего папу…
Девочка молчала.
- И если ты мне позволишь, я бы хотела стать твоей мамой.
Алиса ничего не отвечала, она отвернулась к окну, чтобы Марго не видела, как из её глаз катились слёзы.
Маргарите так хотелось погладить её по головке, прижать к себе. Сердце разрывалось на части, но она понимала, что сейчас девочка скорей всего оттолкнёт её.
- Я буду ждать, сколько хочешь, надеясь, что ты меня простишь.
Она встала и вернулась к столу. «Как она?» - одним взглядом спросил Андрей.
Марго опустила глаза. Калугин поднялся и пошёл к дочери. Как только он вышел, она посмотрела на Ирину Михайловну:
- Вы считаете меня ветреной особой?
- Не мне судить…- отстранённо ответила та.
- Но вы бы не хотели видеть меня рядом со своим сыном?
- В этом вы правы, не стану лукавить.
- Я вас понимаю, но у меня есть смягчающее обстоятельство.
Ирина Михайловна удивлённо на неё взглянула и Марго продолжила:
- Я люблю вашего сына.
- Да, это смягчает вашу вину, но надолго ли вы его «любите»?!
- Я без него не могу жить. Вы мне верите?
- Время покажет, - ответила она и начала убирать посуду со стола.
- Я помогу, - вызвалась Марго.
- Спасибо, я сама, вы - гость, отдыхайте.
«Гость» - до боли сжалось сердце, но она постаралась взять себя в руки.
Ирина Михайловна вышла на кухню, Марго направилась в комнату Алисы и замерла у двери, услышав крик Алисы: «Я её ненавижу!»
Это было последней каплей, Марго лихорадочно натянула на себя курточку, обулась и рванула из квартиры Калугиных.
Андрей, услышав звук захлопнувшейся двери, прожогом выскочил из комнаты, Ирина Михайловна удивлённо выглянула из кухни.
- Мама! – укоризненно крикнул ей, и наспех обувшись и накинув ветровку, побежал за Маргаритой.
Догнал  её уже у стоянки такси:
- Марго, постой! – он схватил её за плечи и развернул к себе.
Её лицо было в слезах.
- Марго, - принялся он успокаивать. – Всё будет хорошо! Им просто нужно время.
- Я всё понимаю, - говорила она сквозь слёзы. – Я сама во всём виновата.
- Нет, я виноват не меньше. Я только и мог тогда безумно тебя ревновать, ничего не видя и не соображая от ревности. И это я оставил тебя одну в такой тяжёлый для тебя период.
- Нет, Андрюш, это я виновата, я всё время врала, и сама так запуталась в этом вранье.
- Всё, не будем об этом, - и он крепко её обнял. – Оставим всё в прошлом, и больше никогда не вернёмся к этому разговору.
Почему, когда вас обнимают и успокаивают, слёзы льются ещё с большей силой. Марго разрыдалась у него на плече…Он лишь тихонько и нежно поглаживал её спину, продолжая утешать. «Всё будет хорошо», - повторял он, крепче прижимая к себе.
Когда слёзы немного утихли, Андрей отодвинул её чтобы взглянуть в глаза:
- Я тебе сейчас что-то скажу, и ты больше не будешь плакать.
- Что?! – спросила она, утирая слёзы.
- У Алисы под подушкой всё это время лежала твоя фотография.
- Правда?!
- Правда.
И Марго расплакалась с новой силой, но это были уже слёзы облегчения. Казалось, она решила всю боль, накопившуюся за время их разлуки, выплакать слезами. Сейчас все то, что тяжелым камнем лежало у нее на душе, выходило наружу потоком соленой жидкости.
Андрей тихонько привлёк её к себе.
- Я совсем обабилась? – вдруг спросила она, подняв на него опухшие от слез глаза.
Он посмотрел на неё и расхохотался, она тоже улыбнулась в ответ.
- Ты невозможна!  - нежно взглянул  в самые прекрасные для него глаза: – Ты удивительная!!! И я тебя люблю,  такую необыкновенную, такую загадочную и… такую плаксивую, - подытожил он шуткой.
- Калугин! – и тут же получил изящным кулачком в грудь.- Я вообще редко плачу.
- Я заметил.
Они счастливо рассмеялись.
- Представляю, как я сейчас выгляжу…
- Ты сейчас неотразима, - ответил он. – Хоть на обложку! Жаль, нет камеры под рукой…
- Издеваешься?
- Нисколько. Для меня ты всегда будешь самой красивой и самой желанной женщиной на свете.
И словно в подтверждение своих слов поцеловал ее – и трепетно-нежно, и огненно-страстно одновременно, как мог только он. Она ответила сразу же, не раздумывая, отдаваясь чувствам вся без остатка, словно бросаясь в омут с головой, как могла лишь она. И снова во всей Вселенной их было только двое – Он и Она, две половинки одного целого…
- Давай, вернемся, - попросил Андрей, когда страсти поутихли, не размыкая объятий.
- Не сейчас. Я лучше поеду  домой. Мне, правда, нужно статью дописать.
- Я отвезу тебя.
- Нет, ты сейчас нужнее Алисе. Я  в порядке.
Но Андрей настоял и отвёз её домой, а затем быстро вернулся к своим домочадцам.

Как только Андрей выбежал из квартиры вдогонку за Марго, Ирина Михайловна зашла в комнату к Алисе. Они обе чувствовали вину за случившееся. Бабушка обняла внучку и погладила по голове.
- Бабуль, ей можно верить? – спросила Алиса с надеждой и одновременно тревогой в голосе. Она и хотела услышать ответ на такой важный для нее вопрос, и в то же время очень боялась этого.
Ирина Михайловна хотела сказать, что не стоит безоговорочно доверять словам человека, предавшего однажды, дабы не наступить на те же грабли снова и еще многое другое, но неожиданно даже для самой себя ответила:
- Давай дадим ей ещё один шанс! – и, увидев, как засветились глаза внучки, поняла, что сделала правильный выбор…

На следующее утро Марго вновь разбудил ранний звонок в дверь. Но сейчас она побежала открывать с большей радостью, надеясь, что это Андрей. Каково же было её удивление, когда на пороге она увидела Алису с Ириной Михайловной.
- Привет, - сказала Алиса.
- Привет, - неловко ответила Марго.
- Ты вчера не попробовала мой пирог, - Алиса протянула ей кусочек пирога.
- Спасибо! – удивлённая происходящим, Марго не знала, что сказать.
Алиса вдруг порывисто обняла её и спрятала лицо у неё на груди.
Марго настолько захлестнули эмоции…
- Алисочка, - только и произнесла она. Глаза наполнились слезами счастья, и она их больше не сдерживала…

Когда к ней по дороге на работу заехал Андрей, то увидел самую заветную для него картинку… Три самых любимых его человека пили чай…
- Андрюш, хочешь чаю? – спросила Ирина Михайловна.
И его сердцу стало мало места в груди, а счастье разлилось по венам тёплой волной…

Сегодня вышел Экстремальный номер «МЖ», все собрались в зале заседаний в ожидании результата. Атмосфера была по-настоящему дружеской, все искренне улыбались друг другу, а Егоров, наблюдая за всем этим, был на седьмом небе от счастья - его коллектив, пройдя совместно  испытание экстримом, теперь был не просто командой единомышленников, а  стал настоящей дружной семьей. Они весело шумели, ничто не предвещало бури, а она уже надвигалась лёгкими шагами Люси. Дверь открылась, все повернули головы, Людмила с глазами полными ужаса сказала:
- Вы должны это видеть!
Затем подошла и включила телевизор. И сразу же попала на нужный канал.
Ещё секунду назад весело шумевшие работники МЖ замерли, глядя на экран. А там происходило невероятное. Все их похождения на острове были как на ладони. Это безобразие называлось какое-то «Реалити-шоу». Они, онемев от шока, наблюдали происходящее. Шоу ещё не закончилось, как в кабинет вихрем влетел Гальяно:
- Ааа, любуетесь собой? И как вам?
Его окатили такими злобными взглядами, что другой бы на его месте в ужасе выскочил. Но Серхио этим было не пронять.
- Нечего дуться, лучше бы поблагодарили! Такой отдых там! И такая популярность теперь здесь!– он был не просто доволен, он сиял от радости. – Ну, сколько вы могли заработать на своём журнальчике? И кто вас знал? А тут, - он показал на экран. – Реальные деньги и бешенный успех! И, главное,  все по-честному: деньги – мне, а слава – вам!
Люся, выбегавшая к телефону, в этот момент вернулась:
- Борис Наумыч, там спрашивают: второй тираж будем заказывать?
- Вооот! – закричал Гальяно. – Видали, уже второй тираж!!! И это только начало. Расслабьтесь, я вас сделал звёздами!  - он довольно хохотнул. – Ладно, когда придёте в себя – поговорим,  – и вышел за дверь.
Оцепенение народа продолжалось.
- Борис Наумыч, так, что отвечать? – осторожно, почти шепотом спросила Люся.
- А…, да, да, да, – и Егоров на автопилоте пошёл за ней.
Когда они вышли из кабинета первым очнулся Кривошеин:
- Я чего-то не понимаю… Как они это снимали? Мы же проверили все пальмы…
- Идиот, какие пальмы?! Там столько кадров внутри нашей хижины!!! – Антон был в ярости.
- Это, наверное, пока мы спали, кто-то развесил камеры, - предположил Коля. – Может остров был обитаемый, просто мы не дошли?!
- Чушь! Мы весь остров облазили, если бы там кто-то ещё был, кроме нас, мы бы нашли, - Эля тоже была не в восторге от увиденного «кино».
- Всё ясно!! – заорал Зимовский. – Крыса, которая всё снимала, среди нас!!!
Повисло тяжелое молчание, от дружеской атмосферы не осталось ни следа, все с недоверием и злостью смотрели друг на друга.
Марго всё это время сидела молча, уставившись в пол, ведь она поняла, кто снимал ещё с первых кадров на экране. Единственное, чего она сейчас хотела, чтобы больше никто об этом не догадался.
А Зимовский не унимался:
- Я всё равно вычислю этого подонка.
- А смысл? Всё уже сделано, – не выдержала Марго.
- А может это ты?! – Антон впился в неё глазами, как бультерьер зубами в жертву. – С Гальяно спелась, подставив всех нас.
Марго только гордо вскинула голову и смело взглянула ему в глаза.
- Оставь её в покое! Марго здесь ни причём, – неожиданно вступил в разговор Калугин, его голос был твердым и совершенно спокойным.
Все взоры обратились к нему. Сердце Марго сжалось от страха за любимого, но она ничем это не выдала, лишь стиснула зубы, и только глазами молила: «Молчи!». Он благодарно улыбнулся ей в ответ. Осознание того, что она  его любит даже такого, ставшего для всех предателем, и готова защищать  до последнего, придало ему сил и уверенности.
Марго тем временем не сдавалась и сделала еще одну попытку отвести от него грозу:
- Да, причём здесь, кто снимал?! Мы же знаем, что за все этим стоит Гальяно! И ему нельзя это так спустить…
- Не стоит, Марго, – перебил её Андрей. – Я должен признаться - это я вас всех снимал!
Повисло недолгое молчание. Через секунду на Андрея посыпались обвинения и оскорбления со всех сторон:
- Сколько тебе заплатили за предательство?
- Как ты мог так с нами?
- Ну, ты и сволочь, а прикидывался…
- Где же твоя честность и благородство?
И так далее и тому подобное… А он ничего не слышал и смотрел только на неё. Как же она  хотела защитить его от всех этих нападок! Неважно, почему он так поступил и почему это скрыл даже от нее… Если так поступил, значит были на то причины… Не мог иначе…
- Что за шум, а драки нет? – в кабинет влетел как ураган Гоша, таща за руку Майю. – Успокоились все! – закричал он и спокойнее добавил: – Андрей ни в чём не виноват. Это все Гальяно!
Теперь все с удивлением уставились  на Гошу.
- Что  ты нам тут втираешь?! – Зимовский нашёл жертву и уже почувствовал вкус крови, а сейчас она ускользала из рук.
- Помолчи, Зима. А теперь всё по-порядку, – и он начал свой рассказ: – В аэропорту мы с Майей заметили Гальяно - он явно кого-то поджидал, – Гоша сделал паузу, почти театральную и обвел всех присутствующих взглядом.
- Ну, не томи, – не выдержал Валик.
- Валентин, терпение! Так вот, мы к нему подошли, он отмахнулся от нас, как от назойливых мух и продолжал кого-то выглядывать. Мне стало интересно - кого, и я вернулся.
- А я думала, что ты вернулся к Майе, – улыбнулась Марго.
- И к ней тоже, – Гоша взял Майю за руку. – Но я заметил, что Гальяно не нашёл того, кого искал. И мы с Майей проследили за ним. Он кому-то всё время звонил и орал в трубку. А потом назначил встречу в офисе. Ну, и мы, как настоящие сыщики, пошли за ним. Одним словом, Гальяно встречался в офисе с Калугиным.
- Ну, что и требовалось доказать, – обрадовался Зимовский.
- Да, но только Гальяно был очень им не доволен. Мы подслушали под дверью. Прежде чем отдать ему плёнки, Андрей рванул домой и смонтировал запись - вырезал все, что не для чужих глаз.
- Это что же, мы должны теперь сказать ему спасибо за это? – возмутился Антоха.
- Да, Антон Владимирович, вы должны сказать ему спасибо! И все остальные тоже! Если бы не он, то вон там - он ткнул пальцем в телевизор, – мы бы сейчас выглядели не такими уж героями.
- Даже если и так, то все это нисколько не снимает с него вину за то, что он за нами шпионил, – никто и не заметил, когда вернулся Наумыч. – Я думаю, дальнейшее сотрудничество с этим человеком для нас невозможно.
- Борис Наумыч, но у него не было другого выхода, –  Гоша, на удивление всем, сегодня выступал в роли адвоката Калугина. – Гальяно его шантажировал! – он взглянул на Марго и после небольшой паузы продолжил: – Дочерью!
- Дочерью?! – возмущению Наумыча не было предела. -  Да как он мог!!! Дети – это святое!
Все зашумели в возмущении. Обвинения с Андрея были безоговорочно сняты. Марго с благодарностью посмотрела на Гошу, а он подмигнул ей и шепнул:
- А ты говорила: не смотри на ночь «Тимур и его команда»… Как я тебе? – он гордо вскинул голову.
- Красавчик! – улыбнулась Марго и бросилась ему на шею. – Спасибо тебе, Гош! – прошептала  ему на ушко и нежно чмокнула его в щечку.
- Э-э, я попрошу, – встряла Майя.
- Ой, извини, - Марго отстранилась от Гоши.
- Кстати, уважаемые коллеги, я сейчас делаю официальное предложение  Майе! – торжественно проговорил тот. – Предложение руки и сердца.
Поднялся ещё больший шум: «Как? Что? При живой жене-то?». Но удивлялись и возмущались шутя, ведь всем давно всё было ясно.
- Теперь второе официальное предложение!
- Гоша в своем репертуаре, - захихикали Галя с Элей.
- А не многовато будет предложений? Тем более официальных, – подмигнул им Валик.
- В самый раз! – Гоша приобнял Майю и обратился к жене: - Дорогая, ты как насчёт развестись?!
- Не вопрос, – счастливо ответила та и взяла за руки Андрея. – Я ведь тоже выхожу замуж.
Андрей счастливо улыбнулся.
Общественность пришла в полный восторг, начали поздравлять, но ОНИ уже никого не слышали и не видели – только глаза в глаза, такие  родные глаза напротив....
Народ продолжал шуметь в восторге. Забежала радостная Люся:
- Борис Наумыч, там спрашивают - третий тираж будем заказывать?
- Уррррраааа!!! – заорали все дружно.
Под эти радостные крики, Марго стала целоваться с Андреем, Гоша - с Майей. Эльвира махнула рукой и впилась губами в губы Зимовского, тот маленько посопротивлялся, но от Эльвиры-то не уйти и он сдался. Галя притянула за уши Валика. Люся очень выразительно посмотрела на Колю, и тот, наконец, понял, подошёл и они тоже, слились в поцелуе. Наумыч всплеснул руками:
- Какие ж вы!!!…Как же ж!!!!..жбшвшжбдыадлвйцлвии!!!… – и счастливо пустил слезу.

+1

29

Эпилог

Автобус с  радостно махающими  «МЖовцами» быстро удалялся. Гальяно ошарашено глядел ему в след и только и смог произнести:
- Ей! Вы куда?
Он стоял на краю поляны. Вокруг - русский лес. Красота неописуемая! Рядом два чёрных ящичка. И тут его осенила страшная догадка.
- Решили поквитаться? Той же монетой… Вы даже не представляете, что я с вами сделаю, когда вернусь!!! – погрозил он вслед исчезнувшему за поворотом автобусу.
Отшвырнув ногой крышку одного из ящиков, Серхио обнаружил там записочку, в которой МЖовцы самым милейшим образом желали ему приятнейшего отдыха…
Гальяно весь вскипел от негодования - как он умудрился повестись на их затею, а они как вообще посмели такое! В эйфории от успеха на телевидении и тройного тиража последнего выпуска, он забыл про осторожность, потерял бдительность, и с легкостью согласился отметить это с ними на природе, не почувствовав подвоха…
Он брёл по дороге, по которой недавно укатили его мстители, и матерился не по-детски…
Пройдя совсем немного, вышел в деревню.
Его злость перешла в другую стадию:
- Идиоты… я  сегодня же вас достану…
Увидев одиноко сидящую у обочины бабку, подошёл и не очень вежливо спросил, что это за деревня.
- Тьмутаракань, - ответила бабка.
- А автобус когда будет?
- Милок, автобусы у нас раз в месяц ездиют.
- Чего???
- Говорю, раз в месяц, - громче повторила та.
- А где у вас тут телефон, - спросил он, потому как его сотовый показывал: «Нет сигнала».
- Телефон в соседней деревне, здесь недалеко, сынок, всего 10 киломметров.
- Сколько?! – ошарашенно уставился на неё олигарх, не привыкший ходить и 10 шагов.
- Да рядом совсем, говорю!  Глухой что-ли?
Гальяно, все еще не веря в реальность происходящего, недоверчиво посмотрел на бабку и побрёл по деревне дальше.
- Чумной какой- то, - вслед ему удивилась та.
Он шёл, высматривая хоть какие- то признаки цивилизации, но вокруг была тишина… Деревня пустовала…
Его радости не было предела, когда он увидел одинокую фигурку девушки, несущей вёдра с водой.
Он подбежал и с ходу устроил допрос: как попасть в Москву, когда ближайший автобус, есть ли у них транспорт… И так далее и тому подобное.
Девушка оглядела его с головы до ног суровым взглядом и, не церемонясь, перебила его:
- На-ка, вёдра мне донеси до хаты, а там и погутарим, - проговорила невозмутимо она.
- Конечно, конечно, - услужливо ответил Серхио в надежде, что ему помогут отсюда выбраться. И схватив вёдра послушно потопал за ней.
Девушку природа наградила  пышными формами, и Гальяно было на что посмотреть…
Он шёл за ней и зачарованно смотрел, как длинная коса при каждом шаге постукивала по шикарным округлостям красавицы….

МЖовцы даже предположить не могли, что их афёра обернётся для них такой невероятной удачей. Оставив Гальяно в глухой деревне, они вернулись в редакцию и готовились к обороне. Но каким же было их удивление, когда Гальяно так и не вернулся. А через месяц в редакцию явился его адвокат и представил на подпись Наумычу и остальным МЖовцам контрольный пакет акций со словами искренней признательности. Серхио в русской глуши нашёл свою любовь и вновь стал Серёжей, передал все дела сыну, а МЖовцам в благодарность за то, что они так круто изменили его судьбу -  подарил издательство.
Вот, что с людьми ЛЮБОВЬ делает!
http://s0.uploads.ru/ZuSiy.gif

+5

30

Нашла коллажики, когда то я их делала к этому фанфу
http://sc.uploads.ru/t/KTwRV.jpg   http://sa.uploads.ru/t/lht7y.jpg

+5